Спасти tio Бруно

Эти дети… Долорес ранее не могла и мысли допустить, что подобное может произойти. Особенно в их доме. Однако это произошло. Девушка мягко проводит рукой по волосам Бруно, поглаживая в утешительном жесте. То что она сегодня слышала… это не было похоже на то, что делают по взаимному согласию. Это больше было похоже на насилие. Дядя невольно замирал каждый раз, стоило ладони племянницы коснуться его головы. Стоит ли ей рассказывать родным? Но как это отразится на Бруно? Его положение в семье ещё весьма шаткое, так что во всем могут обвинить его. Что совратил и использовал. Внутри все скручивается в отвращении, от такого положения вещей. — Tio? – мягко зовет его Долорес, чувствуя, как тело Бруно резко вздрагивает. – Как ты себя чувствуешь? Мужчина всхлипывает и поднимает на девушку заплаканные глаза. Он все ещё не до конца уверен, что это не Камило, но… он верит. Бруно рвано цепляется за плечи Долорес, заставляя её взвизгнуть в легком испуге. Однако дядя лишь утыкается лбом ей в плечо, повиснув в недо-объятиях. Девушка спешит это исправить, прижимая трясущееся тело к себе. — Долорес… мне… мне так плохо… – шепчет мужчина, пока племянница мягко гладит его по начинающим седеть волосам. Что же это такое? Как это остановить? Как обезопасить дядю от этих двух маленьких чудовищ? Звук сыплющегося песка приятно успокаивает, проясняя мысли. Долорес осторожно отстраняет Бруно, вцепившегося в неё, как в спасательный круг, и внимательно осматривает мужчину. Тот стыдливо и напугано отводит глаза в сторону. Неужели он ошибся и это все же Камило? Он сжимает в пальцах одеяло и старается прикрыть тело, чтобы скрыть его от пытливых глаз племянницы. От стыда даже плечи покрываются пунцовыми пятнами. — Тебе нужно в душ. – заключает девушка, чуть покачав головой. – А потом как следует выспаться. — Это Sobrina, я… — Я не в чем тебя не обвиняю, tio. – тихо перебивает Долорес, убирая кудряшку себе за ухо. С не уложенными волосами столько мороки. – Просто говорю, что тебе нужно отдохнуть… Бруно вытер ладонью мокрые щеки, чувствуя, как одна ладонь Долорес крепко сжимает его плечо. Как ей не противно? Это ведь его вина, что он позволил им эти вольности. Его и больше ничья. Так почему же Долорес сейчас пытается его подбодрить? Почему не обвиняет его в инцесте? Почему? — Tio Бруно, стоит ли мне рассказать об этом остальным взрослым? – спрашивает девушка. — НЕТ! Пожалуйста, не рассказывай им! – вскрикивает Бруно. – Прости… я не хотел кричать… сильно больно ушкам? – участливо спрашивает дядя, когда Долорес болезненно морщится от его крика. Хотя это скорее попытка перевести тему на что-то более нейтральное. — Все нормально. – заверила она, поглаживая Бруно по плечу. Возможно, сейчас действительно стоит перевести разговор в более мирное русло. – Ты сможешь дойти до ванны? Или мне тебе помочь? Бруно втягивает сопли и скидывает ноги с кровати. Долорес поспешно отвернулась, позволяя мужчине встать и шатаясь подойти к комоду, чтобы вытащить одежду. Что ж, идти он может. Мужчина всеми силами старается сдержать подступающую истерику, рваными движениями натягивает, на себя, руану. Племянница же закусывает кончик ногтя, нервно размышляя о том, что им стоит сделать. Ну, первым делом она, конечно, проследит за тем, чтобы Бруно добрался до ванной без приключений, но что потом. Как ей помочь дяде обезопаситься от Камило и Мирабель? Что ей сделать? — Tio, если хочешь… ты можешь сегодня переночевать у меня? – на самом деле Долорес даже не надеялась на то, что Бруно согласиться. Не после случившегося. Мужчина нервно дергается, оборачиваясь на племянницу с ужасом. Однако она не выказывала никаких признаков желания. — А… тебе… тебе не страшно, что я…? – закончить предложение не хватает духу. Долорес кривится в отвращении, хотя вовсе не хочет сейчас расстраивать дядю. — Пока не сказал, не было. – поддевает она, скрещивая руки, в защитном жесте. – Ты хотел того что они делали? — Нет! К-Конечно нет. – моментально отвечает Бруно, наблюдая, как девушка встает. Долорес чуть качнулась на ступнях, когда встала, привычно прислушиваясь к тому, что твориться снаружи. Тихо и спокойно, главное не пересечься с Камило и Мирабель. Она подошла к дяде и мягко толкнула его в плечо, к выходу. — Тогда все должно быть нормально. – качает головой Долорес и её кудряшки подпрыгивают. Девушка придерживает дядю под локоть, ведь ему явно больно идти самостоятельно. Стоит двери ванной закрыться за Бруно, она шепчет. – Касита, когда tio помоется, приведи его к моей комнате. Плитки одобрительно перестукивают, и Долорес спешит вернуться к себе в комнату, чтобы приготовить дяде спальное место. Однако это лишь на эту ночь, постоянно Бруно не сможет ночевать у неё. Что же им обоим делать с этим? В любом случае у них есть немного времени, чтобы обдумать все и придумать план действий. Пускать Бруно в свою постель она не собирается, поэтому надевает на крючки гамак, который не так давно позаимствовала у Луизы, и кладет туда пару подушек с одеялом. Девушка устало трет лицо и тяжело вздыхает. Спать хочется, прошло уже полночи, а она все ещё на ногах. Тихий стук в дверь выдергивает её из лениво ползущих мыслей. Долорес открывает и впускает Бруно внутрь комнаты. У мужчины опухло лицо после слез. — Я приготовила для тебя гамак… О! Точно, вот, держи. – она протягивает дяде печенье. Тот слабо улыбается, принимая сладость. Ест быстро, почти не пережевывая и чувствуя, как боль медленно покидает тело. Долорес укладывается в свою кровать. Бруно тоже залезает в гамак, укрываясь одеялом. В комнате очень тихо, словно внутри все плотно звукоизолировано. Единственные звуки, что он слышит это тихое дыхание племянницы и скрип от покачивающегося гамака. А ещё возникает призрачное чувство безопасности. Бруно устало зевает, сжимая в пальцах одеяло, и закрывает ноющие глаза. Сон приходит быстро и впервые за последние месяцы он не видит кошмаров. Возможно, все не так уж и плохо. По крайней мере, Долорес попытается ему помочь с этой проблемой.