Ride

По воскресеньям Юнги может позволить себе немного полениться. Может полностью расслабиться и распластаться на кровати, позволить чёлке растрепаться и щекотать щеки. Он чувствует, как тепло обволакивает все его тело; обнажает ноги всему миру. Юнги провёл так весь день, прерываясь лишь на маленькие походы за едой или в туалет. И теперь, когда день почти засыпает, Юнги чувствует, что тоже скоро отключится. Он со вздохом переворачивается на спину, перекидывая руку через лицо. Лениво моргает, смотря в потолок и рассчитывая вероятность присоединения к Чимину сегодня вечером. Парень писал ему около часа назад, приглашая где-нибудь повеселиться. Юнги знает, что веселье включает в себя и других коллег, и, если быть честным, кристально ясно, что Юнги они не нравятся. Он никогда не был заинтересован в пустых разговорах. Юнги шарит рукой в поисках телефона и, переворачиваясь на бок, замечает, что новых сообщений нет. Ничего от Чимина, ничего от Хосока. Не то чтобы от Хосока должно было что-то прийти в первую очередь, но, плевать. Юнги выдыхает и откидывает телефон на край кровати. Он сворачивается клубочком, притягивая колени к груди. Солнце едва село, но сон выглядит как единственный вариант. Если подумать, в последний раз Юнги видел Хосока около недели назад. Это… странно, ощущать отсутствие привычной социальной рутины. В последнее время он в круговороте работы, работы и еще раз работы. Не было ни перерыва, ни Хосока, и это просто странно. Между ними не произошло ничего такого, что могло спровоцировать конфликт, Юнги вчера отправил ему пожелание доброго утра, и Хосок с энтузиазмом ответил. Он всегда такой. Юнги прикрывает глаза, чтобы заснуть. Он просыпается от агрессивной трели телефона. Юнги подпрыгивает на кровати от этого звука, дёргаясь всем телом и хмурясь от внезапно пронзившей его боли. Он сужает глаза от яркого света, поднимая взгляд на часы, чтобы осознать, что время всего лишь 21:04. Черт, у него не получилось даже проспать всю ночь. Без возможности поныть, Юнги понимает, что сообщения приходят от Хосока. Хосок | юнги Хосок | юнги позвони мне Хосок | сейчас пожалуйста? Хосок | ептыж боже мой ты спишь что ли Юнги | нет я встал Юнги отвечает с закушенной губой, пока нажимает на иконку контакта Хосока, набирая его номер и умещая телефон между ухом и плечом. Он все еще немного потерян в пространстве, и звук гудка отдаётся сильнее, чем обычно. Юнги стонет, устало протирая глаза, и в эту же минуту Хосок берет трубку. — Что случилось? — Ты спал, — озвучивает Хосок, звуча почти что разочарованным. — Чему я удивляюсь, в любом случае, ты мне вроде как нужен сейчас. Юнги сужает глаза, откидываясь спиной на подголовник кровати. — Каким именно образом? Хосок ненадолго замолкает. — Я кое-где, и мне нужно, чтобы ты приехал и забрал меня. Он выражается очень расплывчато, и Юнги поднимает бровь в осознании. — Ты какой-то странный, — он заключает, игнорируя разочарованное фырканье Хосока в трубке. Юнги садится прямо, скрещивает ноги и оборачивает пальцы вокруг лодыжек. — Просто скажи, где ты, и я тебя заберу, не надо вот этих странностей. — Окей, я был на свидании с этим… парнем, и, короче говоря, он оказался мудаком, Юнги. Он ушёл чуть ли не в ебаном припадке, и все это видели, и теперь я просто сижу в кафе на этом чертовом катке. Юнги даже не пытается сдержать смех, картинка того, как Хосок неловко сидит в одиночестве и поглядывает на людей вокруг вдруг становится очень смешной. — Почему тогда тебе нужна моя помощь? Просто садись на автобус или в свою машину, где, блять, твоя машина? — Дома, — ворчит Хосок. — Он меня забрал, и у меня с собой ни копейки, он сказал, что за все заплатит, а я и не сопротивлялся, ну кто откажется-то? Слушай, Юнги, солнце, можешь просто приехать и забрать меня? Услуга от одного братана по сексу другому? Юнги молчит, пока размышляет о решении, или может ему просто нравится заставлять Хосока ждать. По правде, Юнги принял решение еще в тот момент, когда получил сообщение. Но слушать объяснение Хосока было увлекательно. — Хорошо, — выплёвывает Юнги, устало потирая голову. — Но есть что-то ебанутое в том, чтобы братан по сексу забирал тебя со свидания, не находишь? — Да похуй, я тебе отсосу в качестве благодарности, пойдет? Юнги снова молчит. Он сжимает губы. — Прям на катке? — Нет, мудачье, я не собираюсь сосать твой член на ебаном катке, просто приезжай уже, ради бога! Скину тебе адрес сообщением. Юнги решает надеть худи и джоггеры, и у него едва хватает энергии натянуть конверсы; поэтому он надевает их на манер тапочек. Задники уже давно оттоптаны пятками. Во время поездки, Юнги раздумывал о Хосоке на свидании. У них же могли быть свидания с другими, правда ведь? Хосок вскользь упомянул что-то подобное на прошлой неделе, когда Юнги заявился к нему на порог, слегка пьяный и побитый. Он пришел не за сексом, за объятиями. Он трясет головой, крепче хватаясь за руль своей машины. — Почему я вообще об этом думаю? — шипит сам на себя, потому что и правда, почему? Все это заставляет его чувствовать себя… странно, тепло и слишком заинтересовано, но в этом уговора не было. Здание, к которому он подъезжает, выглядит странно уединенным, кирпичная облицовка почти стерлась, как он и ожидал. Он осматривает пространство из машины, и Юнги никогда раньше не слышал об этом месте. И сам район ему совершенно не знаком, но, учитывая количество припаркованных машин, место, должно быть, популярное. Юнги | я тут, выходи Проходит полминуты, прежде чем Хосок отвечает. Хосок | что? нет Юнги | какого хера почему Хосок | я не хочу выходить один! все видели, что я с ним пришел, не хочу уходить один и с позором Юнги | Хосок. Хосок | просто зайди, я куплю тебе молочный коктейль Юнги | мне обещают молочный коктейль и минет? вау я счастливчик Он выглядит не самым лучшим образом, и Юнги держит руки вокруг живота, пока заходит внутрь. К счастью, кафе оказывается прямо слева от входа. Оно тематическое, в стиле пятидесятых. Хосок сидит у бара, помешивая трубочкой депрессивно выглядящий шоколадный коктейль. Юнги фыркает, пока садится рядом, наблюдая, как расширяются глаза парня. — Вау, это реально грустно — тебя даже молочный коктейль не развеселил? — Ты правда зашел внутрь? — удивленно спрашивает Хосок, прежде чем подозрительно посмотреть Юнги через плечо. — Ради меня или ради коктейля? Юнги пожимает плечами с ухмылкой, окуная палец в то, что когда-то было его напитком. — Ради минета? — он предлагает, слизывая сладость с указательного пальца. Он смеется вместе с Хосоком, приваливаясь к его боку. — Ты выглядишь супер подавленным, Сок. Ну же, этот парень того стоил? — Не очень, мы встретились в кофейне перед работой — он выглядел милым, и был тоже, пока не выставил меня дураком перед всеми и не кинул на ретро катке. — Хосок смеется над своим же объяснением, ероша волосы свободной рукой. — В любом случае, ты сейчас здесь, поэтому, — его голос затихает, и Юнги не уверен, пропустил ли он окончание фразы, или Хосок специально остановился. Его глаза расширяются в шоке, когда рука Юнги встречается с его спиной с сильным хлопком, его тело поддается вперед. — Заканчивай с этой грустной херней, и давай закажем мне коктейль — о, и картошку фри. Я хочу с сырным соусом, ты же не против? Челюсть Хосока едва не отвисает — настолько он удивлёно внезапным взбалмошным поведением Юнги. Может, таким образом он пытается заставить Хосока почувствовать себя лучше, и может у него очень мило это получается. Хосок тихо посмеивается про себя, глядя на него с нежностью. — Все, что захочешь, Юнги. Они спускаются на нижний этаж кафе, где поменьше людей, и выбирают кабинку в одном из углов. Юнги ест сырную картошку, а Хосок тщательно избавляет свою от кусочков сыра, потому что ему не нравится соленый привкус. — Почему ты позвонил именно мне, а не кому-нибудь из друзей? Хосок недолго думает, продолжая жевать край трубочки, прежде чем отвечает. — Ты разве не один из моих друзей? Хосок и сам выглядит неуверенным в своем ответе, и вопрос — всего лишь попытка протестировать Юнги, вместо того, чтобы что-то утверждать. Он наблюдает за его реакцией, и парень мычит, сглатывая и слизывая оставшуюся соль с большого пальца. — Ну да, я твой друг, Сок, но ты же не всех своих друзей трахаешь? — Нет, только тебя. Юнги резко останавливается. — Только меня? — спрашивает он, и Хосок кивает. Юнги шутливо отдает ему честь, прикладывая руку к груди. Он хлопает ресницами. — Я так рад, что имею честь быть эксклюзивным обладателем твоего члена в моей заднице, Сок. Спасибо. Фраза заставляет Хосока неожиданно фыркнуть, и он бросает чистые салфетки в Юнги. — Отъебись, — он улыбается. — Уже какое-то время все так, наверное, я как-то и не замечал. — Романтично, — заключает Юнги, улыбаясь. Он решает осмотреть аутфит Хосока; простая черная рубашка с двумя расстегнутыми пуговицами, серебряная цепочка контрастирует с его грудью. Юнги замечает родинки и веснушки, рассыпанные то тут, то там. Он проводит зубами по нижней губе. — Знаешь, это не похоже на твое место. Хосок мычит, щекой прижимаясь к своей ладони. — Не-а, но это прямо твое, да? Тебе нравится такая херня — значит, ты и на роликах кататься умеешь? Юнги прижимается губами к трубочке. — Немного, — он мямлит до того, как отпить. Хосок наблюдает, как дрожат его ресницы, как его бледно-розовые губы оборачиваются вокруг прозрачной трубочки, смотрит на мягкие изгибы и волны его волос. Рукава его толстовки полностью скрывают ладони, которыми он держит стакан. Хосок легко ударяет его по ноге, мягкие выдохи срываются с его губ. — Тогда… хочешь покататься? — На роликах? — спрашивает Юнги, на что Хосок кивает. — Ты хочешь со мной покататься? — Да, почему нет? Я не очень хорош, наверное, поэтому этот мудак меня кинул— — Этот мудак кинул тебя, потому что он кто? Правильно, мудак, Хосок. Ни больше, ни меньше. Хосок замолкает, неловко кивая. Он сладко смеется, тем самым смехом, который Юнги так редко от него слышит. Он смущен. — Спасибо, — заключает Хосок, играя со своими волосами. — Давай поднимемся наверх, хорошо? После того, как они получают ролики в прокате, Юнги первым заходит на каток. Он разворачивается одним слитным движением, замечая настороженный взгляд Хосока. — Он не кусается, — говорит Юнги, протягивая ему руку. — Ты разве до этого не катался на своем дерьмовом свидании? — Да, но я делал вид, что мне было нормально, я хотел его впечатлить, помнишь? Юнги смеется, оборачивая пальцы вокруг запястья Хосока. Он осторожно подталкивает парня, подстраиваясь под скорость Хосока, пока его ролики не касаются пола. — Меня впечатлить ты не хочешь? — дразнится Юнги, продолжая все так же удерживать Хосока за руку. — Просто помоги мне покататься, Мин Юнги. Я уже пообещал, что отсосу тебе, не дразнись. Юнги направляет Хосока так, как может, раздавая советы о том, как легче переставлять ноги или ехать вперед, как проще скользить. Не то чтобы Хосок плох, он просто нервничает. Каждый раз, когда он спотыкается, Хосок ноет и прибивается к боку Юнги. Однако, его хватка уж слишком сильная, и Юнги фыркает. — Хосок, мне больно. Это не так сложно, просто— Хосок! Езжай прямо— —… точно уж не в ближайшее время, — Хосок хихикает, на что Юнги отпускает его руку, чтобы следом ткнуть его в бок. — Ауч! — Ты даже не катаешься плохо, прекрати использовать меня как чертов шест, послушай, я буду держать тебя за руку, просто не реагируй паникой на каждое крошечное движение, хорошо? Хосок соглашается, и Юнги переплетает его пальцы со своими. Такой жест для них неудивительный, их руки переплетались и в более откровенных позициях, в конце концов. — Как это можно считать милым свиданием? Людям правда нравится заниматься этой херней? Юнги бросает взгляд на Хосока, который пытается ухватить его за предплечье несмотря на то, что они уже держатся за руки. На Хосока, который издает мягкие звуки, когда удивляется, который такой невероятно горячий, но выглядит как потерянный ребенок на катке. Он улыбается. — Да, это милое свидание, Сок.

***

— Тебе обязательно курить? Юнги смотрит на Хосока с водительского сиденья, сигарета зажата меж зубов. Он резко ее выдергивает. — Блять, это моя машина, — говорит он, на что Хосок лишь пожимает плечами. Юнги делает затяжку, выдыхая дым в открытое окно. — Почему тебе так не нравится, что я курю? Ты сам куришь. — Редко, — он бормочет. — Все равно куришь, Хосок. Так почему тебе так не нравится? Он надувает губы. — Потому что когда я тебя целую, все, что чувствую — это вкус сигарет, — он жалуется, и Юнги останавливается, смотря на него широкими глазами. Хосок снова смущается, это мило. — И еще ты всегда куришь перед тем, как сосешь мой член, и это странное чувство, понимаешь? Почему ты так делаешь? Ах, вот оно что. — Хорошо, но сейчас-то это причем? Это ты задолжал мне отсос, помнишь? Сегодня тебе не нужно волноваться, что у тебя член с дымком. Хосок фыркает и смеется, откидывая голову на сиденье. — Член с дымком? Бля, хорошо, на этот раз твоя взяла. Юнги поворачивает сигарету в сторону Хосока, приглашает, но парень качает головой. — Просто иди сюда, — шепчет он, и Юнги подчиняется, держа сигарету подальше от них, когда их губы встречаются. Он игнорирует противоречие в предыдущих словах Хосока; то, как ему не нравится вкус табака, но он все равно целует старшего. Хосок раздвигает губы Юнги своим языком, и он мягко стонет, оборачивая свободную руку вокруг хосоковой шеи. Они оказываются в квартире Хосока, куда Юнги обычно отказывается приходить так поздно. Вряд ли он уйдет сейчас, вместо этого, он проснется в руках Хосока или с лицом, прижатым к его шее. Но мысль улетучивается, когда Хосок продолжает целовать его в коридоре, сбрасывая свою куртку, пока Юнги выскальзывает из своих джоггеров. Каким-то образом они добираются до гостиной. Юнги все еще в своей худи, белье свисает с одной ноги. Хосок падает на ковер голыми коленями, его рука вокруг длины Юнги, губы прижаты к основанию его члена. Юнги вздыхает, откидывая голову назад. Он продолжает пальцами перебирать волосы Хосока. — Окей, это того стоило. Хосок не может засмеяться, но он улыбается. Проводит языком по всей длине, оборачивает губы вокруг головки и посасывает. Он наслаждается тем, как бёдра Юнги подбрасывает вслед за движениями; он смотрит на него снизу вверх и отстраняется. Мягко обхватывает рукой его член, большим пальцем очерчивая головку. — Приятно, что ты хотя бы раз за сегодня не выглядишь самодовольным. — Я и не был—господи, блять. Хосок, ты знаешь, я долго не— Хосок мычит вокруг его члена, заставляя Юнги дернуться. Он продолжает двигать головой, рукой обхватывая длину. Он мягко сжимает яйца, зубами задевая чувствительную кожу. Хосок знает, что Юнги это нравится, сначала ему было неловко в этом признаться, но теперь он практически умоляет его повторить. Он чувствует, как захват Юнги в его волосах усиливается, не уверенный в том, собирается старший насадить его глубже или просто погладить по волосам. Он близко, Хосок знает это, поэтому продолжает доводить его уверенными движениями языка. Юнги приподнимает подол худи свободной рукой, опуская тяжелый взгляд на Хосока. — Хосок— он задыхается, и младший сжимает его яйца еще раз, глубоко насаживаясь и мыча вокруг его члена. Юнги стонет, поддаваясь вперед и кончая Хосоку на язык. Теперь мычание другое, удовлетворенное, когда знакомый вкус оседает на языке. Хосок терпелив, все еще поглаживает основание его члена. Он ждет, пока старший полностью отходит от оргазма, и отстраняется с влажным чмоком. Юнги смотрит на него сверху вниз, щеки покраснели и стали такого же розового цвета, как и его губы. Он проводит пальцем по нижней губе Хосока. — В порядке? — спрашивает Хосок, довольный собой. Юнги может только кивнуть, пока Хосок лениво проводит по его члену, напоследок целуя головку и смотря на него из-под опущенных ресниц. Он откидывает голову, располагая руки перед собой. — Еще какие-нибудь ужасные свидания предвидятся? — спрашивает Юнги, на что Хосок хихикает. Он внезапно целует живот Юнги, наслаждаясь теплом мягкой кожи, и слегка проводит по ней зубами. — Мм, можно организовать.

***

На следующее утро Юнги просыпается от слепящего света, заставляющего его закинуть руку на лоб, чтобы хоть как-то от него скрыться. Он стонет, поворачивая голову на другую сторону, и замечает, как утро прокрадывается сквозь занавески. Не его занавески. Юнги хмурит брови прямо в тот момент, как Хосок поворачивается к нему лицом и прижимается к его шее. Он полностью голый, обернул свои конечности вокруг Юнги, словно коала. Юнги все еще в своей худи, и он хватается за край простыни, чтобы подтянуть ее выше к груди. Сейчас утро понедельника, и он все еще здесь, у Хосока. — Блять, — вздыхает Юнги, пустым взглядом впившись в потолок.