- я люблю тебя.

- я люблю тебя, - говорит чимин, рассматривая чуть ли не последнее оставшееся фото его бывшего парня, мягко, слегка касаясь, поглаживая большим пальцем плотную бумагу, очерчивая строгие черты лица. он больше не плачет, лишь смотрит на картинку с таким родным, въевшимся в душу лицом, которое пак когда-то мог нежно трогать и невесомо целовать,как бы стараясь не поранить мягкую кожу своего чуда. он больше не плачет, запас соленой жидкости иссяк уже очень и очень давно. такие же соленые слезы чимин вытирал с личика кима, когда тот приходил домой к паку в слезах из-за очередной плохой оценки или ссоры с родителями. такие же соленые слезы текли и с его щек, когда он потерял свой единственный смысл дальнейшего существования. он лишь улыбается, вновь и вновь рассматривая такие жёсткие, но в то же время хрупкие черты лица тэхена, снова и снова прикасаясь к бумаге, желая почувствовать прежнее тепло родного лица, полный любви взгляд, наполненные счастьем глаза, которые смотрели в глаза чимина с некой детской наивностью; пухлые, каждый раз расплывающиеся в квадратно-сердечной улыбке губы, которые целовали чужие, ещё более пухлые любимые уста. чимину хочется просто обнять свое маленькое чудо, которое было единственным источником счастья пака. почувствовать тепло такого близкого и родного тела, которое пак хотел бы обнимать 24 часа в день, 365 дней в году. но, к сожалению, это теперь невозможно. чимин прикрывает глаза и тяжело выдыхает, запрокидывая голову назад и разлепляя уставшие глаза и устремляя взгляд в потолок. набрав полную грудь воздуха, он поднимает голову и кидает взгляд на ту самую фотографию, с которой на него смотрел уже давно умерший, но все такой же любимый чимином человек. пак улыбается и убирает потрепанный кусочек бумаги во внутренний карман, поправляя одежду и доставая из наспех накинутой куртки пачку сигарет, и достав одну, сразу же поджигает, закуривая. мысли о тэхене уже который год не дают чимину покоя, все больше и больше окутывая разум парня мраком. сколько бы тот не пытался отвлечься на работу, учебу,алкоголь - никакого результата. похоже, рана была слишком глубокой. юноша докуривает сигарету и бросает окурок в баночку с такими же многочисленными остатками. он уже давно принял решение для себя, осталось только подождать. немедля, чим покидает подъездное помещение и заходит в свою квартиру, закрывая за собой дверь на все замки и скидывая с себя куртку прямо на пол. она ему больше не понадобится. ему больше ничего из этого не нужно. торопливым шагом заходит в уже подготовленную ванную комнату, сразу же кидая взгляд в зеркало. за последние несколько лет пак плохо питался, мало спал и в целом вел не самый здоровый образ жизни. его образ стал мрачным, осунувшимся, потерявшим блеск и счастье в глазах. чимин открывает шкафчик за зеркалом, пробегаясь взглядом по полкам, ища нужный предмет, замечая на самой верхней полке одинокую бомбочку для ванной, явно, оставшейся от тэхена и незамеченной во время уборки вещей. пак убрал все вещи тэхена в чулан, чтобы лишний раз не вспоминать о нем, но это особой роли не сыграло. ким навсегда останется в памяти пака в самом ярком виде. он судорожно хватает бомбочку, прижимая ее к груди и улыбаясь, а после берет ее и щупает, вспоминая, как тэхен любил разные бомбочки для ванной, маски для лица и его любимые гели для душа с запахом кофе и миндаля, которые так нравились чимину. пак кладет бомбочку обратно, и, наконец, найдя нужную коробочку закрывает шкафчик, и не глядя в зеркало садится в полностью наполненную ванную. пак улыбается, думая лишь о том, что он совсем скоро встретится со своим счастьем. он открывает коробочку и распаковывает совсем новое лезвие. - я люблю тебя, - произносит чимин, с силой проводя по запястью острым предметом, практически мгновенно теряя сознание с теплой улыбкой на лице.