Магия от-кутюр

      «Меня зовут Эванна, фамилию свою я говорить не буду, это ведь пустая трата времени, все и так знают обо мне. Куда ни глянь: «Эванна тут», «Эванна здесь». Ладно, открою вам завесу тайны, не хочу мучить вас сильно, это ведь только начало. Я, наверное, вас уже утомила.       Всё-всё.       Раньше меня звали Гермионой. Но чувствовала я себя всегда Эванной. Я родилась в самом сердце Лондона. Это было прекрасное время, далекий 1980 год. Сейчас на дворе 2008, но суть истории от этого не меняется. Я родилась… Звучит уже достаточно угрожающе. Мамочка называла меня Мионой и считала милой девочкой с пушистыми и кудрявыми волосами, миленькими веснушками и курносым носом. Мне, конечно, вся эта муть с розовыми соплями не нравилась, но мамочка была добра ко мне, а я была лишь непослушной девчонкой.       Сколько себя помню, всегда что-то рисовала, а потом шила одежонку для своих кукол. Их у меня было хоть отбавляй. Как сейчас помню: Алеся, Кира, Рима, Мари, Роксана, Лина, Лана, Сива, Вира. Я помню имя каждой.       Когда мне исполнилось шесть, меня отправили в школу, где я и правда была паинькой, но это продолжалось ровно до десяти лет. Это было так скучно, что я устала. Ну, и как вы понимаете, началась разгульная жизнь. Каждый день в моем личном деле появлялось черное пятно. Оно говорило о том, что хорошая средняя школа мне не светит. Честно, мне было всё равно. У меня были иные цели. Например, стать дизайнером одежды и открыть свой модный дом. Я всегда залипала на красивые витрины на улицах Лондона, но некоторые выглядели так отвратительно, что мне было стыдно за них.       И вот, когда мне стукнуло двенадцать, моя жизнь повернулась на 180 градусов. Умерла мамочка, а я попала в детский дом, где и познакомилась с тремя моими друзьями. Один из них в будущем станет моим парнем. Упс, кажется, спойлер. Вернемся к друзьям. Гарри, Джинни и Рон стали моей семьей. И мы такой движ устраивали в детском доме, что нас рассаживали по углам и заставляли думать над своим поведением. Но мы всегда придерживались мнения, что «злая тетка нам просто завидует. Мы можем дурить и не слушаться, а она себе такого позволить не может».       Так, постепенно мы достигли совершеннолетия и вышли из этой тюрьмы под названием «Сиротский приют миссис Линс» во взрослую жизнь. А дальше вы можете заметить, что я стала лучше учиться. Я узнала о прекрасном институте Моды, окончив который, можно было отправиться на стажировку во Францию. Но ни того, ни другого я в итоге не получила — это тоже прозвучало как спойлер.       — Начни уже о самом главном, — буркнул мужчина, потягивая кофе из кружки.       — Замолчи, ты еще в моей жизни на тот момент не появился.       — Лучше бы я этого и не делал.       Впрочем, в моей жизни за последние годы появилось очень много людей. Некоторых я хочу забыть, а некоторых — боюсь потерять. Поступив в институт, я работала над своим талантом, мне казалось он есть, и да, я не ошиблась. Все преподаватели хвалили меня, тогда я и выкупила за гроши у какого-то странного мужичка старый склад. В руках оказались ключи, а на плечах — тяжелая ответственность и первые проблемы в виде нехватки средств. Тут-то и пришли на помощь мои друзья. Рон, Гарри и Джинни помогли сделать из склада что-то похожее на уютный домик. Так, втроем мы начали жить там, а Рон продолжал жить у себя на съёмной квартире.       Я и не обижалась.       Так, комнаты я начала заваливать манекенами, эскизами и тканями. О да, тканей было море.       А каждый вечер пятницы я покупала свежий номер модного журнала, надеясь увидеть там новую коллекцию Северуса Снейпа. Часто удача поворачивалась ко мне лицом».       ***       Высокий, широкоплечий мужчина средних лет, сидел в черном кресле. В полумраке комнаты медленно, но верно тлела сигарета. Он потянулся к папке, которая лежала на столе, и повернулся лицом к окну. В центре его кабинета стояла девушка, нервно переминаясь с ноги на ногу и ожидая вердикта от того, в чьих руках сейчас была судьба несчастной студентки, только что окончившей престижный институт Моды.       — Что… Что вы можете сказать на этот счет? — тихо спросила она, не отводя взгляда от своих дрожащих рук.       Мужчина не торопился отвечать. Сделав затяжку и выдохнув тонкую струйку дыма, он соизволил наконец открыть папку. Девушка не видела выражение его лица и не могла угадать его эмоций. Она лишь надеялась, что он не встанет и не подойдет к урне, чтобы выбросить её работы.       — О чем вы думали, когда рисовали эскизы? — Студентка нервно сглотнула и попыталась мысленно сформулировать свой ответ, и у неё это даже получилось. Сжав сильнее кулачки, она открыла рот и… — Молчите. — Он согнул руку в локте, девушка вздрогнула. — Я вижу, что вы вовсе не думали. Это летняя коллекция, зачем все эти рюши, которые спускаются вниз по талии?       — Сейчас это…       — … модно? — он повернулся к студентке. — Модно это было лет за тридцать до вашего рождения, когда еще я пешком под стол ходил.       — Я хотела разнообразить… — пыталась оправдываться девушка, делая неуверенный шаг чуть ближе к рабочему столу своего ректора.       — Рюши здесь явно лишние, — он выдернул листок из альбома. — Эти рукава отвратительны, — еще один лист полетел в урну. Студентка закусила губу. — Что это? — с отвращением в голосе спросил он. — Ужас.       — Я лучшая студентка этого института за последний век, — она попыталась оправдаться.       — Гермиона Грейнджер, — он оценивающе посмотрел на очередной эскиз, — с кого вы берете пример?       — С какого дизайнера? — переспросила Гермиона. Мужчина кивнул, выдергивая следующий лист и выкидывая весь альбом. Эскиз, который остался у него в руках, он положил в стол. Глаза Гермионы расширились от увиденного, она два месяца готовила этот проект, и где он сейчас?       — Именно.       — С Северуса Снейпа, — робко ответила она.       — Я не удивлен, кажется, весь институт придерживается этого, — ректор закурил еще одну сигарету и взглянул на Гермиону. — Что я могу вам сказать? — он облокотился на стол. — Вам нужен опыт, опыт в работе с людьми.       — Я с самого детства мечтала стать дизайнером, с первого раза поступила в это заведение, хотя многие студенты не могут похвалиться таким достижением! Я лучшая, все профессора говорят об этом.       Ректор выгнул бровь, заметив, как Грейнджер со всей силы сжала свои руки в кулачки.       — Очень мило, что вы злитесь, — заметил он. — Но, боюсь, что мечтать, — это лишь один процент успеха. Работа, работа и только работа. Вы должны работать, чтобы получить желаемое, либо вы будете дома радовать любимую мамочку красивыми платьицами с рюшками, — она стыдливо поджала губы. — Завтра вы забираете свой диплом и идете устраиваться на работу.       — Работу?       — Именно, — ректор откинулся на спинку кресла. — Три минуты назад вы сказали, что берете пример с Северуса Снейпа, так что для начала я советую вам устроиться на работу в его офис. Да хоть бы секретаршей.       — Кем? — не поняла Гермиона.       — Если вы включите мозг и чуть-чуть меня послушаете, то поймете, что, находясь с ним в одном здании, вы только выиграете. Каждый год в начале июня в его отдел требуется секретарша, окончившая институт моды. Лишь одна из миллиона может получить эту работу.       — То есть, вы думаете, я смогу работать… секретаршей? И что мне это даст?       Ректор встал со своего места и подошел к теперь уже бывшей студентке.       — Вы задаете много вопросов, очень много. Идите отсюда. Вы здесь больше не учитесь.       Гермиона сжала челюсть и, пробормотав себе под нос что-то похожее на «надеюсь, мы больше не увидимся», вышла из его кабинета.       Пройдя через темный коридор, она вышла на улицу и вдохнула полной грудью. Завтра она в последний раз переступит порог этого института, где оставила пять лет своей жизни.       — Эй! — Грейнджер обернулась, к ней шла Кира — соперница и однокурсница, бывшая однокурсница. — Не взял?       Кира смотрела на неё, не отрывая глаз, и Гермиона почувствовала себя некомфортно под таким оценивающим взглядом. Её однокурснице было двадцать три года. Длинные русые волосы, голубые глаза, густые ресницы и пухлые губки, а также ямочки на розовых щечках — все эти внешние качества, казалось, говорили о том, что Кира — невинная овечка, милая и добрая. Но, как бы банально это не звучало, картинка не соответствовала содержанию.       — Нет, — буркнула Гермиона.       — Жаль, — Кира надула губки. — С другой стороны, на стажировку во Францию едут лишь лучшие из лучших, кажется, ты немного переоценила свои возможности. Ну, ничего страшного.       — Слушай, если ты закончила свой монолог, то я, пожалуй, пойду, мне не интересно твоё мнение, — Гермиона направилась в сторону автобусной остановки, когда услышала небрежно брошенное ей вслед:       — Удачи!       Этот ехидный тон Гермиона запомнит навсегда. А теперь давайте разберемся, кто такая Гермиона Грейнджер, и с чем её едят.       Это девушка двадцати пяти лет, которая живет и дышит лишь модой. Ее жизненные цели до банального просты: стать модным дизайнером и показать всем, что она хоть чего-то да стоит, но пока она добилась лишь красного диплома, который вряд ли откроет ей двери в модный дом.       Живет Гермиона на складе, который оборудовала под себя и свои хотелки. Куда ни глянь, везде можно было наткнуться на дизайнерскую атрибутику: там стенд с эскизами, здесь манекены, стол и швейная машинка. Идеальное место обитания для начинающего и не совсем доделанного дизайнера модной одежды.       Встречается эта особа с парнем, которого знает с двенадцати лет. Он, конечно, ничего не смыслит в моде, но старается во всем поддерживать её. Больше всего Гермиону забавляют умозаключения Рона. Он всегда старается сделать умное лицо, задумывается, а потом серьёзным тоном выдаёт: «Хмм, вот там серая хрень у горла странно смотрится. А почему бант на талии, а не на спине? Выглядит так, будто она — подарок». Гермиона на это по обыкновению закатывает глаза и выхватывает из его рук альбом со словами: «Ничего ты не понимаешь». А Рон никогда и не отрицал её слов, ведь она была права.       Гермиона открыла дверь ключом, держа в одной руке бумажный пакет из соседнего японского ресторанчика, а в другой — большой черный альбом.       — Можно было и позвонить, что собираешься вернуться пораньше, я бы встретила, — начала рыжеволосая подруга, забирая из рук Гермионы пакет. — Опять альбом? Такое ощущение, что в том магазине тебе дают их бесплатно.       — Вообще-то, — она сняла с плеч мышиного цвета пиджак и вытащила из заднего кармана джинсов визитку, — у меня скидка 50%.       — А, ну это многое объясняет, — кивнула Уизли и принялась вытаскивать всё содержимое пакета. — Мой любимый тартар? Ты лучшая, Грейнджер, ты это знаешь? — Джинни широко улыбнулась и вприпрыжку бросилась за ложкой. Открыв коробочку с тартаром и с наслаждением вдохнув аромат блюда, она облизнулась, в предвкушении вкуса любимой еды. — Как успехи? Уже чемодан собираешь? — с набитым ртом спросила она. — Ой, — Джинни вытерла губы тыльной стороной ладони и продолжила жевать.       Гермиона натянуто улыбнулась, усаживаясь на стул рядом с подругой, и продолжила распаковывать пакет. Джинни непонимающе смотрела на молчаливую подругу.       — Как прошёл твой день? — глупо полюбопытствовала Гермиона, не смотря на подругу. — Эй, — она отложила коробочку и небрежно сунула туда ложку, — ты чего, подруга? Он не взял? Ты не едешь, что ли?       Грейнджер кивнула, едва сдерживая слезы.       — Гарри оказался прав, возьмут богатенькую девчонку, которая вообще ничего не смыслит во всей этой чертовой моде. — Джинни чуть наклонилась в сторону Гермионы и обняла её за плечи. — А ведь самое обидное, что без денег ты никто, будь ты хоть в тысячу раз талантливее остальных, никому ты не нужна в этом мире.       Входная дверь со скрипом открылась, и показались сначала пакеты, а потом и Рон с Гарри.       — Да проходи ты быстрее, — пробормотал Уизли вслед Гарри, который случайно уронил ключи, промахнувшись мимо кармана. — Гермиона, ты уже пришла? А мы хотели устроить тебе сюрприз. У нас же праздник! Не каждый день моя девушка отправляется в Париж работать… — вдруг Рональд получил толчок в бок от Поттера, который, обратив внимание на настроение девушек, понял, что лучше заткнуть друга.       — Что случилось? — спросил Гарри, поставив пакеты на пол.       — Не взяли меня в Париж, слишком бедная или всё же неталантливая. Ректор выкинул весь мой альбом. Я готовила проект два месяца, а он за пять минут… — чуть ли не мямлила Грейнджер, стараясь проглотить слезы. — Он посоветовал идти к Северусу Снейпу.       — К Снейпу? — воскликнула Джинни. — К Северусу Снейпу? Он же самый известный дизайнер во всей Британии.       Рон протянул Гермионе белый носовой платок, она приняла его и благодарно кивнула. Затем пожала плечами, высморкнувшись, шмыгнула носом еще раз, и отложила платок.       — Да что этот ректор понимает в моде, ему там под шестьдесят, верно? — Гермиона кивнула. — Ну вот, он ничего не смыслет. Нужно брать выше и показать свои работы такому, как этот Снейп, — предложил Гарри. — Не зря же ты все эти журналы покупаешь. Например этот, — он взял в руки первый попавшийся журнал и, вернувшись за стол, наугад открыл страничку. — Смотри, крутое платье.       — Это не его работа, — выдохнула Гермиона, снова сморкаясь в платок. — Открой страницу семь.       Гарри быстро нашел нужную страницу.       — Ну вот, — он поджал губы. — А почему все наряды черно-белые?       — Ничего вы не понимаете, это «черно-белая» коллекция, — Грейнджер выхватила из его рук журнал. — Прекрасные работы, не зря же он лучший. В двадцать три года он уже открыл свой модный дом. У него прирожденный талант, — она грустно вздохнула, рассматривая фотографии. — Мне далеко до него.       — Да чего в нем такого? — Рон вскрыл коробку с сухим завтраком. — Может, он душу дьяволу продал? Мне вот двадцать пять и у меня нет псих домов.       Джинни прыснула.       — Модный дом, идиот, — хихикнула Уизли, облизывая ложку. — И вообще, ты просто ничего не делаешь, но отчасти ты прав, псих дом по тебе плачет.       Стопка салфеток полетела прямо в Джинни, но она успела увернуться.       — Ой, ой, сколько ему сейчас? — передразнил Рон свою сестру. — Сколько ему сейчас? Он старый, наверное. — сказал он, помешивая хлопья в тарелке.       — Гарри, возьми журнал со второй полки, самый первый, — Гермиона взяла ложку и принялась есть из тарелки Рона, тот сделал вид, что не заметил. Поттер почесал затылок и чуть наклонился.       — Сколько у тебя их? — поинтересовался он, найдя наконец нужный журнал.       — Двести пятьдесят четыре — спокойно ответила она, запивая хлопья соком, который ей принесла Джинни. Рон от услышанной цифры поперхнулся, теперь уже Гермионе пришлось сделать вид, что она ничего не заметила. Она взяла в руки журнал и начала листать. — Ему сейчас тридцать пять лет. О его личной жизни вообще ничего не известно.       — Это же так скучно, — проговорила Джинни. — Вся женская половина его команды, наверное, на него слюнки пускает.       — Мне это не интересно, — отрезала Гермиона, сгребая в охапку все журналы и новый альбом.       Друзья посмотрели ей вслед, а Джинни, выдохнув, продолжила есть тартар.       — Вот кто тебя за язык тянул? — зашипел Гарри, убирая тарелку со стола и выкидывая салфетки, которые раскидал Рон. — Для неё это важно.       Гермиона села за свой рабочий стол, скидывая со столешницы ненужные листы прямо на пол, раскрыла альбом и вдохнула запах новых листов. Она поджала губы и посмотрела на стенд, где висели эскизы. Заточив простой карандаш, она представила в уме фасон и стиль новой работы и начала творить. Аккуратно, почти невесомо касался грифель карандаша идеально белого листа. Прикусив кончик языка, свободной рукой она придерживала угол альбома.       — Прости, если обидела, — на стул рядом с Гермионой села Джинни, ставя кружку с горячим чаем на её стол. — Я ляпнула, не подумав. Я буду очень рада, если ты осуществишь свою мечту. Всё, что ты делаешь — это круто, правда. И Снейп этот будет полнейшим идиотом, если не возьмет тебя на работу.       Гермиона взяла кружку и посмотрела на Джинни, которая улыбалась такой милой улыбкой, от которой на щеке появилась ямочка. Она считала это очень привлекательным, а ещё веснушки, разбросанные по всему её телу. Джинни была ярким лучиком в тусклом и сером Лондоне.       — Я не обиделась, но за чай спасибо, — она сделала глоток из черной кружки. — Завтра в восемь утра заберу диплом и сразу побегу испытаю свою удачу.       — А резюме или…       — Всё уже готово, — поспешно ответила Гермиона. — Остается лишь молиться.       — Молиться на него или за него? — захихикала Джинни, Грейнджер закатила глаза.       — Сейчас точно обижусь! — она встала с места, выдергивая из альбома уже готовый эскиз и вешая его рядом с другими. — Но если получу эту работу, твои слова окажутся верными.       На следующие утро Гермиона проснулась не от будильника, который завела вчера поздно ночью, или точнее будет сказать сегодня, а от звонка в дверь. Она перевернулась на другой бок и, вытащив подушку из-под ноги, прижала её к голове, пытаясь заглушить все посторонние звуки, которые мешали ей доспать эти несчастные минуты.       Но незваный гость продолжал звонить, а она, зажмурившись, ждала, что два других жильца этого дома соизволят наконец встать и открыть дверь. Но, спустя ещё три долгих звонка и громких стука, она не выдержала, швырнула подушку в кресло и неловко выбралась из теплой постели.       — У нас что, все вымерли? — недовольно прокричала Гермиона, оказавшись в маленькой гостиной. — Вы кто? — раздраженно спросила она, открыв дверь. На пороге стоял незнакомый парень лет двадцати, на лицо его небрежно спадала челка, на голове была странного вида кепка, спортивные штаны и непонятная футболка c надписью «Marvel».       — Извините, что так рано. Моя смена подходит к концу, а заказ отдать нужно, — он таращился на девушку, которая зло сверкала глазами. — Вы ведь Гермиона Грейнджер? — дождавшись ответного кивка он продолжил: — Поставьте, пожалуйста, подпись здесь, — он протянул ей планшет, куда был вставлен бланк. Гермиона сонными глазами взглянула на лист бумаги.       — Ой, простите, я совсем забыла, — поставив свою подпись, она вернула планшет в руки курьеру, который немного неуверенно улыбнулся.       — Ничего, я привык, — пробормотал молодой человек. — Спасибо за покупку. — Он протянул ей тяжелую коробку и ушел, даже не попрощавшись.       Гермиона закрыла дверь и прижалась к ней спиной, разглядывая большую коробку, которую держала в руках.       — Чего бухтишь? — в прихожую вошла Джинни. — Я не слышала.       Грейнджер кивнула, проходя мимо нее. Джинни медленно поплелась за ней. Широко зевая, Гермиона села прямо на пол, по дороге взяв со стола канцелярский нож, чтобы вскрыть коробку.       — Я уже и забыла про тебя, родная, — проговорила Гермиона и прикусила кончик языка. Она ловко провела лезвием ножа по коробке, разрезая скотч.       — Кофе сделать?       — Да, пожалуй, — кивнула она, с восхищением рассматривая свою новую покупку. Джинни покинула комнату, а вместо неё появился заспанный Гарри. Он сел в кресло и взъерошил свои и без того непослушные волосы.       — Нет, бы с утра в ванную сходить, она за посылку хватается, — пробормотал он и взял с журнального столика песочное печенье.       Грейнджер покачала головой и закатила глаза.       — Нет, бы для начала сходить в ванную, он сразу же начинает есть, — парировала она.       Гарри на её слова ничего не ответил, продолжая жевать печенье, которое только вчера купил.       Джинни гремела на кухне посудой, напротив нее сидел Гарри и грыз печенье — Гермионе это казалось таким обыденным и привычным, больше половины своей жизни она провела рядом с этими людьми. Гермиона уже не могла представить себя без них. Кто как не Гарри будет печь для неё свой фирменный лимонный пирог? Кто как не Джинни будет постоянно куда-то опаздывать?       В комнате Гермионы зазвонил будильник. Вот и прошли те самые несчастные минуты, в течение которых она могла ещё понежиться в теплой, уютной постели. Встав с пола, она собрала обрывки скотча и другой ненужный мусор.       — Иди собирайся, — проворчал Гарри. — Я выброшу.       Она кивнула и бросилась в ванную. Гарри поджал губы и принялся собирать остатки мусора.              Гермиона стояла перед зеркалом и смотрела на своё отражение. Мокрые волосы спадали на худые плечи и ключицы, а под глазами залегли тени.              «И как давно у тебя, Гермиона, синяки под глазами?» — думала она, придирчиво всматриваясь в свое лицо. Она всегда старалась следить за своей внешностью, но последние два месяца выдались очень тяжелыми — подготовка к сдаче проекта, от которого зависело ее будущее. Но, как мы уже знаем, возможность отправиться на стажировку в Париж выпала совершенно другой студентке, а Гермионе теперь придется довольствоваться тем, что есть. Но у неё всё ещё остается шанс, который она использует сегодня.       — Слушай, — Джинни поставила перед Гермионой кружку с ароматным кофе, — если ты не получишь эту должность, то сильно не расстраивайся. — Грейнджер обхватила кружку ладонями, глядя как она села рядом и посмотрела на Гарри. — Значит, не судьба.       — Знаешь, когда ты начинаешь меня успокаивать, мне становится некомфортно.       — Ладно, — она хлопнула в ладоши. — Тогда, если возьмут, то с тебя винишко.       Грейнджер в очередной раз закатила глаза.       Стоя у входной двери, Гермиона рылась в своей сумке и не понимала, откуда в её дне взялась дырка. Джинни сидела на пуфике, который находился в прихожей, и пила горячий чай. Грейнджер, нервно стянув обувь, пулей метнулась в свою комнату. Вытряхнув из рваной сумки все вещи, она взяла старый шоппер и сложила всё туда.       Посмотрев еще раз на сумку и на дырку, которая каким-то образом там появилась, Гермиона небрежно бросила её в кресло и прошла в другую комнату, где были ткани. Она открывала дверцы шкафчиков и заглядывала внутрь, пока не наткнулась на сюрприз на одной из полок.       — Твою мать! — воскликнула она. — Кыш отсюда! — Гермиона дернула ткань, и три мыши упали на пол. Инстинктивно отскочив, она врезалась спиной в другой шкаф и, нахмурившись, зашипела от боли.       Вредители разбежались в разные стороны, а Гермиона, с ужасом посмотрев сначала на испорченную ткань, потом на наручные часы, поняла, что опаздывает. Чертыхнувшись себе под нос, она наскоро запихала ткань обратно и вышла из комнатки.       — Что случилось? — Гарри только что вышел из ванной, его волосы все еще были влажными, а футболка — в маленьких мокрых пятнах.       — У нас завелись мыши, — она спешно завязывала шнурки на кроссовках. — Погрызли мою черную сумку и ткани, нужно как-то с этим разобраться. — Выпрямив спину, Гермиона одернула блузку.       — Мыши? — ошарашенно переспросила Джинни, медленно вставая с пуфика.       Гарри скрестил руки на груди и посмотрел на Гермиону, которая в это время взяла с тумбочки ключи и помахала им рукой.       Выйдя на улицу, она быстро перебежала дорогу, пройдя по знакомым улочкам, и остановилась на автобусной остановке. Рядом с ней стояла молодая девушка, держа в руках маленькую белую собачку с розовым бантиком на голове.       Грейнджер засмотрелась на незнакомку и подумала, что было бы круто сделать парную коллекцию одежды. Есть много хозяев собак, которые обожают своих питомцев, а есть вообще ярые фанаты одежды для собак. Почему бы не совместить приятное с полезным? Возможно, некоторые хозяева захотят, чтобы их питомцы были еще больше похожи на них.       Сидя в автобусе, Гермиона из окна наблюдала за проносящимся мимо городским пейзажем и думала насчет предстоящего собеседования, на которое она отправилась без какой-либо предварительной записи.       «Всё же надо было позвонить и узнать, а вдруг уже кого-то взяли?» — промелькнуло у неё в голове.       — Я думала, что не встречу здесь никого знакомого, — спокойно проговорила Кира. Гермиона даже не стала оборачиваться и продолжила свой путь к кабинету ректора. — Тебе не жалко, что выпускного не будет? Вместе пять лет учились, а потом выступили против выпускного. Больше можем не увидеться, никто же не знает куда нас забросит жизнь, — воодушевлённо лепетала бывшая однокурсница Грейнджер. — Кто-то из нас может стать великим дизайнером одежды, а кто-то не добьется ничего.       — У меня нет времени на выпускной, — пробубнила Гермиона, надеясь, что с Киры будет достаточно, и она закроет наконец своей рот.       — Жаль, думаю, это было бы весело. — Она поджала губы, все так же шагая за Гермионой. — Хотя у меня тоже нет на это времени. Я улетаю на стажировку в Париж на два года. Представляешь, мои работы оказались самыми лучшими. — Она самодовольно ухмыльнулась.       Грейнджер замерла, и в груди её неприятно кольнуло. Она сжала свои кулачки и обернулась.       — Так это ты летишь туда работать?       — Ну да. — Кира пожала плечами. — Я же говорила: лучшие из лучших. В Париже много крутых дизайнеров, я познакомлюсь со всеми и стану как они, — уверенно продолжала она, широко улыбаясь, а Грейнджер стояла и думала о том, как сильно хочет стукнуть по ее миловидному личику, чтобы стереть с него эту гадкую улыбку.       — А почему ты не хочешь остаться в Лондоне? Можно ведь и здесь найти хорошего дизайнера, практика и тому подобное.       Кира нахмурила брови, покачала головой и зачем-то полезла в свою сумку. Гермиона вздохнула и развернулась, дабы не продолжать этот разговор. Она подумала, что и её однокурсница тоже не собиралась продолжать, но нет.       — В Лондоне есть только один хороший дизайнер — это Северус Снейп. И попасть в его команду практически невозможно. — Кира чуть ускорила шаг, догоняя Гермиону. — Но ты можешь попробовать. Думаю, у тебя что-то может и получится.       — Ты же сказала, что к нему на работу устроиться сложно, — заметила Гермиона.       — На хорошую должность, — проговорила Кира, смотрясь в маленькое зеркальце. — Не стоит расстраиваться, жизнь на этом не заканчивается. Подумаешь, мечтала с детства наряды шить и тому подобное. К сожалению, — она подкрасила уголки губ, — жизнь бывает несправедлива.       — Может, просто нужно иметь побольше деньжат в кармане? — прошипела Гермиона сквозь зубы.       Кира закрыла зеркальце и положила его обратно в сумочку.       — Даже не отрицаю, я же говорю: жизнь несправедлива. Кому-то всё, а кому-то — не всё, а совсем чуть-чуть.       — Талант за деньги не купишь! — воскликнула обиженная Гермиона. — И ты это знаешь. Заплатить и поехать на стажировку, когда студенты своими силами пытаются получить это место — это еще ничего не значит.       — Бла-бла-бла, — передразнила Кира. — Я вижу зависть в твоих глазах… снова… — последнее слово голубоглазая девушка сказала, противно растягивая гласные.       — Посмотрим, что с тобой будет через год. Ты будешь держаться на плаву, пока есть деньги, но и этот ресурс рано или поздно заканчивается.       Кира зло посмотрела на Гермиону, только она этого уже не видела, потому что в этот момент вошла в кабинет ректора, захлопнув дверь прямо перед её носом. Раскрыв рот от удивления, Кира дернула ручку и вошла следом.       — … Да, да, да, держите, удачи в будущем. Надеюсь, вы добьетесь своих целей в жизни. — Гермиона взяла в руки свой диплом. — Удачи и ещё раз удачи. Жаль, что пришло время нам с вами расстаться, — ректор протянул ей руку для прощального рукопожатия. — Спасибо, что выбрали наш институт. Знайте, что двери для вас всегда открыты.       Грейнджер утомила его сбивчивая, торопливая, заученная наизусть речь. Она была уверена больше чем на сто процентов, что он говорит это всем выпускникам, при этом надеясь больше с ними никогда не встречаться.       Но ей было всё равно. Сейчас главное, что она забрала последний документ, который связывал её с институтом.       Подойдя к двери, чтобы покинуть кабинет ректора, она наткнулась на прожигающий взгляд Киры.       — Прощай, моя дорогая, надеюсь мы больше не встретимся, — елейным голосом проворковала она и широко улыбнулась. Лицо при этом оставалось насквозь фальшивым, что она даже и не пыталась скрыть.       Грейнджер, ничего не ответив, оттолкнула плечом соперницу и вышла из кабинета как раз тогда, когда сзади послышалось:       — Рад вас видеть…       Некоторое время спустя, пройдя по пешеходном переходу мимо автобусной остановки, Гермиона спустилась в метро. Люди вокруг неё суетились, как мухи. Какая-то женщина, стоящая рядом, пыталась вытереть платком нос своему ребенку, чуть дальше стояла молодая пара, девушка что-то оживленно рассказывала парню, активно при этом жестикулируя.       Гермиона бросила взгляд на часы, потом на схему метро и поняла, что ей придётся ехать с тремя пересадками. Её всегда раздражали эти пересадки, особенно в те моменты, когда она торопилась.       Сидя в вагоне и рассматривая свои ногти, она почувствовала, что с ней рядом кто-то сел. Инстинктивно она чуть сдвинулась, даже не глядя на человека, севшего рядом с ней.       Пока Гермиона добиралась до нужной станции, чтобы сделать пересадку, она вновь и вновь обдумывала план действий, начиная от входа в здание и до выхода из него.       Наверное, самой страшной была кульминация всех её действий. В сотый раз она прокручивала в голове возможный ход собеседования и чаще всего приходила к выводу, что она не достойна места под солнцем в мире моды, и ей по большому счету ничего здесь не светит. Но пару раз Гермиона позволила себе помечтать о своём будущем, о прекрасном будущем. Она станет дизайнером, откроет свой модный дом, к ней придет мировая слава, и, наконец, она оставит свой след в высокой моде. Она уже и псевдоним себе придумала. Эванна — звучит очень красиво. А после того, как она чего-то добьётся, построит карьеру и будет уверена в завтрашнем дне — тогда она выйдет замуж, а потом, можно будет и о ребёночке подумать.       Поезд остановился на конечной станции, и Гермиона вышла из вагона. Казалось, в лондонском метро час пик был постоянно и не зависимо от времени суток, но тем не менее утром людей было особенно много. Проходя мимо них, она старалась не задеть никого случайно.       Выйдя на свежий воздух, ей показалось, что жизнь здесь кипит по-другому. Выдохнув, она направилась по нужному адресу, который нашла в интернете.       Спустя минут десять, Грейнджер остановилась возле высокого здания, и сердце её забилось сильнее. Почему-то в этот момент она захотела малодушно развернуться и, наплевав на мечту, броситься прочь. Не поверите, но ей стало страшно. Простояв так ещё минуту, она собрала всю свою волю в кулак и вошла в здание.       Её встретил просторный, светлый холл, тут и там на стенах висели фотографии моделей, а пол был покрыт белоснежным мрамором. Она хотела рассмотреть внимательнее место, в котором оказалась, но к ней вдруг подошла девушка примерно её возраста с папкой в руках.       — Вы на собеседование? — Гермиона смогла лишь неуверенно кивнуть в ответ. — Тогда я не понимаю почему вы опаздываете! — возмутилась она. — Быстро за мной. — Грейнджер в первые пять секунд совершенно не понимала, что происходит, но когда девушка развернулась и стремительно направилась вглубь холла, Гермиона поспешила за ней. — Меня зовут Лиса Найман. Я — старшая ассистентка Северуса Снейпа. Так как меня повысили, то ему сейчас также нужна ассистентка. Напомните, пожалуйста, ваше имя.       — Гермиона Грейнджер, — всё так же неуверенно пробормотала она, не совсем понимая, что происходит.       — Странно, мне казалось вас зовут по-другому. Ладно, это не важно, — они вошли в другое помещение, где стояло два стола, а чуть дальше была стеклянная стена, за которой скрывался кабинет. — Работа сложная, я даже не уверена, что ты продержишься здесь хотя бы месяц. Чтобы работать на него нужно иметь стальные нервы и терпение. Надеюсь, и то и другое у тебя есть, в противном случае можешь уходить прямо сейчас. — Гермиона снова кивнула. — Что ты киваешь? Не кивай! — Лиса отвлеклась на сообщение, которое пришло на ее мобильный телефон. Грейнджер заметила, как расширились её глаза. Она быстро вошла в другой кабинет и положила на стол стопку папок, которые всё это время держала в руках. — Не могла раньше приехать? — Она пронеслась мимо неё с чашкой кофе. Гермиона все так же растерянно смотрела на неё, пытаясь понять ситуацию, в которой оказалась.       Внезапно дверь распахнулась, и внутрь вошёл высокий статный мужчина, который, судя по его нахмуренному лицу, был очень зол.       — Я не понимаю, за что плачу вам деньги! — Гермиона обернулась на звук его голоса. — Неужели так трудно найти нормальную манекенщицу? Что стало с той предыдущей? Почему на неё не налезает ни одно платье, чёрт бы её побрал? Жрать меньше надо! В каком месте её зарекомендовали как лучшую модель?       — Я прошу прощения, — проговорила Лиса, — это моя вина, я…       — Конечно, ваша, не моя же! — он скинул с плеч чёрное пальто, Найман ловко его поймала. — Сегодня в 11:15 у меня встреча с Айманом, отмените её. В 12:10 — примерка, а вечером вы должны забрать мой костюм из химчистки. Принести мне фото с ночной фотосессии!       Гермиона стояла как истукан, боясь даже вздохнуть. Он ещё не заметил её присутствия, вот и хорошо, пока не поздно можно под шумок уйти, хотя нет, поздно.       — Почему в офисе посторонние? — он посмотрел на нее, Грейнджер поджала свои губы.       — Это новая претендентка на должность младшей ассистентки, — пробормотала Лиса, вешая его пальто.       — Ты её уже приняла? — он не отрываясь смотрел на Гермиону, пока она с каждой секундой всё сильнее заливалась румянцем.       — Я не успела, она…       — Идите за мной, — перебил Лису Снейп. — Быстро.       Грейнджер в очередной раз кивнула и направилась вслед за ним. Лиса нахмурилась и села за свой рабочий стол.       Гермиона нервно сжимала в руках шоппер и неотрывно смотрела в пол. Северус взял со стола папку и сел в кресло.       — Кто вы?       — Я Гермиона Грейнджер. Окончила институт дизайна с красным дипломом, — она полезла в шоппер, желая подтвердить правдивость своих слов.       — Мне всё равно, что вы окончили. Для того, чтобы приносить мне кофе и выполнять поручения много мозгов не нужно, — процедил он, не глядя на неё. Гермиона облизнула пересохшие губы и ещё сильнее сжала ручки шоппера.       — Я… — раз ему неинтересно её образование, то, что же она должна говорить сейчас? — Целеустремлённая, коммуникабельная, неплохо разбираюсь в моде. То есть, я по образованию дизайнер, у меня большое портфолио, у меня есть свои готовые работы… — Снейп всё так же не смотрел в ее сторону, старательно игнорируя, и у неё возникло ощущение, что она разговаривает со стеной. Не зная, что ещё сказать, Гермиона смущенно замолчала.       В кабинет без стука вошла другая девушка с макетами в руках.       — Наконец-то я вижу, что хоть кто-то здесь занят делом, — проворчал Снейп, бросая папку на стол. — Что у вас получилось?       Гермиона от обиды закусила губу, и, вконец растеряв остатки своей уверенности, она медленно поплелась к выходу. Но, взявшись за ручку двери, она обернулась.       — Эта работа была моим последним шансом стать дизайнером. Я хотела набраться какого-нибудь опыта, увидеть, как работают другие люди в этой сфере. Но вы правы. Чтобы носить кофе много мозгов не нужно.       Сказав это, она покинула кабинет Снейпа.