Рождественское чудо

Прошло несколько дней с той ночи знакомства. Джонатан работал не выходя из больницы несколько ночей подряд, а Шон вернулся к своим обычным делам. Болезнь всё никак не желала отступать и больных становилось всё больше. Джонатан делал обходы почти каждый час, но порой и этого не хватало - состояние больных ухудшалось практически за секунды. Вот уже как ночь состояние больницы удавалось удерживать на стабильном уровне. И доктору Риду просто необходимо было немного отдохнуть. Сменить обстановку. Поэтому он решил прогуляться и навестить людей из других районов, захватив с собой изрядное количество самых необходимых лекарств. Когда с Уайтчепелом и другими районам было покончено, он решил навестить Шона Хэмптона. Наверняка ему тоже нужна была помощь... Да и было в Печальном Святом что-то такое, что неизменно притягивало Рида. Джонатан заставил себя поверить, что дело точно не в крови, хотя как знать? Когда он заявился в ночлежку, Шона нигде не было, а с его паствой на удивление всё было в порядке, разве что Трогмортон умудрился где-то подхватить простуду, наверно опять всю ночь за вампирами гонялся, чудо что ни один настоящий ему так и не попался. "Надо же, лечу охотника на вампиров, дожил!" - подумал Джонатан. С другой стороны, Ихавод был настолько безобиден, что его мог бы убить и обычный скаль, напади он внезапно со спины... В общем, доктор в какой-то степени его даже жалел. Так как это был единственный кто нуждался в его помощи, времени до рассвета у Рида оставалось ещё очень много и он направился в кабинет мистера Хэмптона, единственное место, где он мог быть. По-вампирски проскользнув внутрь, он обнаружил спящего Шона. Священник уснул сидя за столом, положив голову на руки. Он выглядел бледным даже в тёплом свете свечи. Его одеяние было помято, словно он не снимал его несколько дней, под глазами выделялись синяки, лицо выглядело нездоровым. Его поза говорила о том, что спать он и не собирался, а уснул от усталости прямо во время работы. Он казался таким безмятежным, но стоило Риду подойти ближе, как он испуганно сел озираясь по сторонам и спросил "кто здесь?". Джонатана всегда поражала способность священников чувствовать вампиров, но Шон проснулся резко, словно от кошмара. Было видно что он на пределе и на нервах из-за переутомления. "У каждого свои демоны" - сказал однажды Джонатану один его старый знакомый. Интересно, что за демоны были у Шона?.. - Никогда не думал, что возвращаться будет так трудно... Подал голос Джонатан. Вообще, вместо "трудно" стоило бы использовать "страшно", но доктор не мог признаться в этом даже себе самому. Конечно, он это знал, но старался не задумываться над этим, что уж говорить о том чтобы кому-нибудь рассказать... Ещё буквально полгода назад Лондон был совершенно другим. Повсюду сновали люди, нельзя было и шагу пройти, чтобы не наткнутся на какого-нибудь зазывалу, который пытался тебе что-нибудь продать либо пригласить отобедать в своём кафе, по улицам не бродили скали, всё было прекрасно, у людей было больше веры в светлое завтра... Да и он сам радовался солнечному свету и погожим воскресным денькам. А теперь... Теперь всюду царили хаос и разруха, на улицах стало находиться опасно для жизни, а он сам никогда больше не увидит солнца... Но самое страшное, что абсолютно никто не знает что будет завтра. И эта неизвестность хуже всего. - А, это вы, Джонатан... - священник повернулся к полуночному гостю - Да, мир переживает нелёгкие времена. Но даже в такое трудное время нужно надеяться и верить в светлое завтра. - Жаль, что у меня нет возможности увидеть это светлое завтра, мистер Хэмптон. - с саркастичным смешком сказал Джонатан. На лице Шона в который раз возникла грустная улыбка. - Простите, если я задел вас, но немного веры вам бы не помешало. - К сожалению, её у меня тоже не осталось. Повисло молчание. Они молча смотрели друг на друга. Потом Шон неожиданно подошёл к доктору и положил руку ему на плечо. Джонатан подумал, что сейчас он начнёт ему рассказывать о том как он близок к падению и пытаться обратить его в христианскую веру, как это делал Уитакер. Но вместо этого Шон посмотрел ему прямо в глаза, для чего ему пришлось практически запрокинуть голову назад, и сказал: - Господу не важно верите вы в него или нет. Гораздо важнее вера в людей, справедливость и лучшую жизнь. Даже если вам не суждено увидеть восход солнца, сделайте всё возможное, чтобы его увидели другие. И эту веру невозможно потерять - рука Святого уже не лежала на плече, он прижимал свою тёплую ладонь к ледяной груди доктора, к тому месту где должно было быть сердце - она всегда находиться здесь. Священник всё ещё смотрел ему в глаза, заглядывая прямо в душу. И от этой вдохновенной пламенной речи что-то изменилось в Джонатане, не то чтобы он совсем перестал бояться, но того всепоглощающего страха перед неизвестностью больше не было. Ему было спокойно, словно во времена детства, когда он мальчишкой резвился во дворе загородного дома, а мать и отец сидели на веранде попивая травяной чай с мятой из местных трав. Он ощущал как снова в солнечный день прислоняется спиной к нагретой стене, сгибая одну ногу в колене и ставя её на залитую солнечным светом стену. Стена приятно греет спину и дарит чувство умиротворённости, покоя и защищённости... Но вот видение растаяло и Джонатан вновь оказался в ночлежке, а возле него всё ещё стоял священник, держа руку у него на груди и внимательно смотря ему в глаза. - Вы правы. Даже если я больше не увижу утреннего солнца, я сделаю всё, чтобы как можно больше людей увидели его. В этом моё предназначение, вся моя жизнь. И он, повинуясь какому-то странному инстинкту, обнял священника. Как же захотелось почувствовать вкус и тепло его крови, услышать болезненный стон, сбивающееся от страха дыхание... Вот она шея, так близко - стоит лишь наклонить голову и сомкнуть зубы. Это желание оказалось так велико, что клыки Джонатана уже едва, но касались шеи священника. В последний момент экон понял что творит, почувствовав как вздрогнул Святой, и, собрав всю волю в кулак, лишь провёл языком по горячей шее превратив свой укус в поцелуй. Священник был ошарашен, он в ужасе отпрянул от доктора, схватившись за крест на груди. Казалось, ещё мгновение и он выставит распятие вперёд, защищаясь им от Джонатана. Но он лишь сказал: - Вы... Я... Я не могу... - Всё в порядке, я обещаю, что не укушу вас. - И Джонатан попытался приблизится к священнику, подняв обе руки в жесте показывающем безоружность. Но тот лишь отступил на шаг назад, уперевшись спиной в холодную каменную стену. - Меня не это пугает. Я думал вам нужна кровь! А вы... - он прижал руку к месту поцелуя, словно к ожогу - не надо ближе... - и отвёл взгляд в сторону, сам не в состоянии понять, почему он так себя ведёт. Джонатан отошёл на шаг назад. Он слышал, что в детстве Шона изнасиловал священник, но не думал, что простой поцелуй так на него подействует. Расфокусированный взгляд в даль, учащённое сердцебиение, слишком бурная реакция, стыд... Похожие симптомы наблюдались у солдат которых он лечил. "Травматический невроз" - поставил диагноз Рид. И тут до него дошло. "Шон не знает что с ним творится!" Ему однозначно нужна была помощь. - Простите, доктор Рид... Я сам не понимаю что произошло, если вам нужна кровь - Вы только скажите, но не делайте так больше, пожалуйста... - Хорошо. Мне нужно с вами поговорить. - сказал Джонатан, усаживаясь на один конец кровати и предлагая Шону сесть на другой.