Stop and listen

Бам! Хаск быстро повернулся к главному входу отеля и нахмурился, наблюдая, как зашёл Энджел Даст, запнувшись и хлопнув дверью. Несомненно, у паука была долгая ночь, его макияж был размазан, одежда помята, и он едва смог пройти небольшое расстояние до бара, не споткнувшись о себя же. — В стельку пьяный, — пробормотал Хаск, сверяясь с часами в фойе. 1:46 ночи, комендантский час Энджела давно миновал. Чарли попросила Хаска остаться внизу в баре и подождать возвращения Энджела. Уверенная в своих усилиях по искуплению, принцесса Ада была убеждена, что Энджел вернётся в полночь, как его и проинструктировали. Хаск не собирался говорить ей, что это безнадёжное дело; трудно отучить кого-то от старых привычек. Потягивание выпивки и ловкие карточные трюки — всё, что он мог делать, чтобы скоротать время, пока нетерпеливо ждал возвращения запоздалого паука. Они не были друзьями, их едва ли можно было назвать знакомыми, насколько это казалось Хаску. Но он бы солгал, если сказал, что не нашёл хоть немного утешения в том, что Энджел благополучно вернулся. Паук был грубым в своих лучших проявлениях и невыносимым в худших, но демон-кот почувствовал облегчение, увидев его. Несмотря на растрёпанный вид, Энджел, казалось, был в хорошем настроении. Он широко ухмыльнулся, когда заметил Хаска за стойкой бара, и почти свалился на сидение. Высокий демон-паук хихикнул, пока оглядывал Хаска с ног до головы, а затем опустил голову на стойку. Он со вздохом закрыл глаза и повернул голову в сторону. Прошёл почти год с тех пор, как Хаск начал работу в отеле, и за это время он научился выдерживать бесконечные непристойные поддразнивания Энджела. Бесчисленные предложения экзотических танцев, кокетливые комплименты и откровенно постыдные предложения. Хаск скорчил гримасу, ожидая, когда натиск начнётся снова. Однако он был застигнут врасплох, когда Энджел заговорил. Его слова были невнятными, медленными и незнакомыми. Энджел говорил по-итальянски. Это было что-то новое. Хаск бегло понимал по-итальянски, и он думал, что Энджел тоже, но женственный паук никогда раньше не говорил на своём родном языке. Энджел никак не мог знать, что Хаск может его понимать, они никогда не говорили о своей прошлой человеческой жизни. Чёрт возьми, у них вообще почти разговоров-то не было, кроме дерзких выпадов и нахальных подшучиваний. Хаск был более чем обескуражен этой внезапной сменой языка. Энджел сначала говорил тихо, слишком тихо, чтобы Хаск уловил, о чём речь. Полностью ожидая услышать более непристойные описания того, как они «должны хорошо провести время вместе», бармен повернулся в сторону пьяной порнозвезды. Назревала головная боль, Хаск собирался огласить высокому демону, как его опоздание в очередной раз помешало коту хорошо выспаться этой ночью. Но он был прерван Энджелом. — Вот бы ты был моим парнем… — сказал паук, тихо, но ясно. Его глаза всё ещё были закрыты, голова опущена, волосы взъерошены и падали на лицо. Хаск остановился, разинув рот. Правильно ли он расслышал? Энджел Даст, порнозвезда номер один в Аду, мечтал, чтобы Хаск, угрюмый пьяница, был его парнем. Хаск усмехнулся; Энджел пьян сильнее, чем он думал. Паук продолжал. — Ты такой классный… Не терпи ни от кого наездов… Хочу быть твоим единственным. Своди меня на свидание, ты, блядский красавчик, — Энджел поднял голову, наблюдая за Хаском с нечитаемым выражением лица. Он выглядел не очень, тушь размазалась вокруг глаз, как и помада, а с век посыпались блёстки. Хаск хотел посмеяться над состоянием паука, напившегося до чёртиков и пытающегося… ухлёстывать? Это было почти мило. — Энджел, блять, уже поздно— — Хаск! — заскулил Энджел, садясь прямо и кладя две верхние руки на стойку. Он выглядел так, будто пытался встать, но не мог полностью найти координацию. Раздражённо фыркнув, он расползся по барному стулу и сел на колени. Положив все четыре руки на стойку, он наклонился к Хаску. — Хаск! — повторил он снова, слегка пошатываясь, когда попытался дотянуться до кота. — Почему ты, блять, такой милый? А? Ворчливый придурок, — он издал раздражённый звук, когда Хаск отошёл ещё дальше от стойки, чтобы держаться на расстоянии. Энджел продолжил, опустив руки обратно на столешницу. — Ты всегда ведёшь себя так, будто тебе насрать… Я-я… — паук прикусил губу, казалось, обдумывая, что сказать дальше. Барный кот ощетинился, не зная, как поступить дальше. Это не было их обычной перепалкой, тон Энджела казался почти искренним, если бы не его явное состояние опьянения. Хаск был уверен, что это всего лишь очередная попытка подразнить его. Неважно, на каком языке, порнозвезда просто пытался надавить, как в любой другой вечер. — В постель, ёбанный выродок, я караулил тебя больше часа и хочу спать, — огрызнулся Хаск, уверенный, что Энджел попытается переиначить его слова в нечто скандальное. Энджел только надулся, сполз со стойки и уселся обратно на стул. Положив голову на руки, он уставился на Хаска с мягким выражением лица. — Я хочу как-нибудь приготовить тебе ужин, — начал он. — Такой сильный мужчина, как ты, должен быть хорошо накормлен, — размышлял он, блуждая глазами по телу Хаска. — К тому же я очень хорошо готовлю. Я бы сделал для тебя… всю эту милую домашнюю хрень… Хаск почувствовал, как его хвост дёрнулся от слов Энджела, поражённый тем, как сильно они на него подействовали. Когда в последний раз кто-нибудь говорил, что хочет приготовить ему еду? Когда в последний раз кто-нибудь говорил ему, что он сильный? Эта, подумал Хаск, эта насмешка была в самом деле жестокой. Одно дело — рассказывать истории о том, как Энджел мог отсосать ему. «Лучшее, что ты когда-либо получишь», — сказал он однажды. Но подобная уютная хрень? Это задело за живое. Хаск сказал себе: «Он чертовски пьян, не попадайся на удочку». Обойдя бар, Хаск осторожно взял Энджела за запястье и подтянул его к себе. Из-за разительной разницы в росте Энджел почти возвышался над ним, стоя на каблуках. Даже с перекошенным нарядом, сползающими ботинками и тщательно нанесённым макияжем, отслаивающимся с лица, Хаск смог оценить Энджела и полюбоваться им. Под блеском и гламуром паук был нежным, женственным и таким красивым. Вблизи Хаск мог разглядеть его разноцветные глаза — они были прелестны и завораживали. В другое время и в другой жизни Хаск бы захотел принять многочисленные предложения Энджела. Он не сомневался, что порнозвезда сможет потрясти его до глубины души, подарить ему умопомрачительный секс и сотворить с его телом грешные вещи всеми шестью руками. Но здесь и сейчас, Хаск не мог заставить себя согласиться. Энджел был профессионалом, он бы доставил Хаску удовольствие, но какой ценой? — Пойдём, малец, я провожу тебя в твою комнату, — пробормотал Хаск, опустив глаза в пол, когда Энджел ухмыльнулся ему. — О, вот как, да? — спросил Энджел, переходя на английский. Он попытался сделать уверенный шаг вперёд, но затем пошатнулся и чуть не упал назад. Быстро протянув руку, Хаск схватил Энджела за талию, расправив за своей спиной крылья, чтобы сохранить равновесие. Если бы кто-нибудь увидел их, он мог бы подумать, что пара танцует, а Хаск кружит своего высокого партнёра. В комнате было тихо, если не считать тиканья часов в фойе. Спустя напряжённую секунду, Хаск перевёл дыхание и посмотрел на Энджела сверху вниз, поражаясь тому, каким стройным он был. Его ладони могли почти обхватить тонкую талию паука. Энджел уставился на демонического кота широко раскрытыми и мягкими глазами. — О чёрт… — вздохнул он. Его верхние руки поднялись, чтобы нежно погладить Хаска по плечам, в то время как нижняя пара легла на собственную пушистую грудь. — Ты вскружил мне голову, котик. Усмехнувшись, Хаск поднял Энджела на ноги, взмахнув крыльями за спиной, чтобы дать опору более крупному демону. Он держал свои когтистые руки свободно обвитыми вокруг талии Энджела, опасаясь, что паук снова споткнётся. — Ты вообще можешь ходить, чёртова потаскушка? — заворчал он, хотя в голосе не было раздражения. Энджел хихикнул, наклоняясь, чтобы положить руки на плечи Хаска. — Понесёшь меня? — мурлыкнул он по-английски. Хаск закатил глаза, теперь уверенный в том, что Энджел хитрит, переходя с одного языка на другой и полагая, что Хаск не понимает его итальянский. — Ты чёртова дива… — выругался Хаск, осторожно подхватывая Энджела на руки и поворачиваясь к лестнице, чтобы отнести в его комнату. В прошлом бывали случаи, когда Хаску или Чарли приходилось помогать Энджелу сориентироваться в отеле после бурной ночи. Ночи вне дома были редкостью для порнозвезды в настоящее время, и когда ему предоставлялась возможность дать себе волю, он отчаянно хватался за неё. Он часто перегибал палку, и сегодняшний вечер не был исключением. Хаск испытал облегчение от того, что Энджел оказался всего лишь пьян, а не слетел с катушек от чего-нибудь похуже. Он видел, как паук возвращался с более тяжёлых ночей, взвинченный, встревоженный и с выражением ужаса в глазах. Поэтому, видя его таким — пьяным, но расслабленным, Хаск почувствовал себя спокойно. В этот поздний час в отеле больше не было никого, на кого они могли бы наткнуться, и путь до номера Энджела прошёл в тишине. Паук свернулся маленьким калачиком и тихо мурлыкал, пока Хаск шёл по коридору в его комнату. Уткнувшись носом в шею демона-кота, Энджел тихо вздохнул. — Ты был так добр ко мне… — пробормотал он в шерсть Хаска. Хаск остановился, глядя вниз, когда Энджел прижался к нему ещё сильнее. Барный кот на мгновение задумался над чувствами паука. Как Энджел мог думать, что Хаск добр к нему? Разве он был добрым к нему раньше? Вспоминая их встречи и немногочисленные разговоры, Хаск был уверен, что чаще всего он был мудаком. Что Энджел видел за пределами безрадостного, усталого демона, в которого превратился Хаск? В нём не было ничего, кроме того, что можно найти на дне бутылки. Ничего, он был пуст и следил за тем, чтобы люди держались на расстоянии. Но Энджел считал, что Хаск может быть хорошим, или, по крайней мере, мог бы стать таковым для него. — Тупица, — усмехнулся Хаск, неосознанно прижимая паука ближе к себе и удивляясь тому, как удобно тот чувствует себя в его объятиях. Замурлыкав, он начал прижиматься носом в ответ, но быстро остановился. Энджел был пьян, очень пьян. Он мог сказать что угодно прямо сейчас, и это было бы бессмысленно. Он, вероятно, даже не вспомнит об этом завтра. Принцесса попросила Хаска подождать, пока паук вернётся, а поскольку он был слишком не в себе, чтобы даже ходить, теперь его несут в комнату. Вот и всё. «Не лезь в это», — подумал Хаск про себя. — «Он в стельку, и ты сам, наверное, тоже. Не думай об этом». Когда они добрались до комнаты Энджела, Хаск собирался опустить его на ноги, но остановился, услышав тихий храп, исходящий от более высокого демона. Энджел заснул, а его руки свободно сжимали мех Хаска. — Ёб твою мать… — демон-кот застонал, пытаясь открыть дверь спальни, не задев паука. На что он только не идёт ради этого парнишки. Толстый Наггетс бросился приветствовать их обоих возбуждённым фырканьем, пока Хаск осторожно укладывал Энджела на кровать. Демон-паук издал благодарный стон, когда бессознательно прижался к многочисленным плюшевым подушкам. — Не буди его, — прошептал Хаск демоническому поросёнку, потянувшись вниз, чтобы поднять его. — И обо всём этом умолчи, понял, хряк? Толстый Наггетс лизнул Хаска в нос, прежде чем его осторожно опустили рядом с Энджелом. Натянув просторное одеяло на двух демонов, барный кот опустился на колени так, чтобы они с Энджелом оказались лицом к лицу. Взяв одну из рук паука в свою, Хаск прижал её к себе, недолго понаблюдав, как тот спит. В другое время, в другой жизни. — Да… — прошептал он. — Я буду добр к тебе… Спокойно постояв, Хаск собрался уходить, в последний раз бросив взгляд на спящего паука. Закрыв за собой дверь, демон-кот провёл когтистой рукой по лицу и глубоко вздохнул. — Ты размяк, старина, — сказал он пустому коридору, прежде чем повернуться и направиться в свою комнату.