Спасти tio Бруно

— Tio, все нормально? Ты какой-то нервный. – спрашивает Изабелла, помогая Бруно убирать тарелки. Довольно странный вопрос, ведь её дядя всегда нервный, но сейчас это как-то отличалось. — Все хорошо, Иса. – улыбается ей мужчина, относя грязную посуду на кухню. Перспектива провести полдня с Мирабель немного пугает его, но, в конце концов, с ними идет и Долорес, так что ничего кардинально страшного произойти не должно. Изабелла идет следом за Бруно со стаканами, пока тот несет тарелки. Уложив грязную посуду в раковину, Касита любезно пододвинула к мужчине средство для мытья. — Спасибо, Касита. – благодарит пророк, беря губку в руку. Это уже что-то привычное. Из-за некоторой бесполезности своего дара он часто остается дома и занимается уборкой. Да и не любит он выходить в город, там все ещё не особо ему рады. Когда Изабелла мягко проводит ладонью по волосам Бруно, тот ощутимо вздрагивает. Он чувствует, как их оплетают ростки, стягивая в одну точку. Вскоре лицо пророка было полностью освобождено от его шевелюры, а ростки соединились где-то у него на затылке, крепко перевязывая непослушные кудри. Бруно проводит ладонью по голове, чувствуя крепкий хвост, хотя ниже линии ушей волосы все ещё свободно лежали на плечах. — Мне показалась, так тебе будет удобнее. – мягко сказала Изабелла, заставив своего дядю ласково улыбнуться ей. В детстве она любила заплетать его волосы и вплетать туда цветы. — Спасибо, Изабелла. Мне очень нравится. – заверил её Бруно, моя тарелки. Это было чистой правдой. Пророк действительно рад, что снова сближается с семьёй, хоть и медленно. — Как поживают твои крысы? — Они перебрались к Антонио. Мне от этого немного грустно, но все хорошо. Они иногда навещают меня. – оживленно начинает Бруно, пускаясь в сбивчивый рассказ. Изабелла мягко улыбалась. Видеть дядю таким оживленным, даже ожившим очень приятно. Девушка села на стойку, внимательно слушая, то о чем ей рассказывает Бруно и подавая остатки грязной посуды. Дядя говорил сбивчиво, но бодро. — В детстве, мы с твоей мамой, подкармливали крыс живущих в стенах Каситы. Только не говори об этом абуэле, а то она ведь и сейчас по шее может нам дать! – хихикнул Бруно, убирая последний стакан в шкаф. – Ты же ей не скажешь? — Эта тайна умрет со мной, tio. – заверяет Изабелла. Ненадолго она словно вернулась в детство, когда дядя Бруно присматривал за ней и Долорес. — Вот и чудненько! – лучезарно улыбается мужчина, вытирая руки. Разговор с Изабеллой значительно его взбодрил. После все разошлись по своим делам. Правда, Агустин успел его ненадолго выцепить, оценив старание старшей дочери. Естественно без прощального поцелуя не обошлось. Все было так хорошо, что Бруно хотелось летать и просто наслаждаться жизнью, однако его ждет испытание. Прогулка с Мирабель. Долорес уже ждала его у выхода. Мирабель переодевается у себя, так что у них есть несколько минут, чтобы поговорить. — Дорогая, ты чудесно выглядишь. – говорит Бруно, подойдя ближе. Знакомое платье сменилось свободной белой футболкой и желтыми шортами, украшенными привычными волнами звука. На голове был уже не один объемный хвост, а два, перевязанные яркими красными ленточками. На ногах были высокие носки ярко оранжевого цвета и удобные ботинки, для долгих прогулок. — Спасибо, tio. – улыбнулась ему Долорес. – Я смотрю, Изабелла постаралась над твоей прической? — Да… она… она просто сделала её. – смущенно ответил мужчина, поглаживая цветы. — Тебе очень идет. – заверяет его Долорес. В этот момент к ним выходит Мирабель и сразу же цепляется за руку дяди, заставляя того вскрикнуть от неожиданности. Долорес чуть хмурится. Её чувствительные уши сейчас не особо идут ей на пользу. — Идемте! – улыбается Мирабель и тянет за собой Бруно. Долорес едет следом. К сожалению, сейчас она мало чем может помочь мужчине. Не может же она просто так запретить Мирабель касаться их дяди!

***

Место и правда замечательное! Просто превосходное. Долорес осматривает территорию. Песчаный берег аккуратно сходит к морю, чуть правее река, уходящая к небольшому озеру, куда стекает водопад. Долорес подбегает к речке и набирает в руки воды, плещет себе в лицо, чтобы умыться. Где-то в этот момент Мирабель утащила дядю за собой вглубь леса. Водопад заглушит их разговор, если что. Если бы все прошло по первоначальному плану, то сейчас они с Камило были бы тут вместе. Только они и дядя Бруно. Девочка затянула мужчину в какую-то пещерку, опрокидывая на землю. — Tio, сними рубашку. – это даже не просьба, скорее приказ. Бруно в панике смотрит на племянницу, но та продолжает ждать указанных действий. От этого взгляда хочется убежать и спрятаться. – Не заставляй меня делать это силой. — Долорес… – сначала тихо говорит пророк, а потом вдыхает в грудь больше воздуха. – ДолорМФ! Мирабель зажимает ему рот до того, как дядя успевает позвать её кузину. Она неожиданно больно сжимает щеки Бруно. В ней кипит и плещет ревность, а где ревность, там и гнев, вырывающийся на волю в излишней грубости. — Она тебя не услышит, из-за водопада. – шепчет Мирабель, смотря прямо в зеленые глаза Бруно. От этого шёпота у мужчины душа ушла в пятки. – Так что просто снимай одежду. Живо. У Бруно трясутся руки, когда он тянется к краю руаны, чтобы снять её. Слезы наворачиваются на глаза, но он не отводит взгляд от Мирабель. Только сегодня утром точно такие же глаза, глаза её отца, смотрели на него с любовью и лаской. Сейчас там плещутся злость и ярость. Пуговицы рубашки даются с огромным трудом, ведь пальцы дрожат, а взгляд застилают слезы. Мирабель останавливает его и резким движением распахивает рубашку, срывая оставшиеся пуговицы. Бруно громко вскрикивает от страха. Этого не должно было произойти! Долорес где-то недалеко! Наверняка она сейчас придет! — Ты... – низким тоном начинает Мира и у Бруно все внутри леденеет. Он же не ел исцеляющую еду Джульетты с утра, а значит… – С кем ты спал?! Отвечай немедленно, шл… Мирабель прикусывает язык, чтобы не назвать дядю этой обидной характеристикой. Она не посмеет так его назвать. Бруно уже откровенно плачет, ощущая, как больно племянница сжимает его запястье. А сам он не может заставить себя сделать ей больно! Она же та малышка, что он когда-то укачивал перед сном, рассказывал сказки и играл, она дочь Джульетты и Агустина! Он скорее умрет, чем причинит ей вред! — Прости… – задыхаясь от слез, говорит Бруно. – Больно, Мира! ПРОСТИ! — Кто это?! Назови имя! – рычит девочка. Бруно сжимает челюсти, не смея назвать имя. Он не скажет, не выдаст ей Агустина! Ни за что на свете! — Отпусти его, Мирабель. – слышится шлепок и хватка на запястье Бруно исчезает. Мирабель поправляет очки и смотрит на Долорес, закрывшую Бруно собой. Щека, обожженная пощечиной, горит. Долорес все слышала. Она знает все. И про них троих и про Агустина. Она знает все. — Как ты смеешь?! – рычит Долорес. – Вы кровь от крови! В момент, когда старшая девушка отворачивается, чтобы помочь дяде успокоиться и одеться, Мирабель выбегает из пещеры, чувствуя досаду и злость. Все тело Бруно было покрыто алыми засосами. Но сейчас стоит волноваться о другом. Долорес все знает, теперь она точно все знает! — Скорее, tio, нужно быстрее вернуться домой. – успокаивающе шепчет девушка, помогая дяде подняться и идти.