Катюха

*** Быдлоцыкл — разобранная ***

      —Да у тебя что, блять, жопа отвалится подруге помочь, что ли, Кинематограф? — Пятифан преградила путь парню из младшего класса, когда он попытался выйти из столовой. — Ну посмотрит народ мультик про принцессу вместо комедии, приобщится к прекрасному.       Жертва Риты был один из немногих людей, на ком редко работали запугивания: неспособный дать отпор даже висевшему на стене плакату с Джеки Чаном хиляк, при всей своей физической слабости никогда не поддавался угрозам местных хулиганов. Несмотря на неготовности бороться с обидчиками физически, он молча выносил все издевательства, а после, как ни в чем не бывало, продолжал совершать всё то, о чем его настоятельно просили не делать, пока он наблюдал, как его кровь окрашивала белый снег. Иначе как извращенным получением удовольствия от причинённых страданий Пятифан объяснить его настойчивое желание делать всё по-своему не могла. Антонина время от времени говорила о какой-то "автоагрессии"*, но Рита мало что понимала в их ботанских делах, поэтому поведение парня для неё так и осталось загадкой.       И, как нарочно, этот извращенец с "автоагрессией" по совместительству ещё и заведует единственным в их посёлке кинотеатром, организованного давно во времена выбора председателя посёлка, из проектора, ноутбука и белого полотна в бывшем доме культуры. Закрепившееся из-за его вида деятельности и любви к фильмам кличка "Кинематограф" уже настолько давно заменила ему имя, что, возможно, его так называли даже дома.       —Ты мне не подруга, Пятифан, — посмотрев прямо ей в глаза, произнёс он. — И я не буду ничего для тебя делать.       —Ты уверен, на? — Послышалось где-то неподалёку.       За его спиной материализовалась Бяша с остатками булки с сосиской в одной руке и приторно сладком чае в гранённом стакане в другой.       —И что будете делать? Бить меня? — Спросил парень таким голосом, будто пытается вывести агрессоров на самые негативные из всех возможных эмоции.       —Уно-хуюно-моменто, перфаворе, — Бяша силой пропихнула остатки булки и залпом выпила чай, с шумом поставив стакан на стоявший неподалеку обеденный стол. Вытерев губы рукавом черного платья, она продолжила, — никто бить тебя не будет, мы же не быдло какое подзаборное.       Парень шумно выдохнул через нос и ухмыльнулся, но, резко положившая ему на плечо руку Бяша, всё же заставила его еле заметно вздрогнуть:       —Слышала я, что нравится тебе наша Антонина, — Пятифан в ожидании подтверждения или опровержения сказанного смотрела на кинематографа, лицо которого не выражало ничего, кроме всепоглощающего презрения. — Хотелось бы нам сказать ей о тебе что-нибудь хорошее. Например, что ты нам помог, она любит хороших мальчиков, не так ли?       —Да, она у нас такая, — кивнула Рита, и хихикнула, кинув взгляд на как назло проходящую мимо Полину.       "Кинематографично" — подумала про себя Пятифан и даже пожалела, что она не персонаж какого-нибудь рассказа.       —Ну или мы можем рассказать что-нибудь другое, — зыркнув на Риту, продолжила Бяша. — Например, как ты дрочил в женском туалете, когда мы туда покурить.       —Но я же не дрочил в туалете, — лёгкая нота возмущения выдала заинтересованность в диалоге, и парень моментально одёрнул себя, посмотрел на Бяшу и Риту, будто пытаясь понять, уловили ли они еле заметное изменение в его голосе.       —Ну это уже как мы расскажем, на, — пожала плечами Бяша.       —Историю пишут победители, — Пятифан никогда не перестанет удивляться невероятным способностям Бяши к переговорам.       —Хорошо, я вам помогу. — Выдохнув, сдался кинематограф. — Поставлю "Аннабель".       —Это которая с чудовищем? Ну вот и супер, на, — ущипнув парня за щеку, довольно улыбнулась Бяша, наконец, убрав руку с его плеча. — Мы-то добро не забываем, расскажем Тоне про тебя только всё самое лучшее. Ты давай, это, скачай там какую-нибудь шнягу про принцесс в своих тварьентах**.       Кинематограф в очередной раз еле заметно закатил глаза.       —Что стоим? — Спросила Бяша Риту, провожавшую взглядом удалявшегося вдаль по школьному коридору Кинематографа. Пятифан вздрогнула и уставилась на подругу в ожидании допросов касательно её невероятного желания посмотреть мультфильм про принцесс на шатающихся креслах их дома культуры. Но вместо этого девушка расплылась в улыбке, ничуть не стесняясь отсутствие передних зубов и прошепелявила, — не хотим купить своей спасительнице пиццу?       Она никогда не задавала неприятных вопросов, не пыталась докопаться до правды и не комментировала происходящее. Рита доподлинно не знала, — Бяша всё знала, и потому считала вопросы лишними, или просто не особо задумывалась в силу абсолютной незаинтересованности в жизни других людей. Пытаясь всеми силами скрыть благодарность за понимание, всё ещё до конца не разобравшись, знает ли что-то подруга на самом деле, Пятифан удивленно произнесла:       —Ты же только что поела.       —Переговоры забирают очень много энергии, знаете ли, — Бяша взяла подругу под руку и повела по направлению к прилавку с выпечкой, — её надо срочно восстановить, а то я упаду в обморок, и что вы будете делать без меня?       Пятифан понимающе кивнула и достала из кармана штанов полученные от младших классов деньги.       —Чтобы ты знала, я пошла с тобой, только потому что не хочу смотреть, как моя мама бегает в фартуке вокруг этого ничтожества. — Ярко охарактеризовала своего новоиспеченного отчима Смирнова.       Катя позволила Пятифан открыть перед собой дверь и прошла на свободное место в переднем ряду. Рита бросила грустный взгляд на задний, как нарочно, абсолютно свободный ряд.       —Меня даже не интересует, что ты сделала с бедным Кинематографом, чтобы он в последний момент поменял фильм. — Катя уставилась на положенную на спинку её стула руку Пятифан, заставив последнюю перестать захватывать чужое личное пространство. — Но ты можешь мне хотя бы сказать, что мы будем смотреть, и почему ты уверяла, что мне понравится?       —Смотри сама, — самодовольно ответила Пятифан и, помахав сидевшему у ноутбука Кинематографу, развалилась на стуле, ожидая начала мультфильма.       —Ты ещё более придурошная, чем я думала, — частый стук каблучков сапог Смирновой эхом разносился по всему холлу дома культуры.       —Катька, да я не это хотела, я думала, что...—       —Да нечем там думать! — Воскликнула девушка, повернувшись к догонявшей её Пятифан. — С чего тебе вообще показалось, что мне такое понравится? Я теперь спать не буду!       —Прости меня, Катька, — крикнула Рита вслед девушке, когда за той уже закрылась дверь. Пятифан подняла с пола мокрую от растаявшего снега перчатку Смирновой и, со злости сжав её, развернулась и направилась назад в злополучный зрительный зал.       — Я думала, мы договорились, Кинематограф, — процедила она, вытолкнув парня из полупустого зала и, не дав ему ответить, ударила прямо живот. — Что-то та херь, что напугала Смирнову, не была похожа на принцессу.       — А Полина не особо похожа на пацана, — Кинематограф согнулся пополам от боли, но продолжал отвечать в стандартной для него надменной манере. — Я на дурака похож? Или ты думаешь, что девочкам могут и девочки, и мальчики нравиться?***       Пятифан остановила себя от нанесения второго удара:       —И с чего ты решил, что Тоне Полина нравится?       —Не решил, а узнал, — Кинематограф, наконец, выпрямился и сложил руки за спиной, даже не оставляя себе возможность закрыть лицо от возможных следующих ударов.       —И откуда узнал? — Нетерпеливо, цокнув языком, переспросила Рита.       —Как признался Антонине, что она мне нравится, так и узнал, — Пятифан с сочувствием кивнула.       Приятное и вместе с тем тягостное чувство единства на фоне общего горя разлилось в груди девушки. Отстойно, когда ты понимаешь, что никогде не сможешь понравиться, как бы не старался. Непривыкшая осознавать что-то общее с такими, как Кинематограф, Пятифан, замялась, пытаясь подобрать слова. К радости испытывающей целую палитру смешанных чувств Риты, виновник смятений в её душе быстро исправил сложившуюся ситуацию, с отвращением фыркнув:       —Вы, видимо, своей компашкой по принципу общего извращения сдружились.       Возможно, Пятифан не знала, что говорить людям, с разбитым сердцем. Но зато она прекрасно знала, что говорить людям, с разбитым носом. Особенно, если этот нос разбила она сама.