Toblerone

Чимин знал, на что шёл, когда решил сменить цвет волос с натурального чёрного на розовый, но сегодняшний день в школе, это уже слишком. Учителя не переставая твердили ему, что он нарушает устав школы. Грозили отстранением. Уверяли, что такой вид не подобает прилежному омеге. Чимин мысленно показывал им средний палец в этот момент. Еще и Хвимин, сраный альфа, не упускал возможности посмеяться над ним. То сравнит с чем-нибудь противным, то вообще скажет, что Пак теперь уродец. Довели. Серьёзно, довели. Чимин покрасился, сделал лёгкий макияж под цвет волос. Надел пушистую голубую толстовку и радостный пошёл в школу, но люди там… Жизнь бы их не видел. — Заебали, — выдыхает дым, потирая пальцами черные разводы от туши и розовые блёстки на щеках, которые вообще-то не должны быть там, но слезы отпустившей недавно истерики думают по-другому. Чимин — взрослеющий омега, экспериментирующий со своей внешностью. Он пытается найти свой стиль, свое «я». Ему семнадцать. Первая течка, гормоны, перепады настроения, изменения тела, зачастую не в лучшую сторону, — все давит на него, но поддерживают Пака только лучший друг и родители. — Забей на них, — просит Тэхён, опершись на обшарпанную стену здания школы и подкуривая сигарету. — А Ли Хвимин, я бы его послал куда подальше, и всё. Легко сказать. Чимин бы послал, но обидные слова одноклассника все никак не хотят выходить из головы, портя настроение окончательно. — Хвимин мудак, — выплевывает зло, не обращая внимания на то, как друг давится дымом, закашливаясь. — Если он ещё раз ко мне подойдёт, я ему член оторву. За спиной слышится смешок и тяжёлые шаги. У Чимина бегут мурашки по шее, когда он смотрит в сузившиеся зрачки друга. Тот открывает и закрывает рот, пытаясь спрятать руку с сигаретой за спину, но в итоге передумывает — её уже все равно заметили. — Хён, — произносит Тэхён и вздрагивает, когда альфа подходит к нему и подносит сигарету к своим губам, придерживая его руку за запястье. — Ну и дерьмо ты куришь, Тэ, — хмурится мужчина после первой затяжки и тянется к карману белого бомбера, доставая свои сигареты. Он кивает головой на пачку, предлагая, но омега и не думает соглашаться. Помнит он, какие они крепкие. Как-то удалось стянуть одну, пока альфа не видел. Да и не ясно проверка ли это или доброта от чистого сердца. Оплеуху из-за неправильного ответа получить не хочется. Чимин перестаёт дышать, когда взгляд альфы падает на него. Он даже забыл про весь ужас на своём лице. Этот альфа, он такой… такой завораживающий. У него красивые карие глаза, безумно широкие плечи, большая накаченная грудь, которую почти не скрывает полупрозрачная белая майка, массивная цепь на шее, необычный узор, выбритый на висках. В самом воздухе чувствуется его сила. Или это просто естественный запах его тела — приятный кедровый аромат. Пак покраснел от того, какой трепет у него вызывает этот мужчина. К нему хочется встать поближе и перенять все внимание на себя, пусть тот уже и так целую минуту его досконально рассматривает. — А ты? — обращается к нему, намекая на имя. — Пак Чимин, — отчего-то смущенно произносит он. — Чимин значит. Наслышан о тебе, — улыбается, открывая для омеги ещё одну свою особенность — ямочки на щеках. — А я старший брат Тэ, Ким Намджун. Альфа тянет к нему руку, чтобы пожать, но увидев пухленькую ладошку и маленькие пальчики с ярким кольцом на мизинце, просто сжимает её в своей, не выдерживая такой милоты. Его рука полностью перекрывает чужую, такую мягкую и теплую. Он снова улыбается, подходит ближе и хочет что-то сказать, но его перебивает радостный голос брата. — Чонгуки, любимый! — верещит тот в свой телефон, ответив на звонок, и пугается тяжелого взгляда Намджуна. Его хён не знает ни о каком Чонгуке, и не должен был вообще-то. Чтобы избежать допроса, он сбегает к машине брата, оставляя друга с ним наедине. — Может… может, отпустите? — просит Чимин, дергая зажатой ладонью. Он уже минуту тает под внимательным взглядом старшего Кима. Ещё чуть-чуть и он оставит вместо себя мокрый след на асфальте. — Не хочу, — альфа ухмыляется, любуясь розовыми щеками, на которых все ещё красуется след от туши, и всё-таки освобождает чужую ладонь, чтобы большим пальцем стереть чёрное пятнышко с мягкой щёчки. Чимин млеет и пытается сдержать восторженный писк, когда замечает, что еле достаёт головой до плеч альфы. — Не стоит плакать из-за других, милый. Ты выглядишь… — Ким делает шаг назад, чтобы осмотреть омегу с ног до розовой макушки, — ты выглядишь очаровательно, Чимини. А Хвимин и правда мудак, — вот так легко бросает он и уходит в сторону чёрного джипа, доставая из кармана ключи, а Пак умирает от того насколько быстро его сердце бьётся из-за этого альфы. — Пойдём с нами, я подвезу тебя до дома. Чимин отмирает, молча следуя за мужчиной, и прикусывает губу, покрытую сладким блеском. Он обязательно завтра придёт в гости к Тэхёну. И не для того, чтобы снова встретиться с Ким Намджуном. Совсем нет.