Победитель получает всё

С первой поимки несносного разбойника прошло всего две недели, но за этот короткий промежуток времени преступник успел побывать в королевской темнице бесчисленное количество раз. И каждое его появление сияло улыбкой, лёгкими шутками и разнообразными подарками: так, например, мрачное тюремное помещение уже успело преобразиться в прекрасный сад с изумрудными лозами и приятно пахнущими цветами, а королевская сокровищница полнилась украшениями и драгоценностями. На это монарх только поджимал губы и больше не заходил в темницу. Хоть он и хотел завербовать к себе на службу талантливого командира, но только мысль о том, что он пойдёт на поводу у разбойника, заставляла что-то горячее разливаться в груди и тихо опалять лёгкие. Кажется, он попробовал вкус азарта. А в округе становилось всё шумнее. Группировка “Сокровище Феникса” продолжала истреблять похитителей сокровищ, иногда даже вступая в схватку с Орденом Бездны. И, даже если жители деревень знали, что её лидер — разбойник, они всё равно от чистого сердца благодарили своих спасителей, кормили их вкусной едой и даже давали ночлег. Этот жест доброй воли мог бы пошатнуть статус короны: где это видано, чтобы какие-то разбойники справлялись лучше, чем солдаты? Но этого не было. «Мы, Сокровище Феникса, добровольцы, верные короне!» – гласили листовки на домах, а сами разбойники, по словам деревенских, уверяли, что монарх своей силой и мощью открыл им глаза, позволив искупить грехи и встать на истинный путь служения трону. — Ха-а… – выдохнул Дилюк, пролистывая очередной рапорт про разбойников. Он лежал на кушетке в своём кабинете. Воздух с террасы приятно перебирал волосы, а свежий запах вечера успокаивал мысли. Кажется, будто всё вокруг замерло, время остановилось. Не стало этой дикой скачки с недовольством народа, предательством слуг и прочим. Дилюк не хотел этого признавать, но разбойники будто направили весь пыл мирных жителей в другое русло. На их лицах цвели улыбки, на улицах слышался задорный смех. И люди, увидев расчищенные дороги, выбрались из своих домов, потихоньку стекаясь в город. Всё больше открывалось новых лавочек и мастерских. Стало спокойнее, а главное — безопаснее. Лишь одно смущало: чем смелее становился народ, тем наглее разбойники. Что будет, если всё внезапно превратится в кровопролитную бойню? «Не превратится», – и улыбка скользнула в уголок губ. Дилюк отложил отчёт и вышел на террасу, бросая спокойный взгляд на обширную площадь, на которой в этот вечер было гораздо оживлённее, чем обычно. Но монарх заметил, как прохожие остановились, лавочники прервали свои торги, а в мастерских молот перестал бить по наковальне. Все смотрели, задрав головы, наверх. Дилюк перевёл взгляд на крыши и замер. По спине пробежали мурашки, а улыбка ярче засияла в уголке губ. «Не перестаёт удивлять» Воздух разорвал барабанный ритм. Свет сверкнул на одной из крыш, обращая всё внимание на юношу. Белые волосы сверкали в свете луны, а лётные очки отражали серебристые лучи. Пальцы ловко орудовали палочками, задавая динамичный заводной ритм, заставляющий кивать головой в такт. Вдруг к барабанам присоединилась гитара, плавным басом задавая основной мотив. Все перевели взгляды на сверкнувшую рядом крышу и задержались на незнакомце в тёмном плаще и с алыми глазами, что в свете полной луны напоминали глаза самого настоящего волка. Звук, усиленный элементом электро, уверенно выходил из-под умелых рук, отдаваясь в сердцах людей тягучим басом. Мелодия внезапно скользнула вверх, а потом вниз — на другой крыше вступила электрогитара в руках девушки с повязкой на глазу. Зелёный лихорадочный взгляд мазнул по толпе, на губах сверкнула довольная улыбка, а Глаз Бога электро засиял ещё ярче. Теперь уже три инструмента вели одну линию, будто выжидая чего-то. Дилюк заинтересованным взглядом обвёл толпу, затем остальные крыши и остановился на центральной — стройная фигура появилась на фоне тёмного неба, а затем это место озарилось вспышкой света, и саксофон объявил себя королём этого шоу. Виртуозное соло саксофона ворвалось в этот вечер, петляя неровным ритмом, поражая короткими нотами, которые тут же сменялись длинными и обратно, создавая хаотичную, но невероятно гармоничную мелодию. А всё это было делом рук только одного человека — бандита, что так лихо стоял на самом краю крыши, вырывая чудесный звук из инструмента, сверкая голубым хитрым глазом и смотря только на монарха. — Ваше Величество! – стражник ступил на порог и поклонился. – Прикажете арестовать? Монарх даже не взглянул на вошедшего, всё ещё стараясь раскрыть хитрый план разбойника — но взгляд того был честен и крайне ярок. Стражник вскинул голову. Монарх выглядел таким… оскорблённым? Так неотрывно смотрел на виновника беспокойства. А ещё молчал, что ещё больше нагнетало атмосферу. Стражник уже хотел отдать личный приказ, как монарх вдруг вскинул руку. — Не стоит. Мы не сможем их арестовать. И правда: на площади уже собралось так много людей, что яблоку негде было упасть. Солдаты просто не смогли бы протиснуться, даже если бы очень захотели. Это был крайне гениальный и одновременно безумный план. А музыка всё звучала, распространяясь заводной мелодией. Палочки в руках барабанщика лихо летали, задавая темп, иногда даже переходя играть на рядом стоящих жестяных банках, от чего толпа довольно посвистывала и улюлюкала. Бас-гитарист томными звуками будто успокаивал разбушевавшегося друга, но всё же даже не думал сбивать темп. Электрогитара в руках девушки безумно сверкала электрическими разрядами, скрипящими звуками наводя беспорядок. А чистое звучание саксофона будто связывало эту всю неразбериху крепкой лентой, заканчивая главный подарок вишенкой на торте. — Позови магистра, – таков был последний приказ, и стражник тут же скрылся в коридоре. Саксофон в руках Кэйи будто был живой змеёй, извиваясь звуками и переворачиваясь мелодией. Он вложил в этот мотив всю свою фантазию и технику, желая подарить невероятные моменты Своему Величеству. О, это был очень рисковый план! Но, как ни странно, почти все члены «Сокровища Феникса» согласились на эту авантюру, взяв вместо оружия в свои руки по инструменту. Видя, как Дилюк смотрит только на него, пожирает глазами и жадно внимает все звуки, вылетающие из инструмента, Кэйя ещё больше преисполнился вдохновением, и мелодия всё сильнее запетляла, ловя восхищение толпы. Но вдруг что-то изменилось: монарх обернулся и что-то произнёс. Потом ещё раз взглянул на него, и в этом взгляде промелькнуло нечто странное. А потом Дилюк скрылся за тяжёлыми занавесками. И сердце Кэйи пропустило удар. Нота сорвалась, а воздух будто выбили из лёгких. Саксофон замолк. В горле пересохло и было трудно дышать. Неужели... я его обидел? Он никогда к этому не стремился. Он жаждал лишь внимания, признания, даже через силу смирился с тем, что никогда не дождётся ответа. А здесь… Рэйзор, услышав прервавшуюся резко мелодию саксофона, перевёл взгляд на Беннета и Фишль — те лишь незнающе пожали плечами. Тогда парень встряхнул пальцами, и барабаны с электрогитарой замерли, давая волю басу разыграть своё соло. Звенящие ноты лозами обвивали пространство, всё больше и больше закручиваясь в беспорядочный клубок, ведя мелодию за собой, не давая тишине прервать игру. Пальцы ловко зажимали струны, другие — скользили по грифу, заставляя толпу ахать от такого мастерства. Переглянувшись с Беннетом, он резко оторвал пальцы от струн, и зазвучали барабаны, ударными волнами проходя по сердцам толпы. Тарелки забили, а банки загрохотали. Беннет выкладывался на полную, подмахивая головой и отбивая ногой ритм. Взмах рукой, мгновенная пауза, и тут же заиграла электрогитара, начиная своё незабываемое соло, и всё это ради одного — дать командиру отойти уже от его внезапного приступа паники. Все знали, что их затея как минимум безумна. Все понимали, что риск слишком велик. Но теперь нужно было держаться до конца! Но подмога пришла оттуда, откуда не ждали. Подхватив гитарный мотив, звенящий беспорядок успокоила плавная тема скрипки. Все перевели взгляд в сторону звука. И забыли вдохнуть. На террасе стоял Его Величество, положив на плечо скрипку и прикрыв глаза. Смычок скользил по струнам, дополняя мелодию своим изящным звучанием. Все трое переглянулись, начиная аккомпанировать появившемуся солисту, а сердце одного вновь пропустило судорожный удар. Кэйя неотрывно смотрел на сосредоточенное выражение лица Дилюка. Спокойное, торжественное, а ещё такое невероятно прекрасное, от чего стук в груди смешался с ритмом барабанов. Необычайно красивый переход мелодии дополнила ещё одна скрипка — магистр стояла на другом крыльце, также держа в руках скрипку, украшая первую виртуозными завитками и узорами. Дуновение ветра — флейта в руках Барбары наполнила звуки свежестью и птичьей трелью. Дилюк открыл глаза и перевёл взгляд на Джинн — та только пожала плечами. «Они сами захотели», – будто говорили её ясные глаза. И правда — рядом на балконе полились переплёты арфы. Венти игриво подмигнул, перебирая струны. А после мелодию дополнило глубокое звучание виолончели. Глаз электро на шее Лизы сиял так же ярко, как и её вдохновлённые глаза. И теперь ранее обрывистая и неукротимая мелодия приняла красивые изящные штрихи. Кэйя схватился за свою грудь, наблюдая за развернувшимся концертом, смахнул слезу и взял в руки саксофон. Резкий переплёт звуков вырвался с новой силой, заставляя скрипки замереть, будто они давали дорогу лихорадочному трубящему соло. Виртуозно меняя ноты, то уходя в самые небеса, то спуская в самое пекло музыка переливалась яркими солнечными зайчиками под блестящей гладью саксофона. Синева глаза вспыхнула, а взгляд будто восклицал: «Смотри, как могу!» На что тут же ему вторила скрипка, начиная своё независимое соло, которое текло ярким бурлящим потоком, плавно огибая все подводные камни. И алые глаза вторили: «Я тоже!» И снова саксофон взял высокие ноты, изгибаясь, спускаясь будто по ступенькам вниз. А скрипка вторила игривой трелью, смычок двигался в руках мастера уверенно и плавно. На что снова отвечал саксофон. И будто никого в этот момент для них двоих не существовало. Два взгляда, два сердца, один ритм. Разбойники переглянулись между собой, затем — с противниками. Их взгляды оценивающе остановились на двух солистах, наблюдая за ними как негласные судьи. Тут глаза сверкнули игривостью, будто все разом выбрали своего фаворита, и мотив заиграл, а скрипка тут же подстроилась, унося водоворотом прекрасного звучания, такого величественного и незабываемого, что саксофон чуть не выпал из рук Кэйи. Сердечко приятно заболело, смотря на улыбку на любимом лице, нога оступилась, и незадачливый музыкант, взмахнув руками, покатился по скату крыши вниз под очаровательное звучание скрипки. Он побеждён. Разбойники, увидав падение своего командира, тихонько рассмеялись, продолжая подыгрывать Его Величеству, подводя мелодию к своей кульминации. И посреди площади лежал на асфальте разбойник, смотря в бескрайнее звёздное небо и слушая невероятную игру, которая заполонила своим звуком всё его сердце. Электрогитара, барабаны, бас-гитара, флейта, арфа, виолончель и наконец скрипка… Да, он побеждён. Но это теперь его самое любимое чувство. И, растянувшись в улыбке, Кэйя приложил к губам мундштук доигрывая последние штрихи мелодии безумных, дерзких, необузданных чувств.