Хочу домой

Надкусил яблоко, подаренное старушкой. И правда: сладкое. Как он и думал. Другое дать она и не могла.       Сладость на языке перебил новый попутчик. Юноша даже не успел толком передохнуть, как увидел в дверном проёме чьё-то угнетающее выражение лица. Быстро спрятал карты в свой ранец. Сразу понял, что с этим пассажиром он играть не захочет. Недоеденное яблоко закинул туда же. Потом выкинет.        Признаться, он ни разу в своей жизни не видел человека, которому слово «коренастый» подходило бы больше, чем этому мужчине. Маленькое, но мускулистое тело, короткие ноги и широкие плечи, с ним при себе только небольшая спортивная сумка. Он уверенно прошел внутрь и сел напротив. Смотреть на него не хотелось. Особенно в глаза.        Внешнее напускное спокойствие прятало безумие, отдающееся эхом в зрачках. Простой человек не заметил бы, но юноша слишком хорошо чувствовал человеческий взгляд, и то, что может за ним скрываться. А в этих глазах пестрила жестокость. Она переливалась звериной свирепостью. У человека с таким взглядом не может быть чистого сердца. Где-то там, в глубине, есть только одно: бешенство.        — Ты тут один? — первый вопрос и уже звучит странно. По сравнению с прошлыми попутчиками, этот казался даже опасным.        — Нет. Я с братом. Он в вагоне-ресторане.        Хотелось произвести впечатление уверенного и смелого человека. Нахохлить гриву, чтоб выглядеть больше. Принять защитную стойку, чтобы не казаться слабым. Перед такими людьми нельзя выглядеть хрупко. Главное — не ошибиться.       — Меня Виктор зовут, — мужчина протянул увесистую сухую ладонь. Пальцы, покрытые волосами. Чистый тестостерон, — а тебя как?        «Это не его имя. Я знаю. Его зовут не так» — мысли сами закрались в голову. Этот человек не скажет и капли правды. Это видно по глазам.        Вдруг подумалось: а что было бы, будь на месте второго попутчика сам юноша? Смог ли бы он углядеть в своих же глазах вечную ложь? Почувствовать все душевные перипетии, сокрытые в одних только зрачках? Неужели в нем также просто можно разглядеть лживую натуру, как и в этом мужчине? Не может быть. Не зря же он учился лгать с самого раннего детства. Не зря же он выдумывал для отца убедительные оправдания каждый раз, как был в чем-то уличён. И ложь его выкрывали только тогда, когда он сам этого хотел.        — Меня зовут Толик. А вы далеко едите? — спросил вдруг парень, а попутчик удивленно поднял густые черные брови. То ли его так тронул ответ, то ли имя, которое озвучил юноша.        — Хорошее имя. У моего сына такое же… Я недалеко, через пару остановок выхожу, — мужчина задумчиво уставился в окно. На смазанный горизонт полей, увлекающий вдаль. На тонкие, иногда тут и там проскакивающее, сосны. Скоро будет лес. Скоро будет конечная остановка.         «Нет у него сына» — юноша снова услышал ложь. Ему хотелось сказать об этом, чтобы увидеть реакцию, но он побоялся рисковать. Этот человек явно лжет не без причины.   Появилось желание выйти в коридор. Но, почему-то, упускать этого кадра из виду не хотелось. Казалось, что если хоть на секунду свести с него взгляд, то он что-то натворит. — А тебе сколько лет, малой?        — Восемнадцать через пару дней будет, — снова сказал неправду. Он боялся, что любое его слово легко сможет стать рычагом давления.        — А ты подзаработать не хочешь?       Теперь нужно было решить, что ему дальше делать. Последовать порывам любопытства и хотя бы узнать, в чем заключается работа, или тут же отказаться и остаться в сладком неведении. Потому что даже информация может дорогого стоить.        Хотя… чего уж ему терять. Он буквально с утра планировать лечь под поезд, не думая об альтернативах. Ему не должно быть страшно даже под угрозой смерти. Но отчего в душе эта паника, стоит только поймать взгляд попутчика?       — В чём заключается работа?        — Сильно любопытный? Я ему деньги предлагаю, а он… — мужчина грубо хмыкнул и сложил мясистые руки на груди, — да так… Работка не пыльная. Просто нужно кое-кого отвлечь на кое-какое время. Ничё такого.        Ясно. Приглашают в соучастники за вшивые копейки. Пожалуй, стоит отказаться, пока ещё не завербовали в криминал. Деньги ему нужны не настолько сильно, чтобы рисковать своей свободой. Он пока ещё не до такой степени отчаялся. У него ещё есть один шанс. Пусть и маленький. Лишь бы его ждали там… в конце пути.        — Пожалуй, откажусь, — он качнулся от движения поезда и поднялся на ноги. Мужчина тут же поднялся вместе с ним. Хоть странный попутчик и был ниже ростом, все равно он казался куда более устрашающим, нежели юноша. Чего только стоили эти ненормальные глаза, с каждой секундой ещё сильнее выжигающие душу. Они смотрели в самую глубину, а парень, казалось, с каждой секундой сильнее зарывался в пол под давлением этого дикого взгляда.       — Чай, кофе? — двери купе открыла проводница, которая так сильно раздражала юношу. Но в этой ситуации она была очень кстати. Если бы не она, кто знает, что произошло бы… Тряхнув белыми кудрями она посмотрела сначала на одного пассажира, затем на другого. Задержалась на странном мужчине глазами и укатила дальше, не ожидая ответа.         — Не переживай, малой, — попутчик похлопал юношу по плечу. Затем тихо, почти неслышно, добавил, — я мужиков не трогаю.        И вышел из купе вслед за кудрявой леди.        Эти тесные два метра помещения заполнились запахом страха до краев. Будь это другой человек, юноша бы и глазом не повёл от такой угрозы, но этот мужчина… С ним было что-то не так. Поэтому просто так пропустить мимо ушей его слова было нельзя. Но и что делать с ними — тоже неясно. Милиции будет глубоко плевать на такие заявления. Поэтому пока решил просто запомнить. Держать в голове до тех пор, пока не понадобится. Лучше бы не понадобилось.        — Боже, кто это такой грозный? — молодая девушка стояла у двери купе, поглядывая на ушедшего попутчика. Затем без запинок вошла внутрь, — я первый раз на поезде катаюсь. Очень быстро потерялась. Хотя, казалось бы, как…        Она хихикнула и присела напротив. Поезд остановился.        — Такие долгие остановки. Я надеялась, что приеду куда раньше, — она болтала сама с собой, поглядывая на небольшую станцию за окном. Глаза добрые и честные. Карие. Как дома. Заблудшая попутчица выглядела уставшей, но взгляд ее не покидал оптимистичный настрой.        — Мне нравится эта атмосфера. Так и тянет на приключения, да? — она ни разу не получила ответ, но продолжала говорить. А парень все ещё не мог отойти от безумного взгляда ушедшего пассажира. Куда он ушел и надолго ли?        «Скорее бы доехать» — вдруг отразилось в голове. Ему все не терпелось, наконец, узнать итог его пути. Мыслей выйти пока не наблюдалось. Значит, он готов добраться до конца. Сколько бы людей не покидало это купе, ни один из них не пошатнул его желание добраться до последней остановки. Только подкрепил. У него больше нет вариантов. Нужно увидеть дом.        — Я хотел бы ехать вечно, — вдруг сказал он. «Да я же сам себе противоречу».        — Да… дорога к цели всегда полна предвкушений.        А в окне творились чудеса. Они уже ехали дальше, наблюдая позеленевшие поля.  Поодинокие деревья не закрывали горизонт, почти полностью оголяя яркую полоску рыжего заката. Скоро начнёт темнеть.        Если его никто не встретит, придется ночевать на вокзале вместе с бездомными. Или выполнять заказанное самим собой ещё с утра. Главное до тех пор не пустить в свое сердце отчаянье. Дать ещё один шанс надежде.        — Неужели все может так просто закончится? — не заметил, как спросил сам себя вслух.        — Если ты не хочешь, чтобы это заканчивалось, то и заканчивать не нужно. Всё просто, — девушка продолжала упорно смотреть в окно. Закатное солнце озаряло ее лицо, отливая русые волосы золотистым цветом. Ей хотелось верить, что бы она ни сказала.       Тишина с этой попутчицей воспринималась, как живой разговор. Даже молчание казалось очень интересным. Настроением она чем-то напоминала первую попутчицу — старушку. Потому что рядом с ней ощущение, будто она знает что-то важное, не покидало юношу. У нее хотелось просить совета. Но это только первое впечатление, только благодаря ее глазам.        — Я еду домой, — он сказал правду.        — Я тоже.         — К своей первой любви. Этот человек пропал на несколько лет и вчера написал мне СМС. А я этим же утром сел к нему на поезд, — ему почему-то становилось легче с каждым словом. Он и не думал, что говорить правду может быть так приятно. Попутно вспоминал последний день, который провёл с этим человеком.        Тогда им было по 12, они снова выдумывали какие-то изощрённые игры. Тогда ещё их воображение не было ограничено обывательским мышлением. Они могли нафантазировать что угодно. И поэтому создавали миры. Со своим укладом, законами и созданиями. Они были воинами Светового дня, сражающимися против Темных воителей. Конечно, свет побеждал. Попутно им помогали сказочные существа, владеющие магией. И это было настолько весело, что эти истории заполняли даже сны. Тогда и сны были яркими, будто фильмы. Он вспоминал этот последний день игры, когда стоял у дверного звонка. Снова и снова нажимал на кнопку и в его сознании появлялись образы: два могущественных героя, их верное существо и толпа врагов, которая их окружила. В тот день герои впервые проиграли. Потому что были не вместе.        — Я тоже, — ответила попутчица. Наконец, она отвернулась от окна. Посмотрела прямо в глаза напротив, — как тебя зовут?        — Я не люблю свое имя, — и снова правда, — это имя моего отца.        Ему никогда не нравилось, что его назвали в честь родителя. Всегда было ощущение, будто он — просто копия папы. Просто маленький клон, который не способен быть индивидуальным. Это ставило в тупик, опускались руки. Он не хотел быть похож на отца.        Ее глаза озарились светом. В тот момент парень уже знал, о чем она сейчас скажет. Потому что вспомнил ее. Узнал. И как он раньше не понял? Позабыл свое сердце, не узнав эти карие глаза. Они были не просто похожи на глаза первой любви. Это были они. — Я знаю. Костя, твое имя — только твое. Ты — не твой отец и ты никогда им не будешь. Не думай, что ты просто его тень. Ты совсем другой. Ты — герой. Мой герой.        Молчание. Это то, что он так хотел услышать пару лет назад. Узнать, что его любовь взаимна. Что он особенный и никогда не будет кем-то другим. Что ему не нужно врать, чтобы быть счастливым.        — Саша, почему ты на этом поезде? — Костя оглянулся. Они все ещё были в купе только вдвоем. Странный попутчик и не собирался возвращаться. Ну и отлично.        — Потому что тебе надо поменьше спешить. Когда ты написал, я уже ехала к тебе. Пришлось возвращаться, чтобы тебя, идиота, встретить.        Саша пересела на сторону, на которой сидел ее друг. Взяла его за руку. Так мягко и нежно. Как он и мечтал. От нее исходил все тот же аромат, что и несколько лет назад. Сладости и детства. Аромат дома.        — Я сегодня такую милую бабушку встретил. Она мне свой адрес дала. Съездим к ней как-то на чай? — свободной рукой Костя достал из кармана листочек. Развернул.        «Живи, ибо жизнь твоя — это дар». Затем — адрес и телефон.        Эта женщина действительно была очень проницательна. Ибо откуда ей знать, насколько сильно нужны были ему эти слова.        После того, как он разочаровал родителей выбором своего будущего пути, они тут же от него отреклись. Хорошие родители так никогда бы не сделали, но этим людям он давно не был родным. Это надломило, но было недостаточно, чтобы сломать. А затем все проблемы потекли снежным комом. Пропали все желания. Даже цель, из-за которой он рассорился с близкими. Всё отошло на второй план. А затем — СМС от нее. От Саши. От первого и единственного друга, от первой любви. И это стало последним шансом. Дорогой к дому.  Он с ней и она держит его за руку. Он вдруг вспомнил свою цель. А это значит, что он добрался до конечной точки. Он дома.