Возьми шоколад, поднимает настроение

Не смотря на все опасения Хелен, остаток недели прошел спокойно. Конечно, на уроках другие студенты всё ещё поглядывали на неё с излишним любопытством, но благодаря Доракс Медоуз и Эммелине Вэнс, четверокурснице, которая жила в соседней комнате, девушка чувствовала себя намного комфортнее. Хотя, присутствие подруг по факультету не могло испортить впечатление от урока травологии, который проходил совместно со студентами Слизерина. Стоило Доркас отойти в другой конец класса к стеллажу, как к Хелен вразвалку подошел высокий шатен с ледяными, настолько бледными, что казались прозрачными, глазами. Презрительная ухмылка на тонких губах не сулила ничего хорошего. Фрост подняла взгляд от горшка, которым занималась по заданию профессора, и быстро оценила ситуацию. Ближайшие сокурсники были в двух столах от неё или у стеллажей, а за спиной парня маячила, судя по сходству и гадкой ухмылке, сестра парня. “Моральная поддержка? Сам ты недостаточно смелый, да?” — подумала Фрост. — Итак, наше событие года. Жалкая чужачка, которая почему-то решила, что её здесь ждут. Ты думаешь, сможешь вписаться в нашу школу? Быть лучше других? — он будто выплевывал слова, а оценивающий взгляд несколько раз прошелся по Фрост вверх-вниз. — Небось ещё и грязнокровка… Хелен поджала губы, но, заметив чуть дальше третью фигуру в мантии с зеленым воротником, явно следящую за перепалкой, решила не нарываться. Не то чтобы долговязый парень с висящими сальными сосульками волосами казался угрожающим, но численный перевес — это численный перевес. По крайней мере, нарываться стоило не в полный голос: — Во-первых, я — чистокровная, — понизила она голос до шепота, настолько тихого, что даже стоящая не так далеко девушка не смогла бы её услышать. — Во-вторых, я никому ничего не доказываю. В-третьих, — Хелен мысленно пообещала дать себе по голове чуть позже, но сейчас не сдерживаться, — если ты такой слабак, что не можешь разобраться с девчонкой, на год младше тебя, в одиночку, и тянешь с собой друзей, то, видимо, я и правда сильнее. А вот тебе не помешало бы отрастить яйца. На лице парня заиграли желваки, а глаза потемнели, превратившись из почти прозрачных льдинок в серые капли грязи. Хелен заметила, как его рука дёрнулась к палочке. Но, видимо, то, что они были всё ещё на уроке, а вокруг было слишком много свидетелей, имеющих возможность его остановить, он не рискнул произносить заклинание. Только яростнее сузил глаза. — Маленькая дрянь, — сквозь зубы процедил парень. — Ты пожалеешь, что посмела ТАК со мной говорить. — С какой радости я должна говорить с каким-то придурком по-другому? Судя по всему, от твоей "чистой крови" тебе досталось только название. Ни ума, ни харизмы, ни умения держаться с незнакомками, — она показательно повела взгляд вниз и снова наверх. — Ещё и внешностью обделили. — Я заставлю тебя проглотить эти слова и ты будешь молить меня, чтобы я тебя отпустил, — парень напрягся всем телом и подался вперёд, нависая над столом Хелен. — Угрозы, угрозы… Возможно, если бы ты подумал своей тупой башкой, ты бы понял, что не имеешь никакого представления о том, как я могу тебе на них ответить. Поверь, у меня есть способы, о которых ты не догадываешься. — Ты ничто здесь, в Англии. Как и в этой школе и скоро убедишься в этом. Фрост бросила взгляд за спину парня и ухмыльнулась: — А, возможно, тебе стоит взять свои слова и общаться со мной повежливее, уёбок тупой. Прежде, чем парень успел ответить, за его спиной раздалось покашливание: — Мистер Кэрроу, у вас есть какие-то вопросы по предмету к мисс Фрост? Парень рывком обернулся и вынужден был опустить глаза, чтобы встретиться взглядом с низкорослой, полненькой профессоркой. За ней, бросая на Хелен весьма выразительные взгляды, маячила Доркас. — Нет, профессор. Просто подошел познакомиться, — Кэрроу постарался придать своему лицу спокойное выражение, но уголок его губ всё ещё недовольно подергивался, а кулаки были всё еще сжаты с такой силой, что костяшки пальцев побелели. — У вас будет для этого время на перемене. Сейчас вернитесь за свой стол, — голос профессора не давал вариантов, так что парень был вынужден развернуться. Спраут проследила взглядом за парнем и девушкой, которая так и не представилась и маячила за плечом Кэрроу, как привязанная, после чего перевела вопросительный взгляд на Фрост. — Спасибо, профессор, — Хелен благодарно улыбнулась ей. Спраут кивнула и пропустила Доркас к их столу. Подруга хмыкнула и, дождавшись пока профессор отойдет подальше, наклонилась к девушке: — Тебя на пять минут оставить нельзя. Как ты умудрилась сцепиться с близнецами Кэрроу? — Это они со мной сцепились, — прошептала Хелен, надевая рабочие перчатки. — Этот придурок пришел и начал с оскорблений. Я не собираюсь просто выслушивать подобное дерьмо. — Пфф, ничего нового, — Доркас покосилась в сторону стола Слизерина. — Амикус действительно придурок. Да и Алекто тоже. Отбитые на всю голову. Черт, я надеялась, что они не будут тебя трогать. Но ты давай, рассказывай, что ты такого ему наговорила, что он даже при профессоре чуть не сорвался? — Так это был срыв? Бедный маленький цветочек, которому очень не нравится, когда с ним обращаются так же, как он с другими, — фыркнула Фрост. Она вздохнула и кратко пересказала диалог. На лице Медоуз успели проскочить беспокойство, ярость, смех и в итоге она остановилась на крайне довольной ухмылке. Не сложно было понять, что дело было даже не в крайне напряженных отношениях Слизерина с другими факультетами, а скорее в личной неприязни. Видимо, Кэрроу успел достать многих не чистокровных студентов. — Я, конечно, сразу поняла, что ты боевая, малышка, но чтобы настолько, — Доркас оценивающе посмотрела на Хелен и покачала головой. — Ну, теперь будем с этими фанатами чистой крови бороться вместе. Вряд ли они это так оставят. — Фанаты? Эмм… кажется, я что-то пропустила, — Хелен непонимающе посмотрела на подругу. — Фанатов квиддича знаю, фанатов книжек у нас целый факультет. А Слизерин, значит, по чистоте крови? Медоуз скривила губы, то ли от того, что нужно было объяснять слишком простые вещи, то ли от того, что именно в этот момент ей пришлось набрать полную горсть удобрений, чтобы добавить их в новый горшок. На несколько минут диалог остановился — запах драконьего навоза не вызывал желания лишний раз вдыхать. Только когда он был присыпан землей, а порыв ветра из окна теплицы подарил надежду на свежий воздух, Доркас ответила: — Нет, конечно, не все чистокровные на Слизерине, как и не весь Слизерин — чистокровные волшебники. Просто эти, как бы правильно сказать, самые… типичные представители. Задирают полукровок и маглорождённых, думают, что они лучше. Угрожают и нападают на младшие курсы. Профессора пытаются что-то с этим делать, но, как мне кажется, этого никогда не было достаточно, — она вздохнула. — В последнее время ещё эти нападения на маглорождённых… — Что? — Фрост дёрнулась и всем корпусом повернулась к подруге. — Ага, значит "Пророк" ты не читаешь. Я вечером дам тебе пару старых выпусков — сама увидишь. Ходят слухи, что в Британии появился тёмный волшебник, собирающий приспешников-фанатов чистой крови и собирающийся лишить маглорождённых... всего, — Медоуз опустила лицо, пряча нервно сжатые губы за волосами. — Уверена, Министерство с этим разберется, — Фрост положила ладонь на плечо девушки, но та только дернула им. — Посмотрим. Не то чтобы я верила это... — Доркас вздохнула. — Сама понимаешь, как работает любое правительство — у кого деньги, тот и прав. А у чистокровных семей — Малфои, Гринграсс, Лестрейнджи, Розье, Блэки — довольно много денег... При упоминании последней фамилии Хелен прикусила губу. Даже если она видела Сириуса всего несколько раз, он не казался ей фанатиком или типа того. Он был милым, приятным парнем. Хотя, конечно, аристократическое воспитание было заметно сразу — достаточно вспомнить то, как они столкнулись на выходе из медкрыла. Да и вряд ли он входил в число приверженцев чистой крови, учитывая, что он отлично дружит с Римусом, мать которого, как говорила ей Лили — магл. А сам Люпин… Интересно, его друзья уже знают, кто он такой? Или он умудряется каждый месяц придумывать новые отговорки о том, куда пропадает в полнолуния? — ...Может, потому они всё ещё позволяют им себя так вести в школе. Вряд ли профессора настолько слепые, чтобы не видеть то, как в последнее время они стали себя вести, — Медоуз поставила на стол очередной горшок. — А теперь давай закончим, а то Спраут уже посматривает в нашу сторону. *** — Люпин! Вот ты где! — на плечо легла тяжелая рука. Уже узнавший голос Римус со вздохом оторвался от книги. Не то, чтобы ему не нравился Гидеон Пруэтт, но он догадывался о чем сейчас пойдет речь. Их с братом пари по соблазнению новенькой из Колдовстворца его раздражало. "И не потому что она с самого знакомства всегда была с ним милой, не потому, что у неё такие мягкие, приятные прикосновения, и не потому, что он второй день прокручивает в голове то, как её язык касается пальцев, слизывая с них шоколад. Нет, нет, нет. Просто такое сталкерство не честно по отношению к любой девушке вообще," — повторял он себе. — Привет, Гид! Что-то случилось? — Твоя подружка случилась, — Пруэтт упал на стул напротив него. Римус закатил глаза и постарался незаметно осмотреть гостиную, в которой они сидели. Благо, никого "постороннего" рядом не было. Мародёры, сидящие на диване неподалёку считались скорее поддержкой, чем лишними ушами. — Тебе что-то нужно от Лили? Мэри? Марлин? — Не пытайся строить из себя идиота, — Гидеон ухмыльнулся. — Ты прекрасно знаешь, что я говорю о Фрост. — А ты прекрасно знаешь, что она мне не подружка. Я просто... — Мерлиновы тапки, меняй отмазку. Фаб уже рассказал мне, как ты пытался строить из себя рыцаря после того, как он пригласил её прогуляться. Римус почувствовал, как по шее к ушам и щекам растекается жар. Неужели, со стороны он действительно так выглядел. Он ведь просто пытался быть неплохим... другом? — Я просто узнал всё ли в порядке, — Люпин сцепил пальцы перед собой, не отрывая взгляд от Пруэтта, и проговорил более жестко, надеясь, что его горящие щеки можно будет списать на злость. — Мы договаривались о встрече в библиотеке заранее, чтобы я помог ей с последней темой. Гидеон прищурился, не убирая ухмылку, и оценивающе смотрел на Римуса несколько долгих секунд. Тот старался никак не выдавать своего смущения, которое он слишком хорошо чувствовал. Не то чтобы он стеснялся своей симпатии к девушке, тем более, не только он смотрел на неё с интересом. Но он всё ещё был уверен, что, даже если не учитывать его "пушистую проблему", с его внешностью ему мало что светит. Слишком много шрамов. Слишком немодная, простая одежда. Слишком нелепое подростковое вытянутое тело. Слишком Римус. Гидеон хмыкнул и откинулся на спинку своего стула: — Даже если так, из всех, с кем я общаюсь, ты знаешь её лучше всех. Так что у меня к тебе дело, — он обернулся, быстро осмотрев гостиную, и снова оперся на стол, приближаясь к Люпину. — Расскажи-ка мне, как к ней лучше подкатить? Что она любит? Римус не был уверен, что у него не отвисла челюсть от наглости собеседника. За то он был уверен, что нервный, слишком высокий, смешок выдал именно он. Сначала один, за ним последовал второй, а потом он просто рассмеялся в голос. Чего бы не хотел Гидеон, сводить его с Хелен он точно не будет. Даже если бы он знал, какие цветы или сладости она любит, он бы всё равно не пошел на это. — Мерлин... Ахаха, Гид, ты серьёзно? — затуманенными от слез глазами Римус заметил, как трое Мародеров с любопытством смотрели на них с дивана. — Нет, ты правда думаешь, что я в курсе? Я? Мерлин… Да с чего ты вообще взял, что я знаю? В глазах Пруэтта промелькнула неуверенность, но привычная ухмылка никуда не ушла с его губ. Он хмыкнул и дождавшись, когда Римус отсмеётся, продолжил: — Потому что ты общаешься с ней чаще, чем кто-либо вообще. — Говорю тебе, я просто помогаю с учебой, — смех прошел так же внезапно, как появился и теперь Люпин отчетливо чувствовал раздражение. — Если ты хочешь узнать что-то личное, можешь спросить у Лили или Марлин. Или у её соседок по комнате. А я — пас. Римус поднял руки в показательном жесте. Гидеон снова оценивающе на него посмотрел и устало вздохнул. — Снова делаешь вид, что ты грёбаный рыцарь? Ты же понимаешь, что она всё равно будет моей девушкой? — Пруэтт пожал плечами. — В крайнем случае, если Фаб ей понравится больше — его. Так что заканчивал бы ты виться вокруг, тебе всё равно ничего не светит. Не дожидаясь ответа, он поднялся и ушел в сторону лестницы в спальню мальчиков. Римус медленно выдохнул. Совершенно не тонкий намек Гидеона на то, что у него нет шансов, был довольно болезненным. Даже не смотря на то, что он и сам так думал. Он прикрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул, стараясь успокоить нервы. Стул напротив заскрежетал о пол гостиной: — Хэй, Луни, всё нормально? Конечно, это был Джеймс. Это не мог быть никто другой, кроме как Джеймс. Римус слабо улыбнулся: — Я в порядке, Сохатый, — он поднял глаза и встретился с тёплым взглядом за линзами очков. — Вот скажи мне, я похож на сваху? Поттер повернул голову на бок, осматривая своего друга: — Не очень. Думаю, не хватает какой-то забавной шляпы с цветком. Да и твой джемпер не очень подходит образу. Да и будь ты свахой, Лили давно пошла бы со мной на свидание. Уверен, ты уже успел рассказать ей, какой я отличный вариант, — в его серьёзном тоне было очень хорошо слышно с трудом сдерживаемый смех. — Гид говорил о Хелен? — О ком ещё, — Люпин закатил глаза. — Этот их спор... — Да забей, — Джеймс махнул рукой. — Во-первых, это не твоя проблема. Во-вторых, останавливать Пруэттов — проще заставить Нюниуса помыть голову. Оба парня хмыкнули. Римус потянулся и придвинул к себе книгу, которую раньше читал. — Осталось объяснить им, что это не моя проблема. Если ко мне подойдёт Фабиан, я явно не сдержусь и предложу ему что-то тупое. Главное — не забыть потом предупредить Хелен, что её ждёт, чтобы вместе посмеяться. Глаза Джеймса загорелись и Римус понял, что ляпнул что-то не то. — Отличный план, Лунатик! — из-за спины тут показалась голова Сириуса, очевидно, подслушавшего разговор. — Если понадобятся идеи, ты знаешь к кому прийти. Вчетвером мы такого придумаем! *** Если бы кто-то сказал с утра Сириусу, что сегодня он на пустом месте упадёт с метлы, тот рассмеялся бы ему в лицо. Даже если учесть тот факт, что "пустое место" на самом деле было Алисой Стоун, которая чуть не снесла его в попытке уклониться от бладжера. Хотя, если учесть, что день не задался с самого утра, не было ничего удивительного в том, что теперь он висел на плече Джеймса, пока тот тащил его в медкрыло. Порванная любимая рубашка, сломавшаяся расческа (благо, у него их всегда было несколько), разливший свой тыквенный сок на его только начатую работу по трансфигурации Питер. В общем, это был определенно не день Блэка.  А уж столкнуться на выходе из раздевалки со слизеринской командой по квиддичу было просто вершиной невезения. И плевать на насмешки большей части змей. Достаточно было одного отстраненного, холодного взгляда Регулуса, чтобы на секунду выбить почву из-под ног Сириуса. Хорошо, что Сохатый был с ним и не дал натворить глупостей. Хуже сейчас могло быть только встретить Снейпа, но тут уже Судьба сжалилась над Блэком и в большую, светлую палату он ввалился пусть и не в лучшем настроении, но уже без готовности проклинать каждого, кто косо на него посмотрит. В контрасте с темным коридором, из которого они зашли, яркий свет так ударил в глаза, что ни Сириус, ни Джеймс не заметили сразу подхватившуюся от стола, стоящего в углу, фигуру, которая направилась к ним. — Привет, парни! Что случилось? —  знакомый голос заставил их повернуться. — Хелен? —  Поттер первый узнал девушку и удивленно поздоровался. —  Привет! Какими судьбами? Встретившись взглядом с ней, Сириус тут же подобрался. Спина сама собой выпрямилась, плечи расправились, а на губах заиграла лучшая из его улыбок. Теплая и немного нахальная, слишком самоуверенная для человека, которого в медкрыло только что притащили на плече. — Хелен, —  его голос понизился до того самого бархатистого звучания, которое всегда работало на девушек безотказно. Даже Джеймс повернулся к нему и бросил на друга понимающий взгляд. —  Прекрасно выглядишь. Что-то случилось? — Судя по всему, это у вас что-то случилось, — Фрост улыбнулась уголками губ и перевела взгляд на Джеймса. — Я так понимаю, вы прямиком с тренировки. Что с ним? — Бродяга всегда такой придурок, не обращай внимания, — Поттер издал сдавленный смешок и тут же получил под тычок под ребра от друга. — Но вообще, он упал с метлы.  Хелен достала палочку и подошла ближе к парням. Протянув руку она осторожно взяла ладонь Сириуса в свою и заставила его вытянуть руку, которую Блэк слишком очевидно прижимал к груди. Легкое покалывание от диагностического заклинания пришлось под кожей по всей длине и Блэк узнал чары, которые накладывали на него когда-то другие целители. — То есть теперь ты ещё и заменяешь мадам Помфри? — в глазах Блэка зажглись восторженные огоньки. — Может, ты вообще какой-то древний маг, который только притворяется очаровательной девушкой? — Не говори глупостей. Я начала учиться целительству ещё в Колдовстворце. Нас разделяют по специальностям, а не по странным факультетам,  —  проворчала Хелен, но Блэк заметил, как порозовели её щеки, а на губах появилась довольная улыбка. — Сейчас я позову мадам Помфри. Не переживай, твою светлость не будет лечить зелёный новичок. — Если этим новичком будет такая прекрасная леди, как ты, я не против, — Блэк приложил усилие, чтобы не обратить внимание на колкость в его сторону. — От одной твоей улыбки мне уже становится лучше... — Боже, снимите комнату, — фыркнул Джеймс.  Хелен бросила на него возмущенный взгляд и, больше ничего не говоря, отправилась вглубь помещения, чтобы позвать целительницу. Сириус резко повернулся к Джеймсу, широко распахнул глаза и хотел было дернуть рукой, чтобы более наглядно показать своё возмущение, но тут же зашипел от боли. — Блядь, Джеймс, не вздумай мне испортить момент! А то расскажу Лили, что это ты украл её колдографию у неё из сумки! — Ты не посмеешь! — лицо Поттера и правда выражало ужас.  — Хочешь рискнуть? — Сириус ткнул в него пальцем здоровой руки и повернулся на звук шагов целительницы и её помощницы, которые как раз вышли из кабинета. Фрост тихо что-то проговаривала, пока они направлялись к парням, а мадам Помфри довольно улыбалась и кивала девушке, пока они не подошли к койке, на которой устроился Блэк.  — Добрый день, Поппи, — Сириус широко улыбнулся и наклонил голову, приветствуя женщину. — Для вас — мадам Помфри, мистер Блэк. Мистер Поттер, — целительница подошла к кровати и так же, как несколько минут назад, взяла пострадавшего за руку, произнося диагностическое заклинание. — Мне нужно знать, что произошло более детально, чем вы рассказали мисс Фрост.  Пока Джеймс пересказывал историю падения Блэка с метлы, а сам он отвечал на вопросы об ощущениях в других частях тела, головной боли, тошноте и тому подобное, Хелен стояла рядом и наблюдала за действиями целительницы. Только через минуту, когда мадам Помфри заканчивала последнее заклинание, она подняла глаза на лицо Сириуса, тут же встретившись с ним взглядом. Улыбка парня стала шире, будто он уже какое-то время наблюдал за ней и был рад, что она наконец-то обратила на него внимание. Впрочем, он и не сомневался, что ей придётся встретиться с ним взглядами.  — Что ж, мисс Фрост, вы всё верно определили, — мадам Помфри довольно улыбнулась и повернулась к девушке. — Растяжение запястья, пара ушибов, а в остальном всё в порядке. Какое лечение назначите? Хелен отвела взгляд, чтобы ответить на вопрос медсестры, а Сириус повернулся к удивленному Джеймсу. На пятом курсе сами они едва ли могли залечить пару синяков, да сварить несколько лечебных зелий, которые проходили по программе зельеварения. Ни о каких диагностических заклинаниях речи не шло, не говоря уже о постановке диагноза и назначении лечения. Пусть и не самого сложного.  — Тугая фиксирующая повязка, заживляющая мазь и, если мистеру Блэку понадобится, обезболивающая настойка. Ну, и мазь от ушибов для синяков. Школьная медсестра кивнула и улыбнулась уголками рта: — Если так и дальше пойдёт, мисс Фрост, вы скоро сможете занять мою должность, — она хмыкнула и достала из сумки на поясе несколько бутылочек и повязку и положила на кровать рядом с девушкой, сама же встала и отошла в сторону, остановившись рядом с Джеймсом. — Итак, вот то, что вы назначили. Дальше? Хелен неуверенно улыбнулась и повернулась к пострадавшему: — Сириус, если ты не против, — она протянула ладонь и Блэк, всё с той же очаровательной улыбкой протянул ей руку. Прохладная мазь приятно остудила кожу, убирая тупую тянущую боль в запястье. Поверх неё на руку легла тугая повязка, как ни странно, наложенная девушкой собственноручно, а не с помощью заклинания, как он привык, имея дело только с колдомедиками. Это было непривычно, но от легких, уверенных движений девушки не хотелось отрывать взгляд. — Обезболить нужно? Сириус только покачал головой, отчего него волосы несколько раз ударили по лицу. Ему нравилось тепло от рук девушки и её осторожные прикосновения. Он вообще любил тактильность, учитывая, как мало раньше получал её от родителей и близких. И пусть проблема была частично решена после того, как он познакомился с Джеймсом — объятия, прикосновения и тычки были у Мародеров типичным поведением — ему всегда хотелось больше. — Отлично, — она тепло ему улыбнулась и повернулась к медсестре. — Я думаю, мазь от синяков стоит выдать мистеру Блэку с собой, чтобы он сам обработал их... Эммм... некоторые из них в таких местах, которые он вряд ли захочет тут, кхм, показывать. Особенно мне. Пока она говорила, щеки Хелен заметно покраснели. А, судя по ощущениям тепла, Сириус тоже изменил своей аристократической бледности. Он и сам чувствовал, что заметно приложился копчиком, когда приземлялся. Но разве нельзя было помолчать? Или хотя бы выгнать Джеймса, который, как заметил Блэк, уже с трудом сдерживал смех. — Вам нечего стыдиться, мисс Фрост. Вы — целитель и ничего постыдного в человеческом теле видеть не должны, — голос мадам Помфри не дрогнул, но Сириус прекрасно видел, что в её глазах было веселье. Она повернулась к нему. — А вам, мистер Блэк, не стоит смущаться молодых целительниц. Мы выполняем свою работу. Но раз ваш врач доверяет вашему лечению, так и быть, я готова отпустить вас. И ещё одна важная вещь, которую мисс Фрост оставила, видимо, сообщить мне, чтобы не огорчать вас — никакого квиддича, никаких тяжестей и никакой лишней нагрузки на руку в течение недели. Вам стоит беречь себя. — Д-да... ладно, — смущенный Блэк даже не стал привычно препираться со школьной медсестрой, лишь бы побыстрее сбежать. Не смотря в сторону Хелен, он здоровой рукой дернул всё ещё сдерживающего смех Джеймса за полу формы для квиддича и практически побежал в сторону двери. Как только она за ними захлопнулась, Поттер упал на колени, начиная смеяться на весь коридор: — Сохатый, идём, — прорычал Блэк, пытаясь поднять его одной рукой. Но, конечно, у него ничего не получилось. Джеймс опустился на пол и был практически в истерике от долго сдерживаемого смеха. Не смотря ни на какие уговоры, поднять его не получалось. Сириус готов было бросить его там и уйти, когда дверь открылась и Фрост вышла к ним в коридор. Она нахмурилась, остановив на несколько мгновений взгляд на Джеймсе, который, заметив её, засмеялся, казалось, сильнее. — Может, ему успокоительное принести? — девушка перевела взгляд на Сириуса и он заметил её улыбку. — Вот, на всякий случай. Чайной ложки на стакан воды будет достаточно. Она протянула ему небольшой пузырек из темного стекла. Блэк с благодарностью взял его, коснувшись горячими пальцами её ладони. — Спасибо. Кажется, ты сегодня спасла меня, — несмотря на неловкость, Сириус снова включил свое обаяние. — Может я могу отблагодарить тебя? Как на счет кофе или чая у мадам Паддифут завтра, когда мы пойдем в Хогсмид? Фрост поджала губы и покачала головой, в её голосе прорезались недовольные нотки: — У меня пока нет разрешения на поход в Хогсмид. И вообще, это больше похоже не на благодарность, а на свидание. — А разве одно может помешать другому? — он подмигнул Хелен. — И плевать на разрешение. Я знаю пару ходов из замка и могу помочь тебе пробраться так, чтобы ни профессора, ни Филч ничего не заподозрили. —  То есть нарушать правила в первый же месяц учебы? Я, конечно, понимаю, что я тебе не нравлюсь после того, как обошла по трансфигурации, но это очень глупый способ добиться моего отчисления. Блэк возмущенно фыркнул: — Во-первых, я тебя не ненавижу. Как раз наоборот — ты кажешься вполне симпатичной, — на щеках Сириуса снова появился легкий румянец. — Во-вторых, это было всего один раз. Тебе просто повезло. Ну, так что? Фрост задумчиво рассматривала его пару секунд, пока её ухмылка становилась шире, а Блэк не начал чувствовать себя некомфортно. Такой оценивающий взгляд вызывал у него желание расправить плечи. Губы сами поджались, а взгляд стал холодным и жестким, типичным Блэковским, который вдалбливался в его подсознание годами и от которого он никак не мог избавиться. Девушка покачала головой. — Не в этот раз. Завтра мне нужно будет заняться Историей. Хорошего дня, мальчики, — она развернулась и снова скрылась за дверью. Две секунды Блэк смотрел на захлопнувшуюся за ним дверь, пока его не отвлекло шуршание сбоку. Джеймс поднялся на ноги и похлопал его по плечу. — Когда-нибудь я попрошу Мэри сделать колдографию с вот таким твоим лицом, и ты сам поймешь, что мои комментарии не так и ужасны, как это… Идём, горе-любовник. Я начинаю думать, что Лунатик прав — вам всем стоит просто оставить её в покое.