Семья Цзян в лице меня и моего молодого отца

      Он и отец подошли к барной стойке, заказав по хорошему виски. Они почти одновременно облокотились на барную стойку, оглядывая танцпол и ведя беседу о планах Цзян Чэна — подружиться с наследниками компании. Фэнмянь стоял более прямо, лишь чуть облокачиваясь на стойку, а вот Ваньинь облокотил два локтя, вздернул подбородок и чуть сполз, чтобы было удобнее стоять. Он опять поймал странные взгляды этих двух. «Да что это такое с ними? Ладно этот, у него мозгов не больше амебы, но что хочет Сичень?»       На этот раз отец тоже заметил эти взгляды и решил аккуратно поинтересоваться, чем привлёк внимание двух молодых людей его сын. Он, конечно, не маленький и у него сразу закрались подозрения на этот счет, но поинтересоваться стоило, вряд ли его сын понимает это. Он наклонился к уху Цзян Чэна, повернув его подбородок к себе. Здраво поразмыслив, что это можно счесть за поцелуй, и реакция людей сразу их выдаст.       — Ваньинь, почему эти двое молодых людей так на тебя смотрят, будто ты игрушку у них отобрал?       — Не знаю, наверное, ты выглядишь слишком красиво — усмехнулся Чэн так и, продолжая стоять с повернутой головой, чтобы его лучше слышно было сквозь толпу, ведь он говорил не на ухо.       Фэнмянь обернулся и увидел долгий, ничего не выдающий взгляд Ланя, и уже подошедшего Вэй Ина:       — И правда, твой спутник красивый, Цзян Ваньинь, это твой парень?       Цзян Чэн не удачно сделал глоток и еле успел подставить стакан, чтобы выплюнуть все с неожиданности. Отец неловко прокашлялся, мысленно подтверждая свои мысли. Цзян Чэн повернул на отца взгляд, опасливо, боясь его реакции на подобное. Ведь даже он, наблюдая этого дебила каждый день, до сих пор впадает в состояние шока. Однако, отец уже выглядит спокойно и мягко улыбнулся Вэй Ину, в то же время не стал ничего говорить, перевёл взгляд на сына, оставив этот выбор ему.       Цзян Чэна вернул себе лицо, сильно нахмурился и со всей злобой выплюнул:       — Да тебе-то какое дело до этого?       Он злился, на то, что Вэй Ин посмел что-то подобное из своих тупых шуток выдать при его отце. Поэтому злобно улыбнулся, как бы, не отрицая это, чтобы чертёнку больше повадилось шутить.       Вэй Ин чуть побледнел и, наигранно посмеявшись, заказал себе шоты с соусом тобаско.       — А почему ты раньше не говорил, Ваньинь?       — Потому, что это не твоего ума дела, и я, кажется, говорил тебе не называть меня так, придурок, уходи, пока ноги не переломал! — скрестив руки на груди хмуро и злобно выдал Ваньинь.       Отец решил вмешаться и положил аккуратно руку на плечо сыну. Тут же подбежал Не Хуайсан размахивая веером и, отодвигая Вэй Ина, вклинился между огнём и маслом. Он тоже облокотился спиной о барную стойку и начал махать на себя веером глядя на Цзян Чэна.       — Цзян-сюн, Цзян-сюн, успокойся, иначе мы этого балбеса здесь не соберём, или вы тут побьете все вокруг, пока кулаками мериться будете. —спокойно отметил Не Хуайсан — лучше представь мне своего друга!       — Это кто это тут балбес, а? — Возмутился Вэй Ин, ждущий своего алкоголя. На что Не Хуайсан на него шикнул и лёгонько стукнул веером. Цзян Чэн отошёл от барной стойки, что бы его «друга» было видно, и рукой показав на него сказал:       — Это А-Зиан, мой друг.       Вэй Ин усмехнулся и посмотрел на Цзян Чэна и со всей язвительностью выдал:       — Хороший у тебя друг, что ты его настолько ласково называешь!       —Ты! — тыкнул на него Цзян Чэн и его кулак еле успел остановить Не Хуайсан и тот самый «друг».       — Все, А-Чэн, перестань— успокаивающе протянул его отец.— А ты прекрати себя так вести, Вэй Ин, я уверен, твои родители не обрадовались такому.       — Хм, много ты знаешь! — он посмотрел на Фэнмяня, затем на Чэна— Хм, «А-Чэн», а мне, ты даже по второму имени себя не даёшь называть без фамилии. — передразнил уже изрядно пьяный Вэй Ин, допивая второй шот.       — Больно ты нужен! — фыркнул Цзян Чэн.       На что Вэй Ин покивал головой и съязвил тенуче: —Ну коне-е-ечно!       Цзян Чэн покачал головой и выдал тихое «придурок», которое услышал только Не Хуайсан и Фэнмянь.       К ним подошёл Лань Сичень и вежливо со всеми поздоровался: —Добрый вечер. Ваньинь, что здесь произошло?       Вэй Ин опять усмехнулся на заднем фоне явно над тем, как его другие называют.       «Ну вот и пускай думает, что самый обиженный» - подумал Чэн.       — Ничего такого, Сичень, просто этот балбес опять пытается смешно пошутить. — кивнул он в сторону Вэй Ина, который опять усмехнулся все так же стоя к ним задом возле барной стойки облокотившись на неё же и вертя в руках очередной шот.       — Вэй-сюн, по-моему, тебе хватит уже, ты, чего-то, сегодня, на удивление, перебрал.       — Я сам решу, когда мне хватит. —отходя от бара сказал Вэй Ин. На него тут же налетел парень со злобной улыбкой и торчащими клыками. Он дал ему тычок под рёбра и усмехнулся:       — Че, Усянь, нашёл себе развлекалово, а меня не позвал?       — Да куда уж там — расплескал руками Вэй Ин.       — Знаешь, че я придумал?— и что-то прошептал ему на ухо, приобняв первого за плечи, точно так же как это делает сам Вэй Ин. И в конце очень злорадно улыбнулся.       Цзян Чэн тихо произнёс так, что бы отец и Хуайсан услышал только.       — Я так понимаю, этого он собой привёл. И этот ещё более долбанутый.       Не Хуайсан тяжело вздохнул, в подтверждение. Сичень же тоже неодобрительно покосился на этих двоих.       Цзян Чэн вежливо побеседовал с Сиченем, после чего отец предложил не простаивать вечеринку, а все-таки отправиться и, хотя бы, потанцевать вдвоём. Цзян Чэн кивнул и пошёл на танцпол.       Спустя несколько минут на них начали заглядываться почти все, но они оба не смотрели ни никого, а просто отрывались. Даром что ли Цзян Чэн занимал первые места на танцах, а ведь он умел танцевать разными стилями не хуже, чем драться. Музыка была разная от рока до дабстепа и репа. Он ещё, конечно, мог и спеть баритоном, но у него была задача только повеселиться.       Загляделся даже «павлин», который глядя на это все тоже вышел на танцпол. И музыка заиграла более активная и более популярная. Фэнмянь, хоть танцевал чуть хуже и знал не так много стилей, не особо отставал от сына, и веселился вообще от души. Он очень давно не танцевал и не развлекался вот так. Они переодически подходили, добирали алкоголя, залпом, по стакану, чтобы не трезветь и возвращались.       Ближе к двум ночи начали включать старые песни, в которых можно в голос либо поорать, либо попеть. Но однако все кто пел, пели умеючи, особенно Вэй Ин выпендривался и громко нараспев выкрикивал «big tings, running’ through my mind». Он танцевал с бокалом и «Сюэ Яном», как уже успел сообщить Хуайсан.       В этот раз отец выпил два стакана залпом и сказал, что надо тоже спеть. Цзян Чэн удивлено посмотрел на него и бахнул второй, догоняя его на танцполе. Когда пошли песни Stray kids на припевах диджей убавлял почти полностью голос и оставлял громкость битов так, что вся толпа пела.       Цзян Чэн обалдел от мелодичности голоса отца. Тот подмигнул ему и на ухо сказал:       — А ты думаешь твоя мать просто так меня полюбила? Эту женщину просто так невозможно было добиться.       Цзян Чэн сначала смотрел как заворожённый, а после слов покраснел и потупил взгляд, он то, подпевал совсем тихо. Но, на песне «Therefore I am—Billie eilish» отец его подбил все-таки петь чуть погромче, хотя бы на уровне толпы, после чего сказал, что у него тоже хороший голос на ухо, Чэн опять покраснел и отвёл взгляд. Следующие песни он пел ещё громче herbstland— treptow и песни Maneskin: I wanna be your slave и sitting e bionic - слишком алкоголь играл.       Под утро почти у всех немного тряслись ноги и голоса были хриплые. Все были счастливые и уставшие. Все начали медленно расходиться, и одни из первых первых покинули ряды Лани, которые, не понятно почему так долго вообще были на тусовке, ведь все знают, что они не пьют. Как только подъехал водитель семьи Цзян, к машине вышли Цзян Чэн с отцом, ибо вечеринка начала плавно перетекать в вопрос: «с кто с кем переспит».       Когда они сели в машину отец тут же произнёс:       — Ух, А-Чэн, спасибо, что вытащил старика в такое место, я так давно не развлекался, уже успел забыть, а ведь иногда надо и развеяться. Если хочешь, можешь потом попробовать организовать нечто подобное у нас, только вот этого Сюэ Яна не приглашай, он показался мне какими-то очень плохим и отбитым наглухо человеком, возможно Вэй Ин от него всего дерьма и нахватался. Да и с Вэнь Сюем, надо бы аккуратнее, он точная копия своего отца.       Цзян Чэн дослушав отца фыркнул:       — Да какой же ты старик! Видел я все сегодня! Тебя вон, даже красивым назвали! — на это Фэнмянь издал короткий смешок, он то, прекрасно понимал, почему его так назвали, но решил не лезть в это — А насчёт этих троих… Да я в жизни никогда не подпущу ни Вэй Ина, ни его другана даже близко к своему дому!— и чуть спокойней добавил— Вэнь Сюй очень жестокий человек, я уже это увидел, похоже, можно будет подбираться только к Цюнлиню.       — Будь осторожен, Цзян Чэн, у него есть ещё старшая сестра, Вэнь Цин, которая оберегает его от всего, и учиться на врача. Она может с тобой характером потягаться. Цзян Чэн вздохнул:       — Ну я хотя бы попробую, лишь бы Вэй Ин не путался под ногами, он же даже на Цюнлине повисеть успевает!       — Ха-ха-ха, ну на тебе, я думаю, после сегодняшнего вряд ли будет!       — Подумать только! Он тебя назвал моим парнем! Как же ему повезло, что сегодня он ушёл на своих двоих! — фыркнул Цзян Чэн, скривившись.