–А может ли давнее прошлое вернуться в настоящем?

      Проснулся Мундроп от жуткой головной боли. Оглянувшись в поисках чего-то и найдя то самое, на экране телефона высветились цифры: пятёрка и два нуля. А будильник пищал что-то неразборчивое. –Этот день не может быть хуже, — хрипло, от пересохшего горла, пробухтел себе под нос луноликий, но почти сразу опомнился, что его сегодня заменяют. — Блеск! — прикрыв глаза, мужчина попытался заснуть. Но организм уже привык просыпаться рано, не поддаваясь на сон. Поднявшись, мужчина направился на кухню. Всю тишину в квартире разрушил только звук скрипения пола, а затем журчание воды. Подойдя к окну, на подоконник луноликий опёрся локтями, медленно опустошая стакан. Голову заполняли разные мысли, но всё не покидало странное чувство дежавю. Мун точно знал, что где-то видел лицо Санрайза прежде, и это не обычная встреча где-то в толпе, когда они могли пытаться дождаться нужного времени, чтобы забрать кофе, находясь по случайности в одной кофейне. Нет. Мужчина знал, что видел этого ребёнка когда-то очень давно, но воспоминания мешались в кашу, не приводя к логическому завершению… Для Санрайза было трудностью проснуться очень рано. Первый автобус он благополучно пропустил. А вернее просто опаздал на пару минут. Добежал он до остановки, когда транспорт уже отъехал на приличное расстояние. Утро сразу не задалось. Благо, скоро к остановке подъехал другой автобус. Санн точно опаздает на некоторое время.       День Солнышка был прекрасен. Он, хоть и опаздал, всё равно ещё некоторое время ждал детей. Когда первый ребёнок оказался на пороге детского сада, Санн чуть ли не прыгал от радости, приветствуя нового друга. Ребёнок опешил от незнакомого человека и, казалось бы, вот-вот расплачется, как Санрайз быстро успокоил его, представился Солнышком и его маленьким спутником, который проведёт малыша по множеству «космических станций», на которых они будут рисовать, делать поделки, есть вкусняшки, смотреть кукольные и теневые спектакли и по-разному развлекаться. Мальчика очень воодушевила речь парня, что все слёзы отошли на второй план. Ему уже хотелось пойти посмотреть какой Солнышко в собственном представлении, что он покажет и расскажет. Парень подхватил ребёнка на руки, быстро гуляя по игровому комплексу в поисках места их небольшой ролевой игры. Мальчик рисовал драконов и говорил, что съест Солнышко, а Санн, подыгрывая, умолял о пощаде, говоря что принесёт разные дары, лишь бы его оставили в живых. Скоро началась погоня. Воспитатель прятался за большими мягкими кубиками, когда на него резко напали. Скоро в детский садик пришли ещё дети. Они смело присоединились к игре в прятки. Санни специально поддавался, ища в самых примечательных местах, а после звал детей, надеясь, что кто-то сжалиться и выйдет из укрытия. Слышались лишь детские смешки, что ласкали слух. Этого и добивался солнцеликий — детского невинного смеха. Ему не хотелось заставлять ребятишек грустить или скучать. Он излучал радость.       Медленно Daycare наполнялся всё более громкими криками радости, смеха и весельем. Это слышал Мун. В гримёрке он уже переоделся, закрасил мешки под глазами, осталось лишь прибрать волосы… По детскому саду раздался тихий хрипловатый смех. Дети насторожились, а Санрайз оглядывался, пытаясь найти источник звука. Резко кто-то громко завизжал. Оглянувшись, один ребёнок пропал. Санрайз медленно погрузился в панику. «Что будет дальше?! Где этот ребёнок?! Кто его украл и как?! Он же был на виду!» — только эти мысли мешались в голове. Перед глазами резко пошли синие круги, голова закружилась, перед носом померкло. Сами дети от испуга прижались к Солнышку, пока по детскому саду раздавались смешки, а свет то гас, то вновь включался. Резко на солнцеликого накинулись и…! Вглядевшись, Санрайз узнал Муна. Дети испуганно завизжали и разбежались по разным частям игрового комплекса. –Луна, что ты, — его резко заткнули, не давая договорить. Мун странно оборачивался из стороны в сторону, ползал на четвереньках вокруг да около, будто выискивал кого-то. Свет вновь резко включился. Обернувшись, Санни заметил того пропавшего ребёнка. Он тихо хихикал, строил рожицы и, кажется, играл так с Солнышком. Этого хватило юноше. Он понял к чему весь этот спектакль. Мун решил их всех напугать, а того ребёнка тихо подговорил, когда выкрал. Санн, решив подыграть, склонился к полу, словно его пронзили самым острым кинжалом. Из разных уголков послышались охи и чуть ли не всхлипы. Мундроп быстро поспешил за детьми, слыша их. Оказываясь позади детских спинок, мужчина резко набрасывался на них, заключая в объятия и даря сладкие конфетки. Это представление поставило в ступор не только парня, но и детей. Скоро вся ребятня вновь сидела одной кучкой, жуя карамельки. Находясь чуть поодаль от детских ушек, Санн восторженно и изумлённо начал: –Мун, то что ты придумал — нечто! Как тебе, — его вновь перебили. Этот злобный взгляд луноликого заставлял пропалиться под землю. — Я что-то не то сказал? — неловкость нарастала всё больше, когда ответа не последовало. –Если я устраиваю что-то подобное, то только ради детей, чтобы они не скучали и не плакали. Это не значит что между нами что-то наладилось, и я сразу побегу в объятия Солнцу, когда ты расставишь руки и захочешь тронуть меня, — наклонившись к уху Санни, мужчина грозно, но тихо прояснил ситуацию. — Возможно, эти дети или даже родители будут без ума от тебя, но на меня не надейся, жалкое подобие воспитателя! — Сан уже не мог слушать такое по отношению к себе, отдёрнувшись назад. Его выражение лица переменилось. Сейчас оно не было радостным и изумлённым. Брови были слегка нахмурены, рот приоткрыт, а зрачки нервно метались по силуэту Луны. Он точно знал другого Муна. Тот отличался от того, что был раньше. Санн не раз задумывался о том, что было бы замечательно им сдружиться, но он словно в воду глядел. Такое отношение к нему было не заслуженным. Так почему к нему отнеслись именно так? Этот вопрос не давал покоя даже после смены. Юноша не раз уже приглаживал волосы, забываясь в мыслях. –Один мой приход сюда сразу вывел его на гнев… — парню было сложно подумать, что могло бы быть от любых опромечивых и необдуманных действий с его стороны. Что если он просто захочет удивить ребят, а Мун сорвётся в истерике? Тогда будет плохо не только ему, но и бедным детям, что застанут эту ситуацию. — И как только дети ему доверяют, если он может просто на пустом месте сорваться? — поднявшись со стула, Санрайз взял пальто с вешалки и направился к выходу. Его смена была окончена. На доске около входа уже висели некоторые рисунки с ним. Это лишь больше усугубляло тревогу в душе. Накинув капюшон, парень постарался скрыться подальше, пока его где-нибудь не подкараулил Мундроп с очередной темой для выноса мозга.       В спальне царила тихая мелодия. Дети только заснули, а Мундроп занял своё место, тихо наблюдая за всеми. Сегодня ему многие ребятки прожужжали уши о Солнышке. –Солнышко то, Солнышко сё, — в тот момент было в голове луноликого. С детьми он соглашался, наигранно удивлялся и рассматривал подаренные ему рисунки детей. На одном из них он с Солнцем был вместе. С одной стороны ему хотелось смять этот листок бумаги, сказать что это чепуха, но с другой детский труд заставлял сдерживаться от ненависти к новому воспитателю. Сейчас луноликий думал лишь о том, что не намерен отдавать свою работу какому-то пацану, что только колледж закончил и уже пошёл устраиваться на работу…