Alpha Investigative Unit/Следственный отряд "Альфа"

— На втором этаже пусто, — сообщил Тео, когда они все вместе снова собрались в крытом патио, расположенном за кухней. — На третьем этаже находится детская спальня, но, как обычно, нет никаких признаков присутствия тела. Я предполагаю, что они забрали ребенка. — Гребаные ублюдки, — Долохов что-то записал в своем блокноте. — Возраст? Тео пожал плечами. — Могу сказать только то, что его комната полностью увешана плакатами, посвященными квиддичу, но метлы нигде не видно. Поэтому я бы предположил, что он еще маленький. В любом случае, похоже, на этот раз все основные действия происходили в библиотеке. — Что приводит нас к тебе, Малфой, — Долохов посмотрел на Драко поверх очков. — Скажи мне, что ты обнаружил в этом хаосе. Несмотря на дождь, в воздухе все равно витал едкий мускусный запах Долохова. В этом человеке было что-то такое, от чего у Драко по коже бегали мурашки. Очевидно, Долохов не использовал блокаторы, и было чертовски гадко, что запах старшего альфы держался даже после того, как Драко возвращался домой. Сохраняя беспристрастное выражение лица, Драко вытащил свой блокнот и сделал вид, что просматривает заметки. — Запах дыма уничтожил все обонятельные улики, но я нашел следы, ведущие от сгоревшего книжного шкафа к разбитой двери. Это одиннадцатый размер ноги, поэтому я бы предположил, что они принадлежат мужчине — бете, — Драко не сделал пометок в блокноте о следах поменьше или о запахе, который он почувствовал. С тех пор, как он обнаружил в себе признаки альфы, он научился доверять своим инстинктам, и прямо сейчас они подсказывали ему держать эти сведения подальше от Долохова. Долохов пронзил Драко острым взглядом, как будто подозревая, что тот утаивает информацию. — Вы осознаете, что Реддл не будет доволен? Это наша вторая неудача за неделю. — Я не очень понимаю, чего Реддл ожидает от нас. Они определенно обнаружили, что мы используем представителей альфа, чтобы выследить их, — Драко указал на открытую дверь. — Пожары… и оба рейда были спланированы в дождь, поэтому мы не смогли отследить точку их трансгрессии. — Никаких шансов найти следы магии, — согласился Тео. Долохов нахмурился. — По крайней мере, скажи мне, что ты выяснил, за чем охотится Орден. Драко слегка покачал головой. — Непонятно. Кажется у Бертона не было точной описи его коллекции книг, а тома, остававшиеся в шкафу, сгорели дотла. Однако, судя по фрагментам защитных заклинаний, сохранившихся вокруг корпуса шкафа, я бы предположил, что, скорее всего, в нем хранились книги о темных искусствах. — Мерлин, — Тео запустил пальцы в свои спутанные каштановые кудри. — Было плохо уже то, что они бросались обычными заклинаниями в наши спины…

*****

Той ночью Драко снился терновый лес и одинокая дикая роза, спрятанная во тьме. Он проснулся, тяжело дыша, а простыни запутались в его ногах. Драко лежал, уставившись в обшитый панелями потолок, в то время как пот остывал на его коже. Этот сон не отпускал его и за завтраком, клубясь в его мыслях и, словно вытянув когти, утаскивал обратно во тьму, к деревьям. Пока Драко не вздрогнул от того, что с ним заговорила мать, и, моргнув, вернулся в реальность утренней комнаты. Где обнаружил, что ее рука лежит поверх его руки на столе. — Что-то не так, — сказала она. И, хотя Драко слышал нотки беспокойства в ее голосе, ему потребовалось усилие, чтобы сосредоточить внимание на ее словах. — Я в порядке, мама. Просто мне приснился странный сон. — Да? — прохладная пелена утонченности исчезла, когда она наклонилась к нему с интересом, повысив голос. — Сны способны давать представление о наших более глубинных желаниях. О чем он был? Драко похлопал ее по руке и одним глотком допил свой кофе. — Ничего такого, просто дело, над которым я сейчас работаю.

*****

Он отправился через камин в Министерство и попросил принести ему отчеты о рейдах за последние два месяца, но не удивился, когда не нашел упоминаний о своем искомом запахе. Нет, поправил он себя. Этот запах ему не принадлежал. Возможно, если бы он описал его на бумаге, оформил слова в четкие чернильные линии, то это позволило бы вытравить аромат из туманного места в его голове. Драко поднял перо, кончик которого завис над чистым блокнотным листом, но что-то в нем противилось этой идее. Ее запах относился к нему, а не к бумаге, он не должен был быть открытым всему миру, где его описание мог увидеть кто угодно. Драко с силой сжал перо, и внезапно тонкий стержень сломался. Когда он разжал пальцы, обломки пера осыпались на стол. Черные чернила испачкали его открытую ладонь, словно выцветшая метафора крови и всех грехов его прошлого.

*****

Десять дней. Именно столько времени прошло с момента последнего рейда Ордена, не сопровождавшегося дымом или дождем. Он трансгрессировал к складу на окраине сельскохозяйственного района Норфолка, наблюдая за кипящей работой на открытой площадке, куда конфискованные домашние эльфы привозили продукты с окрестных ферм. Драко снял серебряные запонки, сунул их в карман и закатал рукава до локтей, прежде чем подойти к темноволосому волшебнику, который кричал на эльфов и махал руками в сторону отправляющихся грузов. Его пристальный взгляд метнулся к Драко, когда тот приблизился. И было ясно, что волшебник сразу заметил темную метку, аккуратно поставленную на бледную кожу левого предплечья Драко. — Милорд, — обратился он, и его глаза расширились в той особой и уже привычной Драко манере. — Нам дали разрешение на повторное открытие, защитные заклинания были сняты вчера. Вам предоставить документы? Они у меня в кабинете, все перечисленное… Драко поднял руку в останавливающем жесте. — Меня не интересуют ваши дела. Мне нужно только осмотреть место атаки. Прораб поспешно кивнул и зашагал к складу. — Конечно-конечно, я сам отведу Вас туда. Главной целью были крупяные склады. Но они также подчистую забрали корнеплоды и сыр из холодильной камеры. Продукты, которые могли бы подлежать длительному хранению. — Вы заметили пропажу чего-нибудь еще? Прораб заколебался. — Была взята коробка клубники, но ничего более примечательного. Как вы знаете, при транспортировке грузов с помощью трансгрессии существуют значительные ограничения по габаритам и весу, и они уделили первоочередное внимание продуктам питания, которые могут храниться без постоянного применения заклинаний стазиса. Клубника. Каким-то образом он знал, что ее взяла она. Еще до того, как прораб направил его к полкам с зачарованными стазисом ягодами. Еще до того, как он перешагнул через серебряный барьер, и аромат роз, повисший в воздухе, поманил его словно пальцем. Упоминаний о запахе не было в отчете, никто в том СОА не учуял этот особый аромат диких роз и деревьев после дождя. Но десять дней спустя Драко все еще чувствовал ее запах.

*****

Находиться в замкнутом пространстве с другими людьми становилось все труднее с тех пор, как Гермионе исполнилось двадцать лет. Чарли дал этому симптому название: — Ты — омега, — сказал он, затащив ее в свою комнату четыре недели назад для разговора, который, вероятно, был худшим в ее жизни. Он произнес данное слово так, как будто это была неизлечимая болезнь. А потом он рассказал ей, что оно означает, и Гермиона все осознала. Как будто быть магглорожденной было недостаточно плохо, теперь она, очевидно, была неким смиренным женственным архетипом, созданным для удовлетворения прихотей альфа-самцов. Гермиона, честно говоря, не поверила Чарли, как бы тот не кривился от смущения и не извинялся. Она подумала о книгах, которые она украла, и которые теперь были сложены в безопасности ее расшитой бисером сумки. Тяжесть, растущая в груди, резко сдавила ее. Гермиона ему не верила. До вчерашнего вечера.

*****

— Они никогда не заподозрят о втором налете на ту же цель, если мы нанесем удар сегодня вечером, когда будет дождь, и мы сможем войти и выйти до того, как утром прибудут первые рабочие, — Падма ткнула ручкой в список на столе. — Ответственные за прошлый рейд идиоты явно никогда в жизни не готовили еду, потому что, если вы ожидаете, что еда будет приличной на вкус без лука или чеснока, вы ошибаетесь. Сириус Блэк, старший член Ордена Феникса, тяжело вздохнул, и Гермиона смогла учуять в пространстве смесь раздражения и веселья, как будто кто-то распылил эмоции в воздухе. — Идиот, о котором ты говоришь, — мой крестник, — сказал он. — А ты когда-нибудь пробовал его стряпню? — Падма бросила на него многозначительный взгляд. — Не нужно винить меня в своих родительских неудачах. — В свою защиту скажу, что я готовлю отличные блинчики. — С лимоном, — добавил Гарри с другого конца стола, и от него определенно исходил аромат веселья. — Они действительно хороши. — Заткнись, Гарри, тебе в дальнейшем запрещено делать что-либо, связанное с едой или продуктами питания. Неужели ты действительно думал, что в обозримом будущем мы сможем есть только картофель, рис и чеддер? Я понимаю, что проблема рациона бойцов может показаться рутиной по сравнению с разбрасыванием вокруг себя заклятий, но хорошая еда равносильна хорошему моральному состоянию. Это простой способ делать людей счастливыми. Гермиона… Падма внезапно качнулась на своем стуле, и Гермиона отпрянула назад, поскольку ручка была направлена прямо ей в лицо. — На этот раз ты должна быть главной. — Я? Но я почти не готовлю… — Да, но ты… как это точнее выразить… благоразумная. Точно. Благоразумная. Гермиона натянуто улыбнулась. Она могла вычислять сложные арифметические задачи в уме и могла превзойти любого в Ордене в дуэли, но она была благоразумной. Что это значит вообще, задавалась она вопросом. И почему это делало ее более подходящей для добычи пропитания, чем для создания порт-ключей или разработки зелий. — Сегодня вечером, — сказала Падма, прерывая ее мысли. — Если сможешь, забери всех из своего конспиративного дома. Я дам тебе список.

*****

Когда опустились сумерки, они собрались у конспиративного дома. Невилл краснел при каждом взгляде на нее. Гермиона подозревала, что он альфа, но у нее не было опыта в этом вопросе. И тот единственный разговор с Чарли был настолько неловким, что она никогда бы не хотела снова обсуждать эту тему с другим человеком до конца своих дней. Однако Гермиона могла чувствовать запах Невилла, а не просто его эмоции, как у всех остальных. От него пахло замшей и обожженной древесиной. Объемный и реальный запах. Она не могла дать этому определения. Все, что она знала — что-то в ней расслаблялось рядом с ним. Она чувствовала себя кошкой, убаюканной солнцем. Он мог быть альфой, но от него она не хотела убежать, как это было с Чарли. Она чувствовала себя в безопасности. Будь благоразумна, напомнила она себе, пытаясь отодвинуть свои инстинкты на задний план. Ты благоразумная и надежная, Гермиона. Она сжала список Падмы в руке и отдала приказ трансгрессировать.