Как однажды Дилюк Дедом Морозом был...

      Кто вообще работает тридцать первого декабря, ну кроме Джинн естественно, она каждый год выходит и пашет чуть ли не до полуночи, словно думает, что и правда успеет в последний день закрыть все оставшиеся дела, накопившиеся за год. Конечно Барбара придет за ней часов в восемь, чтобы увезти к родителям, которые ее и не видят толком, так пару раз в год домой забегает, вечно работает, а временами ходит переночевать к Розарии.       Так вот Альбедо. Этот хренов ученый собрался в четыре часа дня и сказал, что срочно едет в снежную. У него там "эксперимент". Вот только все уже знают, что у него там за "эксперимент" - Итер собственной персоной. И отмечать он будет в компании своего бойфренда и, пожалуй, местных хиличурлов. Альбедо даже их изучает, хотя они по сути своей вредители.       И все было бы хорошо, если бы Альбедо просто свалил в Снежную. Нет! Он оставил на меня Кли. Нет, я вовсе не против ее компании, но как, о, Архонты, я должен напиться до потери памяти, когда на мне лежит такая ответственность? И ладно бы ответственность, всегда можно ее, ну то есть террористку, ой, я хотел сказать Кли, спихнуть на кого-то. И этот кто-то Дилюк. Понятия не имею, почему я подумал именно о нем. Хотя вообще он ответственный взрослый.       И он работает. То есть, вы понимаете? Кажется, я один сегодня не работаю. - Присмотри за ней, а ты Кли присмотри за дядей Кэйей, - сказал Альбедо на прощание. - Ну что Кли, самое время искать деда мороза?       У каждого, получившего глаз Бога, есть свои слабости. Вот Лиза ненавидит дождь, а я лето, ну не то чтобы ненавижу, просто жара давит, хотя да, можно всегда охладиться. Дилюку вот летом тоже очень жарко, зато зимой пиро его греет. Но только не сегодня. Ему слишком жарко в костюме Мороза. И это видно. И я бы еще понял этот уставший взгляд, но капли пота, текущие по шее... В горле встал ком, а внизу живота ощутимо потянуло, но я помотал головой, отгоняя наваждение.       Улочки Мондштадта были сплошь усеяны яркими огоньками, создающими атмосферу волшебства. Даже стойка Екатерины была украшены огнями, видимо, чтобы было весело раздавать поручения.       Кли радостно бежала вверх по лестницам, коих в Монде было бесчисленное множество, рассказывая что-то про Додоко. Я даже радовался ее звонкому голосочку, не особо вслушиваясь, но было приятно, что она не стеснялась говорить. Малышка росла среди нас и была для каждого особенной, каждый рыцарь Ордо Фавониус, даже бывший, даже Альбедо были за нее горой.       Статуя свободы - Барбатоса - тоже была украшена, если можно так сказать... жители использовали ее вместо елки. Кажется бюджет не урезали, так что это было смелым и странным решением. Но Архонт бы одобрил, даю сотку.       Дилюк сидел у подножия статуи, с кислой миной раздавая детишкам конфеты за стишки. Алые локоны прекрасно вписывались в новогодний костюм. Мешок особо меньше не становился, а Дилюк становился все мрачнее и мрачнее, когда мы с Кли приблизились к статуе. Она радостно закричала "Дедуля!" и бросилась Дилюку на колени, вдруг узнавая в нем Рагнвиндра, что ее значительно огорчило. - Ты не настоящий дедушка Мороз, - прошептала она ему на ухо, - Но я не расскажу другим детям.       После чего последовал ее тяжелый вздох, но она все же устроилась у него на коленях, такая крохотная, словно обиженная дочь на коленях отца, и отчего-то это смотрелось так правильно, что я завис, глядя на них. Но потом Дилюк вдруг вскрикнул, взбрасывая руки, словно капитулировал. Кли радостно держала в руках...новенькую бомбу, одну из тех, что они с Альбедо тестировали на прошлой неделе. И на лице Рагнвиндра читался неприкрытый ужас. - Кли, золотце, - я правда старался спокойно улыбаться, хватая ее за рукав, - Покажешь дедуле свои изобретения в следующем году, хорошо?       Она обиженно фыркнула, сникнув, и начала сползать с колен, но Рагнвиндр тут же ее перехватил, говоря что-то про то, что она была хорошей девочкой, но кидать бомбы на площади опасная идея для всех детей, которые тут находятся. Но я не слушал, только смотрел. Смотрел на Дилюка.       Черт, я слишком долго наблюдал за ним со стороны, его теплые руки, обычно протирающие стаканы в таверне, глаза, укоризненно смотрящие на меня с Розарией, когда мы напиваемся в очередную пятнице, его плечи, на которые я часто опираюсь, пока он провожает меня до дома после этой самой пьянки. Он весь. Такой. Дилюк.       Кли все же слетела с коленок, мчась ко мне, обнимать ее было приятно. Словно маленькую сестренку, такую теплую...и готовую кинуть в меня бомбу. Но это мелочи по сравнению с возможностью пообниматься с кем-то, имеющим пиро глаз, особенно зимой, когда ото льда становится только хуже.       Не знаю, что во мне взыграло в следующую секунду, но схватив Кли на руки, я плюхнулся Дилюку на колени, весело хохоча с мелкой, Рагнвиндр, конечно, состроил недовольную моську, но неожиданно положил ладони на мою талию, приятное тепло разлилось по пояснице, устремляясь вниз. Обниматься с ним было слишком приятно. Тело наполнялось теплом, холод отступил и привычная мелкая дрожь исчезла. Словно мы снова очутились в том времени, когда были мальчишками, и он грел меня каждую зиму. Но сейчас все было иначе. Возможно, он обнял меня по привычке, хотя руки так и не убрал.       В какую-то минуту мы уставились друг другу в глаза, не смея отвести взгляд. Я ждал, когда он сделает это первым, он, вероятно, ждал того же. Или не хотел мне проигрывать, думая, что это игра. Для него вся жизнь была словно соревнование. Я даже не заметил момент, когда Кли соскользнула с моих колен, бегая вокруг статуи Барбатоса, но мне было не до этого. Дилюк не отпускал. И должно быть это выглядело весьма странно, мы просто замерли в одной позе, посреди площади. Я и... дед Мороз? Получается так.       Я очнулся от легкого похлопывания по плечу. Тими, мальчик, постоянно кормящий голубей за главными воротами, частенько мешается под ногами, когда отряды спешат на задание. - Господин капитан, можно я тоже попрошу свой подарок у дедушки Мороза? - от волнения сжимая руки в замок.       Кажется я сильно засмущался, неловко пытаясь слезть с Дилюка, опираясь на его плечи, и все же соскользнул, падая ему лицом в колени. Казалось лицо горит, и нет, не потому что колени у него были горячие. Я уже поднял взгляд, собираясь извиниться, но Рагнвиндр... Он выглядел еще хуже. Покраснел он явно не из-за жары. Так что я поспешил ретироваться, по пути хватая Кли за руку.       Когда время стукнуло восемь вечера, было уже не так весело. Отмечать было, откровенно говоря не с кем. Ну кроме Кли, конечно, но ее надо было уложить уже через пару часов, иначе она разболтает всем, что я разрешил ей не спать черт знает сколько. Тогда прилетит уже мне.       Около девяти раздался стук в дверь. В Ордо уже никого не осталось, даже Джинн, как я и предполагал, утащила Барбара. Кли готовилась ко сну, рассовывая бомбы по периметру выделенной ей комнаты. А я собрался уже было идти в таверну, встретить новый год в компании Чарльза и пьяниц города. Но кто-то явно портил мне этот захудалый план.       И этот кто-то - Дед Мороз, заявившийся в костюме с бутылкой красного полусладкого и моего любимого одуванчикового вина. Кажется, он решил соблюсти традицию. Уже третий год приходит. Забирает меня с вином в винокурню, чтобы встретить новый год какой никакой семьей. Вот и в этот раз пришел. Вот только я в этот раз не один. - Не могу оставить Кли одну, - пожимая плечами.       Дилюк застыл в дверях. Конечно мог. Собирался. Просто идти с ним почему-то было...странно. Особенно после сегодняшнего. Что-то было не как обычно. - Ты можешь взять ее с собой, - он прошел в комнату, разглядывая не изменившуюся обстановку. - Дядя Дилюк! - Мелкая уже радостно неслась ему на встречу, после зарываясь носом в пушистый костюм сказочного персонажа.       Ну окей, кажется, теперь у меня нет причин для отказа. - Только если ты уложишь ее в лучшей спальне и позволишь начинить дом бомбами.       Он откажет. Да? - Лучшая спальня моя. Отпустишь спать со мной? - Его улыбка не предвещала ничего хорошего.       Разве не я должен так себя вести? Какого черта, Дилюк. Но Рагнвиндр уже хохотал вместе с Кли, собирая ее пижамку с Додоко в рюкзак, схватил зубную щетку и сменные носки. Черт. - Ждем тебя на выходе. У тебя пять минут.

***

      Винокурня не изменилась. Кли так и не поселили в спальне Дилюка, отправив к горничным для выделения лучшей гостевой спальни. Все бомбы изъяли, другие взрывчатые вещества тоже. А я сидел в спальне Дилюка, он затащил меня сюда, не желая встречать новый год в ужасно большой для двоих гостиной, а вот спальня ему казалась уютной, особенно после одуванчикового вина.       Малиновый бархат на стульях, плотные тяжелые шторы, достающие до пола и не пропускающие свет фонарей, расположенных во дворе винокурни. Уютно. Как и прежде, но... Я так давно не бывал в этой спальне, словно зашел сюда впервые. - Ты сегодня тихий. Может стоит налить тебе еще? - Дилюк покачивал бокал в руках, заставляя вино крутиться внутри. - Заботишься? Хочешь, чтобы напился?       Алкоголь уже ударил в голову, она казалась пустой и тяжелой. Хотелось сделать что-нибудь немного безумное. Тормоза медленно летели к черту, даже если я был уверен, что контролирую себя полностью. - Возможно хочу. - Пх, и зачем оно тебе? - Я сел ближе к нему, перебираясь на постель, и легонько толкнул в колено. - Хочу.       Он перехватил мою ладонь, подтягивая, заставляя сесть ближе. В горле встал ком, пришлось сглотнуть, а красноволосый бесстыдно положил мою ладонь на свои бедра, зажимая между ними. Было жарко, возбуждение скрутило живот, устремляясь вниз. - Какого черта ты творишь?       Пришлось сглотнуть еще раз. Дилюк ничего не ответил, придвигаясь вплотную. Что-то мне это напоминало. Ах, точно. Позапрошлый новый год.       Он целовался не лучше, ну может быть лишь чуточку, стоит ли испортить момент и спросить с кем он практиковался?       Ладонь поползла выше, останавливаясь, не доходя до паха. - Чего ты хочешь, Дилюк?       Мои губы переместились на его шею, мягко целуя от впадинки за ухом до ключиц. - Тебя, - выдохнул он.       Рангвиндр лишь вздрагивал, мило реагируя на каждое прикосновение. Добравшись до члена я расстегнул штаны Дилюка и снял эту мешающую вещь, легко массируя встающий орган. - Ты смущаешься, как будто это наш первый раз.       Он заглянул мне в глаза явно недовольно и потянулся к моим губам. Что ж, это было уже явно лучше. Не теряя времени, я пытался снять свой низ, а эти шаловливые руки возбудившегося Дилюка только мешали. - Будь добр, не мешайся, - Язвительная улыбка расползлась на моих губах.       Пришлось встать, чтобы окончательно не рассмеяться, и, воспользовавшись ситуацией, развернулся к нему попой в обтягивающих штанах. Немного наклонившись я начал их снимать и почувствовал, как резко меня притянули к себе, укусив за задницу. - Тсс, придурок, - было больно и да, это несколько возбуждало.       Пришлось толкнуть этого мерзавца обратно на кровать, чтобы прекращал вытворять эти свои штучки. - Прекрати трогать мою задницу, время одиннадцать тридцать, нам надо успеть загадать желание. - К черту твое желание, мое желание - секс с тобой прямо под бой курантов, понял? - Рванув бедра вверх, произнес он.       Захотелось скулить, казалось, яйца сейчас лопнут от напряжения. - Не понять тут сложно.       Вообще сложно думать, когда в твою промежность упирается чей-то вставший член. Особенно, если его обладатель пиро, и он горячий. Слишком горячий.       Я потянулся вниз, к его ширинке, чтобы обхватить руками горячий орган, но Дилюк рванул вверх, вновь впиваясь в мои губы поцелуем. Штаны улетели куда-то вглубь комнаты, следом отправилась рубашка, а затем и рубашка красноволосого. Губы не переставали исследовать его собственные, лицо, шею.       Я уже собирался вновь попробовать спуститься ниже, как дверь отворилась, пропуская внутрь мелкую террористку. Я взвизгнул, забираясь под одеяло в одних трусах. - Кли боится спать одна в той огромной комнате, - она дошла до кровати, неловко останавливаясь рядом в своей пижамке с Додоко.       Дилюк рассмеялся, беря ее на руки и укладывая между нами. - Спокойной ночи, Кли. Спокойной ночи, Кэйа. И с Новым годом, - он выглядел довольным как кот, а мой член все еще болезненно ныл, оставшись без ласки.       Его смех будет преследовать меня на протяжении всей моей чертовой жизни. Такой облом. - Пошли в душ, как она уснет, - прошептал он мне на ухо, заставляя сердце учащенно забиться.       Я тут же закивал, зарываясь носом в одеяло. Смущающе. Дилюк редко бывал таким. И именно сегодня он почему-то делал меня счастливым.       Счастливым.