Твои следы на снегу

ЛЕВИ

Чёрные полосы туч минуют тёмно-серое сумрачное небо. Снег пойдёт. Деревья, скинувшие свою последнюю листву, простирают когтистые лапы в промозглую жуткую мглу. Тропа уводит в лес, заманивая глупых путников в вонючие вражеские пасти. Вороны раскричались словно кликая беду. Словно отпевая последние дни осени. Словно навлекая опасность на человечество. Ветер неистово долбится в стекло, будто угрожая ворваться и нарушить покой, который пусть и временно, но установился в стенах этого старого заброшенного поместья, облюбованного двумя отрядами: отрядом Эрвина и моим. Какого чёрта Эрвин так долго не стабилизируется? Меня это до исступления напрягает и заставляет задумываться о хреновом исходе. Возле его кровати день и ночь несёт свою вахту врач, но прогнозов до сих пор никаких. Это и настораживает и пугает. - Леви? Почему ты не идёшь спать? – почти беззвучно шагая по тёмному коридору идёт Петра. Я отвлёкся от окна и повернулся к ней. - Не спится. – голос звучит совершенно неприветливо. Собственно, чувствую я себя так же. - Составить тебе компанию? Нет. Только не сейчас. Я так хочу побыть один! - Уже поздно, Петра. Увидимся утром. Словно убегая от этой встречи, я стал отдаляться от своей подчинённой  скорыми, холодными, оставляющими в замешательстве шагами. «Только не сейчас, Петра. Только не сейчас, и ни когда-либо в будущем. Я – ад. Ты же нежное человеческое создание. Мы не можем составлять друг другу компанию! И когда же это дойдёт до твоей светлой головы?» На утро и правда выпал снег. Обычно он поднимает боевой дух, но не тогда когда Эрвин в коме второй месяц к ряду. Титан вдарил по его лошади так, что он отлетел вместе с ней. Сильно. На добрый километр. Почему чаще всего страдают те люди, которые кажутся воистину бессмертными? Люди, в которых прорастаешь, сука, всеми фибрами, из-за которых веришь в то, что мы воюем не с пустотой, и где-то там, пусть даже и безмерно далеко, действительно есть другой мир? Если ты умрёшь, Эрвин, всё, что ты выстроил, рухнет! А останки твоей империи сожрёт чёртова власть! Ни косточки не оставит! Неужели ты спустишь всё на тормозах и просто так сдашься в руки смерти? - Как он? – я захожу в импровизированную палату и смотрю на доктора Эддисона. - Доброе утро, капрал. – вытирает руки белым полотенчиком уже возрастной усатый мужчина, смотрит поверх круглых очков не то с укором, не то с тревогой, вздыхает, качает головой. – каждое утро ты приходишь сюда, задаёшь один и тот же вопрос, и каждое утро я даю тебе один и тот же ответ: без изменений. Разве что снег выпал, а командор снег любит. - Даже никаких предсказаний дать не можешь?! – я нервно хрустнул костяшками сжав кулак. - Леви, бога ради, я похож на гадалку? Хотя… - Эддисон задумался и посмотрел на меня – кое что я всё таки могу предугадать. - Что же? - С минуты на минуту сюда ворвётся капитан Ханжи, без приветствующего стука откроет  дверь и с улыбкой в тридцать два зуба спросит: «Ну, Эдвард, ты привёл в чувства нашего Эрвина?» - Ну, Эдвард, ты привёл в чувства нашего Эрвина? – врывается громогласно в палату Зоэ и выискивает глазами командора. - Мрак. – я тоскливо потёр глаза, прошёл к Эрвину лежащему на кровати. Исхудал, щёки впали. Он точно мертвец, сердце которого ещё бьётся лишь из-за нашей в него веры. - Он придёт в себя. – Ханжи сняла с лица эту дебильную улыбку и встала рядом, - он не бросит нас. - Задумайтесь, товарищи… - вдруг прозвучал голос  Эдварда Эддисона позади нас, - быть может разведка до сих пор не победила титаново отродье лишь потому, что у нас такие предсказуемые капитаны? Откашлялся и вышел. Через три дня Эрвину стало хуже. Мы просто спим у его дверей, ожидая новостей, но ничего хорошего для нас нет. Мы мечемся, как дикие псы теряющие вожака, и даже представить не можем как изменить ситуацию. - Послушай, капрал, - негромко сказал Эддисон в одно утро, - сейчас у Эрвина лишь одна надежда на Бога. И если он ему не поможет, то уже никто не в силах. - То есть, ты предлагаешь сидеть и тупо ждать, когда Эрвин откинет копыта? Или сам Бог возьмёт в руки скальпель и сделает твою работу?! - я вспылил и закричал. Самому стремно осознавать, что мной правит беспомощность. - Успокойся! - так же рявкнул на меня Эдвард и поправил очки на носу. - вот за что я терпеть тебя не могу, так это за противный характер! Ты бываешь абсолютно невыносимым! У меня от злости волосы зашевелились. - Я вижу, как ты взвинчен, - прямо таки продолжает бесить меня Эддисон, - Я действительно не могу помочь Эрвину больше никак. Но есть вероятность, что кто-то может. Недалеко от места где я родился, в горах стены Мария, есть поселение людей, зовущих себя не то знахарями, не то шаманами. Люди из ближайших деревень ходят к ним всякую хворь лечить. Я и сам там был несколько раз, видел что они травками ворожат, простуду выводят, переломы лечат. Я не знаю, как они делают это, но даже мне не удалось постичь этой великой тайны. Исцеляли даже тех, у кого и шанса то не было. Так если и у Эрвина здесь его нет, быть может попросить их помощи? - Ты совсем на старость лет с катушек съехал?! - о Боже! Как я зол! Как я зол!- то есть я должен вывезти безжизненного Эрвина к чертям на куличики и надеяться, что в пути к каким-то травоведам он не сдохнет?! Отбирать у него возможно последний шанс выжить?! - я уже ору, эта поездка может добить Эрвина окончательно. - Мы отберём у него последний шанс выжить, если не отвезём Эрвина к этим знахарям. - вдруг спокойный женский голос разрезал напряжение. Ханджи стоит, опираясь спиной о стену и сложив руки на груди. - Ты же слышал Эдварда. Здесь Эрвину уже никто не сможет помочь. Но есть вероятность что смогут там. - Ханджи! - воссиял Эддисон, - благоразумный мой человек! - Зоэ, он не выдержит поездку в зиму! - я пытаюсь ее вразумить! - Мы с этим справимся, Леви. - заявила она, уверенная в успехе задумки. - Ты совсем не соображаешь, четырёхглазая? - Капрал Аккерман. - сурово заявила Ханджи, - я исполняю обязанности командора, пока он в отключке, и последнее слово будет за мной. Завтра утром мы выдвигаемся, с тобой или без тебя. Эддисон, ты входишь в состав экспедиции. - Так точно! - обрадовался врач, - подготовлю Эрвина к перевозке! - Дерьмо! - рявкнул я, пнул табуретку и вышел, чтоб не видеть этих рож. На утро три повозки были собраны. По расчётам ехать до места назначения в лучшем случае дня три. В худшем четыре-пять. Шествие возглавила Ханджи. Я решил оставить часть своих ребят под командование Мика, а с собой взял только Эрда и Гюнтера. Если в дороге что-то случится с Эрвином, я закопаю и врача и четырёхглазую. Я седлаю Хиста, привязываю к нему коня Эрвина Неро и двигаюсь вслед за Ханджи. Если бы Неро не повредил голенище, и Эрвин не взял на вылазку другого скакуна, то ничего бы не произошло. Снег валит крупными хлопьями. Впереди даже деревню не видно. Наш скудный экипаж шествует за желанной целью. Кто сможет помочь Эрвину? Я кошусь на третью повозку, в которой его перевозят и вздыхаю, глубже натягивая капюшон на голову. Это пахнет если не чепухой, то бредом. Эрвин ударился головой, лошадь переломала ему кости. Если опытный хирург не смог помочь, то как помогут знахари своими травками? Да и какие травки в снегу? Я сплюнул. Нужно было взять папиросы. Нервы напряжены настолько, что при одном неверном взгляде шибану током. - Вероятно, сейчас ты мысленно проклинаешь меня. - сухо констатирует факт Ханджи, идущая на метр впереди меня. Ничего не отвечаю. Я страшно зол и хочу курить. Снег медленно опускается на лошадиную гриву и мне отчаянно хочется разыскать точку равновесия в этой ситуации. - Ты можешь молчать сколько угодно, но не отрицать тот факт что у Эрвина нет шансов. Я смею предположить, что он сам предпочёл поставить бы все на кон и рискнуть последней возможностью, а не умереть в четырёх стенах так ничего и не предприняв. Я не думал об этом с такой точки зрения. Снова кошусь на повозку и ёжусь. Страшно холодный день. Ночь так же выдалась не из приятных. Мороз ударил знатный. Я устроился под дюжиной одеял в повозке Эрвина и всю ночь прислушивался к сопению Эддисона. В четыре утра пришло время моего патруля. Солнце выглянуло только тогда, когда мы миновали стену Роза. Этот, казалось бы невесомый факт, позволил нам ускориться. Наша делегация объезжает местности по проторенным дорогам, чтоб не привлекать к себе лишнего внимания. Дьявольская тяга закурить почти спала, но невиданной силы скепсис нарастал с удвоенной силой. Мы ещё не добрались до этих мнительных шаманов, а я уже начал испытывать неприязнь. Никогда не верил в такое и с чего бы вдруг именно сейчас это должно измениться? Путь оказался долгим. Из-за сильных снегопадов мы задержались на двенадцать часов. Двенадцать драгоценных часов на ниточке жизни, за которую еле держится душа Эрвина. Но теперь где-то вдали уже виднеется дымок и поселение, похожее на крохотное пятно. - Приехали! - провозгласила Ханджи, - наконец! Какие-то странные чувства овладели мной. Главное- вести себя разумно и помнить: все ради Эрвина. Подъезжая ближе к высокому бревенчатому забору в снежной дымке мы разглядели движение. - Стоять! Кто едет?! - совершенно неприветливый голос высокого, неразличимого из-за снега силуэта, донёсся до нас. А когда расстояние между нами сократилось до какого-то десятка метров, я разглядел четырёх мужчин, одетых весьма в колоритную одежду: тёплые, вероятно меховые, цвета моего жеребца штаны, такого же цвета куртки и тёплые накидки поверх них. У всех четверых чёрные сапоги до колен, на крепкой шнуровке. Длинные каштановые волосы собранные в хвосты придают весьма враждебный вид этим людям. Ах, да! Ещё они целятся в нас из луков. - Мы приехали за помощью! - начала было говорить Ханжи, но ее перебил мужской голос позади меня. - Озан! Сколько лет, сколько зим! - старик Эддисон вылез из повозки и с распахнутыми объятиями двинулся к дикарям. - Бродяга Эдвард, это ты? - лук мужчины посередине опустился и тот начал приглядываться сквозь завесу снега - Я, я! - Эддисон поравнялся с тем, кого он назвал Озаном и они обнялись, словно давние друзья. - С чем пожаловал? - дикарь засмеялся и похлопал Эддисона по плечу - Понимаешь, Озан… мой старый друг был серьезно ранен на разведке за стенами. Он ещё жив, но я уже бессилен. Прошу добра на помощь ваших знахарей, человек он больно хороший… - Так это, значит быть, разведчики? - с толикой пренебрежения спросил Озан и посмотрел на нас так скептически, словно до этого момента мы оба не верили в существование друг друга. Ханжи спешилась и ведя коня рядом подошла к дикарям - Мы будем вашими должниками на век, если вы поможете исцелить Эрвина. - обратилась она - Нам ничего не нужно. - гордо поднял подбородок Озан, - лишь то, чем вы сами захотите нас отблагодарить, в случае если мы спасём вашего человека - Это какая-то определённая сумма? Огласите сразу, чтоб мы успели ее собрать. - Нам не нужно денег, - засмеялся дикарь, - того что вы станете добрыми гостями и не причините зла людям - вполне достаточно. - Он говорит серьезно? - Ханджи переспросила на всякий случай у Эддисона и тот тоже засмеялся. - Ты можешь обучить ребятню верховой езде пока мы тут, и это будет великой платой. - Он серьезно? - теперь спрашивает Ханджи у Озана - Абсолютно. Давайте уже пройдём в селение, нужно вашего больного разместить в юрте. Двое из встречающих нас раскрыли деревянные ворота, и мы въехали. Передо мной открылся вид, который я никак не ожидал увидеть. Это селение меньше деревни, но не намного. Вместо деревянных домов стоят пятиугольные войлочные юрты с вышитыми символами и узорами. Возле некоторых юрт горят костерки, а над огнями висят котлы с ужином. Я давно не ел горячего, и мой желудок сжался в ритме приятных ароматов. Люди почти не обращают на нас никакого внимания. Мы едем прямо по дороге, вокруг носятся дети и приветливо машут руками. Мужчины здесь крепкие, а женщины худенькие и хрупкие. Одежда очень контрастная: юбки в пол, валенки, меховые накидки. У мужчин высокие сапоги, короткие тёплые полужилеты. Глаза Ханджи радостно таращатся вокруг. Эрд тоже высунул голову из повозки. Мы едем непродолжительное время, затем сворачиваем в менее людную часть деревни и останавливаемся. - Вашего товарища можете расположить здесь. - спешиваясь, Озан указывает на юрту. - правда, знахари сейчас в лесу на обрядах, и пробудут там ещё дня три, но скоро вернётся Санфир и осмотрит мужчину. Тогда вы получите прогнозы на его жизнь. - О, несколько лет я не видел твою сестру! - разулыбался Эддисон, - она вероятно стала прекрасной знахаркой! - Скорее шаманом. - Озан гордо ухмыльнулся, - всем шаманам шаман! Давайте же перенесём болеющего в юрту! Мужчина раздвинул занавесь, и я впервые обратил внимание на то, что на территории селения гораздо теплее, чем за его пределами. Мы тепло укрыли Эрвина, и вместе с Гюнтером, Эрдом и Эддисоном перенесли его в тёплое войлочное укрытие, расположив на чём-то на подобии кушетки, но более высокой и обитой мягкими тканями. - Да, с виду все очень запущено. - оценил вид Эрвина Озан. - Он нужен человечеству. - тихо сказала Ханджи, - большое чудо, что он пережил дорогу и если здесь он сможет прийти в себя, я уверую во что угодно. Какое-то время мы стоим возле юрты Эрвина, в ожидании того, когда нам скажут, где можем разместиться и мы. Наших лошадей увели в загон и накормили. - Вы сильно не расстраивайтесь, - Озан отряхнул толстые варежки от снега, а я обратил внимание на то, сколь скульптурно его лицо. По мнению здешних девушек он вероятно первый красавец на деревне. - Уже скоро вернётся Санфир и осмотрит вашего Эрвина. Вот, кстати, и она. Мы обернулись в сторону, куда смотрит Озан, чтобы увидеть этот нерукотворный шанс на спасение Эрвина. Снег ограждает идущего к нам человека стеной настолько, что видно лишь серый силуэт человека и…. Что это? Чья это тень? Неужели я вижу то, что вижу…. Из-за снежного занавеса к нам выходит девушка, а рядом с ней… медведь… - Это что, настоящий медведь?! - воскликнула четырехглазая - Если точнее, то медведица. - спокойный, мелодичный голос девушки нарушил какую-то невидимую стену. Сама дикарка невысокого роста, с невиданно густыми каштановыми волосами, что каскадом укутывают плечи и спину. В распущенном водопаде этих волос видны мелкие косички, в которые вплетены яркие цветные ленты с бубенцами. Девушка смотрит на нас глубокими карими глазами и взгляд ее точно не от мира сего. Худенькое выразительное личико украшают белые веснушки под глазами, нанесённые краской. Я обратил внимание, что у многих женщин здесь нанесены на лицо различные узоры. Одета Санфир так же, как и ее брат. Тёплые легенсы, цвета ее волос, длинные сапоги на шнуровке, тёплая накидка и нечто типа короткой шерстяной юбки. А на ее плече сидит…. Сокол?! - Нита, - обратилась девушка к медведице и прицепила ей за ремешок корзину с чем-то прикрытым цветным платком, - унеси это Вифре. Огромное животное послушно двинулось внутрь селения. - Она что, тебя понимает?! - в очередной раз вытаращилась Ханджи. Девушка подарила ей удивлённый взгляд и рассмеялась так звонко, что мне на секунду показалось, что я перенесся куда-то в недостижимое для других место. Сокол на плече Санфир встрепенулся, стряхнув с крыльев снег, и снова ссутулился спрятав шейку в поисках тепла. - Мы говорим с животными на одном языке. - ответила девушка, почесав пальчиком под клювиком пташки. - Анхыно пья, доброго дня, путники. - Сана, - Озан подошёл к девушке и на контрасте с ней, он выглядит большой грудой мускул, - эти гости пришли за помощью. - Меня зовут Ханджи, - снова подала голос четырёхглазая и схватила девушку за руку, тряся ее в чрезмерно дружелюбном рукопожатии. - Мы привезли Эрвина, он там - она тычет пальцем в юрту, и я от раздражения закатил глаза, - ты сможешь его спасти?! - Ничего обещать не могу. - высвободила свою ладонь из крепкой хватки Ханджи Санфир. - все зависит от духов. - От духов… - Ханджи снова открыла рот - Боже! - сил моих больше нет слушать все это, и я встрял - вы действительно возлагаете надежду на эту девчонку, - рявкнул я. И она подняла глаза. Большие карие глаза наполненные…. Чем? Удивлением? Санфир отошла от брата и подошла ко мне все так же удивленно заглядывая мне в глаза. Мне кажется, ее дыхание замерло, словно она узнала во мне кого-то. Словно она ищет в моем взгляде ответную реакцию, словно где-то в глубине души есть что-то, что ей знакомо. Не знаю, с чем это связано, но мой язык онемел. - Сана, что-то не так? - послышался голос Озана, но девушка разглядывает мое лицо и еле дышит. - Сана? - снова повторил мужчина Вдруг лицо девушки изменилось. Она приосанилась и бросила мне гордый, и даже несколько надменный взгляд. - Уймись, гордый орёл. Крепкой верой твёрдый путь выстлан. И тут же посмотрела мне за спину. - Эдвард, Вы ли это? Сколько времени прошло? - Думал, и не вспомните меня, принцесса. - Эддисон учтиво поклонился и засмеялся. - Чепуху говорите, друг мой. - Снисходительно прикрыв глаза сказала Сана, - пойду посмотрю на болеющего. А ты, брат, - строго посмотрела девушка на Озана, - должен сообщить о гостях отцу. Ты ведь этого ещё не сделал? - Действительно, не сделал. - почесал затылок Озан. А Сана, отряхнув сапоги от снега, скрылась в юрте. - Почему она так смотрела на тебя, Леви? - любопытство Эддисона взяло верх. - Ты был бы помягче, мы же в гостях. - бурчит с укором Ханджи. - Да что она может?! Она говорит о духах, но…. - я снова вспылил, но Озан крепко обнял меня за шею и склонил ближе к себе - Твое неверие не повлияет ни на что. Но сестричку лучше не злить, ясно? Я сплюнул и убрал его руку с плеча. - ГДЕ ОНА?! - вдруг послышался ещё один громовой выкрик, и Ханжи снова замерла, открыла рот и сказала только одно - Вот это красавчик…. На нас стремительными шагами надвигается ураган. Неконтролируемая буря в виде ещё одного представителя этой неземной цивилизации и выглядит он совершенно недружелюбно. Такая же смуглая кожа, как и у всех здесь. Черные длинные волосы, подобранные наверх и заплетенные в две длинные косы. Синие узоры растекаются на его статном лбу и такая же синяя полоса пересекает его переносицу. Скульптурный нос подчеркивает его стать, два пестрых пера аккуратно лежат возле его скул, прикреплённые к серьгам в ушах. Пара прядей из челки спадают на лоб, меховой воротник приоткрывает обнаженную рельефную грудь, так же расписанную синим узором. - Кая, спокойней! - дружелюбие Озана ставит меня в тупик, - Сана уже вернулась. Мужчина поравнявшись с нами выплюнул соломинку изо рта, абсолютно дерзким, диким, непокорным взглядом окинул всех, остановил его на абсолютно безобидном Гюнтере и спросил - И где она? Отчего-то захотелось вдарить в его смазливую рожу. - Осматривает болеющего. - пытается унять его пыл Озан. - А отец твой в курсе…. - Кая продолжает смерять нас огненным взглядом, и очередь доходит до меня - что у нас чужаки и Сана сейчас один на один с одним из них? - Я уверен, что он будет не против, так как их привёл наш друг. - Озан приосанился. - Да что ты?! - Цыкнул дерзкий дикарь и шагнул к юрте. Мной движет сам дьявол. Я преградил ему дорогу. Ничто не помешает шансу Эрвина, пусть даже это призрачный шанс.