Heaven

Как часто человек чувствует привязанность к другому человеку, просто потому что может хорошо его знать и знать долго? Не потому ли это происходит, если за долгосрочный межличностный период времени душа успевает привязаться к другой? А взаимная привязанность это когда уже к привязанной душе привязываются в ответ? Как всё неясно. Однако что-то такое чувствовала Эвиана и не понимала, что именно заставило её так привязаться. Наверное надо прояснить один факт; привязанность никогда не равна любви. Привязаться можно и к булыжнику. В дни, которые проходили строго по расписанию, умещались свободные часы для долгих бесед с объектом своей привязанности. Расписание выглядело не сложно. С утра до полудня Эвиана была на службе. Приехав домой, она тут же отправлялась на плантацию, а после в бар. Там хозяйке приходилось выслушивать о всяких накипевших проблемах завидения и тут же их устранять. Проверять счета учёта денежных средств было также необходимо. Далее, нельзя было оставлять без внимания огромное количество приглашений на ужин в лучшие дома. Пока марлийская армия бездействует, все семьи светского общества считали своим долгом приглашать как можно больше солдат высокого чина. Эвиана была исключением и её не звали вместе со всеми, а звали лично одну. Она сочетала в себе женщину светского общества и старшего сержанта, так что считалась особой для специального приема. И только в конце дня девушка была предоставлена сама себе. Она приезжала домой, брала стопку папок с бумагами и отправлялась в соседний дом. Там её ждал любимый письменный стол и приятные часы писанины. Леви поначалу был не очень рад ежедневным визитам Эвианы, но вскоре привык. Он был в курсе того, какой насыщенный день был у его гостьи, ведь сам был с ней. Её расписание принадлежало и ему, ведь нужно было забирать её со службы, вести домой, ехать на плантацию и возить по гостям. Теперь, наблюдая за тем, как Эвиана без устали занимается бумажной работой, Аккерману оставалось лишь сидеть напротив и потягивать чаек. В первые дни он удалялся в спальню, оставляя девушку одну в гостиной, но после стал выходить к ней. Одному стало безумно скучно, а пренебрегать возможностью послушать о накипевшем его гостьи было тяжело. —И представь себе о чем он меня тогда спросил? -бойко говорила Эвиана, -Этот чертов маршал спросил, была ли моя вылазка геройским порывом или я руководствовалась соображениями «кража это плохо»? Леви внимательно слушал её рассказ, ведь он был о том, как проходило собрание Советов Марли. Это был именно тот день, когда разведывательный корпус покинул Средне-восточный Союз. —Интересно, какую бы рожу он скорчил, если бы я ответила, что сделала это ради денежек? -продолжала она в насмешливом тоне, -Конечно, мне такой ответ уже не подходит, но подошёл бы мне десять лет назад. Тогда я геройствовала так часто, что уже и всего не припомню. Именно тогда я своровала конструкцию прослушивающей технологии у соседних государств. Вот черт, -выругалась она вдруг, -навлекла же я бед на саму себя. Не сделай я этого, можно было бы также свободно говорить и в машине. В ответ мужчина, остававшийся безпристрастным всё это время, изобразил озадачдивое выражение на лице. —О, хочешь знать, как я воровала? Ну, тебе этот способ не понравится. Я пыталась избежать сражений, поэтому придумала вот что. Сначала нарядилась под женщину их нации. Добралась до мастерской, где создавались чуда техники. К моему счастью, там находился всего один паренёк. Совсем зелёный ещё. Я сказала, что мне невероятно любопытно посмотреть на работу гениев нашей страны. Причем я говорила на их языке, придавая своим словам нужное произношение. Паренёк сначала колебался, его видимо предупреждали никого не подпускать. Но всё-таки, он не смел меня прогнать. Сказал даже, что с удовольствием покажет и расскажет обо всем, что тут делается. И трепетно за всем наблюдая, я изъявила желание, чтобы мой будущий муж занимался таким же ремеслом. Сказала, что была бы очень горда им и всё такое. И спустя несколько минут, я пришла к тому, что тот паренёк пообещал на мне жениться. В тот же день я забрала радиомикрофон – это главная часть в прослушивающем устройстве. Все остальные мелочи, составляющие весь аппарат, я запомнила, поэтому брать их с собой не потребовалось. А после я сбежала. За эту вылазку мне вручили кругленькую сумму. —С чего ты взяла, что мне такой способ «не понравится»? -спросил Леви, ставя ударение на последнем слове, -Не думается ли тебе, что я обожаю участвовать в драках? —О Леви, а ведь у тебя тоже получится! Тебе даже флиртовать не понадобится, всего лишь выразительно взглянуть. Уверяю тебя, девушки купятся на любую сказку, которую ты о себе сочинишь. Сам сможешь убедиться, что это намного проще сражений. —Играть с чужими чувствами мне тоже претит. —Тогда плохой из тебя агент, -заключила Эвиана, мягко улыбнувшись. Разговоры шли часами напролет и только чувство сонливости напоминало о том, что пора уходить. Эвиана нашла в Леви отличного собеседника. Он в некоторой степени был даже советчиком. Не раз он подмечал ошибки девушки, когда она говорила о своих сражениях. Иногда описывал стратегии боя, которые были бы подходящими для того или иного случая. Словом, обучал тому, что умеет лучше всего. В какой-то момент случалось, что Эвиана выражала недовольство о скрытности своего оппонента. Он никогда не говорил о себе, а она выкладывала перед ним все карты. По её мнению, это нечестно и обидно. Аккерман думал, что все закончится на её жалобах и дальше не зайдет. Но почувствовав, как от девушки начинает веять недоверием и даже холодом, он решился ответить на мучавшие неё вопросы. В конце концов, не он ли говорил, что не хочет что-либо скрывать? Естественно, капитан знал, что молодая командирша не расплачется, если услышит о печальном детстве и отрочестве. Но точно так же он не ждал противоположной реакции. —Так значит, в свои двадцать ты был плохим парнем, да? -заигрывающе спрашивала она, -Как жаль, что я тебя тогда не знала! Мне было восемнадцать и я была миленькой девчонкой. —А что, уже не девчонка? —Как и ты, уже не мальчишка. * * * Клаттер стояла у обочины и поглядывала на наручные часы. Он опаздывает, что ему не свойственно. До этого дня Леви был очень точен и пунктуален. Уже пятнадцать минут двеннадцатого. На службе девушка сильно устала и стоять становилось все тяжелее. Наконец, послышался звук приближающегося автомобиля. Девушка поспешно уселась на заднее сиденье. —Вы сегодня долго, -тут же сказала она, -Может у вас случилось что? —Нет, все в порядке, Эви. Я просто заглянул в одну лавку по пути. Такое объяснение её вполне устроило. Девушка откинулась головой на сиденье и устало вздохнула. Утро в самом деле выдалось тяжёлым. В мыслях она уже планировала отменять все встречи и назначенные визиты. Хотелось поскорее добраться до своей комнаты и валяться в постели весь день. Полуоткрытыми глазами Эвиана глядела в окно. Вдруг взору показалась совершенно незнакомая узкая улочка. Солнечные лучи туда не попадали, улица оттенялась зданиями, близко расположенными друг к другу. Они так резко свернули сюда, едва вписавшись в поворот. Эвиана непонимающе уставилась на водителя. Вдруг она заметила, как сильно он напрежен. Казалось будто Леви напряг слух. Последовав его примеру, девушка услышала, как что-то прямо сверху быстро приближается. Что-то падает прямо на машину. —Прыгнись, -спокойно сказал Аккерман, выходя из машины. В руках он зажал ножны. На крышку багажника приземлились двое вооруженных мужчин. Один из них быстро направил дуло пистолета на заднее лобовое стекло. Палец не успел спустить курок, как мужчина застыл от недоумевания. Ведь он увидел, что на задних сиденьях никого нет. Секундой после, обоих людей выкинуло в стену. Не успев полностью раскрыть глаз от сильного удара, им почудилась устрашающая искра. Незнакомцы рефлекторно поднялись и кинулись бежать. В эту минуту Эвиана приподнялась со своего места и одним глазом наблюдала за происходящим. Прямо сейчас Леви гнал прочь двух человек, внезапно атаковавших их с крыши здания. Но те не сразу сдавались. Они отчаянно размахивали своими автоматами, распуская выстрелы направо и налево. Для Клаттер это было поистине дивным зрелищем. Её до чёртиков напугало описание стиля боя Леви в отчёте, но сейчас она чувствовала лишь восхищение. Его движения были быстрыми и ни одного лишнего маневра в них не было. «Он невероятен» – вдруг подумалось ей. Через пару минут патроны у одного из них закончились. Мужчина боязливо опустился на землю, отползая назад. Леви этим воспользовался и приставил лезвие ножа к шее мужчины. Второй направил на него пистолет. —Выстрелишь и я убью его, -заявил Аккерман. Было замето, как руки мужчины, державшие пистолет, лихорадочно тряслись. Леви не ставил на кон преданность одного бандита другому. Он уже понимал, что такое условие слишком малозначительно. Последовал выстрел. Леви прикрылся телом того, чью шею он только что пронзил. Что же, он тоже не шутил. Продолжая уворачиваться от пуль, Аккерман вмиг оказался подле второго бандита. Он мог тут же вонзить в тело нож, но повременил с этим. —Меня бесит твой пистолет, -сказал он, силой вынимая оружие из чужих рук и отбрасывая в сторону. Только после этого он покончил со вторым. Когда всё вокруг стихло, капитан взглянул на автомобиль, находившийся в конце улицы. —Ты хорошо придумала отъехать вперёд, -попятясь в сторону девушки, произнес он, -Столкнула с места этих двоих и увела прослушку подальше. Эвиана подбежала к нему и вблизи любопытно рассмотрела два трупа. Лица ей были абсолютно незнакомы. —Они были сильными, -заявил Леви. —И ты это говоришь, когда убил их холодным оружием, а они бились огнестрельным? —Я бы расправился с ними раньше, если бы они не были такими изворотливыми. —Откуда ты знал, что они следят за нами? Ты ведь не случайно сюда завернул? —Когда вышел из дома. Я заметил одного из них на крыше здания. Мне хотелось избавиться от них до того, как я приеду за тобой. Поэтому я в самом деле заглянул в одну лавку и оттуда выжидал их появления. Но, -вздохнув, продолжал он, -только там до меня дошло, что кого они и преследуют, так это тебя. Они выжидали, когда я заберу тебя со службы. А завидев, как мы сюда заворачиваем, они явно обрадовались. Ведь им было только на руку, если мы появимся в безлюдном месте. —Ты сказал мне прыгнуться, потому что был уверен, что в первую очередь они захотят убить меня. Но почему? Откуда такая уверенность? —Потому что я всего лишь старик и звать меня мистером Уистоном. —А? На лице Аккермана изобразилась усталость от этой болтовни. —Чего ты тупишь там, где не надо? Если бы им был нужен я, то они не ждали бы так долго. Напали бы сразу же, как я вышел из дома. Им нужна была твоя жизнь...нет, твоя смерть. По их мнению, главной задачей было обезвредить тебя, а с водилем можно будет расправиться и потом. Всё, что успеет за это время сделать старичок – помереть от инфаркта. Ясно? —Да...но раз им не нужен был ты, то они не от марлийской вышки. —Я узнал в них трюки самых отъявленных наемных убийц. Они киллеры. —Не сомневаюсь. Даже догадываюсь от кого они подосланны. —И от кого же? —А...эм, ну...тебе же не грозит опасность? Значит это только мой ненавистник. У меня с ним личные счета. —Ну уж нет, говори, -укоризненно произнес Леви, салфеткой протирая нож от крови. Эвиана обдумывала все способы уклониться от ответа, но не придумала ни одной убедительной отговорки. Ей не часто приходилось встречать людей, на которых она не могла воздействовать. И если Леви желает знать что-то, что кажется ему достаточно важным, он сделает всё, чтобы это осуществить. —Тайбер их подослал, -опустив глаза за окраваленную землю, вымолвила она,-Но я ничего более не скажу. Девушка помолчала минуту и собиралась идти обратно к машине, но голос мужчины тут же ее остановил. —Я не хотел их убивать, -вдруг признался он, -Но они увидели, что я не тот, за кого себя выдаю и мне ничего не оставалось. —Ты спас мне жизнь. Разве я могу тебе причитать? Теперь, -говорила она, заглядывая мужчине в глаза, -я твоя должница. Многое на этой улице заставляло пройти дрожь по телу, а происшествие, последствия которого были на лицо, лишь дополняли обстановку мрака и тьмы. Находиться там более было невозможным. Леви и Эвиана направились к машине, желая поскорее покинуть устрашающую улочку. —Хорошо, что не стреляли в стекло, -произнесла Эвиана, -Не знаю даже, как бы удалось объяснить это. Подозрения бы в любом случае появились. —Но тут они помяли, -пройдясь ладошкой по крышке багажника, сказал Леви. Девушка подняла голову на крышу здания, с которого спрыгнули двое убийц. Сейчас ей казалось, что высота слишком большая для такого прыжка. —Ничего, заменим эту часть потом. Совсем не заметно ведь. Поехали домой. После приезда Эвиана заставила себя собраться с силами и отправиться на встречи, которые ранее ей хотелось отменить. Усталость породила слабость в теле девушки и весь оставшийся день она выглядела неважно. Пару раз её спрашивали, не больна ли она, но ответ получали отрицательный. Клаттер безустанно напоминала себе, что если распорядок дня нарушится, то возникнут вопросы. Вопросы вытекут в догадки и возможно сегодняшнее нападение на неё вскроется. А если оно вскорется, то дело будут рассматривать тщательнее. В конечном итоге может обнаружиться её тесная связь с агентами Парадиза. Это сразу же разрушит, казалось бы, стойкую позицию Эвианы в Марли. Такого нельзя допустить. Под конец дня молодая командирша добралась до своего дома разбитой и еле бодрствовающей. Леви даже пришлось помочь выйти девушке из машины. Но отдыхать дома она не планировала. Показавшись маме и сестре, она словно сорвалась с места и отправилась в соседний дом мистера Уистона. —Давно не виделись, -отворивши дверь, произнес мужчина. —Ты наверное думаешь, что меня выгнали из дома? —Так оно и выглядит. —Уж извини, -говорила она, проходя за порог, -но кроме этого места, я не могу нигде расслабиться. —Ты не будешь печатной машиной сегодня? —Не буду. Я просто посижу здесь. Эвиана дотронулась до чайника, находившегося на столе. Горячий. Видимо Леви только что собирался один заняться чайной церемонией, но его планы нарушились. Теперь не один. Девушка по-хозяйски прошла на кухню и достала две кружки из навесного шкафа. —Я не знаю нужно ли говорить это тебе, Леви, -заговорила Эвиана, -но я всё же скажу. В тот момент, когда ты резко завернул в безлюдную улицу, моим первым предположением (и даже опасением) было то, что ты собираешься... применить насилие в мой адрес. Не пойми меня не правильно, ведь мне было чего опасаться. Никогда раньше я чувствовала страх перед таким родом издевательств, потому что была уверенна в своих силах. К тому же, такие покушения на меня уже происходили, но всё это лишь заканчивалось жалкими попытками завладеть моим телом. А сегодня, всё было по-другому. Я не знаю, насколько сильно ты меня превосходишь в силе. Я не могу сказать, что хорошо узнала тебя с момента нашего знакомства. Я не знаю кто ты такой. И если Леви понимал, что такое ложное обвинение в его адрес полностью обосновано, и если знал, что случаи изнасилования – уже обычное дело, то все равно был оскорблен. Аккерман, по своему нраву, ненавидел и чувствовал презрение к тем людям, которые не могут контролировать свои сексуальные желания, особенно когда отсутствие контроля влекло за собой то, что он называл извращенностью. И теперь, когда его причисляли к таким людям, он был разгневан. Естественно, его выражение лица этого не выдавало, но мстительная натура капитана уже продумывала «ответный удар». —Я точно также не знал, нужно ли говорить это тебе, Эви, -усаживаясь напротив девушки, начал он, -но я тоже скажу, раз мы такие честные. В день нашего знакомства, когда ты впервые явилась ко мне в момент моего заключения, ты выглядела так, будто собираешься меня совращать. Я в самом деле об этом и подумал. «Вдруг у них появились новые методы похищения?» – именно так подумалось мне. А когда ты заявила, что пришла вызволить меня из плена, то я был почти убежден. Слишком соблазнительны были твои слова. Любой другой идиот конечно обрадовался бы, если полуобнаженная девица собирается вытащить его из худой передряги. Эвиана, не разу не перенившаяся в лице, сделала глоток чая, после чего простодушно вздохнула. В её чистых, голубых глазах не было ни возмущения, ни чувства оскорбленности. Она вздохнула так, будто слышала нечто подобное уже более тысячи раз. Девушка в самом деле припомнила себе свой облик в день похождения. На ней была повседневная марлийская форма, поначалу в хорошем состоянии, но разодранная после. —Когда я только ступила на территорию тюрьмы, меня встретили поркой. Не знаю, как было у тебя, -говорила она, оперевши голову на ладонь, -но моей спине пришлось потерпеть несколько неслабых ударов. Логично, что после этого одежда не останется в таком же состоянии, в каком была ранее. —Они сделали с тобой что-то ещё, помимо порки? -тут же спросил Леви. Ему теперь стало не до поношений. Он был удивлен и даже...обеспокоен? Вдруг опасения, которые ошибочно возникли у Эвианы, всё-таки были следствием того самого дня? —Да вроде нет. Закинули в камеру и ушли. А про себя ты что-нибудь помнишь? —Очень смутно. Лишь помню, что когда вкололи наркотик, то держались на большом расстоянии. Кажется, привязали меня на поводок и на огромном расстояние вели до моей камеры. —Я так и знала! Но не думала, что на Средне-Восточном Союзе так сильно боялись элдийцев. Особенно с Парадиза. Имея при себе такие прокаченные технологии, они должны были сильно подняться в собственных глазах. —Черт с ними, мне все равно. Их страх и был нам нужен. Когда составлялся план на это проникновении, то мы всё поставили на их трусливость. —Поставить «всё» это поставить тебя? —Наверное, -задумчиво протянул Аккерман. —На том самом собрании, -вставая из-за стола, сказала Эвиана, -маршал назвал меня человеком, которому нипочём никакие титаны и технологии. Ошибочно назвал. И я тут же выказала эту ошибку. Я сомневалась существует ли такие люди вообще, но сейчас я знаю точно. Они существуют. И ты тому пример. Эвиана направилась к входной двери, собираясь уходить. Ей казалось, что она смогла отдохнуть. Пускай и беседа была не из приятных, но это не могло её расстроить. Сзади послышалось, как Леви тоже встал из-за стола. Он вплотную подошёл к девушке. —Тебе надо уяснить, что никаких таких намерений у меня не было, нет и не будет. Поняла? —Да, -ответила она, заглядывая в его серые глаза, -Спокойной ночи. * * * Отвратительный звук будильника. Просто дотошно слышать его. Эвиана меняла будильники на протяжении целого года, выискивая тот самый звон, который не будет вызывать в ней сгусток отрицательных эмоций по утрам. Однако, поиски не увенчались успехом. Каждый будильник раздражал её одинаково. Эвиана уже пробовала просыпаться, когда её будил кто-то. Эту роль взяла на себя младшая сестра, но бедная Мэдисон отказалась заниматься этим сразу же через неделю. Ведь если раньше раздражение девушки обрушивалось на механическую машинку, то сейчас ему подвергалась Мэдисон. Короче, пришлось смириться и просыпаться по будильнику. После преодоления самой тяжёлой части дня, пробуждения, молодая командирша оставалась весь день оживленной и веселой. Половина суток протекали просто незаметно. Работа на службе редко заставляла девушку перенапрягаться. Отряд, принадлежащий ей, был очень кроток и исполнителен, поэтому трудностей с этой дюжиной ребят не возникало. Четверть сил и энергии Эвиана оставляла на плантации и в баре. Заключения новых контрактов, уточнения каждой мелочи и, самое тягостное, выслушивание жалоб стали рутинными. Но, не теряя прекрасной возможности отдохнуть, Эвиана останавливалась у барной стойки и позволяла себе пропустить бокал чего-то алкогольного. Но это трудно было назвать отдыхом. Скорее, обычное наслаждение вкусом горького напитка. И пусть ей очень хотелось «забыться» таким образом, но тело не позволяло себя одурманивать. Ещё ни разу не позволило носительнице этой плоти забыться. Поэтому Эвиана лишь наслаждалась вкусом и всегда делала это в компании верного друга. Мистер Уистон никогда не пил с ней, ввиду своего возраста, но всё же чокался фруктовым соком после каждого незамысловатого тоста девушки, в которой ежесекундно видел свою дочь. Отцовское чувство переполняло его так сильно, что он не мог даже говорить о вреде алкоголя. Она уже взрослая, сама понимает. Да и что он может сделать, когда ей этого хочется? Вспоминая эти моменты, Эвиана грустно улыбалась. Сейчас впереди неё сидит Леви и вряд ли он захочет точно также сесть рядом за барную стойку. Он слегка придерживает руль, свободно облокотившись на спинку кресла. Девушку посещает мысль, подобная которой посещала её уже несколько раз. «Он даже водит по-другому. В вождении, где всё делается по одному шаблону, он всё равно не такой как мистер Уистон. Мой старый друг был так сосредоточен на дороге, был так напряжен, а Леви...словно чихать хотел» – думала она. Выходя из машины, Эвиана помедлила, но всё же решилась спросить. —Не хочешь пойти со мной? -оборачиваясь в сторону мужчины, спрашивала она, -Каждый раз, когда тебе доводилось там быть, я была завалена делами и тебе приходилось просто ждать меня, но сейчас такого не будет. Я собираюсь просто хорошо провести время с бокалом чего-нибудь вкусного. —Не хочу. Из меня плохой собутыльник, -признался брюнет, облакачиваясь на капот автомобиля. —Там сейчас твои ребята подготавливают зал. Жан и Конни, да? Не хочешь с ними увидеться? —Я уже с ними виделся. Вчера. Больше всего на свете Клаттер ненавидела уговаривать и заставлять делать кого-то что-либо против воли. Нет значит нет. Больно надо. Вдруг большая входная дверь бара открылась и оттуда выглянул юноша в форме официанта. —К...капитан! Проходите сюда, сейчас приедет Ханджи, -поспешно выкрикивал он. В ответ Аккерман лишь тяжело вздохнул и начал выискивать ключи от машины в карманах брюк. Убедившись, что двери автомобиля закрыты, он направился в сторону бара. Эвиана поспешно последовала за ним. Возможно она чувствовала мимолетную грусть от того, что Леви поначалу отклонил предложение пойти с ней. Но всё-таки, радость превозмогала. Он всё-таки идёт. Шагая по пустому залу, мужчина не ждал приглашений и сел за то самое место, за которым и хотелось Эвиане его видеть. Девушка мысленно обрадовалась ещё больше. —Я сейчас приду, -не обращаясь к кому-либо контректно, проговорила она, а после скрылась за дверью уборной. Вымывая руки минутой позже, молодая командирша очень надеялась, что Леви по-прежнему сидит на том же месте и ничто не заставило его смениться. И велико же было её удивление, когда надежды «переоправдались». Едва приблизившись к брюнету, Эвиана удивлённо расширила глаза. —Да ладно?! Ты же сказал, что не пьёшь? —Не пью, -сжимая в руках небольшой бокал, отвечал он, -но мне пришлось выслушивать длинную рекламу этого вина и, чтобы прекратить её, я вынужден был согласиться. —Кому же я обязана столь навязчивой рекламой? —Им, -вымолвил Леви, укоризненно попятясь в сторону Конни и Жана. Девушка звонко посмеялась, после чего уселась рядом. —А что, если они тебе туда плюнули? Вдруг им именно поэтому так хотелось, чтобы ты выпил? —Я тоже предполагал такое, поэтому заставил наливать передо мной. —Так значит ты признаешь, что у них было достаточно причин досадить тебе? —Я не... —Приветвую! -воскликнул женский голос, доносившийся с порога, -Э, Леви? Ты что, пьёшь? Ого, ну тогда я тоже! Жан, будь добр, налей мне. Леви пьёт, а это уже причина выпить! —Чего раскричалась? -недовольно поглядывая в сторону двери, отрезал Леви. —Здравствуй, Ханджи, -приподнимаясь со своего места, произнесла Эвиана. Зое живо пожала руку, протянутую девушкой, и села посередине двух людей за барной стойкой. —Вы кажется о чем-то говорили, я вас прервала? -интересовалась ученная. —О да, я спрашивала Леви об отношениях с его подчинёнными и есть ли у них причины ненавидеть своего капитана. Однако, может быть ты ответишь на этот вопрос, Ханджи? —Ненавидеть? Брось, Леви душка. Аккерман в ответ окинул Ханджи грозным взглядом. —Что? Я думала, что ты рассердишься больше, если я скажу правду. —Правду можно было исказить более убедительно. —Я не умею по-другому, -отвернувшись к Эвиане, заявила ученная, -Клаттер, мне столько надо тебе рассказать! Далее начался долгий рассказ об учительской жизни и о проживании в общежитие вместе с другими преподавателями. Ханджи говорила о детях, которые особенно нравились ей и казались очень способными и находила отклик в Эвиане, когда та заявляла, что знакома с семьёй того самого ребенка. Всё-таки Ханджи стала учителем в частной школе для детей главнейших марлийских шишек, а Эвиана только такие семьи и знала. За этой непрерывной беседой девушки не замечали, как притих мужчина поодаль. И когда его безучастность стала заметной Эвиана решилась втянуть его в разговор. —Леви, не пей слишком много. Ты за рулём ведь, помнишь? Если напьёшься, то придется водить мне, переодевшись под тебя. А тебе, в свою очередь, нужно будет притвориться мной. —Но ты же тоже пьёшь. Ты не сможешь меня подменить. —Я не пьянею, -грустно улыбнувшись, произнесла девушка. —А давайте я подменю Эвиану! -воскликнула Ханджи, -Мне кажется, твоя марлийская форма мне пойдет. —Не справишься. Будешь крутить головой и вечно что-то говорить, пока будешь ехать. А Эви сидит неподвижно и пялиться в одну точку. В мой затылок. Ты так не сможешь. —Не пялюсь я туда. —Ах! -со стуком ставя стакан на стольную поверхность, произнесла ученная, -В жизни не пила вино вкуснее. —Я удивлена тем, что вы так смело распиваете его, когда есть возможность попадания вина Зика вам в руки. —Вина Зика? -в один голос проговорили Леви и Ханджи. —О...черт. Так вы не знали... —Не вздумай замолчать, -выпалил Аккерман, -и без того сказала ключевые слова. Всё остальное нам можно и самим разведать и узнать. Поэтому нет проку от молчания. Эвиана впилась взглядом в свой бокал и долго раздумывала над ответом. Ей было не по себе от своей болтливости. Как так быстро и незаметно для себя она выдала полноценную тайну? Но ответить надо. —Спинномозговая жидкость, полученная прямо из Звероподобного титана добавлена в вино. Выпив такое вино, по команде Зика становишься безмозглым титаном. Но вам нечего бояться! -как-то с мольбой воскликнула Эвиана, -В этом баре нет такого вина! Я перед вами пила тоже вино, что и вы. Не стала бы я этого делать, зная, что там есть инъекция. На марлийцев оно не действует, но я элдийка... —Нам ясно, что травить ты нас не хотела, -сказала Ханджи, положив свою руку на плечо Клаттер, -но подожди. Ты сказала, что инъекция добывается прямо из титана? Леви, ты слышал? Я ведь тоже такое предполагала, помнишь? —Нет. —Н...но Леви! Я же точно... —Я не помню. Нам пора по домам. —Верно, -подтвердила Эвиана, -скорее уходим, иначе я ещё больше проговорюсь. Аккерман поднялся со своего места и тут же направился к выходу. Молодая командирша последовала за ним. —Постойте! Так не честно!, -возмущалась ученная, крича вслед двоим людям. —До свидания, учитель Зое, -через плечо сказала Эвиана. А причина такой формальности была лишь в том, что бар открылся и в него стали заходить посетители. * * * Прохлада. В воздухе витает влажность и словно целует разгоряченную кожу, заставляя её краснеть. Приятная дрожь проходила по всему телу. В нос ненавязчиво врезался запах этой свежести. Но было не настолько холодно, чтобы съежиться и стучать зубами. Было прохладно. Девичье тело растянулось на мягкой траве, соприкасаясь с холодными россинками. Чувствовалось, как одежда со спины намочилась, а кончики волос сплелись в тонкие мокрые пряди. Взгляд сухих голубых глаз был наполовину перекрыт пеленой ресниц. Над безмолвным телом растянулось синее и беззвездное небо. Тишина и спокойствие, исходящие от этой картины, несомненно притягивали. Издалека завидев, как беззаботно отдыхает девушка, Аккерман возжелал направиться к ней. А что? Отличное место для безмятежного времяпровождения. И удобное относительно нахождения двух домов. Задний двор с идеально постриженным газоном, растилавшийся в целое поле, не содержал в себе никаких других растений. Даже деревья, которые были бы очень кстати в жаркие дни, распологались лишь в саду у переднего крыльца дома. Сзади поместья Клаттер и, почти прилежащего к нему, небольшого домика водителя — пустое поле. Тем и особенное. —Тут же мокро, -хмуро заметил Аккерман, стоя поперек тела девушки. —М? Леви, это ты? Когда ты сюда пришел? —Только что. Ты что, спала? —Не-е-ет, -протянула Эвиана, широко раскрыв глаза, которое ранее были полуоткрыты, -я просто лежу. Следующие пять минут брюнет продолжал стоять над девичьем телом, бесцеремонно разглядывая очертания стройной фигуры. Травинки, окружающие стан девушки, живописно склонились, оттесняя отдыхавшую. —Чего уставился? Не стой над душой, поди прочь, -возмутилась Эвиана. —На что ты́ уставилась? -усаживаясь рядом, спрашивал он, -На небе ни звезды, смотреть не на что. —Не правда. Смотреть есть на что. Пока смотришь на звёздное небо, мысли разбросаны точно также как и сами звёзды. Только устремив взгляд в пустоту, можно собраться с этими надоедливыми мыслями. Пустота перед моими глазами становится точным образцом того, что именно я должна создать в своей забитой голове. Я медленно создаю этот порядок. —Что за мысли такие, которые тебе непременно нужно убрать? —Всякие. Сейчас, например, я всеми силами вытесняю думу о своей никчемности. Но ты мне не позволил, появившись тут и снова напомнив о том, какая я неудачница. —Неудачница? -безэмоцианально спросил Леви, тоже укладывая голову на влажную траву. —Ну да. —И в чем же тебе не везёт? —Во всём. Сегодня, наблюдая за всеми вами, элдийцами с Парадиза, я лишний раз убедилась в своей безхарактерности. Каждый из вас носит в себе чистые нравственные ценности, имеет определенные принципы и заключает в себе личность. До того, как вы сюда приехали, я догадывалась, что буду чувствовать к вам лишь презрение. Так оно и было. Я чувствую презрение к вам за неимением таких же нравственных ценностей. И в то же время, меня тянет к вам из-за этого. —На твоём месте я бы радовался, что свободен от этой ноши. Она лишь сковывает. —Тогда почему я чувствую себя лишённой чего-то важного? Почему грущу, когда смотрю на тебя, преисполненного собственными убеждениями? Нет, ты не прав. За неимением этой важной, как по мне, части нашего самосознания мне пришлось притвориться. Я притворяюсь личностью, у которой есть понятие «грань, которую нельзя переступить». Я лишь знаю, что обычно принято под этим подразумевать. Но сама я этого однюдь не понимаю. —Но ты ведь можешь отличать плохое от хорошего? —Знаю, что именно обычно считают плохим и хорошим. Видишь, я не то, что не личность; мне совестно называть себя человеком. Аккерман не стал отвечать. Он тоже всматривался в пустоту ночного неба. Слова, сказанные девушкой, ничего в нём не пошатнули. Он вряд ли силился её понять. Однако, ни на секунду не обесценивал её проблемы. Вдруг он глубоко задумался о прошлом, стараясь вспомнить те моменты, когда у него выработались эти самые убеждения. Убеждения, о которых так мечтает Эвиана. —Завтра, в десять ночи, я пойду на сбор, который устраивает Ханджи, -внезапно сообщил он, -Если хочешь, то можешь пойти со мной. Тебе ведь думается, что мы преисполнены чувствами принципов. Сможешь невольно понабраться этой чертовщины, раздумывать, а потом вывести свои понятия из этого. Достаточно находиться в компании таких людей. Лично я выработал свои принципы именно таким образом. Эвиана ошеломленно взглянула на мужчину. —Спасибо...-смущенно произнесла она. Было приятно осознавать, что Леви делиться с ней какой-то частичкой себя, в которой она нуждалась. На усталом, бледном лице девушки промелькнула нежная улыбка, вызванная благодарностью. Вдруг лба коснулась капля воды. —Дождь пошел, -приподнимаясь в сидячее положение, вымолвил Леви, -Пора по домам. —Я изначально вышла сюда, зная о скором дожде. Специально для этого вышла. Давай ещё полежим, Леви. —Не ты пару минут назад гнала меня прочь? —А теперь хочу, чтобы ты остался. Едва наступил следующий день, как случилось нечто нежданное. Однако, это неприятный сюрприз. Девушка судорожно вскочила с постели, отчасти не проснувшись. На часах половина четвертого. О причине своего внезапного пробуждения молодая командирша недоумевает, но вскоре само тело отвечает на этот вопрос. Эвиана громко чихнула, да так, что везде стало больно. В глазах стало мутить. И без того ничего не видя в темноте, девушка чудом находит на тумбе носовой платок. Высморкувшись, на секунду стало лучше. Но после, голова стала невыносимо тяжёлой и тело девушки с грохотом упало на постель. Клаттер была потрясена своим состоянием. Ей не сразу поверилось в свое бессилие. Но вскоре она была не способна даже мыслить о своем состоянии. Лишь одна мысль не позволяла себя затуманить. И эта мысль – срочно вызвать кого-нибудь на помощь. Однако, голос не прорезался. Позвать кого-то было невозможно. Не услышат. Странно, учитывая то, что горло было в порядке. Нечеловеческими усилиями Эвиана поднялась с кровати. Пошатываясь, она смогла добраться до окна. До двери она бы не дотянула и рухнула бы на полу, к тому же дверь нужно будет ещё и отпереть. Спальни сестры и матери слишком далеко. На подоконнике стояла ваза с цветами. Не долго думая, девушка толкает вазу наружу. Поначалу, хотелось ухватиться за вазу и только потом опрокинуть, но сил хватает только на толчок. Было слышно, как стеклянная ёмкость вдребезги разбивается о землю. Рассудив остатками сил, что было сделано всё возможное, Эвиана, схватившись за голову от боли, дошла обратно до постели и снова шумно упала в неё. Эвиана даже не знала, что можно так сильно болеть. Это явление в последний раз происходило ещё в детстве. Как же паршиво. Только одна надежда. Надежда на Леви. Он должен был услышать. Если он не придет, то о болезни девушки узнают только утром, когда поймут, что та не выехала на службу. А терпеть до утра эту неугасавшую боль по всему телу казалось одной из самых мучительных пыток. Только бы он услышал. В ту же секунду, когда была скинута ваза через окно, мужчина оторвал тело от постели. Его беспокойный сон никогда не оставлял сонливости после пробуждения. Опустив босые ноги на пол, Аккерман быстро направился к балкону, выходящему из спальни. Голые плечи чувствуют ночной холод, а пряди темных волос развеваются на ветру. Взгляд серых глаз направился на соседское окно, а следом под окно. В синем ночном свете переливались осколки стеклянной вазы, обрамляющие длинные ветки розовых роз. Это был сигнал. Не медля ни секунды, капитан поспешно подошел к туалетному столику, на котором хранились все его оружия. Тот самый нож, который Леви брал с собой в машину и использовал однажды, тоже лежал там. На этот раз за пазуху укладывается и пистолет. Следом Леви накидывает рубашку на плечи и, не застёгивая её, снова спешит на балкон. Перелезая через невысокие ограждения в виде перил, мужчина быстро переставляет ноги с выступа на выступ. Спуститься со второго этажа, опираясь на мелкие промахи кирпичной стены, было не самым безопасным способом добраться до земли, но другого не было. Однако для Аккермана это не представляло особой опасности. Уже однажды доводилось сюда взбираться, а слезать намного легче. Подходя под окно девушки, Леви напряг слух. Его озадачила мертвая тишина. Вдруг в голову врезались не самые приятные догадки. Ведь возможно, что всё произошло быстро. Возможно, девушка убита, а преступник скрылся. Хотелось надеяться, что такие предположения ошибочны. Выдохнув, мужчина пальцами схватился за выступы и полез наверх. На кирпичной стене дома Клаттер не было неровностей, стены были гладкими. Но сразу после постройки дома Эвиана поняла, что хочет прямо из своей спальной выходить на задний двор. Именно поэтому там есть удобные ступени, на которых не скользит нога или рука. Балкона у спальни не было, однако большое окно было распахнуто. Ловко перескачив подоконник, Аккерман оказался в спальне и зажимал в руке пистолет. Не решаясь двигаться, он лишь быстрым взглядом осмотрел всё пространство, не замечая девушку поодаль. И только спустя минуту взгляд его перенёсся на кровать. Капитан приблизился к, на первый взгляд, спящей девушке и выхватил край одеяла из её рук. Почувствовав, как сильно была зажата материя в её руках, часть настороженности у мужчины убыла. Однако было важно осмотреть всё тело и убедиться, что нет следов от глубоких ножевых ранений или ещё чего-нибудь смертельно опасного. Он нисколько не суетился с этим и грубо переворачивал тело с одного бока на другой. Только при прикосновении к коже Аккерман заметил странное подрагивание. С плеч до пяток девушку знобило и этот озноб был явно мучителен. Леви приставил ладонь ко лбу девушки и тут же отдернул. Она кипяток. И вдобавок после стольких прикосновений не просыпалась. Мужчина не понимал, что нужно предпринять. Для начала он решил зажечь свечу и поставить её на тумбу у кровати. При свете свечи обнаружилось, как неестественно бледна кожа девушки. Лишь щеки болезненно горели. Дёргая Эвиану за плечо, Леви хотел разбудить её, но всё напрасно. Она была словно в отключке и слышалось только прерывистое дыхание. Сопоставив все возможные методы для решения представившейся перед ним проблемой, Аккерман решился пойти на один из самых отчаянных. Дойти до спальни сестры Клаттер, Мэдисон, и позвать её на помощь. По описаниям Эвианы, которые гласили о расположении комнат, Леви уже имел представление куда идти и в какую дверь стучать. Со скрипом открывая дверь, брюнет ещё раз бросил взгляд на постель с дрожжавшей Эвианой. Он решил, что как бы не было ему на это плевать, он должен помочь ей, если она его звала. Бесшумно преодолев коридор, Аккерман тихо постучал в белую дверь спальни Мэдисон. Из-за долгих ожиданий он уже надумывал войти без спроса и самому разбудить и позвать девушку. Но вскоре послышались шаги, направляющиеся к двери. В темноте появился силуэт девочки с растрепанными, распущенными волосами. Она ожидала, что в двери появится сестра, даже узнала её стук. Но завидев мужчину, тут же скрылась за дверью, а после боязливо высунула голову. На ней была всего лишь ночная рубашка и глубокое смущение выразилось на её лице. Леви уже знал, что такая реакция вполне свойственна для такой девочки, как Мэди и поэтому не думал гневаться на её смятение и медлительность. Однако сильно было его удивление, когда Мэдисон, под предлогом прослушки в коридоре, жестом позвала мужчину в свою комнату. Но Аккерман лишь покачал головой и вместо этого сам позвал девушку следовать за ним. Мэдисон в ответ дала знак, что ей нужна минутка и она будет готова. Через некоторое время Мэди снова появилась в дверях, будучи с собранными волосами и полностью одетой. Она пошла за мужчиной и уже предполагала, что поведет он её в комнату Эви. Ступивши за порог, девушка ахнула и приблизилась к постели. Одной рукой она взялась за руку сестры, а другую приложила ко лбу. Чрезвычайное беспокойство выразилось за девичьем личике. —Эви, проснись! -взволнованно вымолвила она. Девушка поёрзала в постели, но всё-таки раскрыла глаза. —Почему не просыпалась, когда я тебя будил? -негодующе спрашивал Леви, стоя поодаль, -Ты притворялась? —Ох, вы будили её неправильно! Эви никогда не просыпается, если её просто трясти. Нужно будить голосом, -произнесла Мэди, поглядывая на больную сестру, -Вы видите, ей не до притворства! —Почему она так внезапно заболела? —Это у вас надо спрашивать. Я не провожу с Эви весь день напролет. Почти ничего не знаю о её распорядке дня. —Она была в гостях у какой-то женщины, чьи дети слишком часто кашляли. Я даже с улицы слышал...наверное заразилась. —Нет, это вряд ли. Она так просто не заражается. —Ела много мороженного каждый день и...слишком легко одевалась. Может из-за этого? —Всё это пустяки. Она бы не слегла из-за мелочей. После этих слов перед Аккерманом пронеслись воспоминания вчерашнего вечера, когда пошел дождь и Эвиана осталась с ним под ливнем на несколько часов. Он должен был отказать ей в этом. Сам ведь отлично помнил, что после вылазок за стены во время дождя солдаты возвращались обратно простывшие и на следующий день были не в силах подняться с постели. Он виноват в том, что не заставил её пойти домой. Однако об этом Леви решил промолчать. —Я спущусь вниз на кухню за аптечкой, -сообщила Мэдисон, -а вы останьтесь здесь. И как только девушка скрылась за дверью, Леви виновато взглянул на Эвиану. —Это из-за того, что мы вчера там остались, -приблизившись к больной, сказал он. —Мы ей не скажем, -шёпотом ответила Эвиана, -пусть все думают, что сами меня довели до такого. —Ты со мной ни на какие собрания не пойдешь, поняла? —Э-э-эй, ты же сам пригласил, а теперь не берешь? —Ты слишком больна. —Но я поправлюсь до этого момента. Леви, пожалуйста... —Так быстро не поправляются, -озлобленно отрезал он. —А вот и я, -сказала Мэдисон, держа в руках небольшую сумку. Леви отошёл от кровати, предоставляя девушке возможность подойти к больной. Мэди долго рылась в сумке и после долгих поисков вытянула шприц с ампулами. —Эви, я сделаю жаропонижающее. Тебе сразу поможет и ты заснешь, хорошо? —Я могу сделать, -приближаясь к Мэдисон, заявил Леви. Он сразу схватил руку больной и оставил указательный палец на вене, куда предположительно собирался колоть. —Но...сэр, этот укол не делается в руку... —И? —Я сама сделаю. —Тогда я пошел, -сказал Аккерман, собираясь выходить через окно. —О нет, стойте! Вы ещё будете нужны! После укола нужно будет остаться сидеть с Эви как минимум час и следить за температурой. Если она за это время не понизиться, то придется вызвать скорую помощь. Просто...встаньте туда и отвернитесь! Вместо ответа Леви отошёл в сторону и встал спиной. Он понимал, что если Эвиану положат в больницу, то это навредит его товарищам. К слову, в обязанности Леви включили никогда не терять молодую командиршу из виду и всеми силами предотвращать её исчезновение. Смерть тоже. Поэтому он не стал спрашивать Мэди почему она не может посидеть с сестрой. Ведь ему было нужно самому позаботиться об этом. Он сам должен убедиться, что жизни Эвианы ничего не грозит и она скоро пойдет на поправку. Но Мэдисон, словно отвечая на мысли капитана, решила объясниться. —Вы можете смотреть, я закончила, -сквозь тишину произнесла она, -теперь я уйду. Оставляю на вас Эви, позаботьтесь о ней. Я бы осталась сама и на сколько угодно времени, но уже через пятнадцать минут у меня подъем и я буду обязана собираться в университет. Конечно, я могла бы отменить все занятия ради сестры, но если от укола ей тут же станет лучше, то я лишь впустую прогуляю. Я рада, -говорила она, шагая к двери, -что у Эви есть вы. Спасибо и...до свидания. Теперь, когда Леви предстояло просидеть возле больной час, а может и больше, он первым делом закрыл распахнутое окно. Усаживаясь на пол, возле кровати, он ненароком взглянул на Эвиану. Она лежала на боку из-за боли от укола. Её глаза впервые поднялись за это время и она рассмотрела мужчину при свете свечи. —Ты наверное сюда очень торопился, да? -стараясь улыбаться, произнесла она, -Мне жаль, что я заставила тебя тревожиться по мелочам. —Не болтай, -строго проговорил он, -ты бы лучше постаралась заснуть. —Но я уже не хочу спать. Прошу, не затыкай меня. Тебе Мэди сказала, что я могу начать бредить? —Она такого не говорила. —А что там у тебя сбоку? -спросила Эвиана, пальцем указывая на мужское бедро. —Это...на всякий случай. —Что там? Покажи-покажи. —Вот, -вытаскивая нож с пистолетом, вымолвил он, -я предполагал, что на тебя напали. А теперь повернись в другую сторону и засни. На лице девушки выразилась недовольство, но всё уже она повиновалась. А через последующие пятнадцать минут капитан услышал тихое сопение. Часов в комнате девушки не было, поэтому он остался там на целых два часа. И только замечая рассвет, капитан приподнялся с пола и приложил руку ко лбу глубоко спящей Эвианы. Убедившись, что температура давно спала, он с облегчением вздохнул. Направляясь к окну, сзади раздался сонный голос. —Леви, ты не будешь зол, если я буду звать тебя...просто так? -оперевшись руками о подушку, протянула Эвиана. На лице брюнета выразилась негодование по причине пробуждения девушки, ведь тот хотел бесшумно уйти и не будить её. —Не буду, -через плечо ответил Аккерман и перескачив подоконник, скрылся вместе с тёмными остатками ночи.