Ты пришел оттуда, где всегда цветет весна

***

Прошло несколько дней с предложения Юры, но Володя так и не дал на него ответа. Юра раздражался, ему было важно узнать все здесь и сейчас. Однако он не торопил Володю, понимал, что тому надо время. Они вместе пошли в местное кафе за угол школы, чтобы просто поболтать и обсудить несколько моментов с учебой, Конев не хотел отставать по программе. — Почему ты вдруг решил вернуться в Россию? Насколько я знаю, образование в Германии намного лучше, — не скрывая своего интереса, спросил Володя. — Я родился в России, это моя вторая родина. Мне бы хотелось оставить хоть какие-то воспоминания здесь, пока… — Юра запнулся, немного обдумав слова, произнес, — не стану известным музыкантом. Дальше времени не будет, только работа, работа и еще раз работа. — Ты прям жизнь на десять лет вперед расписал. Удивительно, — парень улыбнулся, косо поглядывая на компанию из трех ребят, которые внимательно уставили свой взгляд на пианино. — Смотри, эти дети были тогда на конкурсе в качестве зрителей. Юра бросил взгляд на малышню и сразу же улыбнулся. Недолго думая, он встал со стула и направился к ним, чтобы поговорить. Те сразу оживились, поскольку увидели того самого скрипача, о котором слагают легенды на протяжении нескольких дней. Они указали пальцем на пианино и о чем-то жалобно попросили. Звонкий смех Юрки пронесся по всему кафе, а через пару мгновений его голова оказалась впритык к Володе. — Тут дети просят, чтобы им показали, как правильно играть одну мелодию. Покажешь, маэстро? — и снова хитрый взгляд. — Нет, не могу, — быстро ответил Володя и мгновенно получил затылком по голове. — Ты чего?! — Не позорь меня перед детьми! Я им уже сказал, что один дяденька поможет им. — Дяденька?! Я всего лишь старше тебя на два года, но это не отменяет того факта, что мы одноклассники! — прокричал Володя, но его собеседник закрыл уши руками, демонстративно делая вид, что ничего не слышит. Упрямый ребенок. Володя легонько коснулся очков, чтобы их поправить и направился в сторону ребят, дабы помочь им в столь сложном деле. Одна из девочек уже сидела на стульчике и была готова слушать наставление пианиста, но тот спокойно кивнул, давая ей команду играть. Она, слегка нелепо, но с безумным интересом принялась нажимать на клавиши. Володя уловил такт мелодии и принялся играть вместе с ней. Радостная музыка прошлась по всем столикам, вызывая улыбку у каждого. Юра, довольный этим моментов, начал широко улыбаться и напевать одну знакомую всем песню: «Гори, сияй из темноты. Скажи мне, звездочка, кто ты?». Володя тоже не остался в стороне, слыша, как каждая нота проносится сквозь его уши. Неожиданно для себя он ускорил темп, а музыка заиграла более яркими красками. Окружающие удивились и моментально обратили внимание на пианиста. Однако музыка закончилась также быстро, как и началась. Юра бросил обеспокоенный взгляд на Володю, а тот тихонечко вздохнул, извинился перед девочкой и быстро выбежал из кафе. Его товарищ следом. — Володь, что случилось? Ты же только что играл, все было хорошо! — Я не могу, прости. Мне тяжело, — юноша сел на лавочку и закрыл глаза, откидывая голову назад. Внутри бешено стучало сердце, но снаружи Володя старался держаться солдатиком. — Почему ты перестал играть? Ты ведь известнейший музыкант среди нас! Юный гений, который никогда не допускал ошибок… — Юра встал рядом с ним, но не сел. Смотрел на того сверху вниз. — Я больше не слышу собственной музыки, — поймав удивлённый взгляд, пианист усмехнулся. — Знаю, звучит глупо, но это так. Поначалу все нормально, и я могу спокойно играть, но через время, когда я увлекаюсь мелодией и иду за ней следом, она будто бы бросает меня в пропасть, и я скатываюсь в бездну. Чем дольше играю, тем глуше становится звук. Кажется, будто музыка притягивает меня к себе, манит, а потом улетает вместе с ветром, оставляя в одиночестве. Я слышу, как пальцы касаются клавиш, но звук не доходит. Он пустой. — Да что за глупости?! — Юра перешел на крик и ткнул пальцем в лоб Володи, чтобы тот посмотрел ему прямо в глаза. Для скрипача подобный монолог был бредом, даже дикостью. — Не можешь играть? Научись! Ты должен уметь играть хоть с деревяшкой в зубах, как Бетховен! Не можешь руками — делай ногами! А если мало ног, то научись и носом. Если тебе плохо, если тебе кажется, что весь мир настроен против тебя, — все равно играй. Мы не можем жить иначе. Наша жизнь — это музыка, и мы не имеем право так по-детски с ней прощаться. На протяжении всего рассказа Юра только и делал, что активно жестикулировал руками, а потом грозно посмотрел на Володю. Тот, кстати, смотрел на него с распахнутыми глазами, а после улыбнулся. Он никогда не видел таких живых людей, готовых самоотверженно идти за тем, что велит сердце. Возможно, Володя понимал, что в глубине души хочет быть таким же, как и он. Со дня их знакомства он постоянно задавался вопросом: почему тот всегда так светится? Теперь, смотря на него, такого живого и ранимого, он, кажется, понял ответ: «Когда ты любишь, человек словно сияет в твоих глазах. Юра — это олицетворение любви. Он горит своим делом, ему нравится скрипка, люди, выступления. Ему нравится жизнь. Этот хитрый, но до того светлый мальчик, пришел оттуда, где всегда цветет весна…».

***

С того разговора Юрка будто бы сорвался с цепи и начал каждый день твердить Володе, что тот должен стать его напарником. Пианисту казалось, что он наконец-то избавился от него, но тот раз за разом давал о себе знать, оставляя распечатанные ноты. Куда бы не зашел Володя — везде ноты. Даже в его собственном доме! Увидев в своей комнате сущий хаос, парень быстро направился к окну, чтобы прокричать Маше пару ласковых фраз, они жили напротив друг друга. Тот был уверен, что девушка помогла Юре в столь надоедливом преступлении, но, открыв окно, он увидел, что и оно было обклеено нотами! Кажется, портал в ад открылся с тех пор, как в его жизни появился этот надоедливый скрипач из Германии. На следующий день был долгожданный момент икс, когда Юре надо было выступать вместе со своим новым аккомпанементом, но его «напарник» так и не дал положительного ответа. Володя прекрасно знал это, как и то, что скрипач от своего не отступиться, следуя по пятам охотничьим псом. В надежде на спокойный ланч, было решено отправиться на крышу. Но, увы, гром среди ясного неба настал, и в тихую гавань ворвался разъяренный Юрка с непонятным гнездом на голове. — Ты чего тут прохлаждаешься?! — кричал Юра, уставив вопросительный взгляд на Володю, пока тот спокойно поедал ланч. — Не прохлаждаюсь, а обедаю, — парень делал вид, что он не при делах. Конева это жутко бесило. — Мы сегодня выступаем! Ты что, хочешь меня подвести?! — Я тебе говорил уже в сотый раз, что не могу. Ты можешь обратиться к профессионалам, а не ко мне. Я им не ровня. — Да ты постоянно ищешь причину для отказа! Какая разница? Ты просто боишься. Неужели тебе нравится быть трусом?! — Юра продолжал кричать, совсем не осознавая, что сейчас задевает больную тему для Володи. Возможно, он специально это делал, чтобы вывести парня на эмоции. Кто знает. — Да, мне страшно, — Володя убрал остатки ланча в рюкзак и вновь продолжил, моментами кашляя из-за дрожащего голоса. — Каждый раз, когда я сажусь за пианино, мне кажется, будто бы меня засасывает в темную пучину, где на пути мне встречается мать, которая недовольно на меня смотрит и говорит: «Ты просто нашел повод сбежать со сцены. Ты не Бетховен, а ничтожество». Я протягиваю ей руку, будучи совсем маленьким со слезами на глазах, но она меня игнорирует. Мой внутренний ребенок кричит: «Спасите… Кто-нибудь… Помогите мне… Мамочка…». После я будто бы окончательно тону, словно в болоте, которое затянуло меня одного. Я один. Нет мне спасения. — А как же я? — задал вопрос Юра, переставая злиться. Теперь его эмоция сменилась на радость, но она была вперемешку с задумчивостью. — Зачем ты убегаешь от самого себя? Музыка неразрывно связана с нашей жизнью. Если мы ее игнорируем, значит, мы игнорируем самого себя. Помнишь ты удивился, когда я сказал, что мне не важно место в конкурсном списке? Я не стремлюсь достичь идеала. Мне важно играть от всего сердца. Мне важно, чтобы люди, услышав мою музыку, запомнили ее и меня на всю жизнь. Чтобы каждый раз, когда им было грустно, моя музыка отдавалась бы им прямо в сердце. Даже когда я умру! Это и есть мой смысл жизни. Я музыкант, и ты тоже. Поэтому… — Юра протянул руку Володе, а тот задумчиво на нее посмотрел, но после устремил взгляд на глаза товарища. Они были мокрые от слез. — Прошу, помоги мне. Помоги мне зажечь в сердцах людей огонек.