Туфельки для Принца

— Башмачник! Кричит Чонфон, когда видит, что повозка с туфельками останавливается в привычном месте у дворца. Она как раз идёт из сада, поэтому подбегает к парню, стуча каблучками. Тэхён определяет только по слуху этих звонких стуков, что сегодня вторая принцесса надела туфельки розового цвета с розочками из рюши, которой украшен верх её платья — подборка для прогулок. Она изысканна в каждой детали: начиная с того, что у неё перчатки из кружева, и заканчивая тем, что вместо макияжа она попросила нарисовать на её лице сердца под глазами. Выглядит Чонфон невероятно богато. — Тина не закончил Ваши туфли для приёма. Я занесу их в следующий раз, — Тэхён спешит сообщить. — Нет-нет, я по делу, — девушка выпрямляется. Она надувает губы трубочкой, начиная. — Как ты уже, наверное, знаешь, — делает интригующую паузу, — скоро у нашего будущего Короля день официального престолонаследия. По этому случаю в замке будет приём, церковь тут погостит, Чонро будет всех гонять туда-сюда, — она сходит с темы, указывая то на одну башню, где зал для балов, то на другую башню, где живёт первая принцесса Чонро с младшей принцессой. — Будут всякие маффины, зефиры, пирожные с карамельным сиропом и… — Чонфон перечисляет на пальцах. Тэхён, продолжая открывать тележку с обувью, слушает её. — Я отвлеклась! — ругает девушка саму себя. — В общем, у нас так не принято по традициям, но мы с сёстрами решили, что поддержим так Чонгука, — кивает, — и каждая сестра преподнесёт ему подарок. — О, — Тэхён улыбается, — это чудно. — Да, — Чонфон хлопает. — Это была моя идея, — с этим даже не поспоришь. — Башмачник, ты ведь понял меня, да? — она улыбается. — Мы знаем, как Чонгук любит твои туфли. Он готов корону за них продать. И мы знаем, что, когда я так говорю, я не шучу и не преувеличиваю, — Чонфон на секунду вспоминает тот пятнадцатый день рождения Чонгука, когда Тина в шутку заявил перед Его Высочеством принцем, что туфли Тэхёна стоят тысячи золотых монет и один алмаз, а Чонгук на полном серьёзе протянул свою корону со словами «а это подойдёт?». — Я хочу, чтобы моим подарком были туфли. — Так, — Тэхён достаёт свою записную книжку, готовый примерно описать заказ. — Какие туфли Вы хотите для принца? Вторая принцесса Чонфон говорит: — Хочу, чтобы они были розовыми и с обилием блёсток. Они должны сиять, выделяться при любом параде и привлекать глаза. И хочу, чтобы Чонгук в них сразу вот так вот, — раскидывает руки в стороны, бросая зонт, — и Король. Тэхён кивает, записывая каждое слово, хмурясь. Он пытается представить образ того, что предлагает сделать принцесса, но пока что мысли не выстраиваются в линию. Там куча идей. И всё навалом. Вот поэтому с туфельками для Чонфон до сих пор занимается Тина — старший башмачник. Тэхёну сейчас девятнадцать лет. Он больше не подмастерье, а вполне хороший мастер в королевстве. С Тиной они до сих пор работают вместе, чтобы в тандеме радовать всю королевскую семью. — Она имела в виду пышноту, — Тина объясняет слова Чонфон Тэхёну. — Чтобы вид казался пышным и выделялся. — Так, — Тэхён примерно рисует шары на ногах. — С тканью это будет тяжеловато. — Для шитья? — Вес, — выдаёт Тэхён, стуча карандашом эскизу. — Может, перья будут лучше? — Розовые перья? Откуда ты их возьмёшь? — Тина хмурится. — Перекрашу белые. Звон колокольчиков отвлекает мужчин от дела. Они оба тут же встают, чтобы поклониться. В мастерскую Тины вместе с телохранителем заходит первая принцесса Чонро. От неё веет холодом, так как и сегодня она в строгом виде — чёрный корсет, брючный костюм с пиджаком. — Добрый день, Ваше Высочество, — Тина кланяется ниже. — Доброго, — женщина выпрямляется, внимательно смотря то на одного мастера, то на другого. — Я к Вам с заказом, — обращается Чонро, смотря в глаза Тэхёну. — Буду краткой: заказ для принца в честь его коронации. — Оу, — Тэхён хмурится. Он же уже взял на себя туфли для Чонфон, которые та подарит принцу. Тэхён качает головой. Чонгук не посчитает туфли лишними. Они никогда для него лишними не бывают. — Какие хотите заказать? Первая принцесса Чонро описывает: — Было бы приятно получить те туфли, в которых можно выглядеть максимально серьёзно для дипломатов других королевств. Строго и надёжно. И чтобы цвет был чёрным. Без вычурностей, цветков. И чтобы каблуки стучали так страшно, дабы его шаги отдавались эхом во время совета министров. Вот такие у неё приоритеты. Тина рядом переводит взгляд на записываемый Тэхёном список предпочтений Чонро, вздыхая, так как Тэхён сразу записывает тут «тяжёлые подошвы», но ставит знак вопроса рядом. Тэхён относится к их мастерству по-другому. Для него в этом деле существует какая-то иная дорога. Ему удобнее думать глубже, чтобы туфли имели ценность не только в мелких деталях, но и были, в целом, практичны. Излишне говорить о том, что для туфель от Чонро Тэхён купил одну плитку кафеля, и каждый стук подошв из разного материала проверял, пытаясь найти то идеальное звучание, что отзывалось бы кошмаром для министров их королевства. Тэхён не забывает при этом посещать двор с повозкой, чтобы приносить туфли принцу или передавать их пажу Чимину, так как Чонгук в преддверии приёма действительно сильно занят. Немного грустно, конечно, когда труд не получает удовлетворённую улыбку его главной музы, но Тэхён привык хотя бы дышать словами Чимина «ему понравились и он натурально кричал вчера». В один из таких дней, прогуливаясь по двору, ожидая пажа, Тэхён встретился с младшими принцессами Чонбон и Чондэ — пятой и шестой принцессой соответственно. — Чонфон и Чонро ссорились из-за того, что обе заказали туфли, — говорит Чондэ. — Поэтому я тоже хочу Чонгуку заказать туфли. — Насолить онни ещё? — Чонбон ахает. Чондэ хмурится. Тэхён застывает вместе с ними, не зная что сказать. — Мне нравится твоя идея! — Чонбон внезапно соглашается. Самая младшая принцесса Чондэ известна своими необычными вкусами в деталях: — Мне хочется, чтобы туфли имели множество заплаток, дабы их скреплять пуговицами. Порядка шестнадцать штук. На обе ноги. По восемь. Это не так много. Тэхён записывает, примерно представляя, что от него хочет девочка. Пятая принцесса Чонбон славится тем, что уж очень любит читать всякие сказки и романы. — Хрустальные туфли Золушки. Это преступление, что в этом мире нет хрустальных туфель. Чонгук обожает эту сказку. Я уверена, что ему просто до одури понравится хрустальная туфелька. Хотя бы одна. Тэхён тут замирает, так как не знает… а как ему туфли такие сделать? Хрустальные. Запросы старших принцесс более приземлённые. Они понимают, что возможно, а что нет, поэтому предлагают, исходя из того, насколько это воплотимо. Принцессы помладше смотрят на это иначе. Они просто выражают мысль «хотения», за счёт чего фантазия, конечно, разыграется не на шутку, но вряд ли хрустальное или пуговичное чудо возможно воплотить так, чтобы это было удобно носить или куда-то вообще в них пойти. — Они наверняка не представляли это в таком виде, — Тэхён показывает Тине последние эскизы. — Скорее, — он пытается жестикулировать, — как экспонаты? — Хрусталь стоит дорого. Вряд ли в них походишь. — Но это возможно, — Тэхён указывает на него пальцем. — Не так уж и обязательно строить всю основу из хрусталя. Для этой работы важна прозрачность. — Тэхён, а пуговицы… — Это будут длинные сапоги, которые надо будет скреплять по пуговице ремешками вплоть до середины бедра. Тэхён придумывает в голове. Он берёт из печи уголёк, начиная рисовать на стене. Тина улыбается, наблюдая за настолько увлечённым Тэхёном, который объясняет ему принцип желания пуговичного чуда Чондэ. Услышав о деталях работы, младшие принцессы, восторгаясь идеями башмачника, отвели его в знак благодарности внутрь дворца. Чонгука в это время как раз учат церемониальному танцу. Он в бальном зале с Чимином и Чонха повторяет танец. Тэхён и принцессы заглядывают сквозь щель. — Отец сказал, что танцевать Чонгук будет с Чонфон. Или Чонха, — шепчет Чонбон. — Они его затмят, кого бы из них ни выбрали, — закатывает глаза Чондэ. Тэхён только улыбается, наклоняя голову набок. Он немного оседает, расслабляясь, когда видит, что его драгоценный принц смеётся, наступив на ногу сестре. Чонха возмущается, бьёт по плечу. Они начинают всё заново. Тэхён так расслабляется, что толкает приоткрытую дверь, свалившись с младшими внутрь зала, раскрыв настежь дверь. Присутствующие поворачивают к ним головы. Чонбон и Чондэ встают, поправляя платья. Тэхён выпрямляется, помогая им. Он готовится извиняться, что прервал их. Но не успевает, так как на него с разбега налетает Чонгук, повалив обратно на пол. Тэхён хватается за спину принца. Его сердце забивается сильнее. Он крепко прижимает Его Высочество к себе, вдыхая пряный аромат с волос. С их детства они немного сместили внимание их взаимодействия. Раньше мастер и принц действительно встречались ради туфель, хотели радовать друг друга тем, что наполняло души удовлетворением. Однако с возрастом это начало деформироваться в странное ощущение исключительной близости, когда туфли — это не катализатор, а секрет их отношений. — Танец не из лёгких, — смеётся Чонгук, когда шипит, стоит Тэхёну опустить лодочку с ноги, открывая появляющиеся на щиколотке раны. Стопа у принца красная. Они находятся в покоях будущего Короля. Чонгук сидит на кровати. Тэхён на коленях перед ним, он снимает с ноги лодочку. Чонгук глубоко вдыхает, когда башмачник, коротко подняв на него взгляд, медленно опускает голову, целуя голую кожу на лодыжке. Губы застывают на том месте. Тэхён вдыхает пряный аромат даже отсюда, нежно массируя стопу, щекоча пятку. Чонгук дёргается, но не сопротивляется, запуская пальцы в волосы башмачника. — Ты же принёс мне туфли? — спрашивает шёпотом принц. — Да. Тэхён плавно поднимается, прикасаясь носом к ноге. До голени, откуда приподнимает подбородок. Так, чтобы Чонгук коснулся его лба губами. — Покажи их. — Да, Моё Величество, — Тэхён вдыхает, следуя за приподнимающимся Чонгуком, сжимая его ногу в пальцах. Когда Тэхён выходит из покоев принца — его ожидает у двери Чонми. Она одета в белое. Девушка улыбается ему, поманив за собой, показывая жестами, что хочет пройтись. Привычки у Чонми не только в белых одеяниях. Она последовательница Бога, ей нравятся нежные цвета. Девушка не говорит. Она и не может. Четвёртая принцесса Чонми является глухой, поэтому объясняет образами то, какими хочет видеть туфли. — Как облака? — спрашивает Тэхён, пытаясь прочитать её жесты. Та качает головой. Она показывает пушистость. Или человека. — О, как ангел, — Тэхён пишет определение, когда девушка кивает. Чонми потом отводит в церемониальный зал, где, кружась перед Божеством их рода, показывает ветер. Течение времён года. — Снежный ангел, — понимает Тэхён. Чонми хлопает, когда башмачник показывает ей описываемый образ. Она удовлетворённо улыбается. Осталась только третья принцесса Чонха. И Тэхён не надеялся на то, что она его попросит о чём-то, так как в королевстве Чонха известна тем, что больше всех погружена в моду. И любит она, к счастью или сожалению, шляпы. С Чонгуком эта принцесса находит общий язык, так как Чонгук до безумия любит туфли и готов за них продать корону. Чонха примерно так же любит шляпы. И, к сожалению, свою корону принцессы она уже продала за изыск от заморского купца. Нынешний Король их обоих в пристрастиях не жалует. Однако Чонха Тэхёна удивила. — Хочу туфли, похожие на шляпы, — заявила принцесса. — Как тандем того, что скрывает ноги, как голову. Я могу помочь, если хочешь. Всё-таки от Чонгука меня отличает то, что своего личного мастера у меня нет, так что иногда шляпы я сооружаю сама. — Ох, я… — Тэхён знает, что не должен обременять принцессу, но сейчас он в первую очередь мастер и только потом обычный королевский житель. — Хорошо. Я нуждаюсь в совете о перекраске перьев. — Так, — Чонха садится, начиная записывать. — Это краска малой концентрации для волос. Её можно найти… Купаясь в предпочтениях всех шести туфель, готовясь к тому заветному вечеру, Тэхён забывает даже поесть. Тина иногда оттаскивает его от станка, чтобы немного отдохнул. Башмачник не хочет отлипать от работы, пока та точно не будет до последней ниточки зашита. Дьявол в их творчестве вдохновение. Дьявол в их мастерстве убивающий перфекционизм. Дьявол то, что люди по незнанию называют «страстью». Тэхён погружён в это дело. И не потому, что продал душу какому-то демону за то, чтобы штопать самые красивые на свете туфли. Он погружён в это, так как ему нравится этим заниматься. Он рад посвящать всё творчество чужим желаниям, обогащая любимые Чонгуковы ноги украшением. — А что ты подаришь ему сам? — спрашивает Тина, когда все шесть туфель погружают в специальную повозку. — Тоже туфли, — говорит Тэхён. Когда мы говорим, что всё это сделано с душой? Когда в подарки вложен определённый смысл? Может, это проявляется в особенном шитье или выборе определённого стиля. Чонгук именно поэтому, по одному взгляду определяя подарки, сидя на троне, смеётся так счастливо, что даже встаёт, чтобы ему принесли некоторые, чтобы он мог посмотреть вблизи. В каждой паре туфель черты его сестёр: строгой и сильной Чонро, изысканной и пышной Чонфон, страстной и необычной Чонха, безмолвной и нежной Чонми, сказочной и мечтательной Чонбон, креативной и немного странной Чондэ. А какие туфли у Тэхёна? Его собственной черты? Что же он мог бы назвать тем, что напоминало бы Чонгуку о нём и его творчестве, которое полностью посвящено будущему Королю? Тэхён опускается на одно колено, открывая свёрток, в котором обычные чёрные лодочки. — Это твой подарок? — Чонгук наклоняет голову набок. Он опускается на трон. — Да, Моё Величество, — шепчет. Так в чём величие успешного творца? В чём проявляется его мастерство? Не в тех ли моментах, когда восторг есть в самых обычных чёрных лодочках? — Я проверил танец с Чонха, когда делал туфли с ней. Традиционные хаотичные движения, при которых нужно переставлять ноги. Я даже сам выучил, чтобы понять, как Вам сложно. Я нашёл положение подошвы, при котором не так трудно двигаться. И добавил мягкости в основу покрытия лодыжки, чтобы лодочки не натирали. Я рад, когда Вы здоровы. И больше всего мне хочется сейчас, чтобы этот танец не делал Вам больно. Ничто не делало бы Вам больно. Чонгук замирает. Все придворные переглядываются между собой. Сёстры помладше закрывают рты. Чонро вовремя ступает вперёд, хватая ринувшегося к башмачнику принца, чтобы не шокировать народ сейчас, когда будущий Король начнёт хаотично целовать Тэхёна, говоря, что любит. Первым указом Короля было: — Отпустите меня к нему. Чонгук тут же ринулся в объятия Тэхёна, позволил ему надеть на себя эти лодочки. И церемониальный танец Чонгук решил станцевать именно с королевским башмачником, восторгаясь удобству обуви, роняя слёзы счастья, так как по-другому не мог выразить чувство неимоверного блаженства.