Часть 2
8 января 2022 г., 22:39
***
Зайдя в главный холл, Володя слегка удивился из-за большого потока людей. Насколько ему известно, это лишь первое отборочное испытание, а не финал. Возможно, времена действительно изменились. Юра быстро кивнул товарищам и поспешил за кулисы, ему совсем скоро выступать. Володя продолжал оглядывать каждого новоприбывшего. Здесь были и простые зрители, и эксперты, и сами участники. Каждый из них выглядел довольно встревоженно. Кто-то машинально пытался повторять по воздуху мелодию, кто-то просто старался заглушить волнение через общение. Смотря на все этого, у Володи возникал лишь один вопрос: Был ли он в детстве настоящим? Он помнил, что каждый раз, заходя в это здание, люди уважительно кивали, а после перешептывались между собой — пришел тот самый пианист. Володя, в силу своего возраста, не понимал столь бурное обсуждение, поэтому всегда был хладнокровным. Возможно, ему этому учила и мать, ведь та считала, что истинные эмоции не должны показываться на публике, а проноситься сквозь мелодию. Он привык, что никто из товарищей его не понимает, не сможет дать совет, а музыка — да. Именно поэтому в музыкальной индустрии пошли слухи, что Володя какой-то запрограммированный робот, а не человек. Ведь не может ребенок в столь ранние годы вкалывать похлеще, чем работники в офисах. А он сидел, играл, продолжая показывать фееричные выступления. Бросив взгляд к окну, Володя резко вздрогнул, он увидел силуэт матери. Та продолжала сидеть в своем инвалидном кресле и злобно ухмыляться, испепеляюще поглядывая на сына. Ему показалось, что та что-то ему говорит, нашептывает. Спустя пару секунд он смог разгадать её послание: «Только победитель…». Володя резко щурит глаза и потирает пальцами в области виска, чтобы прийти в норму. Оглянувшись, он видит, что силуэта больше нет. Маша легонько дергает его за рукав, пора заходить в концертный зал и занимать места. Первые выступления были до того скучные, что Маша успела задремать. Володя же, наоборот, внимательно наблюдал за каждым. «Здесь он недобрал. Жюри такое не любят. Не пройдет», «Сфальшивила. В ноты не попадает», «Тут не чувствуется душа. Это вообще не попадает в канон». Он впервые за долгое время слушал живое выступление, поэтому пальцы время от времени начинали предательски дрожать. Все участники исполняли одно и то же — шестую сонату Бетховена, но каждый воспринимал ее по-разному. Для незнающего человека все участники звучали одинаково и серо, но только жюри и Володя понимали, что настоящих творцов здесь нет. Сплошные любители. Когда настало время выходить Юре, Маша моментально проснулась и начала смотреть в оба. Остальные зрители в зале продолжали немного засыпать, но увидев нового участника, слегка оживились. Володя тоже не остался в стороне, ведь ему на секунду показалось, что сцена изменилась, стала более светлой, живой. Юрка переоделся в белоснежный костюм с черным пиджаком, немного уложил волосы, но некоторые непослушные кудри все-таки давали о себе знать. Однако это не портило скрипача, наоборот, украшало. В помещении будто бы воцарилась другая аура, неподвластная объяснению. Юноша наклонился, приветствуя гостей и тихонечко прошептал: — Надеюсь, моя музыка откликнется в душе каждого, — Юра кивнул своей пианистке, которая аккомпанировала вместе с ним, и они мгновенно слились в танце нот. Мелодия была сперва аккуратная и звонкая, будто бы взошло солнце, а на траве еще ютилась роса, но через миг музыка стала грозной, быстрой, словно начался ураган, заставляющий животных быстро прятаться по домам. Этот бешеный поток вздрагивал от каждого шороха, создавая качели. Музыка возродилась, перенеслась в человека, а именно, в Юру Конева. Он вздрагивал, а после замолкал, а потом вновь и вновь играл. Возникало ощущение, будто бы он вступает в диалог с музыкой, ругается, сбрасывая посуду со стола, а после страстно целует под буйным всплеском чувств. В этой мелодии была борьба и бесконечный поток слов, которые разобрать мог только он. Володя чуть ли не встал с места. Его взгляд был полностью прикован к Юре. Молодой, хрупкий юноша старается отчаянно удержать эту мелодию, сковывая ее в цепи, но при этом горячо обожая. Это был уже не Бетховен. Это был собственный стиль незнакомца из Германии. Все взгляды были прикованы к сцене. Казалось, будто Юра не только играл на скрипке, но еще и колдовал, запуская в каждого человека волшебную пыль, чтобы та мигом возродила что-то в сердце каждого. Единственные недовольные были жюри. Они вовсю критиковали и осуждали юного участника. — Что он себе позволяет?! Это полное неуважение ко всем нам! — Это что за своевольность? Он что, бросает вызов самому Бетховену?! — Приехал из своей Германии, и ни капли не уважает классику! Хам, бесстыдник! Под весь этот смерч Юра резко замолкает и прекращает играть. В зале повисла гробовая тишина. Были слышны лишь прерывистые вздохи Конева, который жадно глотал воздух, убирая с лица бесконечные капельки пота. Через секунду весь зал встал и начал громко аплодировать. Это был редчайший случай, который Юра отхватил в первое же выступление.***
— Юра, это было блестяще! Ты такой молодец, — кричала во всю Маша, вновь крепко обнимая друга. — Я даже проснулась после такого! — Спасибо, Маш. Я рад, что ты осталась довольна, — Юра слабо улыбнулся, это выступление выжало из него все силы. — Володь, а как тебе? — Весьма недурно. Было ощущение, что ты выступаешь не на конкурсе, а на своем личном концерте. Зрителям очень понравилось. Вот только жюри этого очень не любят. Твое выступление было очень экстравагантным, будто бы ты бросил вызов всем окружающим. Поэтому… Мне жаль, но пройти в следующий этап ты навряд ли сможешь. — А мне это не нужно, — Юрка искренне улыбнулся, ловя удивленный взгляд Володи, для того это было дикостью. — Мне было важно, чтобы люди услышали меня. Если им понравилось — это самое главное. Я хотел им запомниться, чтобы этот день остался у них на всю жизнь. Володя кивнул, искреннее восхищаясь ответом своего нового приятеля. Он никогда не задумывался об этом, не думал о других. На секунду ему показалось, что это не Юра обычный любитель, а он сам. Хотя… Учитывая сегодняшнее выступление, Конева тяжело назвать любителем. Он настоящий музыкант. Через полчаса на стене вывесили список прошедших. В этом году впервые учитывали мнение зрителей. Участник, получивший приз зрительских симпатий, автоматом проходит в следующий тур. Этим счастливчиком оказался Юрка. — Юра, ты попал в следующий тур! — Володя радостно подошел к нему, протягивая руку, чтобы крепко ее сжать. — Я тебя искренне поздравляю. — Спасибо, Владимир Давыдов. Ваши слова запали мне в душу, — поймав странный взгляд товарища, Юра хихикнул. — А чего ты удивляешься? Думаешь, я тебя не узнал? Да тебя все музыканты знают! Легенда! — Я уже давно не играю, поэтому не стоит считать меня легендой, — Володя напрягся, действительно не ожидав того, куда зайдёт диалог. — Легенда, еще и какая! Да тут половина участников на сцену вышли, потому что брали с тебя пример. Ты с самого детства выступал. Я, признаюсь честно, тоже был когда-то вдохновлен тобой, поэтому для меня честь встретиться с тобой лицом к лицу! — скрипач легонько похлопывает пианиста по плечу. — И ты прости за сегодняшний случай у дерева. — Ты тоже меня прости. Я вообще замахнуться на тебя с кулаками хотел, но Маша вовремя пришла. Так бы и выступал с фингалом под глазом. — Раз мы с тобой теперь друзья, предлагаю закрепить это кое-чем, — Юра сделал хитрый взгляд, словно он лисица. — Я хочу, чтобы следующее выступление ты аккомпанировал мне! Володя, будешь моим напарником?
