Где-то в другой комнате труп

Горячая вода хлестала по рукам, обжигая кожу жаром. Я тщательно отмывала ладони, будто бы они и правда были в чём-то испачканы. Плечи дрогнули, когда я ощутила, как температура воды понизилась. Полупрозрачные многочисленные пузырьки мыла лопались меж пальцев, растворяясь в вязкую и липкую смесь. Какие противные вещи делали эти руки? В голове вертелась одна мысль. «Она мертва». Я не знаю, с каким именно настроением можно было бы говорить её, чтобы не сесть за сказанное. Какие должна испытывать эмоции от такой мысли? Если же я сама способствовала тому, чтобы мои фантазии стали реальностью… Детская мечта сбылась. Я добилась своей цели. А, какая мечта? Убийство человека? Ха, нет, я просто помогла… Просто подтолкнула смерть чуть раньше… Ведь так? Взгляд вниз. Мокрые руки, держащие волны прозрачной ледяной воды, дрожат. Окунув лицо в ладони, я посмотрела в зеркало. У меня сальные розовые волосы, краска которых вот уже в следующем месяце должна выцвести. Заколочки-сердечки валяются рядом, на раковине. Тоже мокрые. Где-то в другой комнате лежит труп. Ой, точнее, тело некогда бывшей, примерно, 15 минут назад, живой бабушки. Он просто лежит и всё. Я позвонила в скорую помощь. Они прибудут с минуты на минуту. Где-то в груди чувствуется бешеный ритм из то и дело повторяющихся ударов сердца, будто я уже слышу их шаги по лестнице к квартире. Однако, каждый раз это больше походит на слуховые галлюцинации. Я присела на пол, прислонившись спиной к шкафчику под раковиной. Запах использованного освежителя воздуха, что уже давно пора выбросить, впивался в ноздри, не давая нормально рассуждать. Я чувствовала лёгкое покалывание во всём теле. Ощущение, будто конечности обмякли, а двигаться было невероятно сложно и тяжело. Даже поднять руку. Замерев, я смотрела в окно, где с такого низкого ракурса можно было увидеть разве что синее небо да провода, позади которых застыли еле различимые пушинки белых облачков. Ощущение такое, будто прямо сейчас можно было задохнуться. Мысли рвались к тому, чтобы встать, потянуться к окну, распахнуть его и вдохнуть свежего воздуха. Но я лежала на полу. Подобно трупу в другой комнате. Представляя, как глаза смотрят в одну точку, как сердце перестаёт биться, как… Звонок. Тело будто на автомате поднялось, ноги зашагали к двери. Ни о чём больше не думая, я открыла дверь. В квартиру вошли люди. Куртки у них были расстёгнуты, а под одеждой — белые рубашки с бейджиками. Я с каким-то отречённым взглядом смотрела на то, как они проходят в коридор. — Куда идти? — Спальня. В самом конце, дверь слева… Голос был каким-то сухим, без эмоций. Может, мне нужно изобразить то, как же грустна и ужасна эта ситуация для такой девочки? Здесь невероятно душно находиться. Мне не хочется идти следом за этими людьми. — Как вас зовут? — Френ Моррисон. — А имя женщины? — Морган Моррисон… — Хорошо, у вас есть какие-нибудь родственники, там… мама, папа? Медленно моргнула. Я отвечала очень тихим голосом, выговаривая слова, как бы выдыхая слишком много воздуха, от чего дышать было ещё труднее. — Нет. Мёртвая женщина, возле трупа которой копошились люди в белых рубашках, кажется, смотрела на меня. Мне страшно. Я замерла, стоя под высоким мужчиной с заснеженным в белых крупицах мехом на зелёной куртке. Перед глазами мелькают голоса, воспоминания. Какие-то громкие фразы… « — Ты никогда не делаешь то, что я прошу», « — Будь ты вежливей, мы бы не были сейчас в таком дерьме», « — Я начну разговаривать с тобой, когда ты сделаешь то, о чем я тебя прошу», « — Идиотина, где ты снова была?!». — Что же с тобой делать… — тихо говорит мужчина. На меня упала тень. Я смотрю, как труп покидает помещение. Мужчина, присев на корточки, смотрит на меня. Не хочу. Они отправят меня в детский дом. Что я наделала? Не надо было совершать таких вещей ребёнку. Мне же всего шестнадцать. Я бросила взгляд на мужчину. Блики на стёклах очков медленно покачнулись, когда он надел их на лоб. — Сколько лет? — Шестнадцать. Я стою и не могу больше сдвинуться. Тело обмякло. Мне хотелось провалиться сквозь землю. Хоть тогда, в ванной, хоть сейчас. Что будет потом? Я виновата во всём. Если меня отправят туда… как же мой дом, работа… друзья. Ах, какие они мне друзья… Я не хочу так больше. К мужчине подошла какая-то женщина. Она взял меня за плечи позади и куда-то повела. Глаза слезились. Это, верно, было бы хорошим доказательством того, что я сожалею над смертью этой женщины, что угрожала когда-то, что зарежет моих родителей. Я бросила какой-то пустой взгляд на свою комнату. Интересно, увижу ли её снова после того, как выйду из квартиры? Женщина резко вывела меня на лестничный проём, после чего мы уже сидели в машине скорой помощи.