Сильнее смерти

      Ночь уже осветила тёмную, почти безмолвствующую гладь Темзы мерцающими огнями и обозначила неоновой подсветкой очертания Тауэрского моста, когда в скромном переулке, неподалёку от набережной, развернулся портал, из которого шагнули двое. Сияющая воронка ещё не успела схлопнуться за спинами новоприбывших, как один силуэт, более высокий и угловатый, тут же отдалился от другого. Его спутник поспешил ускорить свой шаг, зябко кутаясь в накинутый на плечи плащ. — Алек, стой. Твоя спешка ни к чему хорошему не приведёт. — Какая спешка? Мы ведь никуда не торопимся. — Я этого не говорил, — возразил молодой мужчина, сверкнув в темноте кошачьими глазами. — Прошло уже четыре дня, — бросил ему в ответ высокий брюнет. Он был бледен, и от этого его выразительные глаза казались ещё больше. — Целых четыре дня, Магнус, в то время как для Тео каждая минута такого существования сравнима с вечностью. Я не собираюсь и дальше терять…       Он вдруг прервался на середине фразы и, с шумом вздохнув, остановился. — Я не это имел в виду. — Да нет, — холодно отозвался Магнус. — Именно это.       Чтобы восстановить силы, ему потребовалось гораздо больше времени, чем он изначально рассчитывал: даже по прошествии трёх дней, пролежав в обнимку с чудодейственными микстурами Катарины, он всё ещё чувствовал в себе обидную слабость. При других обстоятельствах он бы наверняка позволил себе расслабиться и взять недельный перерыв, но, увы, не в той вселенной, где взвинченный до предела 70-летний вампир явно собирался навлечь на себя ворох неприятностей.       Если бы дело было только в их договоренности о совместном расследовании, Магнус бы даже не стал заморачиваться на этот счёт. Магия, которую он использовал для поиска Мейсона, повлияла на него не лучшим образом, и он знал, что теперь Лайтвуд готов терпеливо ждать, сколько потребуется, пока он не восполнит свой магический резерв, если не из беспокойства, то хотя бы из чувства вины. Вернее, был готов, если бы Бейн не сглупил, честно сообщив ему другую, более вескую, по его мнению, причину, и теперь земля буквально выпрыгивала у Алека из-под ног, спеша остаться позади него далекими километрами. — Я хотел сказать, что ты исчерпал всю свою магию, — тихо произнёс Алек. — Очевидно, это не так, раз уж мы всё же оказались в Лондоне, — сухо заметил маг. — Три дня назад ты был настолько обессилен, что не мог даже передвигаться без посторонней помощи, — возразил вампир. — А тут вдруг Лондон. Тебе надо было остаться дома и восстанавливать силы, а мне… — Найти другого мага, который открыл бы тебе портал? — перебил его Бейн. — В точности, как мы и договаривались!       Как представитель нежити, Алек не мог просто взять и потребовать у Института портал, даже во имя помощи охотникам, а значит, его единственным вариантом было обратиться с тем же вопросом к местному колдуну, который оказался достаточно благоразумным, чтобы уведомить об этом крайне недовольного Верховного мага. Слухи в нижнем мире распространялись достаточно быстро. — А разве ты потом не собирался поступить так же? — парировал Лайтвуд. — Какая-то односторонняя у нас договорённость.       Магнус и впрямь планировал в одиночку отправиться за той единственной зацепкой, которую им пока удалось обнаружить, так что вряд ли он имел право судить Алека за то, что тот задумал поступить с точностью до наоборот, даже несмотря на то, что он, казалось бы, достаточно мотивированно объяснил ему свою позицию. Хотя о чём тут вообще было говорить… — И ты прекрасно знаешь почему, — раздражённо произнёс Магнус. — Камилла… — Я не боюсь её, Магнус, — резко сказал Лайтвуд. — Я знаю, — его голос дрогнул. — Но ты недооцениваешь её влияние над собой. После того, как она обратила тебя… — Не напрямую, — равнодушно откликнулся Алек. — Может и так, — маг был непреклонен. — Но мы оба знаем правду. Все эти десятилетия она скрывалась — с тех пор, как потеряла власть над своим кланом, и сейчас нам лишь благодаря невероятной случайности удалось выяснить её местонахождение. Даже с учётом того, что ты действительно заявишься к ней по душу Мейсона Росса, ты правда настолько наивен, что думаешь, будто тебе удастся её разговорить? — Тебе, конечно же, она скажет больше. Точно. Ты ведь придёшь к ней на правах старого друга.       Безэмоциональный тон Лайтвуда окончательно омертвел, но на какую-то долю секунды Магнус, внимательно вслушивающийся в каждое его слово, уловил глубокую горечь, ударившую его под дых. Будь Алек хоть немного похож на прошлого себя, эта жалкая секунда просто уничтожила бы мага. — Нет, Александр, — покачал он головой. — Больше нет. Что бы ни происходило между нами все эти столетия, одно крохотное событие полувековой давности полностью перечеркнуло это, — он немного помолчал. — Но ведь никто не мешает мне сделать вид, что это не так.       Строгие черты лица вампира неожиданно смягчились. Его губы чуть искривились в подобии начинающейся улыбки, но так и не стали ею. — Ты замёрз, — вдруг сказал он, нахмуренно глядя, как Магнус продолжает кутаться в свой не по-осеннему тонкий плащ. — Просто не до конца восстановился, — отмахнулся Бейн. — Значит, сейчас ты куда в большей степени человек, чем обычно, — заметил вампир и вновь двинулся с места, нырнув в проулок между домами. — Пойдём. Заглянем в одно место. — Место? — поспешивший за ним Магнус был озадачен.       Он не был в «Таверне дьявола» с десяток лет и должен был признать, что это заведение всё ещё не утратило своей особой атмосферы, как и не перестало быть популярным среди нижнемирцев. За столиками сидели шумно спорящие о чём-то оборотни, подвыпившие фейри подбивали вампиров на очередную карточную партию, а нынешний хозяин заведения был занят посетителями и, окинув помещение взглядом и не обнаружив здесь ни одного охотника, Магнус подумал, что совершенно не против сейчас смешаться с этой толпой и не привлекать внимание к своей нескромной персоне. — Во имя всего святого, кто к нам пожаловал, — весело и удивлённо произнёс чей-то голос. — Сам Магнус Бейн!       Маг мысленно чертыхнулся, осознавая, что пожелал практически невозможного. — Доброй ночи, Джошуа, — скованно усмехнулся он. — Работы всё не убавляется? — Она прибавляется всякий раз, как луна нарастает, — дежурно пожаловался тот. — Оборотни буквально с цепи срываются, опустошая годовые запасы бренди и шнапса. Плеснуть тебе? Пока ещё есть что. — Пожалуй, не в этот раз, — отказался Магнус под недоверчивый взгляд ликантропа. — Мне бы просто кофе. — Уверен? Ты выглядишь… как всегда, бесподобно, — запнулся Джошуа, с сомнением разглядывая его усталое и непривычно бледное лицо. — Спасибо за попытку, — усмехнулся не обманутый его интонацией маг. — Да, уверен.       Алек был прав: сейчас его демоническая часть ослабла, оставив больше места для человеческой — той, которая, вне всяких сомнений, будет выкошена всего с одного бокала, закажи он сейчас хоть что-то из алкоголя. Магнус не мог позволить себе утратить контроль — не сейчас, не здесь и, уж тем более, не в компании Алека. — Два кофе, если можно. Привет, Джошуа. — Ох. Привет, Алек, — оборотень окинул вампира рассеянным взглядом, будто видел его впервые, а между тем они явно были знакомы не первый день. — Прости, я тебя не сразу заметил. — Кое-что никогда не меняется, — криво улыбнулся Лайтвуд. — Не то чтобы ты был таким непримечательным, — внезапно ухмыльнулся Джошуа. — Но ты слишком бесшумный, даже для вампира. Просто кофе?       Алек зачем-то скользнул глазами по заведению, и Магнус замер, старательно делая вид, что его ужасно заинтересовала барная карта. — Не просто, — выдохнул, наконец, Лайтвуд, и маг внезапно понял, что не дышал всё это время в ожидании ответа Алека. — Понял, сделаем. А вы здесь… — оборотень, словно только сейчас понял, что они пришли сюда не по отдельности и теперь с подозрением на них поглядывал. — По делу, — сухо произнёс Алек, занимая свободный стул. — Ясно, — не стал донимать их расспросами Джошуа и улетучился, перед этим ещё раз окинув их странным взглядом.       Магнус в упор уставился на вампира. — Не просто кофе, — повторил он слова Алека. — Это хотя бы вкусно? — Что? — тот несколько нервозно на него посмотрел. — Скажи мне, что ты не живёшь так последние пятьдесят лет. — Не живу, — скупо проронил Алек, слегка поерзав на стуле. — Тогда в чём проблема? В том, что я здесь? — Почему тебе так важно уличить меня в том, что я пью кровь? — прямо спросил Лайтвуд.       Магнус открыл было рот, но потом сразу его закрыл. — Зачем мы здесь, Алек? — спросил он, помедлив. — Все эти четыре дня ты буквально из кожи вон лез, сердясь на меня за то, что я попросил тебя не вмешиваться. А теперь, когда я… — он осёкся, не желая говорить о том, что фактически стоит сейчас на ногах за счет магического допинга. — Когда мы всё же пришли к соглашению и оказались здесь, ты теряешь время… — Магнус, — терпеливо сказал Алек. — И тащишь меня в Лондонский паб, — не слушая его, продолжил Магнус. — Я просто не понимаю. Зачем? — Для начала, — Алек выдохнул, собираясь в мыслями. — Я не должен был так говорить. Я… Я разозлился. Когда ты просто поставил меня перед фактом, рассказав о Камилле… — Ты должен был понять, почему я… — Я понимаю, — перебил его Алек. — Но это было не тебе решать.       Он резко замолчал, когда перед ним опустилась дымящаяся чашка с его не просто кофе. — Если мы хотели застать Мейсона или хотя бы Камиллу врасплох, нужно было действовать сразу, как узнали об этом, а это значило, что я должен был бросить тебя в таком состоянии и идти вершить правосудие в одиночку. Я сделал свой выбор, — в голосе Алека прозвучали странные нотки, заставившие Бейна с удивлением взглянуть на него. — Так что ничего не изменится от того, что мы задержимся здесь ещё немного для того, чтобы ты хоть немного согрелся и перестал так явно стучать зубами. — Какая трогательная забота, — пробормотал Магнус, уткнувшись в свою чашку. Может, всё же не помешало бы добавить в неё пару капель виски? — Отвратительно, — презрительно прокомментировал кто-то. — Меня стошнит, если ты на это поведёшься.       Магнус застыл, как громом поражённый, услышав знакомый голос. Он тут же накренился на своём стуле, пытаясь отыскать глазами говорящего. Ну, конечно… — Ты ему позвонил! — обвиняюще воскликнул он, повернувшись к Алеку. — Ты сделал это первым, — спокойно отрезал тот и глазом не моргнув. — Я лишь сказал ему, где нас искать. — Да, в одном месте, где моим зубам якобы будет комфортнее, — буркнул маг и, отхлебнув кофе, покосился на вновь прибывшего. — Спасибо, что предупредил. — К твоему сведению, я уже должен был быть на обратном пути в Нью-Йорк, — недовольно произнёс Рафаэль, кивая бармену. — Пока вы двое не сорвали мне все планы. И зачем я только взял трубку? Дважды! — Нужна твоя помощь, — вмешался Алек. — Это я уже понял, — поморщился вампир. — Ещё когда вы начали обрывать мне телефон неделю назад. До утра нельзя было подождать? — На меня даже не смотри, — нахмурившись, сказал Магнус. — Я и до вечера следующего дня был бы не прочь отлежаться. — Я заметил. Паршиво выглядишь, — без обиняков сообщил ему Рафаэль, заполучив свой коктейль из неразбавленной третьей отрицательной, с попутным интересом разглядывая напиток Лайтвуда. — Спасибо, ты очень любезен, — проворчал маг. — Как и всегда.       Где-то с минуту Сантьяго молчал, переводя нечитаемый взгляд с одного на другого и обратно, а затем прищурился. — Я начал подозревать неладное с момента ваших попеременных звонков с одним и тем же вопросом, но решил, что не буду делать поспешных выводов, пока не увижу всё собственными глазами, — он скептически изогнул брови. — Уверен, что пожалею об этом, но всё же спрошу: что такого экстраординарного могло произойти, что вы двое находитесь в одном помещении на расстоянии метра и даже пытаетесь разговаривать?       После короткого повествования о событиях минувшей недели Рафаэль помрачнел ещё больше, чем до этого. — Чёрт возьми, — выругался он. — Это не может быть совпадением. — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Магнус. — То, что Камилла вдруг объявилась после своего длительного затишья, — нехотя пояснил вампир, неспешно потягивая кровь. — Лондонский клан сейчас избирает нового главу и, как выяснилось, госпожа Белькур неплохо об этом осведомлена. Она появилась у них на пороге за день до моего прибытия и предложила свою кандидатуру. — Спустя столько лет бегства и молчания? — усомнился Алек. — Это же просто глупо. Да и зачем? — Вероятно, чтобы прибрать к рукам здешних детей ночи, — предположил Магнус. — Но ты прав, на неё это не похоже. Собственный клан фактически свергнул её пятьдесят два года назад, а в Лондоне и по сей день остаются вампиры, которые процветали при Де Куинси и всё ещё помнят её предательство. Она отлично знает, что ей здесь не рады. — Меня больше интересует, зачем ей мальчишка, — отозвался со своего места Сантьяго. — Ни связей, ни положения в сумеречной иерархии, ни каких-либо способностей. Он просто ничем не примечателен. Хотя порой он мне напоминает новообращенного Льюиса, но у того хотя бы дар светолюба был, а у него? — задумчиво произнёс вампир. — Или зачем мальчишке умная и древняя вампирша-интригантка, — вскользь заметил Бейн, слегка откинувшись назад. — Намекаешь, что за этим стоит кто-то другой? — Алек вдруг вспомнил слова Саймона. — Что ты вообще знаешь об этом парне? — повернулся он к Рафаэлю. — Кроме того, что тебе уже поведал дневной? — фыркнул вампир. — Не так уж и много. Пацифист, примитивных не трогает, тесно общается с парой оборотней. Слишком дружелюбен для вампира. А ещё жутко интересуется потомками Разиэля, за что и поплатился. Сирота… причём дважды. Приёмных родителей убил вампир, а его обратил — за что поплатился уже последний. — Значит, тебе ничего неизвестно о его сверхъестественном покровителе? — уточнил Магнус, с сожалением разглядывая дно опустевшей чашки. — А должно быть? — сразу огрызнулся Сантьяго. — Это ведь ты рискнул его выслеживать, вот и расскажи, что выяснил.       Он как-то странно посмотрел на Магнуса и чуть прищурился, сдвигая брови. — Dios… Что это у тебя? — встревоженно спросил он, разом утратив своё ехидное выражение лица.       Расслабившийся было Магнус вздрогнул и поспешно запахнулся, нервно огладив пальцами руки прикрытую воротом шею. — Где? — с напускным спокойствием поинтересовался он.       По тому, как уставились на него оба вампира, Бейн сделал вывод, что его безмятежный вид никого не одурачил. Он неуютно завозился, с опаской поглядывая на две пары глаз, пристально следящих за его действиями. — Ты сам знаешь, — медленно произнёс Рафаэль, буравя его своим колючим взглядом. — Нет, не знаю, — упрямо возразил маг, неосознанно прокручивая кольца на изящных пальцах. — Покажи, — внезапно сказал Алек, требовательно заглядывая ему в глаза. — Нечего показывать, — отрезал Магнус. — Какого?..       Непривычно властная интонация Лайтвуда должна была натолкнуть его на мысль, что это не было просьбой. Бесцеремонно скользнувшие к нему холодные пальцы вампира потянули его за ворот, обнажая шею. Магнус даже не успел ничего предпринять, как Лайтвуд шумно втянул воздух через ноздри. Глаза его резко расширились, сменив оттенок на более тёмный. На коже мага явственно виднелся воспаленный ожог в форме отпечатка ладони, словно чья-то пылающая огнём рука крепко держала его за горло, перекрывая кислород. — Откуда это у тебя? — потрясённо спросил Алек, в растерянности оглянувшись на всё больше мрачнеющего испанца. — Это… ожог? — Колдовской след от вмешательства в магию Эдома, — нехотя произнёс маг, снова пряча метку под одеждой. — Появился после того, как я пытался отследить Росса. Кто-то явно не хочет, чтобы мы его нашли, потому что в тот раз он словно сопротивлялся моей магии. Я, конечно, всё равно пробился, но то, что я столкнулся с мощнейшим магическим блоком, это однозначно. Кроме того, это стоило мне всех моих сил. Буквально. — Поэтому ты с таким трудом восстанавливаешься? — спросил Алек сквозь стиснутые зубы. — Почему ты ничего мне не сказал? Снова! — Потому что я не обязан перед тобой отчитываться, — обрубил Магнус. — Я сказал, что помогу, но то, как именно я буду это делать, тебя не должно волновать. — Здесь вообще никто никому ничего не должен, — вдруг прошипел Сантьяго, сверля мага своими чёрными глазами. — Но почему-то Лайтвуду всё равно хватило наглости обратиться к тебе за помощью, а тебе не хватило духу послать его куда подальше, долбанный мазохист… — Стой, о чём ты? — нахмурился Алек, повернувшись к нему. — Это ведь не просто так. Мы с Магнусом заключили сделку. — Да ну? «Мы с Магнусом», — передразнил его Рафаэль, злобно оскалившись. — Мы оба понимаем, почему ты к нему притащился — потому что знал, что он никогда тебе не откажет. Никогда! Ты просто воспользовался тем, что он всё ещё страдает по… — Эй, — возмутился Бейн, чувствуя, как жар опаляет лицо. — Полегче. — Ещё скажи, что я не прав, — ничуть не смутился вампир. — Надо же, Александр к нему прибежал. Шестое столетие на носу, а ведешь себя как сопливый подросток. Да не начнись у нефилимов проблемы, он бы о тебе и не вспомнил. Сколько раз он искал с тобой встречи из тех многочисленных, что он был здесь, в Нью-Йорке? Ответ: нисколько. — Ты перегибаешь, — процедил брюнет, метнув в его сторону испепеляющий взгляд. — И это вообще-то не твоё дело. — Заткнулся бы ты, Лайтвуд, — посоветовал ему Сантьяго. — Ввязался не пойми во что, ещё и Магнуса туда затащил. Ты вампир, с каких это пор ты решаешь проблемы охотников? К тому же нарушивших соглашение. — Они моя семья, — бросил Алек. — Нефилим в прошлом — нефилим всегда, — констатировал Рафаэль. — А что насчёт нижнемирцев, к коим ты уже полвека относишься? Из-за тебя Верховный маг Бруклина выглядит так, словно из него выкачали всю жизненную энергию. Это магия Эдома, демон её дери. А если бы с ним произошло что-то пострашнее, к примеру, он бы полностью лишился магии? Какая услуга с твоей стороны, интересно, смогла бы хоть немного компенсировать эту потерю? Или ещё что похуже… Да тебе, наверное, плевать на всех, кроме твоих драгоценных сумеречных.       Он замолчал, по всей видимости, исчерпав свой неожиданный эмоциональный порыв. Вместе с ним подавленно молчали маг и вампир. — Алек предлагал мне разорвать сделку, — наконец, произнёс Магнус. — С сохранением своей услуги. Я отказался. Так что это не его вина, а всего лишь мой выбор. — А я о чём, — отозвался Рафаэль, остановив на нём потускневший взгляд. — Эгоизм, манипулирование и лицемерие во всех их проявлениях. Даже интересно, сколько вы продержитесь, прежде чем поймете, что это была плохая идея. Ты ведь так и будешь делать вид, что тебя всё это не трогает, а Лайтвуд — поддерживать впечатление, что он не питается тем, чем питается. — Что это значит? — напрягся маг.       К его удивлению, Алек затравленно оглянулся на него, а потом перевел взгляд на холодно усмехнувшегося Рафаэля. — Ну спасибо, — прошипел он, впервые в присутствии Магнуса блеснув клыками. — Особенно за помощь. Знал бы… — Я не отказываюсь помочь, — тут же осадил его испанец, к огромному удивлению мага. — Выясню всё, что смогу, правда, потребуется какое-то время. И ты прав насчёт того, что это вообще не моё дело, но… Не позволяй ему рисковать собой, — голос Рафаэля смягчился, и он повернулся к Магнусу. — Рагнор бы не простил мне, если бы с тобой что-то случилось. — Я бы ни за что не допустил этого, — покачал головой Алек и покосился на Верховного мага. — Вот только он не всегда посвящает меня в свои планы. — Я тебя посвятил в план с Камиллой, но тебе он не понравился, — живо возразил Магнус. — Нет никакого смысла в том, чтобы встречаться с ней вдвоём, учитывая, что когда-то она пыталась нас разлучить. — Как раз поэтому и есть смысл, — неожиданно не согласился Рафаэль. — Показать Камилле, что у неё получилось. Вы оба настолько разбиты, что это видно невооружённым глазом — как чашка с отколотым краем, которая никогда не станет целой. Лучшее, что вы сможете сделать, так это потешить её самолюбие. Худшее, что захочет сделать она — это позволить вам как можно дольше оставаться подле друг друга, ища по крупицам информацию, которая помогла бы вам в этом расследовании. Сделаете всё правильно — узнаете больше, чем рассчитывали. — Портал до Нью-Йорка? — спохватился Магнус, обнаружив, что Рафаэль уже на ногах и сообразив, что через пару минут они с Алеком останутся вдвоём. — Сам доберусь, — с привычным высокомерием фыркнул испанец. — Слишком уж жалкий у тебя вид для того, кто может открыть портал.       Обогнув Алека, он ненадолго остановился и зачем-то положил руку ему на плечо. — Лайтвуд, — произнёс он без обычной желчи, с каким-то пониманием заглянув тому в лицо, словно незримо продолжая прерванную беседу.       Алек взглянул на него в ответ, но почти сразу отвёл глаза. Дождавшись едва заметного кивка с его стороны, Рафаэль двинулся на выход.       Они не стали засиживаться и покинули «Таверну» сразу после его ухода. Тёмные улицы встретили их неприятной моросью, скапливающейся в волосах и стекающей по лицу мелкими ручейками, но распалённый внезапными выводами Магнус едва ли это ощущал. — Магнус, стой, — теперь уже Алек не поспевал за стремительно отдаляющимся магом, словно забыв о своей вампирской скорости. — Я настолько предсказуем, да? — резко остановился маг, и Лайтвуд не врезался в него лишь благодаря отменной реакции вампира. — Рафаэль знал, Саймон тоже. Чёрт, да даже Артур не удивился. Все были практически уверены, что я соглашусь, а между тем для тебя всё это было лишь игрой на чувствах… — Это вовсе не так, — возразил брюнет. — Неужели? Тогда почему, почему спустя столько лет ты обратился именно ко мне? — в сердцах произнёс Бейн. — Только не надо говорить мне о доверии. — Потому что ты наш единственный шанс, Магнус, — холодные глаза Алека на секунду вспыхнули гневом и отчаянием. — Поверь, я бы не стал тревожить тебя понапрасну. Дело не только в том, что ты сильный и опытный маг, сын Высшего демона. Некоторые вещи невозможно сделать, исходя из одного лишь мастерства. Здесь должно быть что-то бóльшее. Что-то, что позволит тебе вложить кусочек души в то, что ты делаешь, личная заинтересованность, и я надеялся… что тебе будет не всё равно, — выдавил он. — Но я никогда не хотел играть с тобой, клянусь.       Магнус коротко вздохнул, проводя руками по лицу и собирая с него мокрые капли. — Ты возвращался, — сказал он безжизненно. — Домой, в Нью-Йорк. Как часто, Алек? Сколько раз ты был в городе за эти годы, пока я пребывал в неведении? — По-разному, — Лайтвуд уставился себе под ноги. — Раньше — чаще, пару раз в год точно. Сейчас почти не появляюсь. Особо не к кому. — Пару раз в год, — повторил Магнус с горечью. — В течение десятилетий.       Конечно, он знал, что, так или иначе, Алек будет навещать свою семью, родителей, сестру и братьев. Он был уверен, что тот приходил на прощание с Изабель, именно поэтому ни о чём не спрашивал у того же Саймона, единственного, кого, кроме Алека, допустили бы до ритуала. Но, оказывается, Алек был в Нью-Йорке десятки раз, о каждом из которых Магнус не знал. Зато, как выяснилось, знал Рафаэль, ни разу не перемолвившийся с ним об этом и словом. — Прости, — тихо сказал Алек, внимательно наблюдавший за сменой эмоций на его лице. — Я просил их не говорить.       Их — это Рафаэля, Саймона, Изабель… и вообще всех, кто имел возможность общаться с Бейном. Его вдруг охватил гнев. — Кажется, нам нужно разыграть один спекталь перед леди Белькур, — убийственно спокойным голосом произнёс он. — Думаю, нам лучше поторопиться. Вряд ли у меня получится сыграть разобщённость более убедительно, чем сейчас.