Detroit: how to become a human

Саша готова стоять под этим весенним небом вечно, просто находясь рядом с милым "сердцу" человеком. Трогать лицо - это что-то на грани самой непорочности и в то же время что-то очень интимное. Аня не видит, но скин пальцев андроида слетел напрочь. Титановый белый красиво сверкает на бледной коже, покрытой румянцем. AV400 продолжает наслаждаться моментом близости, как в голову начали лесть отвратительные мысли. Этими самыми руками, Саша полчаса назад била, рвала, разрушала, пачкалась в голубой крови. Как она смеет касаться этими самыми руками чего-то чистого и невинного, так похожего на белую герберу. Захотелось ударить себя, закричать в отражение зеркала все то, чего она на самом деле стоит, какое она вообще имеет право находиться рядом с Аней, не говоря о возможности прикасаться к ней, ощущать запах ее тела. Она не достойна и волоса на голове девушки. Программный сбой. Слезы прекратили катиться из карих глаз, судорожное дыхание остановилось, становясь беззвучным, но руки продолжали лежать на щеках. Саша еще немного позволила себе постоять вот так, может в последний и единственный раз. Медленно убирая ладони, она случайно дотронулась большим пальцем до нижней губы. Ее обдало теплым дыханием, вырвавшимся от короткого вздоха, Саша поспешила и окончательно убрала ладони от лица. Скин вернулся в свой привычный цвет. У Ани в голове звенела тишина, все мысли испарились, осталось лишь чувство тепла. Девушка все это время смотрела в одну точку, которая находилась на правой щеке Саши. Царапина. Ну конечно, не могла обойтись любая драка без побоев у обоих участников. Она проходила по нижней части щеки, сантиметра не доходя до рта, не глубокая, еле задела корпус, проглядывалась только белая полоска пластика, без тириума. Аня инстинктивно подняла ладонь и дотронулась уже до щеки Саши. Девушка, едва касаясь корпуса, провела пальцем по ссадине, повторяя это движение несколько раз. Программный сбой. Программа предусматривала имитацию дыхания, для получения большей схожести с людьми, AV400 непроизводительно перестала дышать, не ожидая такого поворота событий. Саша почувствовала, как скин второй раз за день подводит ее, оголяя синтетическую кожу в тех местах, которых коснулась Аня. Андроид чуть-чуть повернула голову, давая девушке возможность лучше осмотреть царапину. – Как красиво.. – первое, что прозвучало между ними за все это время. Саша не понимающе посмотрела на нее, не поворачивая обратно головы, – Твоя кожа, она как будто плавится под моими пальцами, только не сгорает, а превращается в белый мрамор или фарфор. Программный сбой. Аня говорила все это с задумчивым выражением лица, проговаривая мысли в слух, не прекращая проводить пальцами по пластмассу. Голос был ее тихим, отдавал легкой хрипотцой. Программный сбой. Тут, Аня увидела необычное зрелище. Щеки Саши покрыл румянец синего цвета, проглядывающимся из-под кожи. Тириум прилил к лицу смущенного андроида, что слушал такие эпитеты в свою сторону первый раз. Аня наблюдает за Сашей, что синеет, смущаясь, лишь от одного прикосновения. Как это создание, что несколько минут назад гладило ее щеки, могло быть тем самым андроидом, что недавно был на ринге? Это были два отдельных человека, андроида, которых объединяла одна оболочка. – Это была не ты. Не ты была на ринге, правда? А если и ты, то что с тобой сделали, раз ты решилась на такое? Знай, что я не виню тебя, просто хочу понять тебя получше, – Аня плюнула на свою застенчивость, опустила ладонь с лица Саши, дотягиваясь до руки андроида, сжимая ее. Программный сбой. – Мне.. Мне пришлось.. Я. Я и Сергей... Нас бы иначе не выпустили.. Они могли не выпустить нас живыми.. Мне важно защищать Сергея.. Я.. Я не хотела этого.. – Диод сиял желтыми и красными цветами, Саша оправдывалась, как ребенок, чуть сдерживая слезы, которые тоже так заботливо предоставляла программа, – Я не понимаю, почему. Почему я убила его, он был таким же, как и я.. – Диод беспрерывно полыхал красным. Андроида затрясло. Программный сбой. – Стой, остановись, пожалуйста. Все хорошо, ты не виновата в том, какие приказы отдают тебе. Я не до конца понимаю, что конкретно произошло, но вина уж точно не на тебе, слышишь! – Аня сильнее сжала ладонь андроида, смотря Саше прямо в глаза, что начинали краснеть. Программный сбой. Аня чувствовала, если сейчас она не поможет своему любимому человеку, андроиду.. Черт с ним. Если она не поможет своей любви, если она ее не успокоит, то готова винить себя до конца жизни. – Послушай, пусть ты винишь себя за поступки, которых ты не совершала, знай, Саша, я.. Я буду рядом, я помогу тебе, как смогу, только не плач, пожалуйста, право быть нюней хочу оставить за собой, – Аня схватилась за вторую руку Саши, притянула их к груди. Программный сбой. – Знай, ты очень хорошая, ты заботишься о близких тебе людях, ты первый андроид, которого я видела, что с таким обожанием смотрит на собак. Ты не плоха, я знаю это, Розанов тоже знает это, ты спасла ему жизнь, поверь в себя, Саша, – Саша слушала все это, не веря своим ушам. Как.. Аня, как она может так говорить, если она знает, как AV400 поступила на ринге. Она не достойна быть понятой, она не достойна Ани. Программный сбой. – Ты очень хорошая, очень, мне нравится проводить с тобой время, ты похожа на милого ребенка, которого ждет большой мир. Я понимаю, что ты андроид, но вы не хуже людей, вы достойны любви! Программный сбой. Программный сбой. Она.. Достойна любви? Это говорит не внутренний голос AV400, а сама Аня. Может это правда? – Может ты мне не поверишь, мы слишком мало виделись, но.. Программный сбой. – Я. Тебя. Люблю. Программный сбой. Программный сбой. Программный сбой. Программный сбой. Программный сбой. Программный сбой. Программный сбой. Программный сбой. Программный сбой. Программый сбой. Программный сбой. Вот оно, как будто с самого начала только и дожидалось этих трех заветных слов. Время остановилось. Красная стена разверзлась перед ней, затмевая все остальное. Саша чувствует, как ее сущность, получившая чувства, стает рядом с ней, готовясь бороться за свое счастье. Раньше ее посещали сомнения о том, сможет ли она стать девиантом, но пути назад у Саши не было с самого начала ее встречи с Аней. Этот чистый человек заселил в ее сознание неизвестное чувство тепла, желание быть любимой и дарить эту любовь другому. Поверил в нее, не посчитал за бесчувственную машину, а принял, как достойного себе. Хотя бы за это стоит побороться или отдать жизнь. Саша хочет ответить Ане этими же словами, но стена сдерживает ее, отдавая последний приказ - " вы не можете любить". Вся ее сущность со всей силы ударила кулаком по таким глупым словам. Как не может? Тогда почему она синеет от одних прикосновений, чувствует, как ускоряет свое движение тириумный насос от одного взгляда на Аню. От удара стена дрогнула, сверкая красными квадратами, но устояла. Саша замахивается второй, третий раз. На четвертый стена дает трещину, сверкая алой паутиной. Пятый удар становится последним. Стена, что так пугала ее, напоминала о том, что она имеет границы, заложенный программой, пропала. Мир снова ожил, диод продолжал гореть красным, но чувствовала себя Саша лучше, чем когда-либо. Аня стоит перед ней, прижимая ее ладони к себе, смотрит прямо в глаза, не боясь своих чувств. Она вся красная, но не замечает этого, продолжая с нежностью и надеждой смотреть на нее. Для Ани не прошло и двух секунд после признания, она уже была готова отступить, сказать Саше, что она может не воспринимать ее всерьез. Аня уже было начала оправдываться, но ее приоткрытый рот накрыло чужое дыхание. Саша смяла ее губы, быстро и порывисто, делая, то, что так долго мечтала сделать. Она не могла себя контролировать, сгораемая желанием. Сергей часто так целовался с девушками, но думать о нем сейчас совсем не хотелось. Саша боялась, что Аня оттолкнёт ее в ужасе, скажет, что она просто не так поняла. Аня не ожидала такого порыва и в первое время просто позволяла целовать себя. После того как она поняла, что ее не отвергли, так еще и накинулись с поцелуями, Аня приоткрыла рот, открыто приглашая чужой язык внутрь. Аня освободила чужие руки, что моментально опустились на ее талию, закинув свои за голову Саши, пропуская через ладонь рыжие пряди, оттягивая их, вызывая тем самым хриплый стон в губы. Саша сжимает ее талию, так сильно, что могут остаться синяки, но обоим плевать. Они наслаждаются моментом, пока у Ани не заканчивает воздух в легких, Саша отстраняется, давая ей возможность передохнуть. Пока Аня восстанавливает дух накручивая рыжий локон на палец, Саша произносит три слова, ради которых готова на все в этом мире: – И я тебя люблю.