Катюха

Konfuz — Ламбо

      —А меня нарисуешь, Тонечка? — Приторно-нежно протянула Катька, положив голову на плечо блондинки.       Девушка тяжело вздохнула и, поправив очки, с обречённостью в голосе ответила:       —Как-нибудь потом и тебя обязательно нарисую, Катя — Петрова прекрасно понимала, что лишь отсрочивает тот день, когда ей всё же придется нарисовать далеко не самую любимую одноклассницу, но всё же решила сопротивляться до последнего.       Моментально потеряв интерес к художнице, Смирнова выпрямилась и, перегнувшись через парту, выхватила из рук Полины сложенный пополам листочек в клетку.       —Очень красиво, — констатировала она, рассматривая нарисованный и ставший общественным достоянием портрет брюнетки, благодаря его конфискации Лидией Павловной за занятие изобразительным искусством на уроке алгебры. — Хоть у кого-то у нас в классе есть талант!       Сидевшая в кругу одноклассников Пятифан внезапно оживилась, но, во время одёрнув себя, произнесла с напускным безразличием:       —А мы все не пальцем деланные, да, Тонька? — На Риту уставилось несколько пар ничего непонимающих глаз, в числе которых была и её талантливая подруга.       —А то, на, — в отличии от Петровой, Бяша идеально понимала намёки и филигранно подыгрывала в любых ситуациях, даже не имея ни малейшего понятия о происходящем.       —Ой, — цыкнула Смирнова, закатив глаза, — лузгать семечки — это не талант, Пятифан.       Обрадованная захваченным вниманием Смирновой Рита самодовольно ухмыльнулась:       —А я не только семечки лузгать умею, — встав со стула, Пятифан направилась к стоявшей в углу класса гитаре.       —Она ещё и глазом пиво открывает, на! — С нескрываемой гордостью за навыки подруги похвалилась Бяша.       —И не только, — краем глаза заметив насмешливую улыбку старосты и на секунду растерявшись, сменила тему Пятифан, — я ещё и пою немного.       —Здорово! — Не удивительно, что Антонине так сильно нравилась Полина. Она поддерживала и проявляла искренний интерес к абсолютно всему, что видела вокруг себя.       Бесцельно покрутив несколько секунд колки, как это всегда делал отец, и проведя пару раз по струнам гитары, Ритка, наконец, сыграла первый аккорд. Те группы одноклассников, что до этого не обращали внимание на происходящее и общались между собой, замолкли в ожидании продолжения.       Запнувшись, Пятифан подтянула к себе гитару и, проведя по струнам ещё раз, наконец, запела:       —Эл из форэвей ю лукитми, — чистота пения девушки была обратно пропорциональна чистоте её иностранной речи.       —О из форван айс, — в каждом слове Рита отчаянно боролась с акцентом, но он вероломно побеждал, не оставляя сопернице шансов.       —В из вери вери экстратрата, — совершенно забыв заученный без какого-либо понимания набор букв, отдалась ситуации Пятифан, позволяя целесообразным для такта песни звукам самостоятельно выпадать изо рта.       —И, э-э-э...— в попытках вспомнить хоть что-то, Рита в панике посмотрела на Петрову, в надежде, что та телепатическим образом передаст ей текст песни.       Явно затянувшийся проигрыш не помогал утопающей в иностранном языке Пятифан, а лишь делал хуже, делая ситуацию всё более неловкой.       Ещё никогда в жизни Рита не была рада металлическому звону, оповещающему о начале урока. Моментально прекратив играть, она, словно послушная ученица, отложила на место музыкальный инструмент и направилась напрямую к своему месту.       Перешептывающаяся с подругами Катя время от времени бросала на Пятифан взгляд, а затем наиграно улыбалась, явно наслаждаясь каждым произнесенным словом, заставлявшим одноклассниц еле слышно посмеиваться и переглядываться между собой.       —Прости, Рит, — с досадой в голосе произнесла Тоня.       Снег приятно проваливался под тяжестью тела, а холод пощипывал щёки.       —Да ты-то тут причем, — отмахнулась Пятифан. — Это же я нихрена английский не знаю. Спасибо за то, что русскими буквами всё написала, я хоть что-то выучила. Честно говоря, я вообще не понимала, что несу.       —Было слышно, — еле слышно хихикнула Петрова. — А с чего вдруг такая любовь к Фрэнку Синатре? Не ожидала от тебя.       —Да так, решила выучить, на праздниках родственникам играть, — отмахнулась Рита.       —Live and learn, на, — подняв указательный палец вверх, произнесла Бяша.       Синхронно остановившиеся подруги вопросительно посмотрели на девушку:       —Матушка в туалете сборник афоризмов положила, — пожала она плечами. — Нет греха, кроме глупости. Оскар Уайльд, на.       —Тогда найдешь меня в соседнем котле, — Рита похлопала по плечу подруги и, вздрогнув, то ли от холода, то ли от пронизывающего ощущения жгучего стыда, ускорила шаг.