Встреча, дом и безразличие

Всё так же сидя за столом, я повернулся обратно и протер глаза, которым не очень хотелось верить. Повернувшись обратно к окну, я увидел две пары глаз, обладательницей первой пары глаз была до боли знакомая сова, второй — мало знакомая Воронка. Они вдвоем смотрели на меня не отрываясь и не моргая, что зарождало внутри меня тихий ужас. Конечно, это уже не первая ночь, когда на моем окне сидят дети-животные, но это начинает потихоньку раздражать. «Хоть клювом не стучат, и на том спасибо, блять, урок усвоили». Как там бабушка говорила… «Тайга — особое место, дитятко. Она к тебе присматривается, принюхивается. Словно хочет понять, что ты за зверь такой. Понравишься — в беде не бросит. А будешь проказничать — схватит за бочок и утащит за собой под землю». «Чем, блять, я им так понравился, вашему хозяину леса или что я им такого сделал, то, что они от меня не отстанут?» Я встал со стула и подошёл вплотную к окну, зло смотря на нарушителей моего покоя. Карие глаза очень большой совы смотрели на происходящее со скукой, как будто уже устали, но продолжали дожидаться чего-то или кого-то… У ворона были очень знакомые голубые глаза… Которые смотрели с любопытством и периодически переводили взгляд на людей за моей спиной и обратно, пытаясь осмыслить происходящее в этом доме. Я плотно захлопнул штору и отошёл от окна. В голову закрадывались мысли, но они не могли быть правдой… Так ведь? Я тихо вышел из комнаты и спустился на первый этаж. В кухонном окне гуляли тени зверят… Тихо выдохнув, я подошёл к входной двери, и моя рука потянулась к дверной ручке, как раздался знакомый голос: — НЕ СМЕЙ! Я резко убрал руку и сделал два шага назад, все тело оконченело от шока и страха. Я перевёл взгляд на кухонное окно. Тени зверей пропали, но зато появилась другая. Тоже знакомая. Большая. Немного кривая. Она подошла вплотную к окну и стала вглядываться внутрь дома. Я задержал дыхание, стоя в тени коридора, откуда, надеюсь, меня не было видно, всматриваясь в освещение слабым улицам фонарём лицо того мужика с шрамом на губе. Всё внутри меня окоченело, стук сердца отдавался где-то в горле. Мужчина отошёл. Я вздохнул с облегчением, еще минуту я стоял в лёгком ужасе и пытался успокоить дрожь в теле, но беда никогда не приходила одна, она всегда наваливается комом. Раздался хруст снега на крыльце. Я быстро уставился на дверь, физически ощущая, как на ручку опустилась рука, секунда, и я бесшумно нащупываю куртку Ромы и достаю нож, вторая секунда, и рука опускается, я занимаю стойку за поворотом на кухню с ножом на изготовке, третья секунда и...