Игрушка для миллионера

Pov. Даниэла. Первые два дня я отсыпалась. Не чувствовала за собой такой физической утомленности, но разрешила погрузиться себе в лень с головой, взяла отпуск на работе. Не физически – я морально устала. И если захочу, то целый месяц не буду вылезать из постели. А когда на карточку пришли отпускные, так вообще жизнь засияла новыми красками непроходящего блаженства. По крайней мере с голоду не умру. Если только заставлю себя встать и выйти в магазин. Пока можно заказать пиццу. Завтра в магазин, завтра. Может быть. Потом дни потянулись один за другим, тоскливые, серые, ненужные. Я бы с удовольствием поделилась ими с кем-то. Брат просил прощения, обещал, что больше никогда и ничего – но мне было уже всё равно. Еще через день до меня дошло, что я хотела поддержки от Егора, совершенно чужого для меня человека. Вот прямо так: он должен был меня поддержать, потому что кроме него никто этого не сможет. Должен – потому что в силах. Потому что я бы хотела, чтобы он это сделал. Вторая ошибка в первичном коде. Кажется, мне нужно отправиться к психологу – в моей голове полный бардак. Пусть хоть кто-нибудь переоценит мои ценности. Эта мысль заставила рассмеяться в голос. А через неделю я вдруг ощутила прилив энергии: будто новым человеком родилась. Ближе к вечеру села с братом и его девушкой за стол, и настроение по пути переростало в эйфорию. Какое это, оказывается, облегчение, когда знаешь, что делать дальше. И пусть план не идеальный, и пусть уже завтра принесет кучу проблем, но он хорош уже только тем, что занимает мысли и заставляет двигаться вперед. – Чего? – окатил меня взглядом Пашка. – Какой бред! Тут у тебя семья, куда это ты собралась уезжать? И Лина подхватила, но скорее весело – она даже и не подумала, что я говорила всерьез: – Дан, ну и чушь! Чего тебе на месте не сидится? Все для счастья есть! Хорошая работа, семья рядом – всегда есть к кому обратиться. Никогда не думала, что ты из тех людей, которые от добра добра ищут. – Я на самом деле хочу уехать. Разошлю резюме, сниму для начала комнату. Всё, уже решено... И ещё, скоро у меня день рождения, я хочу, чтоб мы провели этот день вместе. Они переглянулись, а потом просто кивнули. Да я уже почти успокоилась! По крайней мере настроение было приподнятым. Десять дней, проведенных у Егора, теперь воспринимались иначе – как безумный, приятный, отвратительный, эмоционально насыщенный, невыносимый, но незабываемый отдых. Со временем станет просто приключением. Кое-что, конечно, смущало – моя симпатия к нему. Возможно, даже немного влюбленность, для которой не придумывалось ни одной причины. Ну и что с того? Он мне нравился, гормоны там или психологический сдвиг, без разницы. Но я не из тех людей, которые разрешат каким-то там гормонам рушить жизнь. Да, уже скоро это станет просто незабываемым приключением. Или вообще забудется... Вскоре и это устаканилось. Я даже решила, что вернусь на работу. Хватит быть жертвой. Хватит себя ею чувствовать. И если там мне будет плохо, то по крайней мере быстрее заработаю деньги и переезд в другой город. Чаще всего я пребывала в апатии, но и с этим чувством можно смириться. Переждать, когда психика выйдет на новый виток – и он обязательно будет замечательным. Ложилась я поздно. Отсутствие физической усталости и хоть какого-то режима все же сказывалось. Иногда часами лежала в постели и разглядывала потолок, а иногда до самого утра читала или смотрела фильмы. Отдыхать тоже нужно уметь! Кажется, я не очень умею… Вот и теперь лежала, уже полчаса кряду. Но даже думать было не о чем. Включила лампу и снова легла. Закрыла глаза. Запустила руку под одеяло, прокралась под резинку трусиков. Почти сразу отыскала нужную точку и, не позволяя себе отвлечься на ненужные мысли, заскользила пальцами. Это приятно, даже немного возбуждает, но будто чегото не хватает. Зажмурилась и представила себе актера из вчерашнего фильма, который мне очень понравился внешне. Он подходит ко мне, целует властно, а потом входит – без предисловий, даже немного грубо. Но его грубость не граничит с жестокостью, ничего общего. Это просто страсть – мужчина берет женщину. Положила другую руку на грудь, сжала – но это не придало заметных ощущений. Это не я – это он ласкает мою грудь. И от этого его дыхание сбивается, он хрипло постанывает. Я же слышу собственные стоны. Возбуждение не заставило себя ждать, теперь мне даже не приходилось концентрироваться усилием воли: все происходило будто само. Мужчина уже не стонет, наоборот, он довольно сдержан. Несдержанная только я. Потому что не могу не стонать и подаваться вперед, мне приятно отдаваться его страсти. «Красивая… моя… вся моя… – шепчет мужчина. – Громче, отпусти себя!» Я задыхалась, забывая окончательно, где нахожусь. «Ноги сожми. Тебе ведь нравится, когда так тесно? Почти до боли, но именно это и сводит с ума. Давай же, сильнее, иначе я буду недоволен». – Можно мне… – спрашивать разрешения глупо, но сейчас было так хорошо, что я не стала себе отказывать. Мне будто было нужно это, чтобы страсть захлестнула полностью. «Да, девочка, покажи мне, как ты кончаешь. Сейчас!» Я вся сжалась и перевернулась на бок, поджимая колени к груди. Оргазм был не слишком ярким, но он был. Стыдно ли таким заниматься? Ну, каждому встречному точно не расскажешь… Но мне было приятно, словно это означало какую-то победу. Однако пика получилось достичь лишь после воображаемого давления извне. Того самого актера с потрясающей внешностью и хриплым голосом, угу. Может ли быть такое, что Егор просто приучил меня к этому? Выработал условный рефлекс. Но как иначе объяснить, что раньше я вообще так не заводилась: даже отклика, подобного этому, от фантазий не ощущала? Мне всегда, всегда будто чего-то немного не хватало, чтобы по крови потек жар… * * * Взглянула на часы и ахнула. Времени у меня на всё про всё мало. Никогда ещё день рождения не был для меня таким радостным событием. Уже само то, как я звонила девчонкам, называла место, где мы встретимся, и слышала удивлённое: «Где? Но этого не может быть!». Но это может быть, и это именно так. Ни одна из них не сказала, что не сможет прийти, что у неё какие-то там дела или что-то в этом роде. Нет. Вечеринка в «Континентале» – это то, что никто не стал бы пропускать. А всё благодаря Лине, она организовала для меня этот праздник, мы зашли вместе с ней в клуб, но радовалась я не празднику, а скорее всего, что, может, увижу его... Наш столик был высоко на балконе – там, где мы могли прекрасно видеть и шоу-программу, и посетителей, но зато никому не были видны мы. От их мерцающих крупными стразами платьев рябило в глазах. По правде говоря, за столиком в мне было невероятно комфортно. «Ноги моей не будет среди этих расфуфыренных красоток!» – мелькнуло в голове прежде, чем я увидела ЕГО. Сердце, словно израненная птица, отчаянно затрепыхалось в груди. Я испытала головокружение от того, насколько невероятно он выглядел. Егор с ног до головы был облачен в черное: брюки, рубашка, пиджак – все цвета вороньего крыла. Мистически завораживающий, и пугающий одновременно. Его блестящие, словно золото волосы, были уложены стильными волнами, он скользнул взглядом по толпе гостей и все как по команде притихли. Егор остановился в центре зала, на небольшом возвышении, с которого его было лучше видно, и взял микрофон. Низкий обволакивающий баритон с легкой хрипотцой заполнил собой пространство гостиной. Я превратилась вслух. – Добрый вечер, дамы и господа! Благодарю всех, кто почтил меня своим присутствием! – он широко улыбнулся, оголяя ровные крупные зубы, но глаза при этом оставались холодными. – На самом деле, мне хотелось сделать сюрприз для одной невероятной девушки, которая навсегда забрала мое сердце… – в этот момент Егор посмотрел прямо на меня. Я вздрогнула, затаив дыхание, не отдавая себе отчёта, что нервно сминаю салфетку пальцами. Сегодня точно не обойдется без жертв. Еще чуть-чуть и мне понадобится доктор. К чему он вообще клонит?! Пауза. Он замолчал, продолжая гипнотизировать меня цепким взглядом. Глаза в глаза. Несколько человек подняли голову в мою сторону – всем было интересно, куда же он смотрит… И вдруг в темном небе зажегся огонь. Опасный! Обезоруживающий! Сметающий все на своем пути! – В моей жизни есть девушка, которой я бы хотел вручить всего себя без остатка! – в этот момент Егор перевел взгляд куда-то и… я забыла, как дышать. Он протянул руку роскошной блондинке, помогая ей подняться на импровизированную сцену, а затем обнял девушку за осиную талию. С каким-то мазохистским предвкушением не могла отвести взгляд от этой мучительной картины. Егор возвышался над всеми словно воин Трои, победоносно улыбаясь красавице в алом платье с вызывающим декольте. Фотографы заработали вспышками – к ним были прикованы все взгляды. Он вдруг присел на одно колено. – Я хочу попросить тебя об одном одолжении… Разреши мне присвоить тебя себе? Натали, я хочу каждое утро просыпаться в твоих нежных объятиях, и вместе провожать каждый закат над океаном! Я хочу воспитывать наших детей! Я хочу… Я просто хочу, чтобы ты стала моей женой! Ты выйдешь за меня? – хозяин клуба достал из кармана маленькую коробочку мятного цвета. А затем открыл, показывая всем присутствующим кольцо с вызывающе большим бриллиантом. Он вновь устремил свой взгляд на блондинку. – Егор, любимый… – любимый? Неужели он не слышал, как фальшиво все это звучало?! – Я СОГЛАСНА!!! – блондин не спеша водрузил кольцо на изящный пальчик невесты и все громко зааплодировали, а парочка слилась в глубоком поцелуе. В этот момент рядом со мной остановился официант с шампанским, и я прямо залпом осушила бокал. Жидкость защипала в горле – мне стало трудно дышать. Выпитый алкоголь чересчур быстро затуманил голову, и только тогда я вспомнила, что с самого утра ничего не ела. А парочка на сцене все никак не могла оторваться друг от друга, прилюдно демонстрируя свою страсть… Он только что вырвал моё сердце, и растоптал его. Инстинктивно прикрыла глаза, ощущая, как планета сошла со своей орбиты, и теперь вокруг – безграничная темнота… Не знаю, сколько прошло времени, пока я тупо сидела, уставившись перед собой в одну точку. Ноги сами несли из этого клуба. Я села в первое попавшееся такси и на автопилоте назвала свой адрес. Это уже была не я, а всего лишь жалкая кучка пепла, в которую несколько минут назад меня превратил один из всадников Апокалипсиса. Тем же вечером накупила попкорна и наслаждалась каким-то фильмом. Мне попался твердый комочек, я неловко прикусила – очень больно! Бросилась к зеркалу в твердой уверенности, что сломала зуб. Но ничего, обошлось, просто секундная боль. Сейчас пройдет, Дан, сейчас…Потерпи немного... Хорошо ведь, что зуб не сломала, правда? Сейчас… Я рухнула на пол, потом вскочила, напрочь забыв про зуб. Попыталась взять себя в руки, подвела тело к дивану, взяла чашку с попкорном… и с разворота швырнула ее в стену. Громкий удар и разлетающиеся осколки вперемешку с желтыми кусочками окончательно взорвали что-то внутри. Я просто не могу больше! Журнальный столик от удара перевернулся. Не могу! Сувениры с полки снесла одним махом, многие разбивались – так даже лучше. Нельзя взять человека и использовать всей толпой так, чтобы он при этом остался человеком! Заорала со всей мочи в стену. Бессвязно. А потом еще и еще. Нельзя брать от человека, ничего не давая взамен! Он не выдержит, не сможет долго! Потому что если бы я просто сломала зуб, то снова решала бы проблему сама! Как и любую другую. Никому не нужная до такой степени, чтобы хотя бы выслушали! Хотя бы спросили: «Как ты, Дана, справляешься?» А Дана не справляется! Слышите, вы все, Дана никогда не была настолько сильной, чтобы все это вынести! Я выла, упав на колени. Ревела и вытирала рукавом слезы. Но их накопилось слишком много – не за десять дней, за десять лет. Потом и вовсе свалилась на бок, продолжая скулить, как брошенная собака.