Красивая пара

— Вызывали, босс? — Вадик заглянул в хозяйскую спальню и замер на пороге как вкопанный. Алтан полулежал на кровати с планшетом, влажные волосы собраны в хвост вместо сложной прически, вместо глухой многослойной одежды — черные пижамные брюки и черный же шелковый халат. Босые ноги украшал аккуратный педикюр — ну, кто бы сомневался, — с черным лаком. Приятно знать, что босс верен себе. Но вот в остальном… Они работали вместе уже пару месяцев, и Вадик впервые видел его в чем-то кроме пиджаков и вечных закрытых водолазок. Стильные пальто повторяли по крою всё те же пиджаки. Длинные волосы всегда были заплетены во множество тонких кос. И уж точно ни разу Вадик не видел его ступней, таких же белых и ухоженных, как и руки. Алтан буравил его раздраженным взглядом, Вадик отмер и подошел поближе, стараясь сильно не пялиться на длинную белую шею в вырезе халата — еще одну часть тела, которую он никогда прежде не видел. — Ух ты. Прятать такую шею — преступление, Ваше Золотейшество. Алтан отложил планшет, приподнялся и уставился на него в упор. Вадик точно знал, что нигде не накосячил. И во взгляде босса не было обвинения, скорее… вопрос. Алтан побуравил его взглядом еще немного и спросил сухо: — Что означают твои двусмысленные комплименты? Ах вот оно что. Стоит признать, комплименты действительно были. Вообще-то взгляд рубиновых глаз еще в первый день запал ему в сердце. И чем дальше, тем больше Вадик убеждался, что броская красота босса не оставляет его равнодушным. Характер, конечно, у него был дерьмовый, но Вадик быстро проникся к юному боссу уважением, когда его стратегия по завоеванию питерского бизнеса начала приносить плоды. Завоевание Питера криминального было в процессе, но, похоже, у него все получалось. Подбивать клинья к нанимателю было хреновой идеей, это верно. Но Вадик упустил момент, когда к его хохмам прибавилось полушутливое восхваление босса, а главное — когда это восхваление стало серьезным. По правде говоря, это было не просто хреновой идеей. Это был эпический проеб. Но самое любопытное заключалось в другом: в реакции Алтана. В какой-то момент он перестал затыкать Вадика и только фыркал в ответ на дифирамбы, которые Вадик ему пел. Фыркал — и едва заметно смущался. В общем, оба явно заигрались, и вопрос Алтана, как и его внешний вид, позволял как отыграть назад, так и пойти напролом. — Что вы, босс! — возмутился Вадик. — Комплименты вовсе не двусмысленные, а самое что ни на есть искреннее превознесение вашего ума и красоты. Кажется, это снова звучало как стёб. Алтан явно принял это так же, но вздохнул и уточнил: — Снова сарказм? Вадик призвал всю серьезность, на какую был способен, и ответил: — Нет. Не сарказм. Алтан подумал еще немного и сказал: — Раздевайся. Вау. Добавь каплю кокетства — и стало бы ясно, что ему предлагают секс. Но Алтан был бесспорным чемпионом мира по покерфейсу, и сейчас продолжал демонстрировать навыки, наблюдая за реакцией Вадика совершенно нечитаемым взглядом. Что ж… вряд ли у просьбы (или приказа?) была другая цель. А если и была, Вадик помрет от любопытства, если не проверит. Он подавил искушение устроить нечто вроде стриптиза, стянул футболку, неэротично ухватив ее на спине. Но в глазах Алтана явно мелькнул огонек, он кивнул одобрительно, и этот простой жест отозвался мгновенной тяжестью в паху. Не то чтобы Вадик сомневался, что босс обладает властью над ним… но до сего момента не представлял пределов этой власти. Н-да, если после этого недостриптиза Алтан его выставит за дверь, будет чертовски обидно… Вадик поозирался, обдумывая, куда бросить футболку. Хозяйская спальня была размером с небольшой стадион, и ближайшие предметы мебели оказались вне досягаемости, так что футболка без затей полетела на пол. Следом за ней — джинсы вместе с трусами, которые Вадик снял так же по-солдатски быстро и не провокационно. Снял — и посмотрел на Алтана. Тот склонил голову на бок и беззастенчиво изучал его, огонек в глазах стал куда более явным. Возбуждение Вадика не тянуло на полноценный стояк, но все-таки красноречиво говорило об интересе, который усиливался с каждым мгновением. Алтан не стал его мучить. Поглазев немного, он развязал поясок халата, стянул штаны и раздвинул ноги — нешироко, но достаточно, чтобы Вадик увидел такую же как у него самого полуэрекцию. А еще — ограничитель пробки между ягодиц. Вот теперь вся кровь покинула мозг и прилила к яйцам. Другого приглашения не требовалось. Вадик во мгновение ока оказался на кровати рядом с Алтаном, неверяще погладил шелковистую ногу от колена вверх, разглядывая золотой узор татуировки и гадая, позволит ли суровый босс поцеловать его — несмотря на возбуждение и явную благосклонность во взгляде, по меркам обычных людей он по-прежнему выглядел совершенной ледышкой и мог дать сто очков вперед англичанке из анекдотов. Однако, прежде чем он успел проверить, Алтан его опередил: нетерпеливо притянул к себе голову Вадика и впился в него бесцеремонным поцелуем. Ага. Целоваться он все-таки умел, и весьма впечатляюще. Даже очень впечатляюще. Вряд ли у него был большой опыт, с его-то затворническим образом жизни. Скорее — врожденный талант. В голове шумело, тело требовало немедленно идти дальше и засунуть в мальчишку член, не тратя время на ласки и не прерывая этот потрясающий поцелуй. Сам Алтан потянул Вадика на себя, вынуждая улечься сверху, и теперь ерзал и терся об него — сперва подтекающим членом, а затем и задницей, широко разведя ноги и еще больше усиливая желание вынуть пробку и без затей трахнуть его прямо сейчас. В общем-то, можно было так и поступить. Но Вадику хотелось хоть немного распробовать удовольствие, раз уж Алтан решил устроить им такую возможность. Он оторвался от сладкого мальчишкиного рта, подавил порыв провести языком от подбородка до самого пункта назначения и сполз вниз, не давая ему опомниться. Похоже, мальчишка торопил события не просто так — теперь его стояк был совершенно каменный, головка блестела, будто готовая лопнуть, блестела и капля смазки. Алтан оказался красивым везде и во всех проявлениях, от макушки до ухоженных пяток, и его тщательно депилированные интимные части были так же хороши, как и всё прочее. Вадик немного полюбовался на это зрелище и обхватил его член ртом. Алтан сдавленно вдохнул где-то наверху и замер, позволяя его ласкать, но когда Вадик расслабил горло и наделся до основания, отпихнул его и вывернулся из его рук. Вадик только успел поймать белую ступню, расчерченную шрамами после аварии, а мальчишка вытащил из тумбочки смазку и презервативы, бросил ему и встал на четвереньки, выгибаясь в пояснице и демонстрируя себя с другого ракурса, еще более привлекательного и призывного. Вот же торопыга. От искушения огладить круглый крепкий зад он все-таки не удержался, как и от желания поиграть с мальчишкой буквально пару секунд, затолкав пробку поглубже, отчего тот дернулся всем телом, зашипел сквозь зубы и выдохнул: — Вадим. В одно короткое слово Алтан умудрился вложить сразу раздражение, возмущение действиями Вадика и мольбу. Ну точно — талант. «Ладно, хрен с тобой», — решил Вадик, доставая презерватив. Мальчишка оглянулся через плечо и наблюдал за его действиями прекрасно-голодным взглядом, а потом уронил голову на руки и только нетерпеливо ерзал, пока он наконец не вытащил пробку и не толкнулся в хорошо растянутый зад. Алтан сжимал его горячо и туго, будто резиновый. Вадик вошел до упора и теперь пытался одновременно распробовать ощущения и охладить пыл — кончить он сейчас явно мог за пару минут. Мальчишке, очевидно, было настолько же хорошо, потому что с очередным выдохом из его груди вырвался скулящий звук, еще больше подстегнувший возбуждение. — М-м, я и не знал, какой ты страстный, — не удержался Вадик, пользуясь этой передышкой, чтобы настроиться и продержаться хоть сколько-нибудь долго. — Заткнись и двигайся. Вадик наклонился, поцеловал напряженную спину между лопаток. Сказал: — Как скажете, босс. И выполнил просьбу. Алтан великолепно отзывался на каждое движение, комкал покрывало и хрипло дышал, явно не позволяя себе ни одного лишнего вздоха. С одной стороны, это был вызов. С другой — мальчишка так очевидно и откровенно наслаждался членом в своей заднице, что выдержка и без того трещала по швам, а когда он расставил колени и начал насаживаться, Вадик почувствовал, что первый же мальчишкин стон заставит его кончить. Что ж, теперь был его черед торопить события. Он убрал руки с бедер Алтана, уперся в кровать и обхватил его член — обжигающе-горячий, шелковистый и истекающий смазкой. Алтан дернулся и выдохнул беспомощно: — Не трогай… — Да ладно, хватит сдерживаться, — Вадик наклонился к его пунцовому уху и добавил: — Давай, накончай мне в ладошку. Наверное, в других обстоятельства он схлопотал бы по роже за подобную формулировку. Но мальчишка, распаленный до предела, отреагировал иначе. Он запрокинул голову, едва не заехав ему в челюсть, толкнулся в его кулак и, наконец, позволил звукам вырваться на волю. Кончил он, как и было предложено, Вадику в ладонь. Сам же Вадик был уверен, что это сладкое рыдающее «Да-а!» будет предметом его дрочки еще много ночей, если сегодняшний секс окажется одноразовой акцией. А пока можно было отпустить контроль и отыметь босса-недотрогу так, как давно хотелось, жестко и быстро, а потом врезаться бедрами в белые ягодицы, пока собственный член дергается в горячей глубине, наполняя презерватив. Как и следовало ожидать, Алтан не дал им ни секунды на какие-либо нежности. Он лишь дождался, пока у обоих утихнут отголоски оргазма, выбрался из-под Вадика и потянулся за салфетками. Пока Вадик стирал с себя смазку и сперму, Алтан уселся на кровати, бросил на него быстрый жадный взгляд и сказал: — Возьмешь завтра выходной и сдашь анализы на инфекции и ВИЧ. Вау. Похоже, это была действительно не разовая акция, а начало новой главы их сотрудничества, свободного как от запретов, так и необходимости пользоваться резинками. И Вадик был целиком и полностью за.