Быть рядом

Итто и Горо сидели подвыпившие. Да что уж таить, они были очень, очень пьяны. Празднование дня рождения Аратаки закончилось совсем недавно, и будущий генерал согласился переночевать в небольшом доме, где живёт вся банда. Все, все участники были нетрезвые, только Куки держала себя в руках. Горо, только войдя в комнату Итто, сразу же завалился на футон, подмахивая хвостом. Аратаки был уставшим, он промычал что-то нечленораздельное и опустился рядом с другом, вытягивая руки и ноги по всей площади футона. У Горо не было настроения спать по-собачьи, поэтому тот тоже вытянулся и натянул на себя одеяло. Итто посмотрел ему в глаза таким измученным, но счастливым из-за прошедшего дня взглядом, и, не говоря ни слова, укрыл этим одеялом обоих. В нос пса резко ударил запах óни, к которому он не успел заново привыкнуть, как начал чувствовать по отношению к нему не только платоническую любовь. Аратаки громко зевнул и запустил широкую ладонь в волосы Горо, немного оглаживая большим пальцем область за ухом, а пёс смущенно улыбнулся и невесомо коснулся его красных полос на щеках. Вскоре оба уснули. За день до этого пёс записался в новобранцы войск Сопротивления.

***

Пусть обстановка в стране и была напряженной, Горо все равно ощущал себя довольно успешным. Он только-только стал солдатом и должен был уехать на Ватацуми ради службы через пару дней. Перед тем, как покинуть Наруками, он старался как можно больше времени провести с отцом и Аратаки, которые так и остались самыми важными людьми для него. Однако если отношения с папой были привычными, то у них с Итто что-то определённо поменялось, по крайней мере так казалось Горо. Дело было в том, что для пса не было секретом уже много лет, что он влюблён. Что он влюблён в óни, с которым дружит с самого детства, и не может ничего с этим поделать. Безусловно, в подростковом возрасте было тяжеловато, и он впадал в состояние меланхолии, исписывая листки текстами и игнорируя Итто в потоке мыслей, но сейчас эмоции устаканились. Горо проглотил свою влюбленность и дружил, дружил даже тогда, когда от этого становилось больно. Он не думал о том, что это может быть взаимно, так как девушки Аратаки нравились уж точно, иначе он не стал бы обсуждать с псом милых дам, из-за которых даже сам Итто краснел. Однако в последние недели его мнение насчёт того, что его чувства безответны, резко изменилось. Всё началось в тот самый вечер дня рождения óни. Они были пьяны, уснули вместе почти в обнимку, что не было для них ранее типичным, но не возражал никто. Утром Аратаки вёл себя очень по-домашнему и устало, ухаживал за Горо постоянно и интересовался об его удобстве. Когда они встретились в следующий раз, внимание к личности пса не уменьшилось, а тактильность Итто возросла. Теперь уши Горо были почёсаны, хвост поглажен. Подобное отношение не было проигнорировано, поэтому вскоре волосы Аратаки стали более расчесанными и ухоженными с помощью средств пса для шерсти, а рога наглажены. Они оба будто избавились от напускного холода и позволили себе касаться. Безусловно, от этого сердце Горо трепетало и буквально кричало о том, что он наверняка начал нравиться Итто. Если бы это было не так, то навряд ли они переступили на эту ступень отношений. Спустя некоторое время пёс принял решение признаться в симпатии, так как был точно уверен в том, что это взаимно. У Горо никогда не было романтических отношений, поэтому он даже не знал, как можно красиво сказать о чувствах так, чтобы момент запомнился приятно и надолго. Он некоторое время размышлял, из-за чего Аратаки опять вздумал что-то неладное. Наверняка он пришёл к выводу, что из-за излишней задумчивости солдату может опять стать как-нибудь плохо, поэтому Итто старался проводить своё свободное время рядом с лучшим другом. В один из таких вечеров, когда óни перебирал сладости, что проиграли ему дети, в руках, Горо не выдержал, решился. Пёс натянул на лицо неловкую улыбку и сел рядом, изображая сонливость. Итто был занят пересчитыванием конфет, поэтому отреагировал на действия Горо только лишь небольшим поглаживанием по голове. Пёс вдруг почувствовал себя очень уверенно. В последние дни у него шли дела особенно хорошо, поэтому настрой был соответсвующим. Горо наклонил голову, осознав, что у него путаются мысли, но так хочется действовать. Хочется коснуться губами любого участка тела Итто, почувствовать его тепло рядом с собой, а потом проводить вместе круглые сутки, наслаждаясь обществом друг друга. Они всё ещё могут тренировать жуков, играть в карты и мечтать, только теперь к их совместным способам времяпрепровождения могут добавиться всякие нежности и поцелуи. Неосознанно пёс расплывается в улыбке и со счастливым прищуром смотрит на щёки Итто, который слишком увлечён. Горо не сдерживает себя и клюёт его в губы, будто подобные поцелуи для них – обычное дело, хотя он все же не решился на что-то большее. Сразу же отстраняется, готовится упасть в объятия óни под аккомпанемент фраз наподобие «ты мне тоже очень нравишься, наконец-то мы будем вместе», смотрит на Итто и ожидаемой реакции не получает, хотя всё не так плохо. У Аратаки на лице широкая улыбка, зрачки немного расширены, Горо всё ещё спокоен. Демон вдруг выдаёт: –Чё? – губы всё ещё искривлены улыбкой, а брови начинают удивлённо ползти вверх, скрывая на лице панику. – Чё произошло? Лицо пса становится непонимающим, будто в его системе координат нет варианта «ты ему не нравишься». Он слишком уверен в себе, да и реакция Аратаки просто выражает удивление. –Итто.. ты мне нравишься, – признаётся он, вдруг заметив, что хвост всё ещё виляет, хотя уже немного напряжённо. –В смысле? – лицо óни всё ещё выражает небольшую неловкость и недоверие. Вдруг он хохочет, конфеты выпадают из крупных рук. – Тебя Аято подговорил?! – смеётся Аратаки, хотя шутку счёл не самой смешной в его жизни. Хвост Горо постепенно опускается, а взгляд становится шокированным. Он кладёт ладони на колени, не желая верить, делает вид, что не понимает ситуации и пытается спокойно произнести: –Я серьезно, ты мне нравишься. Очень. Не как друг или брат, – сил на большее число слов не хватает, вдруг по спине пробегает холодный пот, согнутые колени сводит. Он смотрит на Итто, который уже явно испытывает панику и вскакивает резко. –Подожди, типа, ну, как… как для отношений?! Романтических?! Ты это имеешь в виду?.. Горо прочищает горло, но сказать ничего не может: ему резко становится страшно и стыдно, он начинает тут же жалеть об этом глупом признании, жалеть, что поверил своим ужасным доводам, что думал, что это взаимно. Они вообще смогут после этого дружить? Лучше бы всё осталось так, как было. Аратаки устного ответа не получает, зато всё видит по мимике пса. У него хвост опущен, а шерсть встала дыбом, уши прижаты, взгляд выражает стыд, шок и отчаяние. Итто не знает, что ему ответить, он вообще не представлял, как двое мужчин могут быть вместе, а знаки внимания ему оказывал потому, что Горо наверняка по его мнению нуждался в поддержке. Стало действительно страшно, ибо они всё ещё друзья, терять друг друга не хочется никому, но Аратаки так и не находит разумного выхода из ситуации. –Ты что… это же… ну, как-то мерзко… ты же не женщина… – его мысли вслух не могли успокоить Горо, они только лишь ввели в большую печаль и страх. Он тоже вскакивает с места и лепечет: –Итто, прости, я ужасен, я знаю!.. Я вообще не должен был лезть! Пожалуй, это были последние слова, которые Аратаки услышал от него перед уездом на Ватацуми. Горо стал солдатом войск Сопротивления, а Итто даже не успел проводить его на корабль. Он всё ещё не понимал, что произошло и как на это реагировать.

***

–Мне жаль. Я опять порчу тебе настроение, – вдруг выдал генерал, откидываясь на спинку стула и поджимая губы так, чтобы те стали простой прямой полоской на лице. –Да нормально всё, – Итто опять чешет репу. Почему-то в моменты, когда нужно, чтоб он соображал, Аратаки предпочитает вести себя глупо, а когда не нужно, он понимает слишком много безо всяких трудностей. – Я знал, что ты всё ещё из-за этого грустишь. –Я устал, устал даже от этого, – бурчит Горо, слыша, как его голос начинает немного срываться, будто он ломается как у подростка. – Устал терпеть и окольными путями говорить что-то. Можно скажу прямо?.. –Ну, попробуй, – Аратаки, видимо, неловко. Он даже краснеет, хотя генерал этого не видит. –Я влюблён в тебя с самого детства, и я так от этого устал. Ты думаешь, наверное, что меня должно было «отпустить», ведь это «ну, как-то мерзко», – слова, брошенные Итто полтора года назад, въелись в его голову в тот самый день, и Горо даже не заметил, как их процитировал. Довольно странно, но слова давались довольно легко, возможно, это была последняя стадия отчаяния в своих чувствах, поэтому оставалось желание лишь выговориться. – Но меня не отпустит. Ты можешь… просто уйти. Было вообще глупо приезжать на другой остров ради какого-то старого знакомого, который грустит, как ты считаешь, а ещё который признался тебе и опозорился. Итто прочищает горло и прикусывает правым клыком губу от нервов. –Вообще, я слишком хорошо тебя знаю, – проговаривает óни. – Было легко догадаться, что у тебя не всё в порядке, да и слухов повсюду полно о войсках Сопротивления и счастливых ушах генерала пушистика, – Аратаки говорит довольно быстро, будто хочет сказать поскорее и пережить, не заморачиваясь. – А ещё у меня была не одна цель приезда, я соврал тебе тогда, – Итто снова прочищает горло и кашляет в кулак. – Короче, я понял, что вообще зря сказал в тот день такие ужасные вещи, потому что я вообще.. вообще никого кроме тебя рядом с собой не вижу, – у Аратаки кадык будто бы дрожит; Горо поднимает на него шокированный взгляд и впервые видит таким неуверенным и взволнованным. Это его первая слабость? Или, может, вторая? – В общем, наверное, ты мне нравишься, потому что, ну, я вообще… вообще никогда такого одиночества не чувствовал после того, как ты уехал… У генерала начинают дрожать хвост и руки, он глядит во все глаза на лицо Итто, удивляется, старается как можно лучше запомнить. Поначалу он не верит, не верит, что такое вообще возможно. –А… а почему тогда меня отверг? – спросил Горо негромко. –Я вообще не знал, что так можно! – воскликнул вдруг Аратаки, который уже устал пытаться справиться со стрессом. – Да это даже с точки зрения деторождения нелогично! У пса на лице резко расцветает улыбка, ему кажутся доводы Итто такими забавными и родными. Появляется ощущение, что прямо сейчас он с правильным человеком, который признаётся ему в любви и пытается помочь. –Тебе так важно деторождение? – спросил с усмешкой Горо, так как эта формулировка казалась ему наиболее забавной. – Я не смогу обеспечить нам щенков. –Да нет! Я вообще не об этом! – Итто закипает, всё ещё нервничает. – Короче, я просто не знал, что так можно! Генерал всё ещё улыбается, но не целует первым, наученный предыдущим опытом. Аратаки беспокоится, но берёт всё в свои руки, наклоняется, касается губами и закрывает глаза, позволяя обхватить себя за шею, а у Горо от счастья хвост не перестаёт вилять.