Я тебя не дам в обиду, я тебя обижу сам

— Влад, он в зале. — Иду, — резко ответил мужчина, крепче сжимая пальцами корпус телефона, — только пришел? — Вроде бы, — отозвалась Яна. На заднем фоне разрывались басы, слышно было хреново, но ответ различить получилось, — мне кажется, он под чем-то… Дайкири действительно был не в адеквате. Владлен застал его виснущим на каком-то парне, который пришел в клуб со своей девушкой. Парень этот достаточно терпеливо пытался объяснить, что он не заинтересован в представителях своего пола, но его терпение было на исходе. — Эй-эй, спокойно, иди сюда, — решительно произнес Владлен, с силой оттаскивая не особо сопротивляющегося мальчика в сторону. Толкнул на барную стойку и крепко сжал шею пальцами, заставляя посмотреть себе в глаза. Яна правильно сказала, Дайкири был под действием каких-то веществ. Его глаза заволокло странной дымкой, а черные блестящие зрачки полностью поглотили показавшиеся болотными искорки радужки. Ко всему прочему Владлен заметил следы белого порошка на негладко выбритой щеке и плохо стертую кровь под носом. — Черт, — прошептал мужчина, пытаясь удержать парня на ногах и при этом не задушить. К нему на помощь тут же подскочил кто-то из персонала. — Владлен Михайлович, скорую вызвать? — взволнованно воскликнул бармен, продолжая, впрочем, смешивать кому-то коктейль. — Да нет, спасибо, — бросил мужчина и вместе с работником потащил парня к своему кабинету. Следом за ними уже спешила Яна. — Владлен, куда ты его?! — вскричала она, пытаясь помочь, но только мешала, путаясь под ногами. — Вл… Владлен, черт, ты хоть объясни! — Не сейчас, милая! — отмахнулся мужчина, подхватывая уже почти упавшего на пол парня. — Блять, а ну отойдите! И, решив, что ему проще будет одному донести достаточно легкого мальчика на руках, он подхватил его под спину и под колени и быстрым шагом направился по узкому коридору. Яна кинулась вперед, отстукивая тонкими каблучками по плиточному полу, спеша открыть дверь в кабинет. — Владлен, может, скорую ему вызвать?!. — Не нужно, я сейчас его лично папаше отвезу! — фыркнул мужчина, осторожно сгружая парня на диван. — Только сегодня выяснил, кто он, прикинь! Вернее, кто его папаша! — И кто? — нервно заламывая пальцы, шепотом спросила Яна. По его лицу она, видимо, поняла, что все, пиздец котенку, мальчик-то действительно мажором оказался. — Собственник этого клуба, — рявкнул Владлен, наливая из графина стакан воды, а потом добавил более холодно: — депутат от правящей партии и наш с тобой хороший друг Олег Анатольевич Невский. А это его сын! Яна от удивления даже ничего не смогла сказать. — Сын? А… как же… — А вот так! — процедил Владлен, присаживаясь на край дивана и поднеся стакан к губам отлетевшего Дайкири. Вернее, Кирилла Олеговича Невского собственной, блять, персоной. — Я знал, что у него сын, но он-то учился в Штатах, никогда нигде не светился, а теперь вот пожалуйста! — Влад, так это… нам же теперь срака, нас же теперь… — Не нам, а мне, — отозвался Владлен, сосредоточенно изучая лицо парня. Тот даже в неадеквате был симпатичным, хотя никаких желаний сексуального характера и не вызывал. — Ты же с ним не трахалась. Яна помолчала какое-то время, а потом тихо спросила: — Может, все-таки скорую ему вызовем? — И что? Пусть поставят сына Невского на учет? — фыркнул Владлен, понимая, что поить парня нет ни смысла, ни возможности. — Не знаю, что за говно он принимал, но его вскоре отпустит. Пока понаблюдаем. Принеси плед, будь добра. — Конечно! — с готовностью ответила женщина и выскочила за дверь. Вернулась через минуту с большим пушистым покрывалом. — Еще что-нибудь? Владлен не нашел в себе силы ответить, только головой покачал. — Ладно, тогда я в зале буду. Если что, звони. И она упорхнула, прикрыв за собой дверь. Закутав мальчика в плед, мужчина тяжело опустился в свое кресло, хмуро глядя в окно. Олег вряд ли обрадуется, но все-таки он не мог не знать, чем занимается его отпрыск. Наверняка в этот клуб и посылал, потому что рассчитывал, что Владлен будет следить за чистотой. Только вот Кирилл накачался наркотиками где-то за пределами клуба. Ладно, минус проблема. Теперь та ночь на прошлой неделе… Допустим, про его легкомысленность отец тоже знал. Да и не ребенок ведь уже совсем! На вид двадцать два года… На улице стремительно темнело, ноябрь омывал город слезами, и под мерную барабанную дробь капель по стеклу Владлен даже умудрился задремать в кресле, потому как очнулся от того, что на колени ему приземлилась чья-то обтянутая джинсами аппетитная задница. — Привет, — прошептал игривый голос над ухом, опалив дыханием кожу. — Слезь с меня, — поморщился мужчина, пытаясь отодвинуть от себя парня, — от тебя несет аптекой. Что ты принимал?! — Принимал желаемое за действительное, — ехидно отозвался парень, потираясь бедром о пах Владлена, — я в порядке, уже отпустило, так что… — Так что мы едем к твоему отцу, — грубо оборвал его мужчина, резко поднимаясь на ноги, так что Кирилл едва ли не шлепнулся на задницу, и, вопреки ожиданию, совсем не испугался его слов. Только рассмеялся, закатив глаза. — К отцу? И что? Думаешь, он меня отшлепает? Кулачком показательно потрясет еще и ножкой топнет? — Посмотрим, — хмуро отозвался Владлен. Но, к сожалению или к счастью, Кир оказался прав. Когда спустя час они предстали перед судом в лице отца опороченного «ребенка», тот только вздохнул, как разочарованный родитель, дитя которого заявило, что Микеланджело — это черепашка-ниндзя, та что с оранжевой банданой. — Послушай, Влад, — ровным тоном произнес Олег, отведя друга в сторону и усадив на диван, — я хорошо знаю своего сына. Мы прошли тяжелые периоды его взросления, и уж кому как не мне знать, что чем больше его давишь, тем сильнее он сопротивляется. Кир, который все это слушал, развалившись в кресле, только громко хмыкнул. Олег мазнул по нему незаинтересованным взглядом и, достав из минибара бутылку рома, налил немного в стакан, протянул Владлену. — Так что то, что случилось, не твоя вина. Это я должен просить прощения, а не ты. Порой мой сын бывает невыносим. Владлен хотел возразить, но Олег не позволил. Налил себе, сел рядом и, сделав глоток крепкого алкоголя, добавил: — А вот наркотики уже хуже. Это мне не по душе… Это порочит честь, выставляет нашу семью в плохом свете, а уж если про это узнают журналисты, то на моей карьере можно поставить крест! Не говоря уже о том, что это попросту вредно… Он размышлял хладнокровно, но Владлен сам весь похолодел. Он смотрел на этого мужчину и никак не мог осознать, что на самом деле совсем его не знал. Сделав глоток алкоголя, он поморщился. Театр абсурда какой-то. Потом перевел взгляд на иронично улыбающегося Кира, понимая, что был прав. Самый обыкновенный мажор, наслаждающийся вседозволенностью. Ничего особенного в нем не было, кроме соблазнительного тела и смазливого личика. Похотливый, бесстрашный богатенький мальчик, который лет через тридцать, — если доживет, — превратится в отца — расплывшегося бульдога с отвислыми щеками и бесцветными помутневшими глазами. Это пока он молодой и красивый, думает, что все ему подвластно… На лестнице раздались приглушенные шаги, и Владлен с трудом отвел взгляд от Кирилла, уже готовый встать, чтобы поприветствовать жену Олега — Елену, но это оказалась не она. — А это… — хозяин дома устало помассировал пальцами виски, прикрыв глаза, — наш сенешаль… — Дворецкий, — ехидно вставил Кир таким ядовитым голосом, что Владлен вздрогнул, будто кислоту плеснули ему в лицо. Но, впрочем, на язвительного мальчишку он даже не посмотрел, до неприличия долго изучая застывшего на нижней ступени роскошной лестницы еще более роскошного молодого мужчину. На самом деле Владлен себя потом даже мысленно поправил. Вряд ли к прислуге можно было применить такое слово. Да, мужчина был красив. Лет тридцати, гладко выбритый, с симметричными благородными чертами лица и ясными внимательными глазами человека, привыкшего подмечать детали. Взгляд буквально приковывала его горделивая осанка и атлетический разворот плеч. Мужчина, скрывая неловкость, несколько экспрессивным движением поправил манжеты своей белоснежной наглухо застегнутой рубашки, привлекая внимание к изящным рукам, и Владлен не сдержался. Ему показалось жизненно необходимым коснуться его кожи… Резко поднявшись на ноги и сжав сильнее стакан с янтарным ромом в левой руке, он шагнул вперед, протягивая сенешалю правую руку. Тот несколько даже удивился, но это удивление можно было прочитать в одном лишь едва уловимом изгибе брови. Мягкая выученная улыбка скользнула по его губам, он сам сделал шаг вперед, спускаясь с лестницы и пожимая протянутую ладонь. Рукопожатие его было в меру крепкое, взгляд — прямой, но Владлен, что парадоксально, не чувствовал в этом взгляде никакого вызова, никакой природной агрессии по отношению к человеку своего пола, никакого духа соперничества. Мужчина смотрел кротко, смиренно и был до того невозмутимым, что и окружающим передавал частичку своего спокойствия. — Владлен, — представился он, глядя сенешалю в глаза. Тот чуть склонил голову и ответил: — Приятно познакомиться. Меня зовут Алексей. И мягко высвободил свою руку, потому как странный гость, судя по всему, сжимал ее слишком долго. — Ну, раз вы уже познакомились, — Олег как раз подошел ближе, и Владлен, чтобы скрасить неловкость, сделал глоток алкоголя, украдкой наблюдая за событиями, — то я бы попросил тебя, Влад, остаться сегодня на ночь. Время позднее, мой сын тебе сегодня доставил немало хлопот. Поужинай с нами, Антонина как раз приготовила чудесное рагу. — Я… — мужчина даже, наверное, отказался бы, но не нашел повода, да и с Киром хотелось прояснить все до конца. Хотя, основная причина была в том, что он пытался разобраться в своем интересе к Алексею, а на это требовалось время. Сенешаль оказался крепким сладким напитком, который раскрывался не с первых мгновений. Его хотелось распробовать на вкус. — Конечно, если я вас не потесню. — Что ты! У нас гостевая пустует, да и одиноко за столом! Ты же знаешь мою жену, она любит потрещать о всяком… Ты, наверное, хочешь освежиться? Алексей, проводи гостя в его спальню и проследи, чтобы у него было все необходимое! А я пойду разыщу Лену. Она, должно быть, в саду. Владлен ничего не успел возразить. Он тут же впился взглядом в сенешаля, который все это внимательно слушал, заложив руки за спину, а в конце только вежливо кивнул. Олег хлопнул гостя по спине и ушел куда-то вглубь дома, и Владлен, оставшись практически наедине с заинтересовавшим объектом, принялся бессовестно рассматривать аристократические черты его лица, густые и чуть вьющиеся темно-русые с медовым отливом волосы и тонкую шею. Парень, впрочем, тоже его изучал те несколько секунд, что они провели в неловком молчании в отсутствии хозяина. О том, что они «практически» наедине, им поспешили напомнить. — Кхм, ну и как, Влад? Я оказался прав? — хмыкнул Кирилл, подходя ближе. — А устроил тут игры в благородного рыцаря без страха и упрека! Ты еще замуж меня позови за то, что трахнул! Тонкие руки обвились вокруг шеи, ухо опалило горячее дыхание, но Владлен на него и внимания не обратил, всецело погрузившись в мрачную задумчивость. Алексей, впрочем, тоже никак не отреагировал, только опустил взгляд в пол, ожидая, когда сын хозяина договорит, и можно будет пойти исполнять поручение. Но Кирилл успокаиваться не хотел. — Я могу творить, что захочу, и отец мне слова не скажет, — с бахвальством заявил он и прихватил губами мочку уха мужчины. Владлен дернул головой, отстраняясь от чрезмерно общительного мальчишки, и попытался мягко отцепить от себя его руки, но, то ли наркотик так действовал на Кира, то ли тот просто обладал каким-то природным сволочизмом, но он только сильнее вцепился в шею мужчине и прошипел: — Не нужна тебе гостевая комната. Приходи спать ко мне. У меня чудесная двуспальная кровать… — Кирилл, — строго одернул его Владлен, чувствуя, что начинает злиться на него, — прекрати это. — Брось, — легкомысленно отмахнулся парень, а потом сменил сексуальное придыхание на командирские нотки: — Ты, дворецкий, даже не думай вести его в гостевую, понял? Или я тебе устрою веселенькую жизнь! Владлен внимательно посмотрел на Алексея, и у него едва ли ноги не подкосились от блистающего великолепия его реакции. Он гордо вздернул подбородок, еще сильнее выпрямил спину и безупречно царственно повел плечом, так что на его фоне Кир показался инфантильным ребенком, нуворишем, да и просто каким-то ничтожеством. — Ваш отец поручил мне задание, — произнес он тихим, как дыхание, ровным голосом человека, имеющего то ли врожденную, то ли приобретенную способность практически все конфликты решать мирным путем. — А я тебе говорю… — начал Кирилл, но Владлен не позволил ему закончить. Развернулся, сбрасывая с себя его руки, и холодным резким тоном оборвал его: — Веди себя прилично! Тебе стоит принять душ и проспаться. — Ты меня еще поучи! — фыркнул парень, но, впрочем, благоразумно решил не спорить. Бросив на сенешаля полный глухой бессильной злобы взгляд, он ушел на кухню, громко подзывая к себе кухарку Антонину. Глубоко вздохнув, успокаиваясь, Владлен наконец-то прямо посмотрел в глаза Алексею и с легкой улыбкой произнес: — Идемте, я действительно хотел бы умыться перед ужином. Мужчина медленно кивнул и, развернувшись, начал подниматься по лестнице на второй этаж, придерживаясь за перила. Владлен позволил себе полюбоваться на плавные движения его бедер и пошел следом, чувствуя себя каким-то больным извращенцем. Он думал, что разнузданная похоть того раскованного «Дайкири» была соблазнительная и манящая, но нет. Нет. Нет! У него на «Дайкири» даже в половину так крепко не стояло, как на этого исполненного благородством слугу, и Владлен сам поражался себе, ведь его всегда мало интересовали взрослые мужчины. Если он и спал с мальчиками, то это были именно мальчики. Молодые, сексуальные и готовые к экспериментам, иногда даже женоподобные. Но этот мужчина… Черт, да Владлен даже не знал, как к нему подступиться, потому начал с простого вопроса: — И давно вы работаете на Олега? Алексей мельком обернулся и спокойно произнес: — Уже четыре года. — Правда, целых четыре года? — удивленно переспросил Владлен. — С самой постройки дома? — Да, с самой постройки, — отозвался сенешаль, распахнув перед гостем одну из дверей длинного коридора. — Это гостевая спальня. Там вы найдете все необходимое. — А… — Владлен заметался взглядом по обезличенной спальне, пытаясь найти причину, почему Алексею стоит остаться, но причины не находились. Мужчина снова заложил руки за спину и услужливо склонил голову, вежливо ожидая указаний, а потом, когда пауза затянулась, произнес: — Я буду на первом этаже. К вашим услугам также горничная Ксения. Она убирает комнату Кирилла Олеговича. — Конечно, — выдохнул Владлен и махнул рукой. Пришлось смириться и отпустить, в конце-то концов, ему действительно хотелось освежиться перед ужином. Только оставшись в одиночестве и тишине, он заметил вдруг, что до сих пор сжимает уже совсем теплый стакан с ромом на дне. Допив последний глоток, он поставил стакан на комод и зашел в ванную. Отражение в зеркале его не особо порадовало. Он плохо спал в последнее время, да и уже три дня не находил времени, чтобы побриться, а потому сам себе напоминал бродягу, одетого в дорогой костюм. — «Притащила в дом сестренка, не щеночка, не котенка, не птенца и не ежа, а немытого бомжа!» — прорычал Владлен, поправляя галстук и воротник рубашки. Он провел руками по покрытым щетиной щекам и крепко зажмурился, пытаясь прийти в себя. Но, стоило векам закрыться, как перед глазами вставал образ… Плавная линия талии, по-мужски узкие, но крепкие бедра, широкий разворот изящных плеч… Он весь был какой-то на грани, контрастный и, с какой стороны ни посмотри, особенный. В нем все казалось до неприличия изысканным и эксклюзивным, будто не человек, а какая-то дорогая игрушка, которую исхитрились придумать дизайнеры для пресыщенной публики. Владлен устало простонал, сжимая зубы до тупой боли и стиснул свой ноющий член через ткань брюк. Нужно было сбросить напряжение и немедленно, пока это не закончилось плачевно. Он и так уже выебал сына Олега, так что дальше? Вся прислуга? Жена Елена?.. Пальцы подрагивали, и змейка на джинсах все никак не хотела поддаваться. Владлен закусил губу и уже двумя руками расстегнул брюки, немного нервно доставая напряженный член. Выдохнув судорожно, он провел рукой по стволу вверх-вниз, почти до боли стискивая пальцы на чувствительной головке, и тихонько застонал и зажмурился, сильнее сжимая зубами нижнюю губу. Вновь уперся свободной рукой об умывальник и принялся грубо дрочить себе, вспоминая каждый взгляд, которым Алексей соизволил одарить его сегодня. Контрольным выстрелом в голову стала улыбка. Та самая понимающая смиренная улыбка, которую скупой на эмоции сенешаль подарил ему за инициированное рукопожатие. Яркое удовольствие прострелило позвоночник и прошибло до самых кончиков пальцев. Владлен глухо застонал, кончая на безупречно белый фарфор умывальника, и какое-то время еще стоял, вцепившись пальцами в край, пытаясь устоять на ногах. Блестяще, просто блестяще! Сгорая от презрения к собственной распущенности, мужчина привел себя в порядок, зачесал пальцами волосы и, только убедившись, что возбужденный румянец с щек окончательно сошел, решил спуститься вниз.