Истина в вине

      — Нет, Хорр, серьёзно, я не прикоснусь к этому. Я и с обычным-то мясом не в ладах, а ты мне полуразложившийся труп подсовываешь.— в голове возникла картина гниющей плоти, имеющей зеленоватый оттенок и окружённой мухами. Лицо Пыльного тут-же искривилось, выражая отвращение.       — Да брось, оно ещё не успело испортиться, ему всего пара дней. — почти пропел Хоррор, весело улыбаясь, кажется, выводить Пыльного из себя стало его новым развлечением.       — Меня не ебёт, разбирайся сам со своей дохлятиной. - рявкнул начинающий закипать Даст, зыркнув на Ужаса со злостью.       От этого Хоррор только залился громким смехом, явно кайфуя от реакции взбешённого Праха.       Смех нового товарища заставил Даста практически испускать пар из ушей, так продолжалось где-то на протяжении минуты, пока Алоглазый наконец не успокоился. Как, впрочем, и Пыльный, осознавший то, насколько просто и очевидно его подъёбывают. Да, его действительно просто вывести из себя, и Алоглазый, такими темпами, станет в этом мастером.       — Пфф, из-за тебя у меня снова разболелась голова. — нервно вздохнул пыльный, потирая виски, начавшие неприятно пульсировать.       — Да ладно тебе, всего лишь безобидная шутка, или полуночники не понимают значения слова "юмор"?       — Уж, прости, но мне раньше не приходилось сталкиваться с "людоедским" юмором. — парировал Даст, стараясь поудобнее устроится на стуле и открывая, предусмотрительно взятую с собой бутылку белого полусладкого. Вкус конечно никогда не сравнится с его излюбленным красным, но всё же не плохо, в качестве разнообразия.       — Эй, людоед вообще-то звучит как-то не красиво, я ведь и обидеться могу. На такую фразу Дасту не оставалось ничего кроме как вопросительно вскинуть бровь.       — И как тогда по твоему мнению мне стоит выражаться по поводу твоей странной особенности? — весьма саркастично спрашивает Пыльный.       — Ну например, "каннибализм" звучит как-то по солидней. — не раздумывая отвечает Хоррор, параллельно беря какой-то кусок мяса, скорее всего с бедра, и начиная измельчать его на небольшие кубики. — Согласись же, что, например, заполняя в резюме графу "о предпочтениях в еде и прочих особенностях" гораздо лаконичнее будет указать, что ты, точнее я, являюсь каннибалом, а не людоедом. — налив воду в небольшую кастрюльку, Хорр поставил её на плиту и насыпал туда пару ложек соли — Когда говорят о людоедах, люди чаще всего представляют себе какого-нибудь страшного бородатого дядьку из детских сказок-пугалок. А вот каннибал, это почти как статус, как должность. По моему мнению, каннибалом можно назвать только квалифицированного маньяка. — с этими словами Ужас направился к холодильнику, чтобы достать подложку с нарезанными овощами.       Даст поймал себя на том, что слушает Хоррора увлечённо и вдумчиво, ведь действительно, он уже вот несколько минут размышлял о том, присутствует ли в резюме так называемая графа "о предпочтениях в еде и прочих особенностях", да и какому порядочному человеку, будь он хоть людоедом, хоть каннибалом, пришло бы в голову указывать это в своём резюме.       По правде говоря, ответы на эти вопросы не то чтобы сильно его волновали, но стали отличным предлогом отвлечься от серьёзных мыслей хотя бы не на долго. Из размышления Даста вырвал звук кипящей воды, пытающейся выбежать из кастрюли на свободу, но терпящей поражение, в схватке с раскалённой плитой. Кажется, его товарищ тоже услышал шипение, потому что поторопился снять крышку и бросить мясные кубики в воду. Порывшись в рядом стоящей корзинке со специями, он достаёт, по видимому, необходимые и высыпает их по ложке каждую в кастрюлю. Пол минуты спустя комната уже наполняется приятным ароматом бульона. Поразмыслив над этим Даст приходит к выводу, что специи неплохо перебивают запах мяса, не совсем обычного и не совсем подходящего для варки.       Впрочем Даста это не заботило, его больше интересовала бутылка, к которой он уже успел основательно присосаться, и, по его мнению, если вино составляло ему компанию, вечер автоматически становился не таким унылым. Хотя ему стоило бы признаться, что благодаря Хоррору унывать было сложно, ибо тот постоянно умудрялся разбавлять атмосферу своей болтовнёй и тупыми, но почему-то работающими шутками.       Такими темпами вечер незаметно перекатился в ночь. К большому счастью Даста, его головная боль наконец отступила, но на место неё пришла другая, уже в животе. А вместе с ней и посторонние рычащие звуки всё от туда же. Видать запах бульона всё же сделал своё дело и нагнал аппетит.       — Полуночники могут питаться обычной едой или только кровью? — спросил Ужас, открывая один из кухонных шкафчиков, в котором находились чашки и тарелки.       — Ну, вообще, мы можем есть и обычную еду, но жажда крови от неё не утихает. Хотя.. разве что на короткий срок, вобщем не знаю, я уже давно не жрал ничего помимо таблеток.       — Что за таблетки ты постоянно глотаешь? — поинтересовался Ужас, отрываясь от посуды и вопросительно смотря на белобрысого.       — А, это обезбол. У меня хронические головные боли уже долгое время.       На это Хоррор лишь многозначительно хмыкнул себе под нос, размышляя о чём-то своём.       Спустя пару минут на столе стояло две тарелки, одну Хоррор поставил рядом с собой, а вторую пододвинул на противоположный край стола к Дасту. Тот, казалось, опешил от подобного жеста и непонимающе уставился на парня.       — Это... типо для меня?       — Ну, ты же сам сказал, что вполне можешь есть обычную еду.       — Обычную! — Даст сново начинал закипать — "Обычная еда" это, блять, точно не суп с трупом.       — Ну, извините уж, чем богаты. — с этими словами Ужас ехидно заулыбался. — И вообще, ты ещё даже не пробовал, а уже делаешь выводы.       Пыльный опустил взгляд в тарелку, рассматривая содержимое. На вид обычный бульон, по незнанию можно спутать со свиным или говяжьим. От супа шёл небольшой пар, в запахе чувствовались специи и овощи, полностью перебившие запах мяса, которого, к слову, в его тарелку просто не положили. В ароматном бульоне плавали только картошка, морковь лук и так далее, с виду никаких инородных ингредиентов.       Внезапно повисшую тишину разбавил звук журчания в животе Пыльника. Даст потупил взгляд, кажется, ему действительно не мешало бы перекусить.       — Ладно попробую. — невнятно пробурчал Даст, беря ложку и начиная мешать бульон, размышляя о том, может ли он ещё передумать.

***

      — Это было... — Даст вдруг завис, подбирая слова.       — Не так отвратительно как ты себе представ..?       — Вкусно, — неожиданно выдал Прах, и, видимо, сам смутился своим же словам, потому что тут же отвёл взгляд и еле заметно покраснел, что на практически белой коже было не так уж и не заметно. — признаю, твои кулинарные способности на высоте.       — Воу, я польщён, — теперь же смущаться пришла очередь Хоррора — на самом деле я очень люблю готовить для кого-то, хотя и не часто удаётся. — с этими словами парень, кажется, ненадолго погрузился в свои мысли, после чего добавил, — Раньше я часто готовил для брата, а сейчас...       Даста заитересовала последняя фраза его товарища, ведь раньше он не разу не упоминал о брате, и, в принципе, старался избегать тему семьи.       — ... Что ж, сейчас можно поиспытывать на прочность твой желудок.       — Эй, я вообще-то, на такое не подписывался!       — Как это? — Ужастик вскинул брови, имитируя удивление — Ты же только что сказал, что тебе понравилось.       — Да, но... — на это Даст не нашёл что ответить, ведь он не мог спорить с тем, что Ужас был действительно хорош в готовке. Так что, в попытке увести разговор куда-нибудь в иное русло, Пыльный решился задать вопрос, который его действительно интересовал.       — А, где сейчас твой брат? Ты не разу раньше не говорил о нём. — Хоррор не то чтобы сильно удивился такому вопросу, но ответить на него оказалось весьма затруднительно, поэтому он завис на какое-то время. Даст уже начинал жалеть о том, что поднял эту тему, но вскоре Ужас ответил.       — Он находится в больнице, прикованный к аппарату жизнеобеспечения, — Хоррор сделал глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями — ему нужна операция, если всё пойдёт хорошо, то через несколько месяцев его начнут готовить к операции, как только у меня на руках будет вся сумма первоначального взноса за лечение и реабилитацию.       — Из-за чего он в больнице? — Даст не мог не задать этот вопрос, но видя, как после его слов исказилось лицо Хоррора, он смог сделать небольшой вывод — Или из-за кого?       — Родители. — коротко пояснил парень. Его голос звучал ровно, но в глазах явно читалась ненависть. Что ж, эту тему Даст точно не собирался поднимать, по крайней мере сейчас, если Хоррор захочет поделиться с ним чем то подобным, то он выслушает, но сам давить не станет. В конце-концов, он и сам не очень хотел заводить тему не радужного прошлого, тем более своего.       — Эм, должно быть операция достаточно дорогостоящая, где ты собираешься взять такие деньги?       — Некоторая часть суммы уже у меня на руках, остальное заработаю. В конце-концов, ты же не думаешь, что я похож на простого бариста.       — Да нет, знаешь ли, простые бариста не несут домой трупы после вечерней смены.       —Да-да, и не готовят из них супы, которыми кормят вампиров. — парировал Хоррор.       — Я полуночник! — недовольно выдал Даст, но видя как Хоррор заливается смехом, и сам невольно начал хихикать, всё же в такой кампании у него не получается долго злиться.

***

      — На кого ты работаешь?       Стрелка часов показывала уже далеко за полночь. Ребята успели убрать всё со стола и перебраться в гостиную. Хоррор сидел на стуле возле своего рабочего стола и что-то рассматривал в телефоне, не обращая внимание на тихое гудение телевизора и на белобрысого пылесборника, развалившегося у него на диване. Даст бездумно перещёлкивал каналы по кругу, уже некоторое время он размышлял о загадочной работе Ужаса. Судя по расчленённому трупу, он занимался, так называемым, устранением кому-то неугодных. И при этом, вспоминая не давний разговор, получал за это какие-то деньги. Исходя из этого напрашивался логичный вопрос: " Кто был его заказчиком? "       — Что? — Алоглазый вопросительно посмотрел на Даста. Признаться, он не думал, что тот до сих пор размышляет о их разговоре на кухне.       — Я не думаю, что ты решил убить того человека, просто по своей прихоти. Скорее всего тебе за это кто-то заплатил.       — Вау, чудеса дедукции! — протянул Хоррор с сарказмом, пару раз хлопнув в ладоши, на что Даст лишь недовольно нахмурил брови. — Ладно, ты прав, у меня есть босс и он действительно платит мне за то, что я заставляю некоторых людей раз и навсегда закрыть рот.        Праха удивил такой внезапный и честный ответ, но, кажется, ему всё же решили раскрыть кое-какие карты.       — Да неужели, у нас сегодня, что день откровений?       — Ну, можно и так сказать, я просто не вижу смысла скрывать от тебя то, о чём ты и так догадался.       — И то верно. — сказав это Пыльный громко зевнул, растягиваясь на диванной подушке. Его начинало ощутимо клонить в сон, что было странно для него, обычно без таблеток он мог уснуть только ближе к утру, а иногда и не засыпал вовсе. Неужели сегодня ему всё же удастся нормально поспать. Хотя погодите, он же находится не у себя дома, ещё чего доброго не хватало рубануться на чужом диване.       — По правде говоря, он мне не только платит, я в принципе многим ему обязан. Если бы не он... В общем я не думаю, что продержался бы долго. К тому же, лечение Папса сейчас тоже напрямую зависит от него, но раз он сказал, что поможет, значит действительно это сделает. Такие люди обычно держат свои обещания.       — Да ну, ты так говоришь о нём, что я действительно начинаю считать твоего заказчика, не таким уж уродом. — пробубнил Даст, не особо вдумываясь в сказанное или услышанное.       — Так и есть, знаешь съём этой квартиры это тоже его рук дело. Я говорил ему, что мне вполне бы подошла и просто комната в коммуналке, но он ответил, что вдвоём с братом на реабилитации, жить там будет затруднительно. Я в тот момент даже не подумал об этом, но он прав, хотя я до сих пор не могу привыкнуть жить здесь один, у меня, ведь, даже собственной комнаты никогда не было. — ответом на его слова стало лишь тихое сопение заснувшего на его диване Пылесборника. Неожиданно, ведь он был уверен, что его слушают. Впрочем, это не так важно. Встав со стула, Хоррор решил подойти к Дасту, дабы накинуть на него какой-нибудь плед.       То что его укрыли пыльный кровопийца совсем не почувствовал, всё так же продолжая лежать на диване Ужаса, подогнув под себя ноги и обнимая подушку. Любуясь этой картиной Алоглазый поймал себя на мысли, что никогда бы не поверил, что лежащий перед ним юноша, наверняка стал причиной смерти не одного десятка человек. Смерть оставляет свой след на каждом. Взглянув ей в глаза один раз, ты уже не сможешь остаться прежним. На самом Хорроре уже давно не было и живого места, столько раз ему приходилось стоять на краю. Но вот тело лежавшего перед ним выглядело таким хрупким, что, казалось, смерть совсем не оставила на нём свои следы.       Понаблюдав за спящим ещё немного, Хоррор побрёл в свою комнату, где тут же начал проваливаться в сон, стоило только голове оказаться на подушке. Так он и заснул, размышляя о брате, смерти и своём новом друге.

***

      — Босс, вы меня вызывали? Кросс сказал, что дело срочное, так что я...       — Да, давай к делу, что там с заданием, которое я тебе поручил? — сухо перебив своего подчинённого, который зачастую любил ускользать от темы, Найтмер облокотился ломтями на стол, наклоняясь чуть ближе к черноглазому юноше, сидящему напротив.       — Ну, я не особо что смог найти, всё же я думал, что у меня будет больше времени на сбор информации, хотя бы до конца недели, знаете ли это дело не быстрое.       — Ближе к теме, Киллер, ты нашёл хоть что-то или нет? — Убийца еле заметно поёжился от грубого тона Босса, он крайне не любил, когда с ним так разговаривали.       — Да об этом парне практически нет ничего! В городе он не так давно, друзей не имеет, ни с кем, практически, не общается, знакомые описывают его как необщительного, замкнутого, и ещё... неуравновешенного, были, конечно, и те, которым мерещилось что-то... В общем, крайне сомнительный чел, но ничего подозрительного за ним замечено не было. Я лично следил за ним какое-то время и не с одной жертвой полуночников он не был связан. Никаких следов, никаких трупов. Если бы он и был вампиром, то не смог бы продержаться без крови всё это время, он бы уже сдох от голода.       — Мы не можем делать таких выводов, возможно он держится на таблетках...       — Это не возможно, таблетки сдерживают жажду от силы три-пять дней, за неделю у него как минимум уже съезжала бы крыша.       — Не смей перебивать меня! — Найтмер не часто позволял себе кричать на сотрудников, чаще всего это попросту не требовалось, он всегда старался разъяснять ситуацию грамотно и спокойно, не повышая голоса, но с Киллом всё было не так, боже, он словно заноза в заднице — Я хотел сказать, что у него вполне могут быть запасы крови где-нибудь в квартире. Где он живёт? — уже более спокойно продолжил Найт.       — Он снимает комнату в общаге на окраине города, район не из приятных, но там вполне можно снять отдельную квартирку за гроши, правда с тараканами и не очень приятными соседями, но всё же.        — Нужно осмотреться там, и, заодно, в соседних квартрах.       — Есть, Босс. Уверяю вас, если на него всё же, что-то есть, мы это найдём.       — Надеюсь, ты не подведёшь моё доверие. Можешь, идти, у тебя много работы.       Получив разрешение Киллер поспешил удалиться, дабы лишний раз не действовать Найту на нервы, тот и так, по всей видимости был не в духе.       Как только его подчинённый удалился Найтмер зашёл в одну из папок на своём рабочем столе и снова включил видео двух месячной давности, зафиксированное камерой видеонаблюдения. Изображение было нечётким, но на нём были хорошо различимы пятна крови на асфальте, следы укусов и царапин на отключившейся жертве, клыки, больше напоминающие волчьи, чем человеческие и тонкие блестящие пряди белоснежных волос...       Нет, ему точно не могло просто показаться, сходство было очевидным. С этими мыслями Найтмер всматривался, то в стоп-кадр на экране, то в фотографию в своей руке, на обратной стороне которого, чёрной ручкой было выведено " Даст Карсакéвич ".

Любые продукты меркнут в присутствии поистине ценного мяса! — " В поисках божественного рецепта "