Точка невозврата или не ломай мои крылья

В кабине пилотов всё спокойно. Эд и Кира отвлечённо беседуют, пристально следя за управлением. Это именно тот самый момент, когда приходит осознание полного доверия друг другу. Впереди тёмная полоса горизонта с едва заметной каймой солнечного света, сзади след, оставленный двигателями, а вокруг — безграничное небо. Их жизни — в руках обоих и в крыльях огромной железной птицы, которая несётся с бешеной скоростью, разрезая облака. — Знаешь, я бы хотела когда-нибудь стать КВС, как ты... — В голосе Киры слышится улыбка, отчего внутри у Эда разливается тепло. Он не может это контролировать, но и не хочет. Эта девушка всегда непроизвольно вызывает в нём совершенно разные эмоции, и Эд до сих пор не понимает, почему. — Я сейчас очень ванильно прозвучу, но более преданного своему делу человека я не встречала. Эд усмехается: прозвучало и правда, как будто они в каком-то романе, однако он в ответ произносит лишь: — Мне понравилось, как это звучит. — Эд глядит на Киру. — Спасибо, это важно услышать однажды... И, я думаю, у тебя тоже всё получится. — Вау, — Кира сдержанно смеётся. — У нас какой-то вечер откровений. — Ночь, — поправляет Эд. — Ночь, — она соглашается. — Самое подходящее время. — Не то слово... — Дальше всё погружается в тишину, которая нарушается лишь гулом турбин. А в это время из хвостовой части самолёта со всех ног мчался Арсений. У него дыхание сперало от паники. Когда остальные из экипажа заметили что-то неладное, по спинам всей команды пробежало напряжение. — Что случи... — Антон даже поднялся с кресла, нахмурившись. — Бомба, — Арсений еле переводил дыхание, показывая за себя. — Там бомба... с часовым механизмом. На таймере шесть минут с копейками, сейчас уже меньше. Нужно передать командиру. Быстрее всех от первого шока отошла Ира. Она сняла каблуки и побежала так быстро, как только могла к кабине пилотов. Салон погрузился в тишину, которая давила на барабанные перепонки лучше любых, даже самых громких звуков. Антон смотрит на Арсения, Арсений возвращает ему такой же взгляд, а затем они оба сталкиваются с глазами Оксаны. И все трое видят отражение себя в зрачках другого. Осознание всего ужаса ситуации ещё не пришло к ним, но скоро в их головах будет истошно биться только одна мысль: «Они заперты в огромном железном гробу с крыльями на высоте нескольких тысяч метров». Сейчас, в небе, все одинаковые, а ещё у них своя собственная, общая точка невозврата. И как они здесь оказались? Пристегните ремни безопасности, это долгая история.