Городок отчаяния

Улыбка никогда не сходит с её лица и все знают - она счастлива. Просто длинные рукава. Просто вечно-мешковатая одежда. Просто красные по утрам глаза (но это же просто аллергия (на что?)?) Она всегда поможет другим: советы, помощь в делах, обычный разговор, нескончаемые исповеди - это все она может дарить окружающим. "-Она счастлива?" - - Ты киваешь, вальяжно закинув ногу на ногу и развалившись в мягком кресле. "-Это она тебе так сказала?" "-Конечно. Разве ты не видишь, она вечно улыбается, легка на подъем и я полагаю, что вполне счастлива." Её счастье заключается в нервных срывах. В незаживающих шрамах на запястьях, в насквозь проколотых венах, изуродованных ожогами. Да, конечно, она вполне счастлива в тот момент, когда в приступах панических атак, забивается в дальней угол и режет себя, оставляя якро - красную кровь на белой плитке и уродливые, по долгу не заживающие полосы, проходящие сквозь мясо и кожу к синим венам, несущим кровь к сердцу. Да, улыбка не сходит с её лица, за которой зубы сомкнуты так, что ей кажется, что еще надави и раскрошатся. Её бросили прошлой осенью, бросили её, а не наоборот. И кажется это удар в солнечное сплетение, удар, выбивающий весь воздух из лёгких, она уже никогда не сможет набрать полные воздуха лёгкие и дышать так как прежде. Никогда уже не стать ей девочкой, умеющий искренне смеяться над его самой глупой шуткой и покрываться легким румянцем от лёгкой похвалы. Никогда не обнимет в ответ, обхватывая его тело руками, доверчиво прижимаясь щекой к его груди и прикрывая глаза, разрешая целовать себя в волосы. Теперь каждая его вещь вызывает панику, за которой следует апатия. И она не может заставить себя подняться с постели. Бездумно уставив взгляд в потолок, покрытый неровностями. Она раз за разом скользит взглядом по паутине трещин, будто ища в них ответы. Будто найдя виноватых. Каждое напоминание о нем отдаётся тупой болью в искореженном сердце. Где-то под кожей, глубоко внутри. У неё хроническое воспаление одиночества и черные круги под глазами, на не здорово - белом лице, как доказательство. Приговор. На лице тонна косметики, все та же улыбка. (Обман!) Каждая её улыбка как проталкивание ножа глубже в плоть. Она врет себе так искусно, что слова вырезаются на запястье большими белыми рубцами. "У неё красивая фигура.." " Боже, что за талия.." "Вот эта женщина.." Всё эти слова отдаются тошнотой внутри. " Генетика..." " Нет, это все спорт.."... И ещё и еще.. Но на самом деле то это расшатанная психика. Горло, саднящее от глубоких царапин. На деле-то... еда, от которой она отказывается. На деле то.. Четыре пальца, вода и отвращение себе, смешанное с глубокой ненавистью к себе. На деле-то... Она тонет, заплывая все глубже, каждый раз отталкивая спасательную руку. Спасти всех вокруг себе оказалось легче. Попытка спасти себя - звучит как приговор. "Не стоит.. Шрамы же на всегда, а ведь скоро все пройдёт!" - - Руки нервно мнут рукава чёрного свитера, под которых кровавые бинты опять прилипли к рваной плоти. Она врет безжалостно и искусно... Но ведь пройдёт же?