Возьми шоколад, поднимает настроение

Хелен снилось уханье совы. Шелест крыльев, постукивание в окно, снова уханье. Все звуки так органично вплелись в реальность сна, что даже упавшая на голову довольно увесистая посылка не сразу её разбудила. Сове пришлось сильно клюнуть руку девушки, которая пыталась отмахнуться от птицы. — Ааай! — Хелен рывком села на кровати, непонимающе осматриваясь. Сова ещё раз ухнула, взмахнула крыльями и, недовольно косясь на девушку, перепрыгнула-перелетела на стол. Только сейчас узнав птицу, Фрост широко улыбнулась и быстро приблизилась к ней. Покопавшись в тумбочке, она вытянула совиные лакомства и мягко коснулась перьев. — Ты молодец, Хотч, — сова прикрыла глаза и благодарно ухнула, с удовольствием забирая из рук Хелен лакомство. — Нормально долетел? Такой хороший… Да-да, вся банка только для тебя. Хелен оглянулась на спящих соседок по комнате — пологи на кроватях Эммелин и Доркас был задернуты, а Пандора, как всегда, счастливо улыбалась чему-то во сне. Она никогда не закрывалась, когда отправлялась спать, к тому же, всегда старалась открыть окна на ночь "чтоб свежий воздух прогонял мозгошмыгов", как любила говорить перед сном подруга. И пусть другие соседки иногда подшучивали над блондинкой, Хелен была рада, что смогла подружиться с такой честной и открытой Пандорой. Солнце уже начало свой подъём над горизонтом и освещало комнату тёплым, золотистым сиянием, обещая сделать октябрьский день не просто сносным, а очень даже приятным. Но до подъёма было ещё несколько часов, так что, стараясь никого не разбудить шумом, Хелен вернулась к кровати и осторожно развязала узел на свертке. Коричневая бумага, с тихим шуршанием, упала на пол, а девушка уже держала в руках теплый вязаный черно-синий шарф. На одном из его концов такой же тёмно-синей шерстью был вышит знак Трояна. Прикрыв глаза, с глупой улыбкой она закопалась носом в мягкую шерсть. Знакомый запах трав, дыма и выпечки перенёс Хелен в её старую комнату в Колдовстворце, практически выбивая слезу ностальгии по давно ставшим родными стенам и друзьям, которых она вряд ли увидит в ближайшее время. Бережно отложив шарф в сторону, Фрост потянулась за листами пергамента, которые выпали из посылки. Прыгающий почерк лучшего друга с его неровными буквами и уползающими то вверх, то вниз строчками, вызвал лёгкий смешок. Было заметно, что к письму делали несколько подходов. Хотя бы потому, как менялся цвет чернил и проскакивали среди них строчки, написанные обычным карандашом. Ещё на нескольких листах были написаны рецепты давно знакомых зелий — особые обезболивающие, успокоительные и, конечно, любимая разработка деканши факультета Трояна — волчье зелье, которое позволяло не только оставаться в сознании после обращения, но и не подавляло ту внутреннюю, звериную часть, которая давала своему хозяину нечеловеческие силу, зрение, обоняние и слух в обычные дни. Оставалось понять, как Рори смог не просто выклянчить рецепт, но и уговорить строгую женщину оставить на каждом листе личную подпись. Надеясь найти ответ, Хелен развернула письмо: "Привет, Ленка! Это твоё письмо шло так долго или ты просто врёшь, что скучаешь по нам? Мы с Ликой и Милой его столько ждали, а ты всего-ничего написала! В следующий раз с тебя пергамент минимум на две дюжины сантиметров! Я соскучился просто ужасно! Девчонки меня эксплуатируют как могут! Лика вообще заставила меня пойти с ней по магазинам за платьем на День Осеннего Равноденствия. Я два часа проторчал у примерочных, чтоб она вернулась к самому первому варианту. Хотя, если честно, видеть её в этих всех шмотках стоило того... Знаешь, я только после Луны понял, что это было буквально второе полнолуние без тебя. Волков следил за мной всю ночь и заставлял пить зелье. Боялся, что тоскующий волк изгрызёт себя или будет бросаться на кого-то из стаи (у нас как раз есть новенький и он мне совсем не нравится). Только, знаешь, мой волк всё равно скучает и грустит, что ты уехала — я даже сейчас чувствую, что в следующем месяце он будет выть и грызть себя от одиночества. Остаётся надеяться, что шрамы будут где-нибудь в незаметных местах. Олегович считает, что Лика могла бы помочь, вот только кто ж её заставит? А сама она пока, как я понял, боится. Неужели я такой страшный, когда оборачиваюсь? Хотя, конечно, сам процесс… Но ведь можно отвернуться или прийти, когда я уже… в общем, ладно. Не буду ныть. Главное, ей не говори, что я написал, а то она меня пришибёт. Ты, конечно, умная, что капец, но не пойму, как ты до сих пор не догадалась как своего нового знакомого проверить? Добавь ему аконита в чай и наблюдай. Главное — не переборщи, а то мы с Милкой недавно погрызлись, она мне такую горсть сыпанула, что я думал мне кранты. Два дня было так хреново, что я только валялся в кровати. За то как она потом извинялась! Но если он тебе нравится (вот только не ври, что ничего такого — я помню и Макса, и Костю из стаи, знаю я твой "типаж"... может, ты и со мной только поэтому подружилась?), отправляю тебе под стазисом мою майку. Я как раз в ней полдня проходил перед полнолунием. Просто надень под кофту, пройдись мимо и посмотри на реакцию после следующей Луны. Перед ней лучше не надо, сама помнишь, что даже Сенька становится психованный, куда уж нормальному пацану. И не закатывай глаза — и без тебя знаю, что в потных грязных майках нет ничего крутого. Но она же для обычных людей даже не пахнет, если не принюхиваться! А оборотень сразу учует. Девочки просили передать тебе гостинцев. Лика хотела связать шарф и даже начала, но Мила увидела, что он зелёный и сказала срочно переделать в синий. Мол, это будет правильно и как надо — видит она так. Скажешь в чём дело? Как вообще цвет может что-то значить? За то идея с символом Трояна была моя! Мила подготовила несколько травяных сборов для тебя. Говорит, что ничего такого — просто чай. Но я заставил её подписать что она туда запихнула, так что советую посмотреть, перед тем как пить. После этой истории с аконитом, я бы ей не доверял. Ты просила ещё погадать, но... я мало что запомнил, из всей кучи текста от Милы. В общем, всё будет нормально. Только выбирать тебе надо не одно из двух, которое идёт в руки, а третье. И не спрашивай меня, что это значит. Мила сказала, что ты сама поймёшь. Хотя, я не был бы так уверен — ты же её мысли прочитать не сможешь. В этих её пророчествах черт ногу сломит. Она только рекомендовала не спешить и не увлекаться Дьяволом, а лучше присмотреться к Луне, потому что Влюбленные легли именно на неё. И если ты мне скажешь, что это не намёк на этого твоего "подозрительного" оборотня, я готов месяц питаться одним салатом! Знаешь, я ещё раз прочитал твоё письмо и понял, что мне не нравится. Если в этой долбанной Англии так относятся к оборотням, то вряд ли у них нормально развита медицина магических существ. Я прав? Так вот, я подходил к Настасье, показал твоё письмо и... в общем, идея отправить рецепты — её. Она рекомендовала сходить с ними к директору. Наверняка он в курсе о том, кто этот твой приятель и, если ты права, пусть хоть облегчит ему жизнь. Если не поверит, что рецепты рабочие — пусть отправит сову или свяжется с ней лично по камину. Представляешь, она жаловалась мне, что ей теперь больше зелий готовить, после того, как ты уехала. Она что, правда эксплуатировала тебя всё то время, когда ты на "дополнительные" ходила? Ленка, это же кошмар! Ты чего раньше не сказала?! Мы бы вытащили тебя из этого рабства! Рекорд! Я пишу это письмо три дня. Если что, бей не меня, а Лику — я до сих пор жду, пока она закончит твой подарок. Она почти всё, так что надеюсь, что вечером твоя сова будет отправлена домой. Знаешь, он очень неплохо устроился у нас и, кажется, даже прибавил немного в весе за эти дни. Но клюётся, как сумасшедший! Или он просто меня невзлюбил? Наверное, не стоило его называть курицей и говорить, что нагружу его двухпудовой коробкой… Все передают тебе привет. А я ещё раз напоминаю, что мы с волком скучаем. Если тебя будет кто-то обижать — только дай знать, я придумаю как добраться до Англии и объясню каждому придурку, что он не прав! А если совсем достанут — бабулино предложение остаться жить с нами всё ещё в силе. Хотя бы до конца учёбы. Хотя, думаю, она просто хотела бы иметь при себе целительницу, хах! Ура! Лика закончила! Обнимаем тебя все! Надеюсь, твоя сова дотащит всё, что они собрали. Лучший друг во Вселенной, Рори" К концу письма Хелен улыбалась так, что начало сводить мышцы лица. Она даже не представляла, как сильно соскучилась по друзьям до того, как получила от них весточку. Быстро осмотрев сверток с обещанной Рори футболкой, она ещё раз укрепила на ней заклинание стазиса и спрятала её поглубже в комод. Мысль об аконите, как и о серебре, давно приходила ей в голову, но ей казалось, что это будет слишком жестоко по отношению ко всегда милому с ней Римусу. К тому же, она не была уверена, что сам Римус готов был посвящать в свои секреты малознакомую новенькую. Рецепты зелий она сложила и спрятала в учебник Трансфигурации — как раз сегодня у неё должен был быть урок у заместителя директора и, раз его самого с начала недели не было в школе, она может обратиться к ней. *** Одного взгляда на резко растерявшее всю свою строгость лицо МакГонагалл было достаточно, чтобы понять, что Хелен была права в своих догадках. Что уж говорить про удивлённое и испуганное одновременно лицо мадам Помфри, которая гораздо меньше умела контролировать эмоции. Сейчас, когда Фрост быстро спускалась на ужин из башни Когтеврана, это вспоминалось с довольной ухмылкой. Когда новые рецепты были подробно разобраны, а котелок в каморке целительницы тихо побулькивал новым зельем, замдекана вернулась в больничное крыло, широко улыбаясь. — Мисс Фрост, не знаю, как вас благодарить, но вы существенно облегчили нам задачу, — она взмахнула палочкой, трансфигурируя у рабочего стола Помфри тройку мягких кресел. Тут же на нём появилось три чашки чая и тарелка с печеньем. — Я пообщалась с деканом факультета целительства Колдовстворца и, если то, что она сообщила о действиях зелий и вашем умении их готовить, правда... Что ж, мистер Люпин действительно будет вам благодарен. Хелен вздохнула: — Извините, профессор, но, если вы с мадам Помфри не против, я бы попросила вас не сообщать ему, что я знаю о его... ликантропии. Бровь МакГонагалл поползла вверх: — Я могу узнать причину? — Просто... — Хелен вздохнула и бросила взгляд на внимательно прислушивающуюся к диалогу целительницу. — Думаю, ему так будет спокойнее. Учитывая отношение общества к оборотням... — Вы довольно тактичны для своего возраста, мисс Фрост, — чашка тихонько звякнула о блюдце, когда заместитель директора поставила её на стол. — Уверена, вы решите этот вопрос самостоятельно с мистером Люпином. Поппи, вы же попробуете дать новые зелья мистеру Люпину уже в это полнолуние? Целительница кивнула, мягко улыбнувшись: — Да, Минерва. Раз вы получили подтверждение от декана из Колдовстворца. Только не зелье разума — я понимаю, что оно нам пригодилось бы больше всего, но у нас нет обученного оборотня или... берендея, верно?, чтобы безопасно проследить за Римусом. Я не хотела бы так рисковать, — она быстро перевела извиняющийся взгляд на Хелен. — Простите, дорогая, не то чтобы я вам не доверяла, но сами понимаете... — Её взгляд вернулся к МакГонагалл. — С остальными зельями мы не будем откладывать. У нас как раз есть выходные, чтобы подготовить обезболивающие, заживляющие и зелье восстановления для мистера Люпина. — Отлично. Тогда я вас покину. Хорошего вечера, Поппи. Хорошего вечера, мисс Фрост. Подтверждения от заместителя директора и целительницы было вполне достаточно, но лежащая в комоде футболка лучшего друга так и подмывала проверить реакцию Люпина. Так что теперь, перепрыгивая через одну ступеньку, Хелен с дикой улыбкой спешила в Большой зал, надеясь, что знакомые зелья не подведут и мадам Помфри не станет задерживать Римуса на несколько лишних дней. *** За первые четыре года в Хогвартсе Римус успел опробовать на себе такое количество зелий, которые, как обещала школьная целительница, "наверняка должны помочь", что в этот раз по привычке не ожидал особого действия. Эликсир был густой и, хотя приятно пах травами, на вкус оказался редкостной гадостью — терпкий и горький, его так хотелось выплюнуть, что парень с трудом поборол рвотный рефлекс. Вздрогнув всем телом после того, как протолкнул в себя последний глоток, он прислушался к ощущениям. Привычное зудящее покалывание во всём теле никуда не исчезло, кровь всё так же неслась по телу, отбивая слишком быстрый для лежащего уже четверть часа на кушетке темп, а слух улавливал разговоры в коридоре за закрытой дверью лазарета. Только противный привкус, от которого хотелось прополоскать рот, почистить зубы и выпить половину Черного озера, никуда не делся. Люпин вздохнул и повернулся на кровати, челюсть привычно сжалась в ожидании нового приступа боли, но... её не было. Ощущение было таким непривычным, что он рывком сел и... ничего. Мышцы и суставы спокойно справлялись со своей работой, если не считать общей слабости во всём теле. Несколько приседаний лишний раз убедили парня, что боль впервые за десяток лет отступила, оставив только легкую пульсацию у висков, которая, в сравнении с ежемесячной пыткой, была почти незаметной. — О, Римус, дорогой, ты выглядишь бодрее, — увлечённый ощущениями в собственном теле, он не заметил, как целительница вернулась. — Да... — всё ещё не веря своим ощущениям, он осмотрел себя. — Да, у меня... впервые ничего не болит перед превращением?... Ох, Мерлин... спасибо... Несколько секунд Римус прислушивался к реакции организма, но ничего не изменилось. Боль не вернулась внезапным монстром, притаившимся всего на несколько минут. Он сам не понял, как его губы расплылись в широкой счастливой улыбке, а глаза наполнились влагой. От внезапного прилива благодарности к женщине, которая столько о нём заботилась и, наконец-то, добилась такого результата, на который он сам никогда даже не надеялся, Римус рванул к Помфри и рывком обнял. Дыхание сбилось и вырвалось из груди полузадушенным всхлипом. По всему телу разливалось тепло, а внутри, будто впервые с самого рождения, встало солнце. Он шмыгнул носом, чувствуя, как влага, всё собиравшаяся в уголках глаз, всё-таки скатилась по щекам. Ему никогда не хотелось, чтоб его жалели или видели таким уязвимым, но сдерживать себя не получалось. Тёплая сухая рука мягко погладила по спине: — Ну, всё, мальчик мой... Тише... Всё хорошо... Целительница успокаивающе гладила его по сгорбленной спине, чуть задевая кончики отросших на затылке волос, пока дыхание парня не выровнялось. Отстранившись, мадам Помфри заглянула в глаза Римуса: — Мне жаль, милый, что мы раньше не смогли достать рецепт этого зелья, — она мягко улыбнулась. — Но теперь я рада, что твои полнолуния будут проходить лучше. Пойдём, нам уже пора... Превращение правда прошло хорошо. Римус всё ещё боялся того, что может навредить кому-то из друзей-мародёров, но его волк с радостью принял новую "стаю". Второй месяц парни прокрадывались за ним в Визжащую хижину и второй месяц Люпин "отделывался" всего несколькими царапинами, шрамы от которых легко было спрятать под одеждой. И если после первого мадам Помфри ещё поглядывала на него подозрительно, то в этом месяце заслугу за отсутствие повреждений она приписала новым зельям. Не то чтобы Римус хотел её переубедить... Утреннюю порцию обезболивающего он ждал всю дорогу до лазарета. Горечь, сводящая челюсть, показалась не такой ужасной, когда через пару минут его тело смогло полностью расслабиться. Даже лёгкая пульсация в висках и отвратительное послевкусие не могли испортить его настроение. Ещё несколько зелий, среди которых знакомое снотворное, он выпивал уже с улыбкой. Слабой, из-за усталости после ночи, но искренней улыбкой. — Новое восстанавливающее зелье и мазь для твоих ран, — целительница обработала зарапины от когтей и вручила Римусу последний пузырек с голубоватой жидкостью. Проснувшись полным сил, Римус потянулся за палочкой. Бинты, тянущиеся по его плечу и закрывающие последнее ранение, были немного туговаты, но это не мешало ему наколдовать часы и отметить, что он пропустил всего один урок. К его сожалению, желание скорее сбежать из лазарета пресекла строгая целительница. — Нет и ещё раз нет, Римус, — голос Поппи Помфри был твёрдый, не терпящий пререканий, Люпин давно понял, что в такие моменты спорить с ней бесполезно. — Это новое зелье и, пока я не буду убеждена, что с тобой всё в порядке, даже не пытайся встать с кровати. Спасло Римуса только то, что в перерыве между занятиями Мародёры принесли несколько книг, иначе от скуки он бы просто сошёл с ума. И пусть они не смогли задержаться, чтобы поболтать подольше, он был рад тому, как на лицах его друзей проступила искренняя радость от вида так быстро оправившегося парня. Люпин как раз закончил главу о Четвёртом восстании кентавров, когда в палату ворвались три шумных вихря в разлетающихся во всё стороны мантиях. Как говорится “помяни чёрта…” — Луни! — Сириус упал на кровать, отпихнув ноги друга в сторону. — Как ты? Джеймс и Питер добрались до пары стульев рядом с его койкой ещё через несколько секунд. Все трое с интересом рассматривали Люпина. Впервые на их памяти он не только говорил, что в порядке, но и выглядел более здоровым. Пусть тёмные тени под глазами не ушли полностью, но они стали менее заметны, привычная бледность лица, которая была уже обычной перед и после полнолуния, исчезла, а улыбка, заигравшая на лице Римуса с появлением друзей, была искренней и не вымученной. Джеймс оглянулся на кабинет Помфри перед тем, как понизить голос: — Это то новое зелье? Про которое ты говорил перед тем как…? Римус кивнул и отложил книгу, которую до сих пор держал в руках: — Оно и ещё пара. Я чувствую себя так, будто полнолуние было не вчера, а минимум дюжину дней назад. — Это же потрясающе! С нашей помощью и этим зельем, ты даже не будешь замечать свою пушистую проблему, — Сириус широко улыбнулся и легко похлопал Люпина по ноге, хотя во взгляде серых глаз читалось беспокойство — не сделает ли он этим движением больно своему другу. Римус улыбнулся ещё шире: — Этой ночью всего пара царапин, да и те, наверное, уже зажили — я совершенно не чувствую их. — А почему тогда ты до сих пор в лазарете? — Питер задумчиво наклонил голову. — Если ты себя хорошо чувствуешь... — Зелье новое, — Римус пожал плечами. — Мадам Помфри хочет убедиться, что не будет никаких побочных эффектов. Я уже пытался отпроситься, вообще-то я мог пропустить всего один урок, но она была против. — Это мы сейчас исправим! Сириус подхватился с кровати и быстро убежал в сторону кабинета целительницы. Парни проводили его взглядами — никто из них не сомневался, что Сириус найдёт подход к мадам Помфри. Такой уж у него был характер — даже самую строгую деканшу МакГонагалл заставить улыбаться после особо ярких розыгрышей мог только он. Уже через несколько минут дверь её кабинета резко открылась, давая возможность парням услышать часть диалога: — ...он подтвердит ваши слова, мистер Блэк. Вы должны понимать, что новое зелье… — Не беспокойтесь, о, величайшая из целительниц, — Сириус широко улыбался и смотрел на Помфри щенячьими глазами. — Если Лу... Римусу хоть на секунду станет хуже, я лично принесу его на руках в вашу обитель, даже если он будет сопротивляться, как юная робкая принцесса... — Эй! Возмущённый крик Люпина заставил их повернуться к кровати. Мадам Помфри смерила взглядом каждого из Мародёров и закатила глаза. Вздохнув, она подошла к Люпину и несколько раз взмахнула палочкой, накладывая диагностические чары. Видимо, то, что она увидела, устроило её в достаточной степени: — Римус, ты точно в порядке? Никаких неприятных ощущений? Тошнота? Слабость? — Мне правда на много лучше, чем обычно после полнолуний, мадам Помфри, я думаю, впервые за десять лет чувствую себя настолько хорошо, — парень улыбнулся и все-таки поднялся с кровати. В несколько шагов он приблизился к целительнице и обнял её. — Спасибо вам... Ещё тысячу раз спасибо. Она похлопала его по плечу, освобождаясь из объятий: — Хорошо, милый. Только если тебе станет хуже или ты почувствуешь себя как-то странно — сразу ко мне. Договорились? Всё парни закивали, давая понять женщине, что они об этом позаботятся. Наверное, он готов был назвать этот день лучшим за последние несколько лет. Может, ему бы уступил только тот, когда он узнал, что его друзья стали анимагами ради него. Но физически... Физически это действительно был лучший день. Отсутствие боли сделало Римуса настолько расслабленным, что только сидя за столом в Большом зале он начал замечать обычно затуманенные усиленные чувства оборотня. Сейчас, сидя больше чем в трёх дюжинах футов от учительского стола, он мог слышать, как перешептываются между собой Слизнорт и Флитвик, договариваясь вечером встретиться и обсудить свежий выпуск "Современного зельевара" за парой пинт, как пахнет коробка домашнего печенья, которую прислали родители второкурснику из Пуффендуя, он мог заметить, как сверкнул флакон с зельем за столом Слизерина, когда хихикающая пятикурсница незаметно опрокинула его в стакан с тыквенным соком симпатичного брюнета, сидящего рядом. Новые ощущения вызывали восторг и пугали одновременно. Римус слишком хорошо понимал, что это не его привычные чувства. Внутри него будто засел тот самый волк, о котором писали некоторые из старинных учебников про тёмных существ. Те, в которых оборотней не считали монстрами, так же как и русалок, кентавров или великанов. Если бы Римус закрыл глаза, он бы мог ощутить, как внутренний волк поднял голову и сейчас с интересом прислушивается к окружающему миру. Впервые его органы чувств работали в полную силу, а "хозяин" тела настолько потерял бдительность, что позволил ему взять контроль над некоторыми ощущениями. Запахи еды вызывали дикий аппетит и, пока Римус прислушивался то к разговору Мародёров, то к обрывкам фраз в зале, он не заметил, как потянулся уже за третьей порцией добавки. — Впервые вижу, чтоб ты СТОЛЬКО ел после полнолуния, — Питер хмыкнул, когда последний тост перекочевал с общего блюда на тарелку Люпина. — Приятно знать, что я теперь не главный обжора. Римус только пожал плечами, вгрызаясь в куриную ножку. Возможно, он и рад был бы прокомментировать замечание Петтигрю, но волка сейчас интересовала только еда. А ещё у него было стойкое ощущение, что именно благодаря ей, он сможет быстрее восстановиться. — Хах, посмотрим, как этот обладатель волчьего аппетита запоет через пару дней, когда посмотрит в зеркало на своё новое брюхо — Сириус рассмеялся и потянулся за кувшином с соком. — Хотя твой аппетит меня всё равно радует. Ты выглядишь отлично, Лунс — Мгм... — Римус опорожнил свой стакан и протянул его Сириусу. — И чувствую себя так же. Мерлин, мне даже не верится, что они наконец-то смогли найти нужное зелье... — Кстати, об этом, — Питер оторвался от своей тарелки и задумчиво почесал кончик носа. — Как думаете, то, что его смогли приготовить почти сразу после появления в школе Фрост — это совпадение или нет? Она хороша в зельях, я слышал, как Слизнорт говорил, что она даже круче Снейпа... Движение челюстей Римуса замедлилось — сам он даже на секунду не задумывался об этом. Хотя, стоило учесть, что девушка и правда хорошо разбиралась в зельеварении, к тому же, постоянно мелькала в больничном крыле. Кто знает, какие секреты она могла привезти с собой из одной из самых загадочных школ магии? Сириус, сидящий рядом, издал резких, лающий смешок. — Твоя паранойя, Хвост, иногда даже забавная. Ей 14, даже если она хороша в зельях, то явно не лучше Помфри и Слизня. — А, может, ты просто злишься, что она снова обошла тебя утром на Трансфигурации? — Джеймс с вызовом тыкнул вилкой в сторону Блэка. — У неё была фора! Я всю ночь не спал! Попробовала бы она сконцентрироваться... Что говорили дальше Римус уже не слышал. В хаос запахов еды, пота студентов, горящего воска свечей и прохладного дуновения сквозняка вплелся ещё один. Новый, незнакомый и неприятно будоражащий. Он почувствовал, как дернулись его ноздри, чтобы вобрать больше воздуха, дать возможность звериному нюху распознать то, что потревожило. Это был едва заметный аромат наверняка кроме него никто даже не мог его почувствовать, но никому больше это и не требовалось. Резкие ноты, большую часть из которых он не смог бы опознать и описать иначе, чем запах дикого животного, заставили внутреннего волка оживиться. Люпин почувствовал, как по всему телу пробежали мурашки, оно напряглось, а вилка застыла в резко сжавшихся кулаках, из груди вверх прокатилось рычание, а губы дернулись, открывая клыки в оскале. Ему хотелось одновременно и встать на дыбы, и завилять несуществующим хвостом. Волк чувствовал своего. Несколько мучительных секунд потребовалось ему, чтоб хотя бы частично усмирить волка. Дыхание всё ещё было резким и прерывистым, а шум крови в ушах только начал затихать, когда Римус понял, что Мародёры притихли. Он физически ощущал напряжение, которое повисло в воздухе ещё до того, как увидел широко распахнувшиеся глаза сидящих напротив Джеймса и Питера. В них читалось непонимание и испуг, которые чувства волка считывали на подсознательном уровне. — Привет, мальчики, — знакомый голос за спиной заставил вздрогнуть. "Нет... Нет, только не ты," — пронеслось в голове Римуса. Ему не нужно было поворачиваться и принюхиваться, чтобы понять, что запах исходил именно от стоящей за спиной Хелен. Он так тесно переплёлся с её собственным — смесью аромата лекарственных трав, пергамента и шоколада, что у него ни на секунду не возникло мысли, что он мог ошибиться. Прикусив губу, Люпин отбросил многострадальную вилку, которая теперь была согнута пополам, и, не встречаясь ни с кем взглядом и не поднимая голову, рванул из-за стола. Так быстро он ещё не добегал до башни Гриффиндора. Ни в обычные дни, ни, тем более, сразу после полнолуния. Возможно, он даже кого-то сбил по дороге. Но сейчас это было неважно. Портрет Полной дамы едва успел открыть проход в гостиную, когда он, ударившись плечом о стену, пробежал внутрь. Дверь их спальни закрылась с громким хлопком, а через секунду в неё полетело запирающее заклинание. Волк рвался изнутри с такой силой, что пальцы Римуса, сжатые в кулаки, начали болеть. Он метался по комнате, пытаясь хоть немного усмирить бурю, которая разыгралась у него внутри. Только после нескольких дюжин кругов по пространству между кроватями, он резко остановился напротив зеркала, только сейчас заметив то, от чего воздух резким рывком вышел из груди, будто в неё прилетела дубина тролля. Из зеркала на Люпина смотрели два янтарных, нечеловеческих глаза. *** После того как Римус выбежал из Большого зала, за столом повисло молчание. Сириус несколько раз перевёл взгляд между Джеймсом и Питером, пытаясь по их испуганным выражениям лиц понять, что такого могло случиться, ведь всего минуту назад они весело проводили время. Он слышал, как Лунатик зарычал, но не видел ни одной причины, почему он мог это сделать. Неужели, это новое зелье дало какой-то побочный эффект? — Я... что-то не так сказала? — Хелен повернулась к столу и обвела взглядом шокированных парней. На секунду Сириусу показалось, что он заметил, как уголок её губ поднялся, но парень тут же отбросил эту мысль. Гораздо больше его волновало то, что случилось с Лунатиком. Может, он испугался чего-то? Или вспомнил, что что-то должен сделать? Или его начало тошнить от запахов еды? Хотя вряд ли такие мелочи могли так сильно повлиять на Римуса, чтобы он сбежал даже не захватив свою сумку. — Эмм... ему нездоровилось сегодня, — неуверенно начал Джеймс. Сириусу пришлось бросить ему предупреждающий взгляд — зная любовь Фрост к колдомедицине, эта тема могла привлечь слишком много её внимания. Видимо, намёк был понят, потому что Поттер продолжил: — Съел что-то не то, так что приходится гораздо дольше общаться с туалетом, если ты понимаешь, о чём я. Иногда просто... ну, очень нужно бежать. Фрост вздохнула и заглянула в свою сумку: — Бедняжка... В любом случае я хотела вернуть ему конспект и сказать спасибо — он просто спас меня с последней проверочной по Истории, — на стол опустилась знакомая тетрадка, подписанная немного корявым почерком Люпина. Сириус поднял её и подтянул к себе сумку Римуса, краем глаза отмечая, как переглянулись Джеймс и Питер. Быстро забросив тетрадь внутрь, он снова поднял глаза на девушку: — Мы передадим. Надеюсь, ты не заставишь никого из нас целовать его в благодарность? — Блэк ухмыльнулся и быстро протянул сумку через стол Джеймсу, стараясь, чтобы голос его не выдал, он хохотнул. — Сходишь проверить, как он там? Успел добежать или ему нужны будут новые штаны. — Как будто ты бы отказался поцеловать за меня Римуса? Разве вы с ним не близки? — хмыкнула Хелен и тоже повернулась к Поттеру. — Джеймс, просто отправь его к мадам Помфри — у неё есть отличное зелье. — От которого его прорвёт окончательно? Сириус рассмеялся, а Джеймс слабо улыбнулся, но даже слепой мог понять, на сколько смех был нервным, а улыбка — натянутой. Поттер быстро забрал сумку и махнул рукой Хелен: — Увидимся... Она помахала в ответ и повернулась к Питеру: — Моё предложение помочь всё ещё силе. Я буду свободна завтра вечером. Кажется, ты не очень вникал сегодня на уроке в то, что рассказывала профессор МакГонагалл, — Блэк заметил, как лицо Петтигрю начало покрываться красными пятнами от смущения. — Д-да, было бы от... — Хэй! С каких это пор у тебя свидания с Питером? А как же наше? — Блэк показательно возмутился и, быстро взяв девушку за руку, дернул на себя, заставляя опуститься на скамью рядом с ним. — И вообще, зачем тебе за этот дурацкий когтевранский стол? Поужинай со мной! Я угощаю! Девушка фыркнула и её улыбку сменило недовольное выражение лица: — Ты не охренел?! — Разве что самую малость от твоей красоты, — он пару раз дёрнул бровью и подмигнул, не обращая внимание на возмущенное фырканье Питера с другого конца стола. — На меня твои фокусы не действуют, Блэк, — девушка закатила глаза и уже хотела подняться, когда рядом, будто из-под земли, выросли близнецы Пруэтт. Ухмыляющиеся лица, как всегда, слишком похожие друг на друга, распахнутые мантии с закатанными рукавами и слегка ослабленные галстуки в сочетании со спортивными фигурами могли бы заставить половину девушек Хогвартста мечтательно вздыхать, но Блэк всё равно считал, что ведут они слишком позерски. Пусть сейчас они и выглядели наглыми и уверенными в себе, но он прекрасно помнил, как в прошлом году они расправляли плечи и одёргивали мантии при каждом появлении в поле зрения их старшей сестры Молли. — Кого я вижу за столом Гриффиндора?! — Гидеон широко улыбнулся. — Я уже думал, ты начала нас избегать или тебя вернули обратно в Колдовстворец — слишком редко что-то попадаешься на глаза... — Да-да, привет, мальчики, — Фрост закатила глаза и придвинулась ближе к Сириусу, когда Фабиан опустился на лавку слишком близко к ней. — Моя бы воля, я бы ещё столько же с вами не встречалась. — Прогуляешься со мной на выходных в Хогсмид, воробушек? — Фаб подмигнул. — И не пытайся отмазаться, что тебе нельзя — я точно знаю, что разрешение тебе уже прислали. Мы как раз отрабатывали наказание у Флитвика, когда сова его принесла. Сириус заинтересованно хмыкнул. Если Пруэтты правы и Хелен действительно может пойти в Хогсмид — самое время ещё раз попытать удачи. Просто из спортивного интереса.  — Прости, Фаб, но у меня уже есть компания... Возможно, если бы Блэк не отвлёкся на секунду, продумывая, как пригласить девушку, или видел выражение лица Хелен, он бы не так сильно вздрогнул, когда она внезапно прижалась к его плечу, а её рука обхватила его за талию. Он начал поворачиваться, чтобы задать логичный вопрос "какого хера происходит?", но она быстро наклонилась к его щеке и, коснувшись кожи мягкими губами, прошептала: — Подыграй. Уголок губ дёрнулся вверх и Сириус резко развернулся на лавке, чтобы посмотреть на Пруэттов. Его не стоило просить дважды, чтобы поучаствовать в потенциальном розыгрыше, пусть даже таком мелком. Ладонь Блэка легла на талию девушки и придвинула её вплотную. Он перевёл взгляд от Гидеона к Фабиану и обратно, ухмыляясь своей лучшей самоуверенной улыбкой. Локоть второй руки опёрся о стол за спиной, делая позу, в которой он сидел, расслабленной и уверенной в себе. — Мне кажется, вы опоздали, ребята, — он подмигнул Гидеону и взял Хелен за руку. — У нас уже назначено свидание, так что вам придётся отвалить. Я прав, милая? Наблюдая за тем, как закипает Гидеон, Сириус поднёс руку Хелен к губам и быстро коснулся тыльной стороны ладони. Боковым зрением он заметил, как сжались губы Фабиана, когда он наблюдал за поцелуем. Не рассмеяться было довольно сложно, но он смог удержаться. Фабиан со вздохом поднялся с лавочки: — Ничего, воробушек, ты ещё одумаешься, — он бросил недовольный взгляд в сторону Сириуса и забросил руку на плечо брата. — Знаешь, Блэк, я думал, что нашим конкурентом будет твой дружок — Люпин. Вот уж с кем наша милая Хелен могла бы ещё найти что-то общее. Но ты сам облегчил нам задачу. Поверь, малышка, ты сама скоро убедишься, что сделала отвратительный выбор. Гидеон поддержал брата громким смехом и они направились в сторону выхода. Сириус готов был зарычать или набить Пруэттам морду. То, что с учетом разницы в росте и комплекции по морде получил бы, скорее всего, он, Сириус не думал. Его останавливало только то, что девушка всё ещё сидела рядом, а значит, последнее слово ещё могло остаться за ним. Уж он позаботиться о том, чтобы эти козлы пожалели о своих словах, а Фрост наоборот — была с ним не только ради сомнительного подыгрывания. — Спасибо, — Хелен попыталась отодвинуться, но Блэк сжал руку крепче, не переставая её обнимать. — Ты думала, что так просто отделаешься, Снежная королева? — Блэк хмыкнул и придвинулся, положив подбородок на плечо девушки и с удовольствием вдыхая её запах. Смесь ароматов чистоты, трав, шоколада и чего-то насыщенного, почти дикого. — Во сколько встречаемся в субботу? Или ты предпочтешь сходить в воскресенье? — Да твою же... Сириус, мы не идём на свидание, — Хелен дёрнула плечом и уперлась рукой в грудь парня, отодвигая его. — Спасибо, что помог от них отделаться, но нет. — Вообще-то, — подал голос сидящий до этого тихо Питер, — если ты правда хочешь от них отвязаться, вам лучше немного помелькать на публике вдвоём. Вашим этим... обжиманиям даже я слабо поверил. А Пруэтты не из тех, кто так просто от тебя отстанет. — Спасибо за поддержку, Хвостик, ты просто чудо! — Сириус рассмеялся от возмущённого фырканья девушки. — Так во сколько? Блэк с умилением посмотрел, как Фрост закатила глаза, и чуть сморщила носик. Не то, чтобы он считал её первой красавицей, но, в целом, она была милой так что попробовать наладить отношения стоило. Не жалко было даже пожертвовать сиклем, который он ставил на Фабиана. К тому же, Гидеон тоже останется с носом, если он постарается, а значит, он никому не проиграл. — Окееей, — судя по голосу, Хелен явно не была счастлива воспользоваться возможностью и побыть девушкой Сириуса, что, на самом деле задевало. — Я схожу с тобой в Хогсмид, но просто прогуляемся. И это НЕ свидание! Питер захихикал, от чего Сириус только поморщился: — Встретимся утром в субботу, — Блэк хлопнул себя по лбу. — Чуть не забыл! В следующую пятницу у нас будет вечеринка в честь Хэллоуина. Так что ты, как моя девушка, — он подмигнул Хелен, — идёшь со мной! Фрост оставалось только вздохнуть: — Нахрена я только попросила тебя помочь? Ладно, пока, — она поднялась и поправила сумку на плече. — Привет Римусу и, если ему не станет легче, приведите его всё-таки в больничное крыло — мы с мадам Помфри поможем. Когда девушка ушла, Блэк потянулся и с довольной улыбкой повернулся к Петтигрю. Тот широко улыбался, успешно сдерживая смех ровно до того момента, когда Хелен не села за свой стол и её не отвлекла разговором соседка: — Так и думал, что надо было не на Пруэттов ставить, а на тебя. — Вот и не сомневался бы во мне, Хвостик, был бы богатым! — Сириус хмыкнул, но его улыбка тут же пропала, когда он вспомнил, что произошло перед уходом девушки. Он быстро схватил свою сумку и поднялся. — Пойдём, надо проверить Лунатика. Что вообще с ним случилось? Он быстро поднялся с лавки и нетерпеливо притоптывал, пока ждал Питера. Он вспомнил какое было выражение на их с Джеймсом лицах, когда Римус сбежал, и теперь его беспокойство росло с каждой секундой. — А ты не видел? — голос Петтгрю дрогнул, когда он, быстро проглотив последнюю порцию еды, выбрался из-за стола. — У него глаза... они стали желтыми и это... это выглядело так, будто он сейчас... — голос Питера понизился до шепота, — будто он станет Лунатиком. Блэк резко остановился и в ужасе посмотрел на своего друга, но было заметно, что он не врал. К тому же Джеймс выглядел тогда точно так же, а уж его напугать было непросто. Это было очень, очень плохо. Оставалось надеяться на то, что это не постоянный эффект, иначе его ликантропию раскроют. Сириус резко вдохнул и, подгоняя Питера, быстро направился в башню.