Шансы не в нашу пользу

Сон Нила был наполнен тревожными сновидениями. Он снова был в кабинете отца, только на этот раз отец вырвал ему язык, пока другой мальчик смотрел, с окровавленным ртом. Лицо его отца сменилось лицом матери, которая стояла на коленях на груди Нила пока пришивала ему язык. С каждым стежком она бормотала, “Не оглядывайся, не медли и никому не доверяй. Будь кем угодно, но не собой, и никогда не будь никем слишком долго.” Нил пытался повторить слова, но его рот был заполнен кровью, и он не мог двигать языком. Тяжесть матери на его груди исчезла, и неожиданно он оказался на крыше вместе с Эндрю. Это была крыша не Тренировочного Центра; Нил не знал где он находится. Он узнал Капитолий, но не был уверен, какая это часть. “Ты больше не можешь лгать, Нил,” сказал Эндрю. Нил открыл рот, чтобы ответить, но как только его губы открылись, кровь хлынула наружу, а затем и зубы. Его язык прилип к задней стенке горла; он чувствовал, что задыхается. Нил вскочил, крик застыл на его устах так и не успев вырваться изо рта. Закат пробивался сквозь окна. В Капитолии был туманный, призрачный воздух. У Нила болела голова и он чувствовал кровь во рту. Он должно быть укусил внутреннюю сторону щеки ночью. Медленно, он вытащил себя из постели и пошел в душ. Он произвольно нажимал кнопки на пульте управления и в итоге перепрыгивал с ноги на ногу, когда на него попеременно лились струи ледяной и горячей воды. Затем на него хлынула лимонная пена, которую пришлось соскребать щеткой с жесткой щетиной. Он не мог ничего сделать с запахом. Он пах лимонной плантацией, что напомнило ему о времени в Дистрикте 11 несколько лет назад. По крайней мере сейчас он проснулся. Когда он обсох, то последовал совету Роланда намазал себя лосьоном, не смотря на то, что не видел в этом смысла. Но после вчерашнего успеха он не спрашивал мотивы стилиста. Когда Нил вернулся в комнату, он обнаружил что его гардероб заполнен определенными нарядами, скорее всего, это тоже дело рук Роланда. Дверь Нила была закрыта, так что, вероятно, Роланд организовал это, когда пришел с Эндрю раньше, после церемонии открытия прошлой ночью. Он надел черные обтягивающие брюки и ледяно-голубую тунику с длинными рукавами. Это был не первый выбор Нила что надеть, но он напоминал его простой стиль в одежде. И после пылающего плаща это ощущалось гораздо комфортнее, хотя он подозревал, что цвет туники подчеркивает его глаза. Он обулся в пару черных кожаных ботинок и вышел, чтобы найти остальных для завтрака. Ваймак не назначил им точное время встречи, и никто не связывался с Нилом этим утром, так что он просто спустился в столовую один. Ваймак и Эллисон уже встали и разговаривали, когда вошел Нил. Он лишь пожелал им доброго утра прежде чем положить себе немного еды. Стол был пуст, но на длинной доске в стороне стояло по меньшей мере двадцать блюд. Несколько мгновений спустя вошли Эндрю и Рене, Рене улыбалась в то время как Эндрю молча направился прямо к еде, нагружая тарелку едой, от которой у Нила заболели зубы. Он также заметил, что Эндрю был одет в точно такую же одежду как он, лишь его туника была такой же черной, как и штаны. Очевидно, Роланд был действительно убежден в них, что немного раздражало. Это, несомненно, бросится в глаза, когда начнутся Игры. С другой стороны, Роланд, скорее всего, точно знал, что делает, а у Нила действительно не было повода для критики после вчерашнего триумфа. Он ел немного, слишком нервничал из-за тренировки. Будет одиннадцать дней в которые трибуты будут практиковаться вместе. В последний день после полудня, каждому из них выпадет шанс выступить по одиночке перед Создателями. Мысль о встрече с другими трибутами лицом к лицу вызывала у Нила тошноту. Когда Ваймак закончил с кофе, он со вздохом отставил кружку в сторону и облокотился на стол. “Итак, давайте приступим к делу. Тренировка. Во-первых, если хотите, Рене и я можем тренировать вас раздельно. Решайте сейчас.” Прежде чем Нил смог принять предложение, он точно не даст Эндрю преимущество в знании его боевой стратегии, Эндрю опередил его. “Почему вы будете тренировать нас отдельно?” Сбитый с толку, Нил смотрел на Эндрю, который беззаботно разрезал булочку. Ваймак сузил глаза. “Ты знаешь почему, Эндрю.” Эндрю покачал головой и посмотрел на Нила. “Я знаю. Но у нас нет секретных навыков, которые мы могли бы скрыть, верно, Нил?” Нил ничего не сказал и после секунды Эндрю просто пожал плечами и повернулся к Ваймаку. “Он знает, что я предпочитаю ножи и что я знаю как с ними обращаться. А я знаю, что наш текстильный мальчик умеет охотиться. Он, кажется, неплохо обращается с луком и стрелами.” Эта оценка его навыков со стороны Эндрю застала Нила врасплох. Первое, что он когда-либо замечал. Нил думал, что Ники был единственным, кто видел, как он торговал в пекарне. Может быть, Ники сказал ему. Во-вторых, Эндрю прямо сейчас подговаривал его. “Что ты делаешь?” спросил он с подозрением. “Мы оба знаем, что ты любишь держать некоторые вещи при себе. Я лишь даю нашим дорогим наставникам кое-что для работы. И прежде чем ты снова начнешь нести чушь, я видел белок, которых ты подстрелил. Восьми из десяти попали прямо в глаз.” Эндрю указал на свой глаз для акцента. Ваймак изучил Нила прежде чем спросить, “Это правда?” Нил сердито посмотрел на Эндрю за то, что тот раскрыл почти все его карты перед Ваймаком, Рене и Эллисон, а также за то, что так хорошо его знал. Конечно Нил не сказал никому о его способностях, они могли просто рассказать об этом всем, кого они знают. Рене, вероятно, держала бы Эндрю осведомленным, и он не пропустил очевидную дружбу с некоторыми наставниками из других дистриктов. Эллисон знала практически каждого в Капитолии, поэтому нет. Он не доверял никому из них. “Я в порядке,” моментально ответил он на вопрос Ваймака. Сейчас, когда это было раскрыто, он мог бы пройти весь путь и узнать о сильных сторонах Эндрю. “Ты можешь тренировать нас вместе.” Ваймак кивнул. “Отлично. Теперь ты дашь нам общее представление того, что ты можешь делать. Конечно, нет никакой гарантии, что там на арене будут луки и стрелы или даже ножи. Но во время вашего индивидуального занятия с Создателями, покажите им что вы можете. До тех пор, Эндрю ты остаешься чистым ото всех ножей, а Нил, оставляешь стрельбу из лука для индивидуального сеанса.” Он внимательно посмотрел на Нила. “Ты хорошо разбираешься в ловушках?” “Я знаю несколько основных ловушек,” пробормотал он. Нил и его мать никогда не оставались достаточно долго, чтобы сделать большие ловушки, чтобы поймать еду, стоящую их времени, и он начал понимать то, что они полезны лишь в Дистрикте 12, для того чтобы узнать о них больше. “Это может иметь большое значение с точки зрения продовольствия,” сказал Ваймак. “Ты идешь на групповую тренировку,” вмешалась Рене. “Проведи время, стараясь выучить что-то, что ты не знаешь. Может метать копье или размахивать булавой. Научись завязывать приличный узел, но оставь демонстрацию того, что ты умеешь до индивидуального сеанса.” Тогда она повернулась к Нилу, улыбаясь, “Нил, ты можешь присоединиться ко мне и Эндрю во время наших спаррингов. Может я могу показать тебе один или два трюка с ножом.” “Нет” Нила было таким немедленным и окончательным, что даже Рене вопросительно подняла бровь. Он попытался дать заднюю и дипломатично сказал, “Я имею в виду, что я не очень хорошо обращаюсь с ножами. Я пытался несколько раз, но безуспешно.” Еще одна ложь, но он действительно мог обойтись без панической атаки, пока Рене или Эндрю атаковали его с ножом. Кроме того, он сомневался, что она может показать ему что-то, чего он еще не узнал от Лолы, отца или даже своей матери. Иронично, он мог обращаться с ножом, вероятно, лучше, чем с луком. Рене изящно приняла его оправдание и остановила Эллисон от комментариев. Эндрю никак не отреагировал, но Нил знал, что он только что отдал другому трибуту, чтобы потом снова побеспокоить Нила. “Одна последняя вещь,” сказал Ваймак. “На публике, я хочу, чтобы вы были рядом друг с другом каждую минуту.” Нил начал немедленно возражать, но взгляд, которым Ваймак одарил его заставил его заткнуться. Губы крепко сомкнулись и скрестились руки, он воздержался от того, чтобы что-нибудь сказать и тем самым разозлить Ваймака. Мужчина продолжил после того, как убедился, что они оба слушали. “Каждую минуту, все ясно? Это не обсуждается. Вы будете вместе и будете казаться дружелюбными по отношению друг к другу. А теперь выметайтесь, Эллисон будет сопровождать вас на тренировку в десять.” Нил прикусил губу и зашагал обратно в свою комнату. Это была такая чертова шутка! Он и Эндрю идут рядом, притворяясь товарищами. В какой-то момент они все должны были прекратить это и принять тот факт, что они были злейшими противниками. Может быть, Ваймаку и Рене было приятно притворяться, что им не придется в конце концов убивать друг друга. Возможно, Нил и сам виноват в том, что согласился тренироваться вместе с Эндрю. Теперь он будет торчать с ним во время групповых тренировок и Эндрю сможет наблюдать за каждым новым навыком, который Нил приобретет за это время. Было почти десять, поэтому Нил почистил зубы и умыл лицо холодной водой. Злость на весь этот фарс на время заглушила его нервозность по поводу встречи с другими трибутами, а также с Создателями, но теперь он чувствовал, как тревога снова нарастает. Тэцудзи и Рико познакомились с Нилом еще в детстве, и оба в какой-то момент наблюдали за тренировкой. После того, как Кевин не узнал его, Нил почувствовал себя немного спокойнее, но причин расслабляться не было. Не в том случае, если ему предстояло встретиться еще с двадцатью двумя людьми, которые хотели его смерти. Знакомое чувство для человека, у которого на спине уже много лет была нарисована мишень. Нил встретил Эллисон и Эндрю у лифта, и вместе они спустились к настоящим тренировочным помещениям, ниже уровня земли здания. Две двери открылись в огромный спортивный зал, заполненный различным оружием и полосами препятствий. Хотя не было и десяти, они пришли последними. Другие трибуты собирались в плотный круг. У каждого из них на рубашке был приколот матерчатый квадратик с номером Дистрикта. Пока кто-то прикрепил номер 12 на спину Нила, он быстро оценил обстановку. Неудивительно, что только он и Эндрю были одеты одинаково. Как только они присоединились к кругу, главный тренер, высокая, спортивная женщина по имени Тея подошла и начала объяснять расписание тренировок. Эксперты в каждом навыке останутся на своих местах. Трибуты могли свободно передвигаться с места на место как они выберут в соответствии с инструкциями их наставников. На некоторых станциях обучали навыкам выживания, другие обучали техникам боя. Запрещалось заниматься какими-либо боевыми упражнениями с другим трибутом. Под рукой были помощники, если кто-то хотел потренироваться с напарником. Когда Тея начала читать список станций, глаза Нила метнулись к другим трибутам. Его сердце упало. Почти все были больше, чем он, что не должно было быть для него сюрпризом, но все равно жалило. С другой стороны, половину трибутов ни разу в жизни не кормили должным образом. Он мог видеть это в их костях, коже, опустевшем взгляде их глаз. Нил был меньше, но в целом его находчивость и постоянное выживание сделали его быстрым и, вероятно, сильнее, чем эти дети, которые знали только голод и слишком много работали для своих изможденных тел. Исключение составляли ребята с более здоровых Дистриктов, волонтеры, которых всю жизнь кормили и тренировали для этого момента. Трибуты из 1, 2 и 4 Дистриктов традиционно выглядели так. Нил однажды подслушал, как кто-то назвал их Карьеристами, сокращенно от – Карьерные Трибуты. И как бы то ни было, один из них будет победителем. Небольшое преимущество, которое Нил имел, придя в Тренировочный центр, его и Эндрю зажигательный выход на сцену вчера вечером, казалось, исчезло в присутствии этого соперничества. Во взглядах Карьеристов не было ничего, кроме презрения. Каждый из них, включая девушек, весил на двадцать-сорок килограммов больше Нила. А горилла-трибут из 2 Дистрикта, скорее всего, даже больше. Они излучали высокомерие и жестокость. Когда Тея наконец отпустила их, они сразу же направились к самому смертоносному оружию в зале и с легкостью справились с ним. Нил думал, что ему повезло, что он был быстрым бегуном. Он посмотрел на Эндрю, который, по инструкции Ваймака, всё ещё находился рядом с ним. Карьерные Трибуты красовались, явно пытаясь запугать поле. Другие, недокормленные, неумелые, шатко держались за нож или топор. “С чего бы ты хотел начать?” спросил Нил. Эндрю cделал вид, что не услышал Нила, но потом отвел его к пустой станции. Тренер, казался довольным, что у него есть ученики; было похоже, что урок по завязыванию узлов - это не горячая точка "Голодных игр". Эндрю сел, скрестив ноги, и начал завязывать несколько узлов. Нил присоединился к нему, и после того, как тренер понял, что они оба знают, что делают, он показал им простую, отличную ловушку, которая оставит участника, висящего на дереве за ногу. Нил сосредоточился на этом единственном навыке в течение часа, пока не освоил его. Когда он поднял голову, то увидел, что Эндрю бездельничает, сложив руки за головой и уставившись в потолок. Они перешли к камуфляжу, но прежде, чем они достигли станции, их задержал голос. “Какого хрена вы делаете?” Кевин Дэй стоял за ними, положив руки на бедра и неприязненно нахмурив лицо. Нил чуть не вздохнул, но предпочел закатить глаза, прежде чем повернуться. “Мы тренируемся. Приобретаем новые навыки, понимаешь.” “Я не вижу, чтобы ты приобретал тут что-нибудь. Почему вы не занимаетесь боевыми тренировками?” Нил сузил глаза и настороженно посмотрел на Кевина. Что он вообще здесь делал? “Это не твое дело,” сказал он ему. Это действительно задело Кевина, потому что он неожиданно сделал шаг к Нилу и со злостью ткнул пальцем ему в грудь. “Если ты собираешься упустить свой единственный шанс победить в Играх, то ты ещё глупее, чем я думал. А сейчас бери чертов меч и следуй за мной.” Он повернулся и пошел к пустой станции, уверенный, что Нил последует за ним. Нил знал, что обязательно нужно попробовать каждую станцию хотя бы раз, поэтому он посмотрел на Эндрю, который, казалось, был вне себя от скуки. Он не ответил на взгляд Нила, сказав: "Мне все равно". Вскоре Нил оказался перед Кевином Дэем с мечом в руке. Прошли годы с тех пор, как он в последний раз держал меч в руках. Кевин тоже выглядел немного неуверенно, меч был в правой руке, в то время как он сгибал свою ведущую левую. “А это вообще разрешено?” спросил Нил, удивляясь. Разве Кевин не был наставником Дистрикта 1? Кевин, казалось, понял и ответил, “Я не наставник Дистрикта 1 в этом году. Я помогаю здесь.” На нахмуренные брови Нила он вздохнул и ответил, “Не у каждого Дистрикта есть только два наставника, как у вас.” Он имел в виду, что не каждый Дистрикт был настолько плох, что в нем только два победителя, высокомерный засранец. “Им не нужно десять наставников, суетящихся вокруг них. В этом году хватит Джин и Микаэлы.” Нил не знал Микаэлу, но он знал Джин Монро как победителя прошлых Голодных Игр и номер три в маленькой группе элитных киллеров Рико. “А теперь заткнись и прими правильную позицию.” Оказалось, что Кевин был еще более надоедливым в качестве тренера и учителя. Нил был на грани того, чтобы не выкинуть меч и не задушить Кевина Дэя. К его полному унижению Карьерные Трибуты следили за его неуклюжими попытками атаковать Кевина, который раз за разом сбивал его с ног, выплевывая инструкции и проклятия. Через час Нил все-таки выкинул меч и подошел к Эндрю, который сидел в стороне, наблюдая за ними. Кевин последовал за ним и бросил на Нила не впечатляющий взгляд. “С таким отношением в Играх ты долго не продержишься.” Нил нахмурился, делая маленькие глотки из бутылки с водой. “Ты тоже, давай.” Кевин повернулся к Эндрю и указал на мечи, побуждая его взять один. “Нет,” сказал Эндрю. “Нет?” сердито повторил Кевин, становясь перед Эндрю с угрожающим взглядом в глазах. Эндрю ничего не сказал. “Ты должен! Это обязательно! Так что прекращай это ребячество и щевели задом!” “Или что?” Эндрю встал, наклонив голову, чтобы посмотреть Кевину в глаза. Глаза Кевина сузились и его взгляд метнулся к мечу в его руке. Эндрю, заметивший это, отпихнул Кевина со своего пути; впечатляюще, как легко он это сделал, учитывая, что Кевин был более чем в футе от него. “Ты вернешься сюда,” приказал Кевин. Он действительно кипел от неуважения со стороны Эндрю. Эндрю бросил на него скучающий взгляд через плечо. “Или ты убьешь меня?” Создатели появились незадолго до полудня. Двадцать или около того мужчин и женщин, одетых в темно-фиолетовые и черные одеяния, с Тецудзи и Рико Мориямой во главе. Они сидели на возвышенных трибунах, которые окружали спортзал, иногда прохаживаясь и наблюдая за трибутами, делая заметки, а иногда ели на бесконечном банкете, который был накрыт для них, не обращая внимания на всех присутствующих. Но они, казалось, не сводили глаз с трибутов Дистрикта 12. Несколько раз Нил смотрел наверх и видел, что один из них пристально смотрит на него. Темные глаза Рико пугали его, но на его лице не было понимания. Он просто наблюдал, и как заметил Нил, за Кевином чаще, чем за любым другим тренирующимся трибутом. Так следующие шесть дней Эндрю и Нил спокойно переходили от станции к станции. Нил думал, что он в самом деле приобрел несколько ценных навыков, начиная с разжигания костров (он уже знал, как это делать), идентификации лечебных трав и заканчивая обустройством убежища. Кевин с каждым днем требовал от Нила все большего, и тот начал наслаждаться, даже не смотря на то, что у него болели руки и прогресс был минимальным. Это напомнило ему о времени в Тренировочном Центре в Дистрикте 1, куда мать приводила его в детстве. Она навещала семью, в то время как Нил тренировался с Кевином и Рико. Ему нравилось ездить в Дистрикт 1, потому что это значило, что они оставались на ночь в доме его дяди, без отца. Эндрю просто наблюдал за ними; он никогда не участвовал в боевых тренировках. Неважно, что это было обязательным, они не могли много сделать, поскольку Эндрю был ходячим трупом. Он все равно бы умер. Они ничем не могли ему угрожать. Завтрак и ужин подавали на их этаже, только тогда они видели остальных. Ники и Аарон часто составляли компанию Эллисон в поездках по Капитолию. Было удивительно осознавать, что Ники ходит за покупками и развлекается, пока Кевин выплескивает свое разочарование на Нила. Он почти не тренировал остальных трибутов с такой жестокостью, и Нил задавался вопросом, не сделал ли он что-нибудь не так. За обедом двадцать четыре трибута ели в столовой рядом со спортзалом. Еда была разложена на тележках по залу, и они могли обслуживать себя сами. Карьерные Трибуты имели тенденцию шумно собираться вокруг одного стола, как будто это доказывало их превосходство, что они не боятся друг друга и считают остальных ниже своего достоинства. Большинство других трибутов сидели по одиночке, как потерянные овечки. Но никто не сказал и слова Эндрю и Нилу, но второй заметил несколько взглядов. Не только от Карьеристов, но и от мальчиков и девочек из Дистрикта 10. Мальчик был явным поклонником Кевина, и он почему-то обиделся на Нила за то, что тот тренировался с Кевином, когда тот, в конце концов был плох. Нил и Эндрю ели вместе и поскольку Ваймак донимал Нила по этому поводу, Нил старался поддерживать разговор с Эндрю, чтобы они казались дружными на виду у остальных. После трех дней Нил сдался, потому что если Эндрю не хотел что-то делать, не было ничего, что могло бы его заставить. Однако на шестой день Эндрю отложил свою ложку в сторону и постучал пальцем по столу между ними двумя. “Как насчет небольшой игры?” Нил знал, что пожалеет об этом, но все равно спросил, “Что за игра?” “Давай назовем её “правда за правду”. Ты можешь спросить меня о чем угодно, а я должен быть предельно честен с тобой, и наоборот.” Идиотская идея для идиотской игры. Нил обдумывал её, зажав ложку между губами. Он слизывал с нее остатки соуса, не сводя с Эндрю пристального взгляда. Ему следовало бы сразу отбросить эту идею, но он вспомни их разговор на крыше несколько ночей назад. Эндрю уже бывал в Капитолии, и было всего два варианта как это могло быть: он был рожден здесь или родился в одном из богатых Дистриктов, и его родители были достаточно важными, чтобы сделать возможным поездку в Капитолий. Оба варианта не совпадали с тем, что Эндрю и его семья живут в Дистрикте 12. Кроме того, Ники проделал весь путь от 4 до 12 Дистрикта ради него и его брата. Если понадобиться, Нил мог просто солгать, если Эндрю подберется слишком близко. “Хорошо. Я начинаю.” Эндрю наклонил голову в знак согласия, но сделал круговое движение пальцем, “Не здесь. Сегодня вечером на крыше.” Они вернулись в спортзал и Нил попробовал метать копье. Он сразу же решил, что это не для него, его руки не были его сильной стороной. К его удивлению, Эндрю тоже попробовал и у него действительно получилось. Нил нехотя восхищался силой Эндрю и уже не в первый раз задавался вопросом, как он набрал такой вес в Дистрикте 12. “Наша тень вернулась,” неожиданно пошептал Эндрю на ухо Нила, и от их близости волосы встали дыбом на шее. Нил оглянулся и увидел, что немного позади стояла девочка из Дистрикта 11, наблюдая за ними. Она была той пятнадцатилетней, которая выглядела на двенадцать, может тринадцать лет. Её темные глаза были широко раскрыты и попеременно смотрели то испуганно, то абсолютно безучастно. Она стояла на носочках, слегка вытянув руки в стороны, словно готовая взлететь при малейшем звуке. Нил не был уверен, кого она ему больше напоминала мышь или птицу. Но что Нил точно знал, так это то, что он не заметил, что она следовала за ними. Везде. Он удивленно посмотрел на Эндрю. Для Нила не заметить кого-то, кто следил за ним было практически невозможно. Девочка была либо слишком хороша, либо… Он смотрел как Эндрю крутит копье. Поскольку им с Эндрю приходилось проводить каждый свободный час вместе, Нил был так занят Эндрю, что забыл посмотреть через плечо. “Робин Кросс, Дистрикт 11, рост 5’2 (примерно 159см). Очевидно, ты ей нравишься.” Тон Эндрю и его лицо были как всегда без эмоциональны, но в этом было что-то, что выдавало его бесстрастное поведение. И откуда он снова знает все эти факты? Нил почувствовал раздражение, пробивающееся сквозь плохое настроение отца, и спросил резче, чем намеревался, “Что мы можем сделать с этим?” Эндрю бросил на него короткий взгляд, затем с громким стуком опустил копье на пол и продолжил свой путь к следующей станции, не оставив Нилу другого выбора, кроме как последовать за ним. Теперь, когда он знал, что она была там, было сложно игнорировать девочку. Она прилипла и присоединялась к ним на разных станциях. Она знала травы, быстро лазила и хорошо целилась. Она всегда попадала в цель из рогатки. “Ну, ты только посмотри на это, не удивительно, что она влюбилась в тебя. Она маленькая белка, сложно поймать, как и тебя. Только, она достаточно умная, чтобы оставаться незаметной,” сказал Эндрю на их последней станции в этот день. “Пошел ты,” на автомате и без всякого пыла сказал Нил. Когда он успел так привыкнуть к этому? Обмениваться оскорблениями с Эндрю или просто проводить день в комфортной тишине, пока каждый из них занимался своим делом. Эндрю лишь хмыкнул на это, и вскоре им разрешили уйти на ужин, под возбужденную болтовню их группы. Вечером Ваймак, Ники и Эллисон обсуждали с ними каждый момент или, скорее, с Нилом, поскольку Эндрю решил, что ему не хочется говорить. Что они делали, кто за ними наблюдал, как их оценивали другие трибуты. Единственным комментарием Ваймака по поводу яростных методов обучения Кевина было негромкое хмыканье и задумчивый взгляд, которым он обменялся с Рене. Когда они наконец-то улеглись спать, Эндрю схватил Нила за рукав и потащил его к лестнице, ведущей на крышу. Между обедом, очередным сеансом с Кевином и их маленькой тенью Нил уже забыл об их игре. Он так устал, что мог бы заснуть на лестнице, и ему было бы все равно. Однако свежий ветер на крыше немного разбудил его, и он снова присоединился к Эндрю у перил. Эндрю достал сигарету, и на этот раз Нил тоже попросил. Какое-то время Эндрю рассматривал Нила, затем пожал плечами и достал еще одну сигарету. Он зажег их обе и передал одну Нилу. Некоторое время они просто стояли, Эндрю курил, а Нил держал свою в руке и вдыхал дым. “Ты зря тратишь отличную сигарету,” в конце концов сказал Эндрю. “А ты тратишь мое время, давай покончим с этим.” Нил устал и у него все болело, у Кевина были реальные проблемы. Избиение трибутов, вероятно, тоже его достало. Эндрю выдохнул немного дыма в ночное небо, затем развернулся, чтобы посмотреть на Нила. “Ждал только тебя. Ты хотел начать.” Точно, Нил определенно забыл об этом. Он перебрал в уме все вопросы, которые у него были, изучил их и наконец остановился на том, который беспокоил его уже некоторое время, но в то же время не был слишком тяжелым для первого вопроса. “Откуда ты знаешь, что я могу охотиться? И как выглядит моя добыча?” “Технически это два вопроса,” заметил Эндрю. “Считается за один.” Эндрю бросил сигарету в электрическое поле и наблюдал, как она отскакивает от него, прежде чем сказать, “Однажды я видел, как ты зашел в пекарню. После этого ты возвращался каждый четверг и уговаривал старика дать тебе свежий хлеб за белку или кролика. Он показывал их мне и давал половину, когда считал нужным.” Нил предположил, что стариком был владелец пекарни. “Ты работаешь в пекарне?” спросил он, озадаченно. Он никогда не видел там Эндрю, только Ники за прилавком. Эндрю ткнул пальцем в сторону Нила. “Только один вопрос. Сейчас моя очередь.” Нил напрягся, надеясь, что это что-то похожее на его вопрос, что-то на что он сможет правдиво ответить. “Где на самом деле твои родители?” Ну, разве это не замечательно? Нил облизал нижнюю губу и сказал, “Мертвы.” Это не была полностью ложь, его мать все же была мертва, а отец… он не был настоящим родителем. “Ты убил их?” Эндрю сказал это так непринужденно, что казалось он спрашивает о времени, поэтому Нил мог только смотреть на него в течении минуты. Это был такой неразумный логический скачок, что Нил не понимал, как ему вообще пришло в голову спросить о таком. Это был Эндрю, поэтому он просто спросил, “Ты убил своих родителей?” Эндрю лишь пренебрежительно щелкнул пальцами. “У меня нет родителей.” Ветер усилился между ними, пока они просто стояли, смотря друг на друга. “Я не убивал моих родителей,” сказал Нил, и на секунду представил, как рассказывает Эндрю правду. Настоящую, честную и жестокую правду. Тот, кто так беспечно спрашивал об убийстве, наверняка не поверит, если Нил начнет рассказывать все о своем наследии и прошлом. Момент быстро прошел. Эндрю просто кивнул на ответ Нила, а тот подавил зевок. День был утомительным, а этот разговор - еще хуже. Он затушил сигарету под ботинком и повернулся к двери. “Я займу свою очередь в другой раз.” Эндрю ничего не сказал, когда Нил ушел, оставшись с ещё одной зажженной сигаретой. Следующие четыре дня Нил провел в раздумьях о том, что он хочет спросить у Эндрю. Он хотел получить так много информации, сколько возможно из одного вопроса. А так как он знал Эндрю, тот мог просто отменить их игру, когда посчитал бы её скучной, поэтому количество вопросов, которые он мог задать было ограничено. Ему не удалось снова застать Эндрю одного, и на одиннадцатый день тренировок Создатели начали вызывать их после обеда на индивидуальные занятия. Как обычно, Дистрикт 12 был назначен последним. Трибуты задержались в столовой, не зная, куда еще пойти. Никто не вернулся, как только они ушли. По мере того, как зал пустел, давление, заставляющее вести себя цивилизованно друг с другом, ослабевало. Когда позвали Робин, Эндрю и Нил остались одни. Они сидели в тишине, пока Нил, наконец, не отбросил все осторожности и вопросы, которые он накопил за последние несколько дней, и просто спросил, “Что ты делаешь в пекарне?” “Это твой вопрос?” спросил Эндрю с таким выражением лица, что Нилу показалось, будто он глупый. Он лишь оборонительно пожал плечами. “Я там работаю.” Нил бросил на него раздраженный взгляд. “Очень смешно. Я никогда не видел тебя там и Ники никогда не упоминал об этом. Что именно ты там делаешь? В чем заключается твоя работа?” “Ты снова жульничаешь или ты слишком глуп, чтобы считать? Ты уже задал свой вопрос.” “К черту, тебе нравится быть таким трудным или что, почему ты просто не можешь хотя бы раз ответить на простой вопрос? Пожалуйста?” Эндрю замолчал. “Я ненавижу это слово” Сбитый с толку, Нил повторил в голове то, что он только что сказал “Какое? Сложно?” Эндрю покачал головой и просто смотрел перед собой. Нил еще немного подумал. “Пожалуйста?” “Не произноси его,” сказал Эндрю, вообще не смотря на Нила. Нил сжал руки между бедер и хмыкнул. “Хорошо. Извини.” Он поймал взгляд Эндрю и ответил извиняющейся улыбкой. Эндрю нахмурился и отвел глаза, чтобы снова посмотреть прямо. После нескольких минут напряженного молчания он сказал, “Я пеку хлеб. Иногда пироги.” Моргнув, Нил сначала не понял. А когда понял, было уже слишком поздно, потому что они вызывали Эндрю. Нил смотрел, как он уходит, и пытался представить, как Эндрю замешивает тесто для хлеба и печет пироги. Он думал о грубых руках Эндрю, хватающих его за шею, и он действительно мог это видеть. Он, наверное, и мешок муки поднимал как пушинку. Но все равно было странно думать о том, что Эндрю делает что-то такое обыденное, как смешивание муки и соли, в то время как у него под нарукавниками спрятано несколько ножей и он, наверное, может убить человека, пока достает хлеб из печи. Примерно через пятнадцать минут назвали имя Нила. Он потер ладонями бедра, отвел плечи назад и вошел в гимнастический зал. Мгновенно он понял, что попал в беду. Создатели пробыли здесь слишком долго. Они высидели еще двадцать три демонстрации. Большинство из них выпили слишком много вина и больше всего на свете хотели вернуться домой. Нилу ничего не оставалось делать, как продолжать выполнять план Ваймака. Он подошел к станции для стрельбы из лука. Луки были сделаны из дерева, пластика, металла и материалов, которые Нил даже не мог назвать. Стрелы имели перья, вырезанные безупречными ровными линиями. Он выбрал лук, натянул его и перекинул через плечо подходящий колчан со стрелами. Здесь было стрельбище, но оно было слишком ограниченным. Стандартные “бычьи глаза” и человеческие силуэты. Нил прошел к центру гимнастического зала и выбрал в качестве мишени манекен, используемый для тренировок с ножом. Даже когда он натянул лук, Нил понял, что что-то не так. Тетива была туже, чем та, которую он использовал в 12 лет или во время бегства с матерью и которая была в основном самодельной. Стрела попала манекену в левое плечо, и Нил потерял то немногое внимание, которым обладал. На мгновение он почувствовал себя униженным; затем он вернулся к “бычьим глазам” и выстрелил еще и еще раз, чтобы почувствовать лук. Вернувшись в центр спортивного зала, он занял исходную позицию и пронзил манекен прямо в сердце, затем в быстрой последовательности попал следующему манекену в каждый глаз, снова в сердце и, наконец, между глаз. Это была отличная стрельба, Нил повернулся к Создателям. Некоторые из них одобрительно кивали, но большинство было сосредоточено на жареном поросенке, который только что прибыл на их банкетный стол. Тецудзи и Рико не обращали ни на кого внимания, обсуждая что-то на листе бумаги. Внезапно Нил взбесился из-за того, что когда на кону стояла его жизнь, у них даже не хватило приличия обратить на него внимание. Ему не дают покоя мертвая свинья и клочок бумаги. Сердце заколотилось, а глаза нашли метательные ножи, аккуратно разложенные для использования. Не раздумывая, он отбросил лук и колчан, подошел к ножам и бросил один прямо на стол Создателям. Раздались крики тревоги, люди попятились назад. Нож воткнулся в стену между головами Рико и Тецудзи Мориямы. Все в недоумении уставились на Нила. “Спасибо за внимание,” сказал Нил и слегка поклонился, после чего направился к выходу без прощания. По пути к лифту Нил проскочил мимо зияющих глаз Авоксов, охранявших лифт, и ударил кулаком по кнопке номер двенадцать. Двери слиплись, и он молнией устремился вверх. Он успел вернуться на свой этаж, прежде чем паника охватила его с новой силой. Он слышал, как остальные звали его из гостиной, но Нил бросился по коридору в свою комнату, запер дверь и стал метаться, как тигр в клетке. Он сделал это. Теперь он все разрушил. Если у него и был хоть какой-то призрачный шанс, то тот исчез, когда он метнул нож в голову Рико. Конечно, он не целился в их головы, достаточно было небольшого пространства между ними. Просто он был так зол. Он не пытался убить ни одного из них, если бы пытался, они были бы уже мертвы. Что они сделают с ним теперь? Арестуют его? Казнят? Отрежут ему язык и превратят в Авокса? Не раньше, чем они выяснят, кто он на самом деле, и передадут его отцу. Может быть, Эндрю был прав, он был действительно глуп. Ваймак, Рене и Ники стучали в его дверь, а Нил просто игнорировал их, пока они не ушли. Нилу потребовался почти час, чтобы успокоиться и перестать видеть, как отец вырывает ему язык. Он хотел выйти и убежать. Он понял это только сейчас, но он не мог бегать все то время, пока они находились в Тренировочном центре. У него чесались ноги, и он чувствовал беспокойство от необходимости заставить свои ноги двигаться. Нил повернул голову к окну и смотрел, как солнце садится за городом. Никто не пришел за ним. Ни охранники, ни его отец, ни кто-либо из его людей. Он все еще дышал. И, конечно, он дышал, им все еще нужен был второй трибут из Дистрикта 12. Если Создатели хотели наказать его, они могли сделать это публично. Подождать, пока он выйдет на арену, и натравить на него голодных диких зверей. Но перед этим они поставили бы ему настолько низкую оценку, что никто в здравом уме не стал бы спонсировать Нила. Именно это и должно было произойти сегодня вечером. Так как тренировка не была открыта для зрителей, Создатели объявили оценку для каждого трибута. Это дало зрителям отправную точку для ставок, которые будут продолжаться на протяжении всех Игр. Число от одного до двенадцати, где один был неисправимо плох, а двенадцать - недостижимо высок, означало перспективность трибута. Показатель потенциала, который трибут демонстрировал в тренировках. Однако нередко из-за переменных факторов на реальной арене трибуты с высокими баллами почти сразу сходили на нет. Тем не менее, баллы могли помочь или навредить отдельному трибуту в плане спонсорства. А теперь, после необдуманного поступка Нила, его шансы остаться в живых без спонсора снизились почти до нуля. В конце концов, именно Эндрю позвал его на ужин. Он постучал всего один раз и сказал, “Приходи”. Нил решил, что вполне может пойти, ведь скоро по телевизору будут показывать результаты. Эндрю посмотрел на него, когда он открыл дверь, и только сказал “королева драмы”, прежде чем уйти. Все остальные ждали за столом, даже Роланд. Они наблюдали за ним, пока он садился, но никто не произнес ни слова. В конце концов, они начали болтать, и Нил смог есть свой суп в тишине. Затем, когда подали основное блюдо, Ваймак заговорил, “Ладно, хватит об этом – насколько сильно ты сегодня облажался, Нил?” За столом воцарилось молчание. Нил скривился под их взглядами, поэтому он просто сказал: “Возможно, я вышел из себя.” “Ты снова читал им лекцию об условиях труда в Дистрикте 8?” спросила Эллисон, осматривая свои ногти, на которых был нарисован сложный цветочный узор, подходящий к ее платью. Нил бросил на нее мрачный взгляд. “Нет. Какое это имеет значение? Всё кончено.” “Ну, это ты бросился в свою комнату, чтобы поплакать или что-то в этом роде”, сказал Аарон, скучая, и Нил задумался о том, чтобы пырнуть его своей вилкой. Они оставили эту тему, когда стало очевидно, что Нил не хочет говорить об этом, а Рене напомнила им, что они скоро увидят счет. Ники позабавил их историей об Аароне и навязчивой продавщице из их предыдущего похода по магазинам, и ужин утратил прежнюю напряженность. Нил несколько раз ловил себя на том, что прячет улыбку на выходки Ники и Эллисон, и даже Аарон мог быть смешным, если не хотел этого. После ужина они все отправились в гостиную, чтобы посмотреть по телевизору объявление результатов. Сначала показывали фотографию трибута, а затем под ней высвечивалась оценка. Карьеристы, естественно, получили от восьми до десяти. Большинство других игроков в среднем набирали пять баллов. Удивительно, но Робин набрала семь баллов. Дистрикт 12, как обычно, оказался на последнем месте. Эндрю набрал восемь баллов. Ваймак и Рене посмотрели на него, и Рене тихо спросила его, “Ты хоть пытался?” Эндрю ничего не ответил; он только ел свое мороженое и даже не смотрел в сторону телевизора. Нил начал кусать нижнюю губу, когда показалось его лицо, ожидая худшего. Затем на экране замигала цифра одиннадцать. Ники издал крик, а Ваймак даже вскочил на ноги. Оба хлопали Нила по спине, Рене и Роланд сжимали его плечо и поздравляли. Это не могло быть правдой. “Должно быть, это ошибка. Как... как это могло произойти?” спросил Нил у Ваймака. “Я не знаю, что ты сделал, парень, но думаю, им понравился твой характер,” ответил он с гордой ухмылкой. “Я очень рад, что мы выбрали тему огня,” сказал Роланд. “Она идеально подходит тебе, Нил.” Нил посмотрел на Эндрю, который молча наблюдал за ним. Только когда они вернулись в свои комнаты, Эндрю заговорил, “Так много сюрпризов, Нил.” Он вытряхнул две сигареты и повернулся к двери, ведущей на лестницу. “Теперь моя очередь.” Очевидно, Эндрю еще не надоела их маленькая игра. Через секунду Нил последовал за ним. Как всегда, Эндрю подошел прямо к краю, оперся руками о перила и устремил взгляд в землю. Он протянул Нилу зажженную сигарету, и они оба молча закурили, в случае Нила - понюхали. Сигарета Нила догорела, и он уже собирался вернуться вниз, когда Эндрю, наконец, что-то сказал. “Где ты родился?” Нил думал об убедительной лжи. Думал о причине, по которой он мог бы солгать о своих родителях и Дистрикте 8. В конце концов, он удивился, сказав Эндрю правду. “Я родился здесь, в Капитолии” Эндрю не выглядел удивленным. Он стряхнул окурок сигареты с перил и обернулся. “Ты не похож на местного жителя” Нил хмыкнул, “Спасибо.” Затем он сглотнул и облизал свои сухие губы. “Ты уже бывал в Капитолии. Как это возможно?” Нил задавался этим вопросом со дня их приезда и разговора в поезде. Рядом с ним Эндрю медленно проследил правой рукой нижнюю часть его левой руки. “У тебя есть эта раздражающая привычка всегда сразу браться за горло, Нил, не задумываясь о том, что это может означать для тебя.” “Что?” спросил Нил, озадаченный. “Забудь об этом. Ты, наверное, заметил, что я не очень близок с Аароном.” Нил заметил, но он полагал, что близнецы просто такие люди. К тому же, он не понимал, какое отношение это имеет к его вопросу. “Я встретил его всего четыре года назад. До этого я даже не знал, что у меня есть брат. Или вообще семья.” В его лишенном интонаций голосе проскользнуло что-то сардоническое. Нил попытался понять, но не смог. Он понятия не имел, к чему клонит Эндрю. “Женщина, которая родила нас, была действительно безнадежно неадекватна. Она не могла взять на себя ответственность за ребенка, не говоря уже о двух. Она отдала нас, но за ночь у нее проснулась совесть, потому что она забрала Аарона обратно. Ты знаешь, сколько капитолийцы платят за маленького милого новорожденного?” Нил не знал, но в любом случае это был риторический вопрос. “Им не нравится, когда милый новорожденный подрастает. Кто-то всегда любит приютить ребенка, только ненадолго.” Эндрю пожал плечами, как будто все это его не касалось. А может, и не касалось. “Вот тебе и ответ, Нил. Я вырос здесь.” Нил не знал, что сказать. Он не думал о такой возможности, и уж точно не ожидал, что Эндрю скажет ему об этом. Это казалось ужасно личным, о чем должны знать только близкие родственники и друзья, если они вообще есть. Эндрю оттолкнулся от перил. “Я займу свою очередь в другой раз.” Он оставил Нила на крыше и исчез внизу. Нил чувствовал себя неуверенно из-за честности Эндрю. Конечно, оставалось еще несколько деталей, например, как он нашел Аарона и Ники. Но это были вопросы, которые Нил должен был задать, если хотел узнать ответ. И Эндрю, вероятно, расскажет ему. И вдруг Нил понял, как привлекательно говорить правду. Не кому-нибудь, а именно такому человеку, как он, потому что какое это имело значение? Эндрю мог сказать Нилу, что украл любимый галстук Кенго, и это не имело бы никакого значения, потому что через несколько дней Нил был бы мертв. А если Нил не умрет, то умрет Эндрю. В любом случае, каждый маленький секрет, разделенный между ними, больше не будет иметь значения. Нил оглядел освещенный Капитолий, раскинувшийся перед ним. Он не доверял Эндрю, но если бы захотел, то мог бы рассказать ему все.