Туфельки для Принца

В королевстве, где у главной правящей семьи шестеро дочерей, портным туго не приходится. Особенно, если у каждой из сестёр разные вкусы в определённых вещах. Только сооружая необычные шляпы можно жить припеваючи, так как третьей принцессе Чонха нравится их коллекционировать. И с размерами не прогадаешь. Пока растёт одна, появляется малая другая. И так по кругу на протяжении вот уже двадцати лет. Тэхёна поэтому за уши не тащат, когда он заявляет о намерениях стать подмастерьем обувного мастера. У Тина мало кто учится, так как именно у него закупаются туфлями принцессы. Однако с нюансом: только у него. — По деревне ходит слух, что Тина продал душу дьяволу, чтобы штопать эти туфли, — мать натирает платком обмазанное сажей лицо Тэхёна. — Будь осторожен. — Мама, глупости ведь, — мальчик фыркает, закатывая глаза. — Не пропускай мимо ушей! Ты меня понял? — Да-да, — вяло. В общем, Тэхёну тринадцать, он подмастерье у башмачника Тины, может путешествовать с ним по деревне или за её пределами в поисках необычных клиентов, и всё у него в жизни медленно налаживается. Наверное. — Зачем столько цветов? — спрашивает Тэхён, оглядывая розовую туфельку, на которой обилие розочек из бисерин. Слишком много. — Принцесса Чонфон любит излишние изыски, — Тина смеётся. Тэхён щурится. — А эти почему чёрные и только? — указывает на стандартные, но уже лежащие на полочке лавки. Готовые. — Принцесса Чонро предпочитает минимум всего, но по дорогой цене. Они не просто чёрные, — Тина поднимает руку Тэхёна, прикладывая к туфле, — они из качественного бархата. Тэхён удивлённо смотрит. Он восхищённо улыбается, поворачивая голову к Тине. — Вы так много знаете о них, — говорит громче. — Не обо всех, но, мне кажется, — Тина показывает туфельку, целиком набитую пуговицами, — самая младшая принцесса скоро тоже заимеет свои определённые качества. — Вы же делаете ей туфли всего лишь второй раз, — Тэхён смущён таким мастерством. — Вот она, наша сила, — Тина смеётся. «Точно продал душу дьяволу», — думает Тэхён, нервно посмеиваясь вместе с ним. — Да вот только я не проницателен с принцем. С ним у меня вот уже второй год не получается. — В королевской семье есть мальчик? — Тэхён охает. Он впервые об этом слышит. — Тебе должно быть стыдно, что не знаешь об этом, живя на его будущих землях! Он прямой наследник! — Тина тянет его за щеку. — Ай! Ну… ай! Пусти! Тэхён дуется минуту. А потом думает: «мальчики в этом не избирательны. Тина не виноват в том, что у принца нет определённых вкусов». Тэхён так думает, про себя добавляя, что будущему правителю наверняка они не так уж и… — С бусинками! — Чонгук прижимает ладони к щекам. — Они с бусинками, Чимин, смотри, — обращается к своему пажу. — Гук, — Чимин неловко смеётся, оглядываясь на шокированного Тэхёна. Чон как раз возвращается с прогулки, когда видит переносную лавочку башмачника у входа во дворец. — Какие красивые, — восторженно шепчет Чонгук, разглядывая туфельки. Тэхён удивлённо смотрит на принца, когда тот говорит: — Хочу пару с бантами. — Ваше Высочество, — башмачник мнётся, — они женские, — шёпотом. Принцу должно быть не так уж и важно то, что не касается брутальных ве… — А тут розовенькие! Какие они маленькие! На меня налезут? — Чонгук бросается к лестнице, чтобы сесть на ступеньки и примерить. — Подожди! — Чимин шипит, последовав за ним. Принц — мальчик — не должен… — Великолепные, — Чонгук встаёт на одну ногу, держа другую без туфли в воздухе, нарезая в новой обуви круги как в балете. Стук каблуков отдаётся эхом в ушах Тэхёна. Он изумлённо смотрит на счастливого принца, который, снимая корону, начинает этими танцевальными подпрыгиваниями направляться к нему, чтобы забрать другую пару. Мальчики же… Что… Что там не могли мальчики… — Я куплю их! — говорит Чонгук. У Тэхёна в голове диссонанс. Он не знает, что происходит. Это будущий правитель их страны? — Но они… они женские, — громче добавляет Тэхён, крепко сжимая в руках вторую розовенькую маленькую туфельку. Мальчик удивлённо смотрит на него. Он хлопает глазами. — Я знаю, — резко отрезает. Чимин его затыкает. Он с неловкой улыбкой смотрит на ошарашенного Тэхёна, всучив ему на пару с извинениями три золотых за туфли, забирая вторую. Они с Чонгуком быстро удаляются. Тина Тэхёна таким и находит у входа. С протянутой рукой, где три золотые монеты и с известием, что розовые туфли проданы. Тэхён потом думает об этом всю неделю. Что это, чёрт возьми, было? Принц… он такой? Вот такой вот: с немного волнистыми длинными волосами до плеч, душисто пахнущий конфетами, танцующий и любящий женские туфли? Тэхён краснеет, закрывая лицо ладонями. — Что такое? — Тина отвлекается на него от работы. — А, ну… — не говорить же ему, что… а можно ли вообще об этом говорить? — Вы… какие туфли Вы носите принцу? Он выбирает хоть что-то из них? — Эти, — Тина указывает на полочку. У Тэхёна в глазах чернит или там действительно всё тёмное, да коричневое или синее? — Писк моды. Но он их даже не примеряет. За него покупает паж для приёмов, — звучит грустно. — Надеюсь, к его четырнадцатилетию он захочет покрасоваться наконец-то. Тэхён кивает. Неуверенно. Однако даже если не понимаешь, по сути, происходящего, пока видишь, что человека влечёт к чему-то, тебе не хочется препятствовать этому своими собственными принципами или узкостью мышления. Тэхён до сих пор помнит, как ярко сияли глаза принца и как заливисто, громко он смеялся, каким счастливым выглядел, когда улыбался так широко, что глаза прятались за поднятыми щёчками. И когда Тина уделяет принцессам внимание, показывая всевозможные красоты, подталкивая к пажу принца его полочку на лавочке со скучными мальчишескими туфлями, Чонгук с завистью оглядывает собственную младшую сестру, которая примеряет пуговичное новое творение башмачника. Он грустно вздыхает, скрещивая руки на груди. Они у входа во дворец. Принцессы только что вернулись с прогулки и застряли в примерках прямо тут. Тэхён стоит рядом с тележкой. Он внимательно следит за Чонгуком. Тот внезапно переводит на него взгляд, сжимая пальцы в кулачки. С надеждой. Тэхён хлопает глазами. — Не напирай. Пойдём, — Чимин подталкивает его. Принц вздыхает, направившись обратно во дворец, когда понимает, что сегодня ему не светит. Тэхён провожает его взглядом. У него останавливается дыхание, когда он понимает, какая истина дошла до него только что. Принцу ведь… хочется, да? Бывало ли у Тины такое ощущение, когда он угадывал вкусы принцесс и делал для них туфли с особой любовью, представляя в голове чёткий образ ножек в своих творениях? Такое необъяснимое чувство окрыления? Когда прямо сейчас хочется просто взять и работать на износ. Тэхён думает об этом ещё одну неделю, пока у Тины не будет новый визит к принцессам. Представляя в голове образ Чонгука, его улыбку и смех, воссоздавая для себя ту картину в поднимающем одну ногу мальчике, встающем на носочки в розовых туфельках, Тэхён проводит линии по эскизному листу. Он комкает лист, когда получается не то. И снова комкает, когда понимает, что надевать такое непрактично. Тина иногда оборачивается на него, но не отрывает от творческого погружения. И лишь в час ночи решает наконец-то отвлечь. В тот самый миг, когда Тэхён восторженно кричит: — Готово! Тина улыбается, заглядывая в эскиз. Он удивлённо поднимает брови. — Для какой из принцесс мы это сделаем? — спрашивает тише, раздумывая, у кого же такие вкусы были. — У Чонми немного больше размер, хотя она любит такое. — Нет, это не для неё, — заявляет Тэхён. — Я уверен в себе! Пожалуйста, я надеюсь на Вас! Тина вздыхает, но гладит мальчика по голове. — Хорошо. Мама говорит, что Тина — мастер, потому что продал свою душу за талант. Тэхён до определённого момента жизни не думал, что хотел бы за умение мастерски творить то, что захочется, продать себя дьяволу. Невозможно такое желать. Этот обмен не равноценен. Быть талантливым башмачником? Глупости какие. Это же просто туфли, верно? Но так Тэхён считал только до определённого момента своей жизни. — Иди и подари их, — Тина подталкивает Тэхёна к удивлённым принцессам. Те таращатся на мальчика. Тэхён оглядывает их лица. Подбегает сзади, осматривая и за юбками. — Его здесь нет. — Его? — переспрашивает Тина, потирая затылок. В этот момент раскрывается дверь приёмного зала. Заходит Чонгук с Чимином. Паж замирает, так как Тэхён сразу подбегает к ним, прижимая к груди что-то белое и блестящее. — Это… это Вам, — Тэхён опускается на одно колено, протягивая изготовленные по его эскизу туфли. Белые с кремовыми бабочкой на правой и цветком на левой. Туфли с разными дизайнами, подходящие друг другу по цветовой палитре и композиции. На самом деле, довольно простые на первый взгляд. Однако Чонгуку, для которого даже такая вещь — роскошь, всё на вес золота. И то дороже. — Мне? — Чонгук первым очнулся от шока. — Мне! — восклицает он. Чимин рядом пробивает лоб ладонью, потому что в приёмном зале у всех принцесс глаза на лоб поднимаются. Что там до Тины, который ещё на стадии подбегания Тэхёна к принцу, аж осел на землю. — Спасибо! Они чудесные, такие хорошие. Спасибо-спасибо! — Чонгук забирает туфли в обе руки по одной, обнимая стоящего на одно колено Тэхёна, целуя беспорядочно везде, где может дотянуться. Чимин синеет от страха, пытаясь его оттянуть от бедного башмачника. Тэхёна еле смогли вытащить оттуда. Чонгук расцеловал ему все пальцы. — Сделай мне ещё. Голубенькие с перьями! Или золотые с камнями! — Чонгук машет ему. Тэхён влюблённо машет ему, пытаясь поспевать за Тиной. Его лицо всё ещё помнит каждое прикосновение губ. Тэхён прижимает ладони к щекам. Мальчик зажмуривается так сильно, что из глаз, наверное, слёзы пойдут. Нельзя продать душу дьяволу в этом мире, но… сейчас… сейчас Тэхён бы всё продал за то, чтобы радовать Чонгука изысками своего творчества.