Золотая ворона и Нефритовый кролик

Се Ван вынырнул из тяжелого сна, до боли сжимая темные шелковые простыни, мокрые от обнаженного, покрытого испариной тела молодого мужчины. Находясь на грани пробуждения, юноша пытался не упустить бесплотные образы псов, терзающих его конечности в бесконечном кошмаре. Зацикленность образа разодранного клыками свирепых псин кролика выматывала каждый раз все сильнее. После таких ночей он просыпался раздраженным, а головная боль не утихала даже после медитаций. Но сегодня он должен предстать в наилучшем виде. Его ифу… Нет, его отец на общем собрании кланов готовился представить наследника поместья Золотого карпа. И Се Ван не мог представить другой достойной кандидатуры, кроме себя самого. Юноша забрал волосы в высокий пучок, заколов его шпилькой, прошел к деревянной бочке с подогретой цветочной водой еще с восходом солнца слугами. …теплая податливая вода лизнула тонкие лодыжки, устремилась вверх, лаская бедра, и прильнула к груди, лишенной даже намека на волосы. Се Ван привык совершать омовение в одиночестве, ведь в эти минуты он позволял себе ненадолго расслабиться и отпустить мысли о поместье, ифу, страдающих пленниках в его Темной кузнице. И о том, что осталось от его клана Скорпионов. Се Ван в ту ночь отсутствовал в городе: ифу отправил его в соседнюю деревню с целью избавиться от появления на свет очередного недо-наследника на поместье. Се Ван проник в дом к тревожно спящей роженице и прокрался в детскую. Комната пропиталась теплом и ароматом еловых веточек, уложенных под висячей около скамьи люлькой. В памяти юноши всплыл давно прочитанный трактат о суевериях местных деревенских людей: якобы сорванные в день появления на свет молодые ветки сосновых уберегут дитя от всех бед. По губам Се Вана скользнула полуулыбка. Ничто и никто в мире не убережет его цель от неминуемой гибели. Особенно, если эта смерть необходима для ифу. Порой он все же поражался своей непревзойденной и пугающей привязанности к нареченному отцу. Иногда он вспоминал то мерзкое видение, вызванное силой мелкой девчонки, и ему становилось так тошно, что он выбирался в потайной сад внутри двора и перебирал струны пипы, погружая себя в небытие. Волны спокойствия и умиротворения накатывали на него с каждой извлеченной нотой, и юноша успокаивался. Временами из потока затерянных картинок прошлого он выцапал образ молоденькой девушки, склонившейся над чем-то. Ее образ терялся в солнечных бликах, но детская рука отчаянно пыталась ухватиться за свисающий светлый локон. Се Ван, будто наяву, слышал тихий смех и ощущал осторожное прикосновение к собственной щеке. Дитя шевельнулось в люльке, и где-то в глубине дома вторили ему настороженные шаги. - Кто здесь? – женщина, запахивая холщовую зеленую рубашку, голыми ногами прошла до комнаты. Она ощутила незнакомый запах в доме – запах раскаленной кожи и неизвестных ей трав. Смутная тревога разрослась, стоило ей дойти до ребенка. Возле люльки стоял человек, облаченный в темные одеяния. Его лицо скрывала черная маска с изображением хвоста скорпиона. Женщина ахнула. Никогда в своей жизни она прежде не встречала людей со столь смертоносной аурой и тягой к убийству. - Что вам надо? – глупый вопрос вырвался сам собой. Женщина сильнее запахнула рубашку. Се Ван не шевелился. Что-то в образе женщины отвлекало его, и он наконец почувствовал, хотя и едва уловимо, нечто неправильное. Лицо женщины изуродовал давний шрам: кто-то, быть может, ради забавы решил удлинить ей рот, чиркнув лезвием по уголкам с обеих сторон. Зная ифу, Се Ван понимал, что лорд Чжао даже не взглянул бы на это чудовище. Зачем же он отправил своего нареченного сына сюда, чтобы убить этих людей? Женщина, воспользовавшись отвлеченностью наемника, подобралась к люльке и заглянула в нее. То, что было всего пару часов назад ее сыном, сейчас превратилось в бесформенную куклы с выпученными глазками и покоричневевшим телом. Силы разом схлынули с тела матери, и она рухнула на колени, не обращая уже никакого внимания на убийцу. Се Ван же обошел ее и, находясь в невеселых размышлениях, покинул дом. … перед Королем Скорпионов склонили головы трое: безымянный мальчишка, принятый в ряды наемников недавно; раненая и демонстративно вздыхающая Бодхисаттва и старик Фанг, что занимался хозяйством. - Что здесь произошло? – одного взгляда на окропленные кровью стены пещеры хватило бы, чтобы не задавать подобный вопрос. - Господин, один из ваших людей оказался предателем. Он показал тайный вход в нашу обитель, а затем… - Ду Пуса закрылась длинным цветастым рукавом, и сквозь тонкую ткань просочились первые слезы. Мальчишка стоял подле нее, понурив голову и внимательно рассматривая носки ботинок. Он зажимал одной рукой предплечье, и пальцы окрашивались в гранатовый оттенок. Лишь старик стоял с поднятой головой и осматривал пещеры, будто вычисляя, за сколько дней он сможет свести эти пятна. - *Юншэн, - нарек Скорпион мальчика, - сегодня ты получишь свое первое задание. Мальчик свел руки перед собой и замер в глубоком поклоне, со всей внимательностью и трепетом, выслушивая Короля. Этим же вечером Се Ван вернулся в поместье Золотого Карпа. Лорд Чжао пребывал в наилучшем расположении духа, принимая давнего друга, проезжающего через земли на восток, к себе на родину. Когда Се Ван появился в зале, взгляд холодных каштановых глаз заструился по его телу. От подобной откровенности юноша замедлил свой шаг. - Подойди к нам, Се-эр, - ифу добродушно поманил нареченного сына. Щеки лорда алели от выпитого вина, а сидящий рядом с ним человек мягко улыбнулся юноше. - Мой господин, - Се Ван сложил руки и поприветствовал Чжао Цзина. Тот нетерпеливо поманил его, указывая на место рядом с гостем. Се Ван, чуть помедлив, все же сел. - Вэньмин спрашивал только что о том, есть ли у меня сын для его **мэймэй. Она как раз достигла лет цветения бутона, - ифу хлопнул по плечу гостя, явно довольный своим сравнением. Се Ван слушал его молча. Чжао Цзин только что произнес «сын»?.. Ему это не почудилось?.. - Вижу, лорд Чжао, что мэймэй попросту не сможет разделить свой жизненный путь с вашим мальчиком, - кончиками пальцев Вэньмин подтолкнул пиалу с вином в сторону юноши. - Почему же? – лорд Чжао переводил взгляд со своего собеседника на прямо сидящего Се Вана. - Его красота затмит любой цветок на Востоке. Се Ван сжал пальцы в кулаки, но на лице у него оставалась натянутая улыбка. - Вэньмин, подобными комплиментами следует одаривать свою мэймэй, нежели моего Се-эра, - лорд Чжао подлил вина в пиалу дорогому гостю, а остаток вечера прошел в воспоминаниях о былых временах. Се Ван покинул зал в ***час Быка под заливистый смех нареченного отца, повествующего о злодеяниях некоего темного заклинателя, способного призывать полчища мертвецов и контролировать их лишь с помощью флейты. - Представить не могу, чтобы кто-нибудь всерьез поверил в подобную чушь! А слышал ли ты, уважаемый друг, чего он боялся? Собак. Столь могущественный заклинатель не переносил на дух простых дворовых псин! Се Ван скрылся за дверью с высеченными золотыми карпами, плывущими навстречу друг другу, поэтому не мог услышать ответ гостя. - Весьма могу себе это представить, - лукавая улыбка скрылась за оборотом неспешно распахнутого веера. В комнате Се Ван позволил себе проявить слабину – правая рука с первыми отзвуками заглушенной снадобьем боли вытягивала из него последнее желание хоть с кем-то говорить. Юноша достал из тайника серую пропитанную заранее травяным настоем ткань и перетянул ею ладонь. Прохлада обволакивала кожу, нежно ластясь к подушечкам пальцев. Се Ван воскурил подаренную ифу ****кисеру и погрузился в размышления. Он и сам не заметил, как сон затянул его в водоворот чрезвычайно быстро и слишком неестественно. Юноша едва успел дойти до кровати, как отяжелевшее вмиг тело рухнуло на простыни. - Кто посмел? – мысль врезалась в его пустеющее под влиянием подсыпанного снадобья в табак сознание. Спустя время дверь в его комнату тихонько приоткрылась, впуская незваного гостя.