Охотница на ведьм

Старый дом, даже для этой дыры был позорно заброшенным. Всего за год после смерти хозяев, он обветшал и постарел на десяток лет. Казалось, даже подростки обходили его стороной, предпочитая искать призраков где-нибудь еще, а бродяги опасались укрыться в нем от дождя. Никаких легенд про этот дом не ходило, но название у него было. Это был Старый Дом Эвансов. Был уже поздний вечер, поздняя осень. К дому подъехал потрепанный темно-зеленый Рэндж Ровер, и из него вышла худая блондинка с вытянутым лицом, одетая в кожаную куртку и синие джинсы. Она подошла к двери дома, который все еще принадлежал ей и ее сумасбродной сестрице. Отперла дверь. На коврике у входной двери лежала стопка писем. Счета, реклама, и несколько писем из прошлого. Она неуверенно взяла одно и открыла. "Дорогая Петуния, конечно, ты не прочтешь это письмо, но я считаю своим долгом написать тебе, как и все предыдущие шесть раз. Мы с Дадли уезжаем в Америку. Ты больше никогда не услышишь о нас, как и мечтала. Прощай." Она раздраженно скомкала письмо, а потом бросила в камин и подожгла его спичками. Бросила остальные письма в костер. Вернон Дурсль, дурацкая ошибка. И то, что она не успела избавиться от ребенка, тоже ошибка. Семья и близкие - это не для нее. Десять лет назад она поняла это. Ее родители всегда замечали только Лили. Лили мило улыбалась, Лили красиво пела, у Лили был замечательный характер, Лили была волшебницей. А потом она пошла в эту школу. Как-то Петуния не удержалась и заглянула в ее учебники. В них описывались жуткие вещи, а этот парень, Сев, рассказывал еще более жуткие вещи. Волшебники были отвратительны. Это случилось, когда ей было семнадцать. Она прочитала заметку в газете: "Девушка умерла при неизвестных обстоятельствах." Любой, кто когда-нибудь слышал о заклятии Авада Кедавра, опознал бы его. Но Лили только посмеялась над ней, а Дамблдор написал, что этим займется магическая полиция. Но убийства продолжались. Совсем неподалеку от них какой-то урод убивал людей, но магам было все равно. Потому что обычные люди для них - ничего. Петуния видела это по своей сестре. Она все поняла. У преступника был паттерн. Он нападал на одиноких девушек со светлыми волосами, убивал, а после бросал неподалеку от реки. Скорее всего там же, где и находил. Каждую ночь она вылезала из окна своей спальни тайком от родителей и шла к реке, делая вид, что просто прогуливается. И однажды ей "повезло". Что-то неуловимо изменилось в атмосфере. Она шла по пустынному берегу, где когда-то играла вместе с маленькой Лили, пряталась от неприятного мальчишки Сева или в одиночестве читала библиотечные книжки, а потом что-то изменилось. Она почувствовала чей-то взгляд. Она резко обернулась и увидела перед собой яркую вспышку. Все тело наполнила необыкновенная легкость. "Оказывается, умирать не больно", - подумала она. - "Как же легко, я словно лечу. Я лечу. Я лечу. Я ЛЕЧУ. ЛЕТАЮТ ТОЛЬКО ВОЛШЕБНИКИ, А Я НЕ ВОЛШЕБНИЦА." Назойливая мысль сбила ее наваждение, а потом оно снова вернулось. Какая разница, волшебница она или нет? Она может летать. "Подойди", - прозвучал чужой голос в ее голове. "Почему бы и нет," - подумала Петуния. - "НЕТ, ЭТО ВОЛШЕБНИК, ЭТО ВОЛШЕБНИК." Второй раз спуститься на землю было легче. Петуния снова оказалась на заросшем травой берегу реки, лицом к лицу к мужчине, удивленно смотревшему на нее. Она почувствовала острый тычок под ребра и не задумываясь ткнула в ответ. - Инкарц... - начал мужчина, а потом закашлялся и упал. Петуния, все еще державшая нож в руке, зажала рот, чтобы не закричать. Она никогда никого не била. Она взяла с собой нож, но никогда не верила, что использует его. Внезапно все стало таким реальным. Она огляделась по сторонам, надеясь, что никто не заметил произошедшего. "А на что ты надеялась? Ты скажешь, пожалуйста, прекратите убивать магглов, и он перестанет?" Петуния нервно засмеялась. Ее взгляд упал на его палочку. Было бы заманчиво взять ее с собой, но такую пропажу наверняка заметят. И тут она увидела кое-что еще. Кусок ткани, выпавший из его кармана. Легкая и прозрачная ткань, ее спасение. Она вытащила ее полностью и поспешно набросила ее на мертвого незнакомца. Нож бросила в реку и до утра пряталсь под мостом, а потом пошла домой и сделала вид, что выходила на утреннюю пробежку. За последующие годы она убила 8 темных магов. И ни капли не жалела об этих ублюдках. Петуния окинула взглядом гостиную дома, в котором выросла, а потом решила, что переночевать в отеле будет предпочительнее. Уже подходя к машине она почувствовала неладное. Что-то изменилось. За прошедшие годы она научилась чувствовать магию кожей. Она настороженно осмотрелось. Ничего. Слабый звук донесся из машины, и она заглянула внутрь. Внутри лежал ребенок. Младенец. В запертой машине, которую она сама закрыла. Что за отродье дьявола? Она медленно открыла машину, не понимая, что происходит. - А теперь отдайте это мне. Петуния развернулась и направила пистолет на мужчину. - Вы еще кто? Это вы подбросили мне это? - Нет. Я здесь, чтобы избавить вас от этого. Право же, мисс Эванс. Позвольте мне все объяснить. - Откуда вы меня знаете? - Мы давно о вас знаем. "Убийца с берега реки", а? Неплохо для семнадцати лет. У вас выдающиеся способности. Но... их недостаточно, чтобы присоединиться к нам. - Кому - вам? Отвечайте, черт вас побери. - Меня зовут Кларк, я представляю орден Просвещенных. Тех, кто занимается уничтожением... нечисти. В том числе магов. - И что вы тут делаете? - спросила Петуния. - Пришел избавить вас от небольшой проблемы. Этот ребенок - волшебное существо, пусть вас не смущает его безобидный вид. - То есть это волшебник? - Да. - Кто подкинул мне в тачку волшебника? - Другие волшебники, очевидно. Что-то внутри Петунии похолодело. Она бросила короткий взгляд на ребенка. Его глаза приглушенном свете блеснули знакомым цветом. Кларк заметил эту заминку и бросился на ее, но она снова была быстрее. Выстрел прошел по касательной, но времени и желания добивать человека у нее не было. Она бросилась на водительское сидение, завела мотор и резко дала задний ход. Не может быть, чтобы это был ребенок Лили. Отвратительное волшебное отродье. Но он пока не сделал ничего ужасного. Никого не убил, не запытал до смерти, не отравил в ходе человеческих экспериментов, ни с кого не снял кожу, короче - он пока еще не настоящий волшебник. Сердце Петунии колотилось. Она гнала, а малыш мирно заснул в люльке на заднем сиденье, и Петунию пробирала дрожь от одного понимания, что люлька держится лишь на одной магии. Магии. Чертовой четыреждыблядской магии! Наконец, заехав в глушь, она остановилась. Надо было просто отдать его. Отдать и забыть, как она отдала Дадли. Они бы не убили ребенка. Они бы не убили ребенка. Они бы не убили ребенка Лили, сестры, которую она так ненавидит. Может он вообще не ее. Может, это ловушка. Она открыла заднюю дверь и посмотрела на ребенка в люльке. У него были ее зеленые глаза. Несколько прядок черных волос. Безобразный шрам. Рядом лежало письмо, не улетевшее, скорее всего, тоже из-за магии. Она взяла его в руки и быстро порвала край. Пробежалась взглядом по строчкам. А потом села в машину и смотрела в пустоту, пока детский плач напомнил ей, что не у одной нее теперь проблемы. "Отдайте ребенка, мисс Эванс." Ну уж нет. Она оставит его. Сколько темных магов он сможет уничтожить, если вырастет вместе с ней, а не с этими... магами? Только нужно уехать из Британии. Может быть, в Америку.