через тернии к любви

Закончив с едой и поставив посуду в посудомоечную машину, но не включая её, ибо грязной посуды почти не было, парни направились в комнату Арса, чтобы переодеться. Уже стоя перед шкафом, в котором было на удивление много вещей, хоть со стороны он и казался небольшим, Попов начал выбирать одежду для себя, а параллельно выкладывал на кровать те вещи, которые должны были подойти Антону, ведь, пускай со стороны может показаться, что их одежда будет друг другу будет подходить, но нет, вся загвоздка в длине рукавов и штанов. Спасало лишь то, что почти все кофты Арсения были оверсайз и были нормальны по длине для младшего, со штанами же, выбор был куда меньше, ведь педагог нашел лишь пять больших на него брюк, но это не помешало обоим составить красивые луки. — Я буду переодеваться в гостинной, если понадобиться помощь – зови. — сказал Попов и, взяв собранные в стопочку вещи, вышел из комнаты, захлопнув дверь. Сразу после этого Шастун начал переодеваться. Преодолевая боль, шатен натянул на себя вязаную кофту оттенка светлого хаки с белой оконтовкой на запястьях и шее, а на ноги натянул серые свободные джинсы в рубчик. И чуть-ли не затая дыхание, парень глянул на носки, ожидая чего угодно, ведь привык к странному выбору носков старшего, но явно не к обычным белым, без каких либо рисунков, от чего младший даже немного погруснел, а потом улыбнулся, осознавая комичность ситуации. Уже через пару минут в комнату зашел Арсений? и Антон невольно засмотрелся: вроде обычная кремовая рубашка, черные штаны и того же цвета носки, но в совокупности со слегка растрепаными темными волосами, мужчина перед подростком выглядел так по-домашнему, что складывалось ощущение, будто их совместная жизнь — что-то привычное и должно быть в порядке вещей. Из подобных мыслей Шастуна вывел смешок Попова: — Значит, мне не стоит переживать по поводу внешнего вида? — с ухмылкой произнес старший, наблюдая за тем, как лицо его любимого ученика краснеет. — Не стоит. — пробубнил младший, но Арсений все услышал. — А вообще, выглядишь потрясно, смотри не уведи у Матвея жену. — от комментария юноши педагог засмеялся. Все мы помним чудодейственный смех Попова? Собственно, именно из-за этого Антон благодарил всех известных ему богов за то, что кофта была свободной и прикрывала паховую зону. — «Пиздец, мало того, что кинк на смех, так еще и чей.» — не будь рядом Арсения, Шастун бы обреченно простонал, от того, насколько же его задрали собственные гормоны, но вместо этого на лице появилась улыбка, а голос был будто он сейчас не стоит перед человеком, на смех которого у юноши встаёт. — Пойдем в гостинную, у нас еще есть часа полтора, может фильм глянем. Только не комедию. — последнее подросток буквально выпалил, от чего брюнета вновь пробило на смех. — Не знаю чем тебе комедия не угодила, но тебе повезло, ведь я нашел много триллеров, которые должны быть интересными. — подойдя к младшему и перекинув руку того через плечо, сказал Арсений.

***

Спустя почти два часа в домофон позвонили и Попов пошел открывать, а парень поковылял за ним в прихожую — небольшое пространсто после которого идет коридор, но от этого не менее красивое — нежно-голубые обои, белый потолок, в который вкручены четыре маленьких лампочки, белая дверь, с зеркалом, смотрящим в помещение. Если входить в дом, то слева находился телефон от домофона, некоторые рубильники, белая маленькая тумба, красиво оформленные крючки для одежды, на которых висело бежевое пальто старшего и куртка Антона. Дальше в квартире, впритык к тумбочке стоял небольшой бело-серый пуфик. С правой же стороны находилась белая дверь в ванную комнату, по обе стороны от которой были белые, предположительно бетонные, прямоугольники, которые совсем немного выпирали из стены, а на полу лежал белый коврик с темными узорами, на котором, буквально через пять минут стояло семейство Соколовых с двумя средними пакетами. — «Все знакомые Арса так ахуенно одеваются.» — первая мысль после того, как юноша увидел новоприбывших. Мужчина явно старше Алёны минимум лет на пять, в белой рубахе и черном галстуке поверх которых был одет костюм коричневого оттенка, сверху было надето пальто, цвет которого был между коричневым и оранжевым, на ногах же белые носки и, что очень удивило мальчика, черные коверсы. Бывшая супруга Арсения была одета в черную водолазку и брюки, поверх было надето тёмно-коричневое пальто того же оттенка, что и костюм мужчины, на ногах — низкие сапоги того самого непонятного цвета, каким было пальто Матвея, собственно, шарф и сумка были такими же. Увидив мальенькую Кьяру, Антон умилился, до конца понимая, что вся семья оделась в похожей расцветке, о чем говорили кофта цвета между оранжевым и коричневым, серые брюки, ботиночки и пальто, что было копией взрослых моделей. — Здравствуйте. — поздоровался подросток, и никто не успел ничего ответить, как на него сразу же накинулась с объятиями юная Попова, выпорхнув из обуви. — Привет. — слегка растерявшись выпалил юноша. — Привет, я так рада, что мы увидились в живую, я вчера тебе почти ничего не рассказала! — начала тараторить юркая шатенка и явно хотела продолжить, но её перебила Алёна, что успела снять обувь и пальто, как и Матвей. — Кьяра, не веди себя так несдержано. И тебе привет, Антон, ты как? — потрепав девочку по макушке, спросила женщина, а младшая вспомнив об Арсенее, побежала к тому с выкриком: «Папа, я так скучала!». — Ну уже лучше чем было, но ходить больновато ещё. — ответил юнец, а за то время, что Алёна говорила, они с Матвеем уже подошли к Шастуну, как вдруг мужчина слегка надавил на ребро парня, а тот в свою очередь невольно вскрикнул. — Прости, но не надо преуменьшать боль, мне как врачу требуются точные показания. — вдруг он поднял младшего на руки и обратился к Арсению, пока Антон пребывал в состоянии крайнего удивления. — Где я могу его осмотреть? — В гостинной или моей комнате, где тебе удобнее. Если что, аптечка у меня, если что зови, мы пока на кухню пойдем. — ответил Попов, и вместе с Алёной и дочерью направился в «святое место». А Матвей, держа на руках подростка, будто он весит как пушинка, а самое главное без боли, направился в комнату учителя. Оказавшись в месте назначения, он аккуратно усадил мальчика на кровать. — Так, сейчас я буквально минут двадцать, может чуть больше, тебя осматриваю и мы идем к остальным пить чай со сладостями. — добрым, заботливым тоном говорил мужчина, но в глазах младшего было видно беспокойство и какой-то страх. — Неужели ты боишься врачей? — театрально удивился мужчина, а подросток неловко посмеялся, ответив, что не боиться. Следующим шагом было снять с Антона кофту, казалось бы, сколько раз он делал это при Арсение или с его помощью, но сейчас он цепко держал её не даваясь. Вот тут уже напрягся Матвей, ведь поведение парня явно выходило за рамки нормы, но он этого не показал, ведь отпугивать пациента нельзя, а наоборот, надо расположить к себе. — Тош, что-то случилось? — положив руки на колени и глядя в глаза мальчика, спросил старший, сидя на корточках. — Если что, я могу позвать Арсения. — сказал Соколов, прекрасно понимая, что младший доверяет тому намного проще. — Не надо. Простите за неудобства, напридумывал себе всякого. — попытался отшутиться Антон, игнорируя тот факт, что это вышло неудачно, он начал самостоятельно поддевать кофту пальцами, но его остановил голос врача. — Тебе не следует самому совершать такие движения, я не знаю, насколько у тебя плохое состояние, так что, я сам. — теперь же ничего, а точнее — никто, не помешал старшему снять с Шастуна вязаную кофту. Но лучше бы помешал, ведь увидев тело парня, мужчина чуть ли не открыл рот от удивления. Исхудавшее, с огромными синяками, гематомами, ранками, а так же Матвея насторожило то, что на теле парня можно было увидеть засосы, что было подозрительно, из-за действий Антона сначала, а что намного страшнее укусы, немного, но... мужчина, будто не доверяя глазам, прошел рукой по одному из них, а реакция не заставила себя долго ждать, его больно ударили по руке, а подняв взгляд на подростка, он увидел на его лице страх, а после осознание. — О Боженька Великий, простите, я не хотел, оно случайно так вышло, я не намеревался вам навре.. — его перебил Матвей. — Все в порядке. — но все было ни черта не в порядке. — «Как Арс их не увидел, ведь явно не его рук.. зубов дело, сделано раньше.. черта с два, что произошло с этим парнем? Как только смогу отойти, позвоню Арсенуко, ибо так дело не пойдет.» — эти мысли пролетели в голове брюнета, но быстро собравшись, он начал осматривать юношу, сперва торс, а после и колени, благо джинсы можно было просто подкатить.

***

— Вы столько сладостей купили. — проходя на кухню и неся пакеты, удивлялся мужчина. — Я прекрасно помню, что про сладкое ты вечно забываешь. — посмеявшись ответила девушка. — У тебя есть молоко? Мы купили хлопья Кьяре, а молоко забыли. — после этих слов девочка подбежала к стулу, на котором стояли два пакета и достала из одного из них пачку «Cini-Minis» с корицей. — Конечно есть, молочные коктейли это святое. — почти пропел брюнет. — Невольно напоминает времена, когда мы жили вместе. — слегка грустно улыбнулась женщина. — Но все прошлое должно оставаться в... — прервалась Алена из-за того, что обернувшись увидела как их с Поповым чадо открывает сухой завтрак, с явным намереньем начать есть его в сухую. — Кьяра! Подожди пока Арсений нальет молоко и поешь их адекватно, ты же помнишь, что в сухомятку ты ешь их слишком много и у тебя начинается сыпь. — подходя к дочери и ставя кпаковку на стол, вздыхает Соколова. — Мама, ты злая. — показав язык и отвернувшись горделиво задирая подбородок сказала девочка, а Арсений громко засмеялся, да так громко, что казалось, что его слышит весь дом. — Вот это ты даешь. — уже налив в тарелку хлопья, Попов потрепал ребёнка по волосам. — А ты как всегда, нет, сказать, что так говорить нельзя, а смеешься. Что с друзьями, что с племмяниками, что с дочерью. — насыпая «Cini-Minis» говорила девушка, а закончив с этим, дала уже сидящей за столом девочке ложку. — Только не спеши, а то подавишься. — сразу после этих слов Кьяра закашлялась. — Накаркала. — с улыбкой сказал Арсений слегка ударяя ладонью по спине дочке. — Капитан очевидность. — не сдерживая смех говорила женщина.

***

Через пятнадцать минут на кухню зашли Матвей с Антоном. Ну, как сказать зашли, Шастуна вновь занесли на руках и посадили на стул, с которого буквально за секунду до встал Арсений, чтобы юноша мог находиться в сидящем положении. — Как он? — моментально обратилась жена к супругу, когда тот подошел к раковине чтобы помыть руки, от которых пахло медикаментами. — Я думаю, нам не стоит говорить об этом при детях. — тяжело вздохнув, ответил мужчина, рядом с которым уже находился и Попов. — Кьяра, солнце, не стоит тянуть Антона куда-то, ему больно, он болеет, как и ты раньше, только от этого он сильнее чувствует боль. — говорил Матвей подходя к детям, помогая девочке сесть на колени подростка, естественно спросив перед этим, не против ли Шастун, а тому только в радость — он всегда хотел младшую сестренку. — Ребятки, идем в гостинную, посмотрим фильмы или мультики? — произнес Арсений, переглянувшись со старшими в комнате, а те прекрасно поняли, что он имеет в виду и согласились. — Ура! Мультики! Я пропустила целую серию «Софии прекрасной» пока мы ехали к тебе с папой. — обращаясь к Антону, говорила девочка, а юноша пытался вспомнить, что же это за мультик, ведь название когда-то слышал, но прекратил эти попытки, понимая, что все тщетно. — А какие мультики смотришь ты? — держа мальчика за руку, спрашивала Кьяра, в это время Попов перекидывал вторую руку подростка через плечо и придерживая за талию, начал идти в гостинную, а все остальные за ними.(молнию маквин он смотрит, все мы знаем)

***

Спустя тридцать минут все смотрели «Софию прекрасную», а Шастуна по настоящему затянуло, и начинало казаться, что не он смотрит это из-за желания девочки, а она смотрит из-за собственной хотелки. Ну а что, почти восемнадцать лет, может себе позволить. В какой-то момент старшие незаметно удалились в комнату Попова. — Так что с ним? — шепотом, но очень переживая, спросила девушка, смотря на мужа. — Мало того, что весь торс в синяках и прочем, что мы и так знали, правда все хуже, чем я предполагал, так еще и.. — тяжело выдохнув, Матвея явно пытался собраться с мыслями, что выходило не особо хорошо. — О Господи, как мне это грустно говорить.. бедный парень, я боюсь, что же с ним было.. — Что с ним?.. — тихо с железными нотками спросил мужчина, а Алёна прекрасно понимала, что Арсений волнуется и злится, из-за чего пыталась его успокоить, похлопывая по плечу и с пониманием глядя в глаза. — На его теле я обнаружил засосы, что не очень страшно, даже нормально, парень в расцвете сил, всё-таки, но его реакция, когда я хотел снять футболку, чтобы осмотреть, и взгляд, когда мы вошли в спальню Арса... — не давая места для чужих слов, мужчина продолжил. — Так же я увидел укусы, человеческие, их немного, а не зная как они выглядят вряд-ли кто-то обратит внимание, подумав, что это просто шрам. — на эти слова Попов кивнул, ведь он их видел, но как и сказал Соколов, списал на простые шрамы. — Опять же, меня больше пугает его реакция, я коснулся одного из них, ведь сначала не поверил глазам, и он довольно сильно ударил меня по руке, а после начал извиняться, но его глаза... Я думаю вы понимаете к чему я веду. — Лафик, скорее всего, подвергался изнасилованию со стороны «n». — озвучил догадки врача учитель. — Неужели ты и ему успел прозвище придумать? Видимо, ты вообще не меняешься. — вздохнула Алена, а Арс с Матвеем слегка захихикали, прекрасно понимая, что Соколова хочет отвлечься от этой темы, ведь мало того, что ей было жаль подростка, для нее самой эта тема была очень сложной, ведь в юности девушка так же подвергалась изнасилованию, в её случае, со стороны дяди, а вот в случае Антона не было ясно, кто был этой аморальной мразью.