Мама, я влюбился в панка

Всем, наверное, доводилось сталкиваться с совершенно некрасивой зимой. Вокруг только грязь, дождь, и никакого снега. Чувствуется так, будто осень ещё не совсем закончилась, и вот-вот должен пойти снег — однако он не идёт. Довольно грустно, правда. — Я не понимаю! — Возмутился Саша. Парень протянул руку перед собой и ощутил, как капает мелкий, едва заметный дождь. — Уже 20 декабря, так какого хуя снега нет? Стоявший рядом Миша только поежился и пожал плечами. — Я же вроде говорил тебе, что на улице холодно. Так что нечего ежится. — Ну… Я вроде бы тепло оделся… А… АПЧХИ! — Миша во весь голос чихнул, не успев даже прикрыть рот. Стоявшие рядом на остановке люди начали оборачиваться. Кто-то попятился. — Вон, автобус уже едет, давай, потерпи. — Саша попытался согреть парня, растирая его плечи. — Заходи, ну! Они поспешно запрыгнули в подъехавший транспорт. Оплатив проезд, парни уселись в задней части автобуса. Миша облегченно выдохнул. — Я уже думал коньки отброшу там. — Ну, сам виноват. Я ведь говорил, что холодно. — Говорил, говорил! — Миша дёрнул шапку на Сашиной голове так, что последняя закрыла ему пол лица. — Эй! Пфт… Тьфу… — Саша поправил головной убор и выплюнул попавшие в рот свои же волосы. — Как там Черныш? — Ты ему уже имя дал? — Миша хмыкнул. — А что? Мне кажется, ему подходит. — А если это девочка? Что тогда? — Все ещё подходит. Да и мы вроде выяснили, что это мальчик. Дай, дай я посмотрю как он там! — Тс! Тихо! Хочешь, чтобы нас из маршрутки выперли? — Миша стукнул по рукам Сашу, который тянулся к его куртке. — Ну блин! Ты его там небось сдавил сильно беднягу… — Ничего я не сдавил! Сидевшая впереди старушка обернулась на парней, и злобно зыркнула. Те только растерянно улыбнулись и притихли. Когда она отвернулась, Миша зашипел парню на ухо: — Щас если этой бабке взбрело бы разбираться, чё у нас тут, шли бы пешком! Так что цыц. — Ладно, ладно. — Саша засунул руки в карманы и откинулся на сиденье. Когда ребята вышли из автобуса, они поспешили в общежитие. Только оказавшись в комнате, Миша расстегнул куртку и выпустил на кровать маленького котёнка. Он был совсем молодым, напуганным и тощим. Котенок был полностью чёрным, только его мордочка была беленькой. — Черныш? Точно? — Спросил Миша. — А что? Тебе не нравится? — Саша уселся на пол рядом с кроватью и протянул руки к испуганному животному, стараясь его успокоить. — Тихо, тихо, все хорошо. Иди ко мне, малыш! Котенок сначала забился к самой стенке, однако уже спустя минуту медленно подошёл к Сашиным рукам. Ещё спустя пару минут он уже вовсю ластился и мурчал. — Можешь у меня из сумки достать корм? Спасибо. — Сказал Саша. Он поднес котёнка к тарелке с кормом, который только что насыпал Миша. Котенок тут же принялся уплетать лакомство. — А тебе не влетит за то, что ты кота в общагу притащил? — Поинтересовался Миша. — Ну, если узнают, наверное влетит. Не то чтобы выбор был, у Машки аллергия на кошек, так что к тебе точно нельзя. А бросить его там тоже было как-то неправильно, верно? Миша только кивнул. — Ладно, Черныш так Черныш. Я пойду уже. — Куда? Мы же собирались посмотреть фильм… — Фильм? — Ну Миша! Дырявая ты голова. — Точно. Извини, реально из головы вылетело. — Я пойду к Лёше, попкорн сделаю, у них в комнате микроволновка есть. Ты пока последи за этим мелким бедствием. — Саша указал на Черныша, который уже пытался взобраться на его гитару, что стояла в чехле около кровати, и вышел из комнаты. Миша снял котёнка, который возмущенно зашипел на него, с гитары. — Черныш, значит. — Пробормотал он. — Ну, тебе правда подходит. Только морда белая. Смешной такой. — Он гладил котенка, а тот уже почти уснул у парня на коленях. Оглянувшись вокруг Миша вдруг ощутил, что ему некомфортно. И подумав пару минут он понял, что именно заставляло его так себя чувствовать. Вокруг было слишком тихо. А точнее, не было звуков, которые обычно издавал Саша, любое его движение, вздох или фраза. Прошло всего 10 минут, а парню уже не хватало его присутствия. Того, как он поправлял волосы. То и дело шмыгал носом. Постукивал ногтями по телефону, переписываясь с кем-то. Мишу успокаивал только приятный запах, исходивший от Сашиной кровати. Здесь почти каждая вещь пахла им. Его дешевым шампунем, резкими духами и сигаретами. Не просто каким-то шампунем, духами и сигаретами, нет, эти запахи уже прочно переплелись с Сашиным собственным запахом, и в комбинации заставляли Мишу прочно ассоциировать их только с ним одним. Парень прикрыл глаза и замечтался. Его внезапно прервал резкий хохот, доносящийся из открытой двери. В комнату ввалились Толя с Сашей. Они громко смеялись от чего-то. — О, Миш, дарова. — Толя заметил парня, сидящего на кровати. — Что это? Сань, вы чё, кота притащили? — Он резко перестал смеяться и нахмурился. — Блять, нам же влетит! Охуел, что-ли? — Да не влетит! Вот если ты орать не будешь, точно все в порядке будет, ясно? — Бля, охуенно! — Толя понизил тон. Он был слегка растерян, но явно уже не злился. — Как зовут? Кошка? Кот? — Черныш. Пацан. — Гордо ответил Саша. — Емае, какой смешной! — Толя подошёл поближе и погладил котёнка. — Миш, а чего себе не заберешь? Ему б в квартире всяко лучше, чем в общаге. — У сестры аллергия. — Аа, ясно. Ну, ладно, я погнал. Только это, Сань, ты приучи то его не гадить где попало! — Обязательно! Давай, вали уже на свою пьянку. — Надо было вас затащить. Эх, похуй. Толя махнул рукой. Он оставил в комнате свои вещи, переоделся и ушёл. — Сорян, что так долго. Толю встретил в коридоре, он мне все мозги выебал, хотел чтобы я с ним пошел. — Да ничего. — Точно все норм? Ты какой-то грустный. — Саша поставил на стол миску с остывшим попкорном. Он сел на пол рядом с Мишей, и облокотился о его колени, положив голову рядом с котенком. — Ну, что такое? Миша вздохнул и погладил Сашу по голове. Тот пару раз муркнул как Черныш, чем заставил Мишу улыбнуться. — Ничего не случилось. Просто по тебе соскучился, наверное. — Да меня ж не было всего 15 минут. — Я знаю, знаю, просто я наверное дикий собственник. Даже 15 минут кажутся слишком долгими. — Ты слишком милый. — Саша обнял парня за талию и уткнулся носом в его куртку. Черныш проснулся и возмущенно замяукал. — Что? Да вот твой Миша, вот! — Саша засмеялся и отпустил парня. Котенок успокоился и снова скрутился клубочком. — Огоо. — Задумчиво протянул Саша. — Кажется, у меня появился конкурент? — А может и так. — Миша хитренько улыбнулся. — Вот заберу его к себе, а про тебя забудем, и будем жить долго и счастливо, с чихающей Машкой за стеной. — Ага, конечно, да ты ж прибежишь уже на следующий день. Миша хотел возразить но промолчал. Он с растерянной улыбкой на лице пожал плечами, подтверждая тем самым, что Саша абсолютно прав. Как и любой другой совместный просмотр фильмов, этот растянулся до поздней ночи. Когда пьяный в стельку Толя завалился в комнату около двух ночи, парни яростно спорили о том, насколько ужасной вышла экранизация одной замечательной книги. — Миша, блять! Ну ты же не читал! Вот хули ты мне доказываешь тут, объясни? — Возмущался Саша. Он стоял с книгой в руках. Парень прижимал ее к сердцу, будто это было самым дорогим его сокровищем. — Я же говорю, читал. Просто давно. — Тем не менее! Мы только что посмотрели экранизацию, и ты считаешь, что это было, как ты там сказал… «Неплохо»?! — Ну, в каждой экранизации ведь имеет место быть авторский домысел. — Да! Имеет! Но не тогда, когда было заявлено, что экранизация будет построчной визуализацией книги, блять! Саша редко злился настолько сильно, однако нужно было понимать, что злится он отнюдь не на Мишу. Его злость скорее была направлена на ужасного качества кинокартину, которая являлась экранизацией его любимой книги. Саша, читавший это произведение от корки до корки раз 20 так точно, был сейчас очень и очень возмущен, что выражалось в его бесконечной тираде, которую он вычитывал Мише, будто оратор в лектории. — Понимаешь, Миша, киноискусство — дело тонкое пиздец. Конечно не выйдет показать все то, что было в книге — на экране. Однако посмотри на другие примеры — сколько замечательных экранизаций было выпущено за все время существования киноиндустрии! А это что? Что это? — Парень ткнул пальцем в экран ноутбука. — Они изменили имена. Имена! Разве это, блять, не важно? Как можно изменить имя главного героя? А весь фильм называть одного из второстепенных его же именем с неправильно поставленным ударением? Ты мне скажи, это как называется? Да ещё и так каверкать повествование… А вот здесь: смотри, смотри! Саша подсел к ноутбуку и перемотал приблизительно к середине картины, показывая один отрывок. — В книге в точности до мелочей было описано это место. Там не было ничего, что нельзя было бы с лёгкостью воссоздать, здесь даже графика не нужна, блять! Но нет. Пошли мы нахуй. — Саша в отчаянии закрыл крышку ноутбука, и наконец-то заметил Толю, который даже слегка протрезвел. — Нихуя ты… Миша, это он опять про своего Лавкрафта? — пробулькал Толя из другого конца комнаты. Миша только растерянно кивнул. — Опять? Толя, «опять»? Я не понял, ты доебаться захотел? Не зли меня ещё больше! — Саша с угрозой посмотрел на него. — Ладно, ладно, не кипишуй, емае… — Толя забрался на свою верхнюю полку кровати. — Все уши прожужжал мне этой хуйней… — Хуйней? Да это, блять, самый великий автор нахуй, за всю историю мира! Наравне с Кингом. Понятно? Пиздец… Ты хоть одну книжку-то в своей жизни прочитал? В ответ с верхней полки парни услышали только громкий храп. — А, блять. Нахуй. — Саша махнул рукой и наконец-то уселся на одном месте. — Пиздец. Зачем мы вообще это посмотрели… — Ну, ты сам предложил… — Мгм. Пиздец… Чтоб я ещё раз смотрел какую-то малобюджетную любительскую парашу… Ладно, хуй с ним. Уже третий час ночи, а у меня экзамен бля в 9 утра… — Сань я уже никуда не пойду, я спать хочу. — Ну так оставайся. Вахтерше, кажется, искренне похуй на то, кто вышел или не вышел из общаги. — Отлично. — Ты не забыл, что ты идешь с нами бухать завтра? По поводу окончания сессии. — Я никакую сессию не сдавал. — Ой ты Миша юморист! Не отнекивайся. Давай, я не хочу без тебя ничего устраивать, пожалуйста! Ты же знаешь ребят из моей группы, будет весело! Миша зевнул и задумался. Он чуть было не заснул, но все же заговорил. — Ладно. Но только ты будешь пить в меру, окей? Если ты ещё раз куда-то закинешь мою сумку… — Да ек макарек, ну, не бери просто ты эту сумку… Каждый раз что-то случается, чего я не помню в итоге. — Нет, я ее возьму, а вот если ты опять ее проебешь… — Что тогда? — Покусаю. Саша захихикал. Поболтав ещё какое-то время, ребята все же улеглись в кровать, и спустя минут 10 оба уже спали без задних ног. На следующий день, получив свои халявные 70 баллов на экзамене, Саша с довольным лицом вышел из кабинета, и, собрав вокруг себя всю оставшуюся компанию друзей, повел их к общежитию, попутно цепляя по пути первокурсников. Также он вызвонил Мишу, который как раз провел последний урок. Немногим не малым через час, в комнате у Саши уже началось празднование закрытой сессии. Праздновали все: и те, кто не закрыл первую ведомость, и те, кто сдал всё, и даже те, у кого экзамены ещё даже не начались. В основном компания состояла из Сашиных одногруппников и пары ребят курсом помладше. Несчастный Лёша, которого уже сгреб в охапку Толя, пытаясь напоить, тоже был тут. Посмотрев на этого паренька, не сразу было понятно, что он вообще тут забыл: ведь ему становилось плохо уже от пары стаканов пива. В иной раз Саша, быть может, и заступился бы за знакомого, однако не сегодня. Сегодня он был очень взволнован предстоящим весельем: впервые за пару лет он закрыл сессию чуть ли не раньше всей остальной группы, потому успел помочь многим одногруппникам, поделившись своими работами, за что те и проставлялись. Даже староста благодарил парня, хотя сам обычно был тем, кого благодарят. — Так! — Саша стукнул кулаком по столу. Шел уже четвертый час действа, и всех его участников заметно подразвезло. — Во-первых, не туда ногу поставил. Вася, бля, на синий… Синий! Небольшая компания ребят играла в твистер, с Сашей в роли ведущего. Все тела неимоверно неустойчиво держались над полом, периодически заваливаясь друг на друга. Саша же, как настоящий комендант, стоял над ними и строго следил за тем, чтобы соблюдались правила. Когда вся компания переплетённых тел в очередной раз рухнула на пол, разразившись пьяным хохотом, Саша махнул рукой, и, опустошив очередной стакан водки с соком, оглянулся по сторонам. Он шерстил глазами комнату в поисках одного единственного человека. Наконец обнаружив Мишу, он хотел было подойти, но замер в ступоре. Его глазам открылась не самая приятная картина: Миша, стоявший у балкона, активно общался о чем-то с группой девушек. Будучи пьяным и раскрепощенным, он совершенно не замечал того, что отчётливо было видно Саше со стороны. А именно, что девушки, вившиеся рядом, явно были заинтересованы в его компании. Одна из них, кажется, это была второкурсница, практически повисла на Мише, хохоча и то и дело подливая ему в стакан алкоголь. Бедняга же ничего не замечал, так как две других девушки активно отвлекали его своей болтовней. Саша все ещё не мог двинуться с места, и со злобой наблюдал за происходящим. Однако его терпение лопнуло, когда он увидел, как трое девушек повели Мишу за собой в сторону выхода. Саша размашистыми шагами догнал их, и довольно грубо оттолкнул самую назойливую девушку в сторону, да так, что та ударилась о стену. Она в недоумении посмотрела на парня. — Саша, ты что, обалдел?! — Накинулись на него подруги девушки. — Что на тебя нашло? Лиза! Ты не ударилась? Все нормально? — Они переключились на подругу. — Да это вы, блять, охуели! Куда вы его тащите? Я видел, как вы подливали ему в стакан! — Хах. Тебе какое дело? — Лиза, потирая ушибленное плечо, сделала шаг вперёд и приблизилась к Саше. Она неприятно и недружелюбно улыбалась. — Мне?! Блять! — Саша со всей дури стукнул кулаком о стену, да так, что бедная девушка аж подпрыгнула. — Ты, сука, на моего Мишу… — Хахахаха, не обращайте внимания… — Вдруг в разговор встрял сам Миша. Он был пьян, однако все ещё отчётливо понимал, что сейчас Саша ляпнет то, чего говорить совершенно не стоит, потому поспешно его перебил. Более того, своими криками Саша уже заставил всех в комнате притихнуть и наблюдать за конфликтом. — Почему ты затыкаешь… *ИК! * Меня? — промычал Саша. — Ты меня не любишь? Что, вот так запросто расстанемся? Миша окончательно протрезвел от волнения. Он уже не на шутку занервничал, услышав, как люди вокруг начали шептаться. — Что ты говоришь, Сань? Хааа, кое-кому больше не наливать. Верно, народ? Он попытался отвлечь людей, и вроде бы это сработало. Ребята вокруг заулыбались, кто-то засмеялся, некоторые тоже начали выкрикивать, чтобы Саше больше никто не наливал. Миша с облегчением выдохнул. Однако, не успел он до конца расслабиться, как произошло непоправимое. Саша, кипящий от злости, выронил из рук стакан и, вцепившись в Мишину куртку, притянул его к себе и поцеловал. Весь шум в комнате вмиг смолк. Миша вырвался из хватки парня, и испуганно посмотрел ему в глаза. Затем он судорожно начал мотать головой вокруг, ловя на себе взгляд каждого, кто был в комнате. Затем он снова посмотрел на Сашу. Тот стоял перед ним, едва не плача, и только хмурил брови. — Чт… Что ты сделал… Зачем? — прошептал он. Но Саша ничего не ответил, а только поднял свой стакан и вышел из комнаты. — Парни, вы чё? — Донёсся из толпы неприятно-осуждающий возглас. — Совсем охуели, что-ли? Я не подписывался на пидорасню на тусовке. Говорил один из «друзей» Саши. Данил был всего на год младше, и часто зависал в компании Сашиных одногруппников: таким образом он пытался сдружиться и выудить паль на будущий курс. Он с отвращением смотрел на Мишу, оставшегося стоять на месте. После чего снова заговорил: — А ты хули стоишь? Я бы на твоём месте тоже сьебался, как и Саша. Пидоры, блять… Фу, нахуй. Всегда подозревал, что Яцишин гомик. В этот момент что-то щелкнуло в голове у Миши. Он растолкал студентов, и, схватив за шкирку ничего не успевшего сообразить парня, со всей силы врезал ему в челюсть. Тот упал на пол и заорал. Все вокруг попятились, не решаясь подойти. Когда парень попытался встать с пола и ударить в ответ, Миша только заехал ему ещё раз, на этот раз коленом. Оставив несчастного валяться на полу, он вышел из застывшей в молчании комнаты, только громко хлопнув дверью напоследок.