Однострочники по Космоолухам

О, как охрененно было читать те фанфики, что Женя внезапно начал публиковать на сайте. Джек тащился от каждого предложения, от каждой буквы. Потому что знал — это про них. Теперь — это всё про них и о них. Женя писал яростно, страстно, Женя совращал каждой фразой. Заставлял гореть, находиться в постоянном возбуждении. Чего только стоил его фанфик о космических пиратах, а? Джек млел, когда читал о пирате по имени Роджер Сакаи, и ему мнилось, что Женя пишет это про него. И пускай секс у Роджера был с женщиной, Джеку и того хватало. Он узнавал ситуации, вспоминал фразы, сказанные ими самими в порыве страсти. У него дыхание перехватывало, когда он осознавал: так вот как у них было. Так же горячо и сочно. Был бы девкой, тёк бы, наверное. Джек не особо знал, как оно бывает у девчонок. Но фантазировал охотно. В конце концов, пират Роджер Сакаи оказался той ещё штучкой. Любая бы потекла, наверное. Или вот ещё оридж про чувака-однолюба, неожиданно заказавшего себе проститута по вызову. Это Джеку особенно зашло. Во-первых, потому что слэш. Во-вторых, потому что Женя, не иначе измываясь над ним, дал героям их настоящие имена. Начинающего мальчика по вызову звали Джек, и он работал в сфере развлечений всего неделю. Клиента — Евгений, он был нелюдим, постоянно строил суровое выражение лица, но по тексту выяснялось, что обладал мягким и добрым сердцем. Сперва Евгений сравнивал Джека-по-вызову со своим бывшим — водилась за этим персонажем такая черта: много думать о прошлом и анализировать. Но после — и думать о прошлом забыл, весь очарованный своим новым знакомым. Евгению понравилось, как Джек-по-вызову реагирует, когда трогают его грудь. Потом — как он отсасывает. Потом они дошли до секса с проникновением, и оказалось, что Джек-по-вызову просто кайфует от жёсткой ебли. Евгений только вставил — сразу и весь, и Джек-по-вызову тут же кончил. Внезапно – и кончил, только ощутив, как его распирает изнутри толстый член. Он сжался и задрожал, исходя на крик, а Евгений продолжил долбиться в его дырочку, насилуя её трепещущие стенки своим алчущим членом. На счёт всей этой «трепещущей» и «алчущей» фигни Джек бы поспорил, конечно, но он вполне допускал литературность изложения, так что пусть будет, конечно. Женя вообще приукрашивал многое, что вполне допускалось «Кире Тиммонс», которая, как известно, была всего лишь женщиной. Одной из многих авторок фанфиков. Зато потом Джеку нравилось, как Джек-по-вызову попросил пощады. На самом деле, в реале это был вовсе не Джек, но — да, он прощал Жене всякие литературные допущения и вымыслы, хе-хе. В фанфике Евгений сразу остановился и вынул, с трудом переводя дух, рассматривая растраханную и судорожно пульсирующую дырочку и раздумывая, что — ещё минута, и он не удержится, снова вставит и изнасилует Джека-по-вызову даже несмотря на то, что тот попросил «Хватит, остановись». Этот момент Жене особенно удался. И как он угадал? Писательское предвидение, не иначе. Впрочем, у них всё происходило не так яростно и алчно, однако кое-какие моменты перекликались. А в фанфике Евгений не знал пощады. Он рассуждал, что раз оплатил проститутке это время, то ему можно делать всё, что заблагорассудится. Пусть даже Джек-по-вызову против. Ведь он так завёл его своими криками и горячим телом. Мысли Евгения не очень ложились на их с Женей историю отношений, но Джек допускал это отступление от правды. Ради художественного вымысла, лайков и большего числа комментариев. Однако Евгений так и не изнасиловал Джека-по-вызову — не успел, потому что тот отдышался, внезапно передумал и заявил, что хочет ещё. И дальше у них случился второй раунд. И третий. Евгений поистине оказался неутомим. И даже продлил время, когда у Джека-по-вызову сработал таймер. Оплатил ещё полтора добавочных часа. Ух ты. Джек и не знал, что Женя следил за временем в те, наполненные негой и любовью дни, что они были вместе после праздника. Но, оказывается, следил. Или у него просто память хорошая. Джеку, чтобы восстановиться, в первый раз потребовалось минут десять. А после… Да-а. А после они иногда всё-таки вставали, чтобы поесть и по очереди помыться в душе. Мыться в душе совместно оказалось не очень хорошей идеей. Или наоборот, очень хорошей, это как посмотреть. Стоя у стены рядом с кабинетом, в котором принимали экзамен, Джек не читал конспекты или учебники. Он терзал экран телефона, чётко отслеживая, не подойдёт ли кто со стороны. Если такое случалось, он гасил экран. Ни к чему кому-то знать, на каком форуме он сидит и что так пристально изучает. Риск — да. Но риск только заводил его. Хотелось быть не здесь, а дома, вместе с Женей. И торопился бы сдать экзамен побыстрее, в первых рядах бы пошёл, но засада оказалась в том, что Женя приехал в вуз вместе с ним. Решил заехать на свою кафедру, раз Джеку в эти же края по учёбе надо. В кафе, на подработке, произошло отключение света, Джеку позвонила Эльвира и предупредила, что выходить вечером сегодня и завтра не нужно — казалось бы, праздники продолжаются, сиди и радуйся. Так нет, пришлось тащиться в вуз из-за этого дурного экзамена. Так что теперь он подпирал стену возле кабинета и перечитывал окончание ориджа про Евгения и Джека-по-вызову. Как они уставшие и выдохшиеся начали обсуждать, кому что понравилось, и как Евгений опять ощутил в себе силы продолжить — он медленно трахал уже растянутую и мягкую дырочку, одновременно облизывая и покусывая соски Джека-по-вызову… Джек задумался и завис. У Жени что, фетиш на грудь? У самого Джека с грудью всё нормально было. То есть, её не было. В смысле, была обычная мужская грудь, плоская. Никаких там особых мышц или чего-то там бабского, нет. И соски тоже не казались особо чувствительными, если он их трогал. Раньше, до этого текста, Джек бы и не подумал проделывать что-то там с мужскими сосками. А теперь вот задумался — что у Жени в голове, и не хочет ли он этим текстом намекнуть, что Джеку стоило бы повнимательнее отнестись к нему в плане сосков и груди? — Иван Михайлович спрашивает, есть кто ещё на сдачу? Можно даже не говорить о тексте, а просто проверить. Как минимум, сегодня вечером начать просто с поцелуев, а потом сжать пальцами его сосок, помять мышцы, собрать в щепоть кожу ареолы и посмотреть, как Женя отреагирует. А вдруг ему понравится? Тогда можно будет и пососать. Джек почти ощутил на языке вкус соли и твёрдость маленького бугорка… — Джек, ты сдавал? — на периферии зрения замаячило оранжевое пятно. — А? — он вздрогнул и запоздало нажал на кнопку на боку смартфона, гася экран. Чёрт, чуть не спалился! — Ты уже сдал? Препод спрашивал, кто остался, — рядом стоял одногруппник и хмурил рыжие брови. Интересно, это противный брат или нормальный? Лаки или Денис? — А, нет ещё. — Ну так давай, иди. А то незачёт поставят. Кстати, заявку на жильё подавал? Одобрили? — Не, не подавал. Нашёл, где жить, — Джек мотнул головой и пошёл к кабинету. — Спасибо. Ишь ты. Похоже, это был нормальный брат, тот, который Денис. Именно он советовал подать заявку в деканат на жильё в студенческой общаге, когда Джека выперли с его прошлой квартиры, обнаружив, что он завёл кота. Хороший парень этот Денис. Хотя и странно, чего это он на Джека внимание обратил… Запомнил же, подошёл… Хотя плевать. Похоже, Иван Михайлович, заведующий кафедры иностранных языков, под конец решил развлечься, озлившись, что студенты так неохотно заходят на экзамен. Заявил, что опоздавшие будут отвечать сразу без билета. А Джек прямо по-английски ответил, что он не опоздавший, стоял под дверью с самого начала экзамена, а не заходил потому, что готовился, очень внимательно читал учебник и перестал обращать внимание на время. Ну раз он учебник так долго читал, то, наверное, сможет грамотно прочитать и перевести текст? — поинтересовался Иван Михайлович. Разумеется, — ответил Джек, — он с любым текстом справится. Он умолчал о том, что раньше, дома, они постоянно принимали группы англоговорящих туристов, да и в семье все владели английским в совершенстве, так что Джек практически рос билингвом. Чтение текстов любой сложности, даже узко направленных на экономику и менеджмент, не было для него проблемой — мама с ним занималась ещё со времён школы. Так что с английским, как и думал, Джек справился. Хотя Иван Михайлович заставил его читать с листа и пару раз придрался к произношению. Конечно, было немного обидно, что к Джеку предъявляются особые требования: некоторые студенты вообще английского не знали, читали по слогам. Его уровень знания языка не шёл с ними ни в какое сравнение, однако… — И чего так долго, — пробормотал рыжий, опять оказавшийся подле него в коридоре. Денис? — За жизнь поговорить захотел, — Джек пожал плечами. — Теперь ещё ждать, пока все зачётки оформит, — вздохнул второй рыжий. Джек усилием воли заставил себя не бегать глазами туда-сюда, чтобы найти десять отличий. Близнецы и близнецы. Только свитерами различаются. У одного — оранжевый, у другого зелёный. — А вы куда-то торопитесь? — спросил он, глядя в стенку между братьями. — Так столик в кафе забронирован, — ответил зелёный. — Хотели всей группой посидеть, Новый год отметить, — добавил оранжевый. — Ты чат вообще читаешь? — опять зелёный. — А, — ответил Джек. — Не, это не читал. Пропустил, наверное. Чат группы, поначалу постоянно пиликавший новыми и новыми сообщениями, он почти сразу поставил на беззвучный и тех пор не заходил туда. Ни к чему ему было читать весь этот флуд. Напоминания старосты про домашние задания, стенания про «дайте списать лекцию» и «сегодня лекция в третьей аудитории, пятая на ремонте». Все необходимые изменения в лекциях и практических занятиях он узнавал с сайта вуза, а с одногруппниками почти что не общался. Ему было интереснее Киру Тиммонс читать, да зарабатывать деньги на подработке в кафе. Ну и Женя тоже был интересен — когда Джек с ним познакомился. Вот и весь его круг общения. Новый год с людьми, которых он почти полгода умудрился игнорировать? Да ну. — Так ты пойдёшь или нет? — спросили оба рыжих хором. — Не смогу, — с лёгкой душой соврал Джек. — У меня подработка вечером. Открылась дверь кабинета, и Иван Михайлович раздал зачётки. Заглянув в свою, Джек ожидаемо увидел «Отл». И радовался он даже не оценке, а тому, что его наконец отпустили с этого подобия экзамена, и можно вернуться к Жене. «Ты ещё у себя или уже домой двинул?» — написал он в мессенджере. «Нет, ещё здесь», — ответил Женя. О. Джек отчего-то ощутил, как внезапно задрожали у него руки. Засовывая зачётку во внутренний карман своей кожанки, — и чего эти дурацкие книжечки сделали такими большими, только углом лезет и упирается почти до самой молнии, распирая подкладку, — он бросился по ступеням вниз, на улицу. До кафедры на другом конце корпуса надо было идти по улице. Оскальзываясь на застывших лужах и чуть не падая, он добрался до экономики за пару минут. Вот почему он с таким унынием сидел на английском. Потому что Женя был рядом. Так рядом, только руку протяни. Облизнув пересохшие губы, Джек потянул деревянную дверь с облупившимися слоями краски, переступил скрипучий порог, и дверь хлопнула за его спиной на доводчике, отрезав его от улицы. Сразу наступили пустота и тишина. Дежурный плафон на входе горел тускло-жёлтой лампочкой. Похоже, Женя был сегодня здесь совсем один, неугомонный, а все остальные работники кафедры экономики — нормальные, сидели дома, новогодние салаты подъедали. Вытертая ковровая дорожка пыльно лежала посреди коридора с запертыми дверьми — аудитории для занимающихся в начале и в дальнем конце — кабинеты для преподавателей и аспирантов. Из-под одной дальней двери выбивалась полоска света, освещающая бордовый ворс ковролина. Рассохшийся дверной косяк, такие родные щели; кажется, ему уже каждая знакома… Джек прошёл по ковровой дорожке, оставляя на бордовом мокрые следы: на подошвы налип снег с улицы. — Жень? — окликнул Джек. — Да! — отозвался его Женя. Ну точно, один. Смешной. Что тут можно делать в праздники? Конечно, через пару дней у них на кафедре тоже экзамен будет, у другого курса. Но можно было бы и в день экзамена билеты подготовить, не обязательно сегодня для этого приезжать… А приехал-то он сегодня только ради тебя, — подумал Джек. Но, дойдя до двери, услышал музыку. Ага. Музыку из заставки к игре. Ах, вот для чего Женя вёз с собой ноутбук, значит? Ну-ну. Сейчас Джек разберётся! — Кто это тут не работает, а в игры играет? — спросил он, распахнув дверь и сразу запирая её за собой на замок. — А ты меня проверять пришёл? — с усмешкой уточнил Женя, разворачиваясь к нему от стола. Хм, и правда какую-то брошюрку читал, а игра — вот она, просто на заставке, для фона. Экран с названием сервера и персонажем-тигром с ником «Профессор» светился, словно дополнительный источник света, добавляя в жёлтое освещение настольного торшера розовых и лиловых бликов. — Я — просто пришёл, — сказал Джек. — Кстати, я сдал на «Отл». — Молодец. Я и не сомневался. — А награда будет? — А оценка тебе не награда? — Я ещё хочу. Джек заставил себя отклеиться от двери и шагнул ближе. Шаги давались тяжело. Женя его словно взглядом у стенки удерживал. Он сейчас был весь такой официальный, рутинный, «аспирант кафедры Евгений Николаевич» в колючем свитере, рубашке и костюмных брюках. В голове своей Джек держал воспоминания о влажности и податливости их поцелуев, пальцы словно до сих пор гладили шею и плечи с упругой и горячей кожей, оглаживали короткие волоски на затылке, ноздри до сих пор дышали запахом их совместного секса, пота и спермы… Но всё это было будто бы в его воображении — не могло такое происходить вот с этим обыденным «аспирантом Евгением Николаевичем». Джек через силу качнулся к Жене, наклонился и приник к его рту своим, пожирая губы поцелуем. Всего несколько часов порознь, а будто месяц прошёл. И отвык, внезапно робея, и соскучился так… — О-о-о, Жень, — прошипел он, разнимая их губы, влажные и горячие. К чёрту робость, он схватился за его плечи, пальцами — по шее провёл, и Женя поёжился. — Ёпт, — сказал, — руки же холоднющие! — Ага, на улице минус, — сообщил Джек, возвращаясь к его губам. Когда Женя потянул его к себе, он охотно подался ближе. Чо уж там. Перекинул ногу через колени и сел. Скрипнул стул под ними обоими. Сколько Джек мечтал об этом. Чтобы вот так обниматься с Женей. Чтобы прямо вот так, пусть и в одежде… — Джек, Джек, погоди… — Женя отстранился, когда, кажется, кое-что почувствовал. — Мы же тут одни, — заявил Джек, уже забираясь руками к нему под свитер. И правда, колючий. Он вытянул рубашку из-за пояса брюк: а-а-а, вот и тело! Женя был такой тёплый, вздрогнул от его холодных пальцев, поджал живот, как будто специально давая возможность расстегнуть пуговицу на поясе. Джек ухватил ползунок молнии и дёрнул его с негромким «вжик». Женя вскинулся, привставая. И его заставил подняться. Неужели оттолкнёт? Джек отодвинулся, но только для того, чтобы усесться задницей на край стола. Брошюрка по экономике смялась, ноутбук чуть не слетел на пол. — Эй, — Женя возмутился и осторожно снял машинку. Переставил на дальнюю стопку журналов, таких же древних, как и вся здешняя кафедра. Звук заставки сделался чуть громче. Кажется, Женя случайно крутанул колёсико. Плевать, так даже лучше, музыка спокойная, приятная. Флейты с арфами и скрипками вроде бы. — Иди сюда, — в приказном порядке потребовал Джек, потянув за подол свитера. — Мы же на кафедре, — Женя словно прозрел. А поздно. — Ха, — ответил на это Джек, демонстративно расстёгивая на себе чёрные джинсы. Женя залип на его руки, и делом чести было теперь сделать всё красиво и провокационно. Так что, закусив губу и не сводя с Жени взгляда, Джек согнул одну ногу, зацепился каблуком ботинка за край стола, упёрся и вытащил из трусов член. Он принялся мягко его поглаживать, словно пытался успокоить. Хотя до спокойствия там было ох как далеко. Головка уже пульсировала, из уретры начала выделяться смазка. — Джек… не стоит… — Я запер дверь, — сообщил Джек и щёлкнул выключателем торшера. Кабинет сделался тёмным и незнакомым. Теперь полоса света пробивалась из коридора внутрь. И только почти над самым полом горел лиловым и розовым экран ноутбука. — Псих. Ёпт. — сказал Женя, прижимаясь к нему и начиная лихорадочно шарить по телу Джека руками. Словно пытался объять необъятное, всё и сразу. — А что ты хотел, вешая такие фанфики? — спросил Джек. — Сам виноват. Думал, я до дома дотерплю? — Я просто подбодрить хотел. — Ну видишь, какой я теперь бодрый? — Джек вздёрнул колючую шерсть и мягкую ткань рубашки и прижался головкой члена к животу Жени. Толкнулся вверх, растирая скользкую смазку по горячей коже. — Ты, я гляжу, тоже взбодрился. — Из-за тебя. Ведёшь себя, как… — Как шлюха Джек? — с ехидцей уточнил Джек. И процитировал фразу из текста: — «Можете делать со мной всё, что захочется.  На полтора часа я полностью ваш». — Только на полтора? — уточнил Женя, от смеха фыркнув ему прямо в ухо. Джек поёжился от приятных мурашек. — Нет, можешь гораздо дольше, — и потянулся к Жениному члену. А то что это он тут один по-прежнему заголился? Надо добиваться равноправия во всём. — Эй, слушай, а дай-ка я… — Что? Тут Джек решил сходу проверить свою теорию. Потащил противный колючий свитер прочь, практически сдирая его с Жениного тела. И полы рубашки тоже дёрнул, но неудачно, пара пуговиц такого обращения не выдержали и разлетелись по сторонам. Ёпт. Ну и плевать. Главное, что… Он схватил Женю за воротник, заставив наклониться ниже, а сам подался вперёд. Ага, вот и его цель. Джек широко облизал давно обласканную в своих мечтах горошину соска, царапнул зубами, попытался присосаться к маленькому комочку плоти. Женя что-то зашипел сквозь зубы. Ага, матерился и угрожал, что Джек будет сам пришивать оторванные пуговицы. Жаловался, что ему щекотно. Джек сглотнул полный рот слюны и облизал снова. И тут Женя простонал. Нет, не простонал даже, а просто издал какой-то задушенный звук. Наверное, побоялся в полный голос-то. Всё-таки он был у себя на работе. Тут особо не покричишь… Джек второй рукой цапнул его второй сосок и стиснул в пальцах. Женя, хитро изогнувшись, вжался в его промежность, умудряясь соединить оба их члена в неплотно сжатом кулаке. Чёрт, было сухо… — Дай руку, — прошипел Джек, оторвавшись от его сосков. Женя послушался, и Джек схватил его пальцы, погрузил их себе в рот. С ним что-то происходило, казалось, дадут член — будет сосать член. Дадут пальцы — устроит и им показательный минет. Он мокро и щедро облизал ладонь Жени, солёную от пота, и потянул её вниз, заставив обернуть пальцы вокруг ствола. — Дже-ек, — прохрипел Женя, толкая его бёдрами, словно намеревался втрахать в стол. — Подрочи как следует, — попросил он, бодая Женю лбом в ключицы, потёрся щекой об облизанный сосок, вытирая свою же слюну, а потом снова принялся дразнить его языком и зубами. Женя всё издавал какие-то звуки, но очень успешно глушил их, стискивая зубы. Наверное, у него все губы сейчас искусаны. Джек пожалел, что не может одновременно и лизать его и целовать. Рта на всё сразу не хватало. И было так горячо, так остро всё. В ушах шумело тяжёлое Женино дыхание и собственное, сбитое. Или то было заполошное сердцебиение? И кто из них начал коротко вскрикивать, Женя или он сам? Он был уже так близко, и сдерживаться не хотелось. — Жень, кончу сейчас, — успел он предупредить, и Женя ускорился, будто только его слов ждал. Джек зажмурился и увидел, как в полной темноте под веками мерцают искры. Он стиснул пальцы на соске Жени и почувствовал, как мокро и горячо сделалось на члене, — Женя кончил вместе с ним, жарко-жарко водя вдоль ствола ладонью. Вторая накрыла головку, ловя сперму. Джек стиснул зубы и тяжело перевёл дух. Точно так же шумно над ухом дышал Женя. Дверь дёрнули. Женя вздрогнул. В полутьме Джек заметил его расширившиеся глаза. В коридоре кто-то был. Их… видели? Нет, в кабинете ведь темно, максимум — их было слышно сквозь заставку игры на ноутбуке. Но если бы их кто-то видел… Сердце, только было успокоившееся, снова зачастило. Джек с ужасом и недоверием ощутил, что член у него и не думает опадать, наоборот, снова твердеет и вновь делается каменным. Женя его так и не выпустил и до сих пор машинально сжимал. Приятно так. — Мля, — сообщил он Жене тихим шёпотом. Вот ведь он изврат-то какой… — Жень… Женя повернул голову от двери и посмотрел вниз. Джек поймал его губы и легонько поцеловал. Женя ответил, но поцелуй продолжать не стал, поднял голову выше, прислушиваясь. В коридоре раздались удаляющиеся шаги. Наконец хлопнул доводчик, сигнализируя о том, что посетитель ушёл. Или притворился, что ушёл? Джек подумал: не пойман — не вор. В крайнем случае, они соврут, что лампочку здесь меняли. Или что-нибудь ещё. И вообще, не хрен ходить тут, кафедра закрыта. — Давай-ка домой, — сказал скупо Женя. Кажется, он тоже не особо испугался, но и не впечатлился тоже. Похоже, риск быть обнаруженным понравился только Джеку. Ну и ладно. Зато он сегодня узнал о другом фетише Жени. А значит, всё было не зря. Может, стоит перечитать и другие фанфики? Вдруг Джек узнает о Жене ещё что-нибудь интересное.