Спасти tio Бруно

Долорес мягко тянула дядю за собой, чтобы скорее добраться до дома. Эта ситуация довольно затруднительна для них для всех. Что будет с семьёй, когда это непотребство всплывет? — Долорес… подожди немного. – просит Бруно и девушка останавливается, смотрит на мужчину. Тот поспешно вытирает лицо от слез и шмыгает носом. — Почему ты не хочешь рассказать об этом tia Джульетте и tio Агустину? – спрашивает Долорес, доставая из кармана носовой платок. — А что я им скажу? – задает встречный вопрос Бруно. – Агуст, Джул, простите, но я трахался с вашей дочерью и моей племянницей? Слышать подобные грубые слова, из уст всегда правильного дяди, ново и необычно. Бруно никогда не позволял себе материться. Не любит он это. Однако сейчас нервы медленно начинают сдавать. Ещё немного и он сорвется, совершит ещё одну глупость. Возможно, снова уйдет, а может и покончит с собой… Долорес встряхивает головой, отгоняя эти страшные мысли. Сейчас совершенно не время об этом думать. — Это было против твоей воли! – заявила девушка, скрещивая руки на груди. — Ха! Будто это меня оправдывает. – нервозно хмыкает Бруно, сжимая в тонких пальцах ткань родной руаны. – Я позволял им это делать, вместо того, чтобы выставить за дверь! Я такой же соучастник, как и они, Долорес. Я… я… я такой ужасный человек… — Это вовсе не так, tio. Ты просто не хотел причинять им вред и запутался. Я бы тоже не знала, как поступить, если бы такое произошло. – она не уверена, что это правильные слова. Если быть совсем уж честной, она ни в чем не уверена. Девушка глубоко вздыхает и прислушивается. Мирабель пошла в сторону города, где сейчас Пепа, Феликс и Камило с Абуэлой, а вот Агустин с Джульеттой и Изабеллой уже вернулись домой. Нужно возвращать и обязательно поговорить с Агустином. Не легкий у них выйдет разговор, однако он необходим, чтобы огородить Бруно от двух приставучих племянников. — Tio, он любит тебя, так что поверит… tio? – да что же это такое! Она отвлеклась лишь на секунду, а Бруно уже и след простыл. Однако шорох сверху заставил поднять голову, оглядывая ветки деревьев. – Бруно! Куда?! Мужчина сидел на одной из веток дерева, схватившись лишь одной рукой. Бруно облизал тонкие губы, смотря на племянницу сверху вниз, и пару раз глубоко вздохнул. Он зажмурил глаза и довольно резко спрыгнул вниз. Плечо сразу пронзила боль и, через секунду, он уже приземлился на твердую землю, больно ударившись копчиком. Долорес сразу подбежала к нему, проверяя все ли нормально. Как он вообще так резво залез туда? Высота то приличная. Хотя, учитывая ту громадную лестницу в его комнате, что была раньше, у её дяди должны быть очень хорошо натренированные ноги. — Все нормально. Просто вывихнул плечо. – пояснил пророк, поглаживая болящую руку. — Ты… Ты… зачем?! Совсем с ума сошел?! А если бы ты себе шею свернул?! – испуганно щебечет Долорес. – Хотя, лучше не отвечай. Пошли быстрее домой! Бруно просто не хотел представать заплаканным перед остальными без видимой причины. У них бы наверняка появились бы вопросы, а вытерпеть обеспокоенные расспросы он врятли сможет. Долорес нервно прикусывает нижнюю губу и помогает дяде подняться на ноги. Беспокойство растет с каждым пройдённым шагом. Мирабель и Камило точно что-то предпримут. Дома их встретил Агустин, помогающий Луизе протереть пыль под роялем. Завидев Долорес и Бруно, мужчина сразу поспешил к пришедшим. Он взволнованно осмотрел Бруно. — Брунито, что произошло?! Почему ты плачешь? – мужчина мягко погладил шурина по плечам и вздрогнул, услышав болезненный стон. Его ладони перемещаются на щеки, мягко стирая соленые дорожки с любимого лица. — Весьма неудачно упал и вывихнул плечо… – выдавливает улыбку пророк. Он вытирает нос здоровой рукой, наблюдая как Долорес уноситься за Джульеттой. Луиза любезно принесла ему кресло, а Касита взволнованно затрещала перилами лестницы. — Как же ты так? – Агустин садится на подлокотник кресла, мягко поглаживая пророка по голове. Какая жалость, что прическа, сделанная утром Изабеллой, была испорчена падением, однако сейчас это абсолютно не важно. Позже он обязательно прочтет Бруно лекцию по безопасности. – Тебе следует быть осторожнее. Джульетта выходит к ним со стопкой ареп. Она подается одну Бруно и пророк с упоением ощущает, как боль уходит, а сустав встает на место с неприятным хрустом. Женщина обеспокоенно оглядывает брата и спокойно выдыхает, когда понимает, что ему лучше. Бруно берет в руки стакан с водой, принесенный Долорес и запивает. — А где Мирабель? – спрашивает Луиза, обеспокоенно осматривая собравшихся. — Она… ну, она… — Она пошла искать вас, в город. – поясняет Долорес. – Я хотела сказать ей, что вы уже вернулись, но она убежала быстрее. — Понятно… – выдыхает Джульетта и гладит брата по руке, все ещё отдающую фантомной болью. — Место, кстати, правда отменное. – пытается разрядить обстановку Бруно и все расслабляются. Агустин ласково приобнимает его, положив голову на макушку мужчины, поглаживая по плечу. Вот только Долорес и сам пророк напряжены. Теперь Мирабель и Камило не будут ждать. А ведь они ещё не сделали замок в комнате дяди. Долорес поджимает пухлые губки, смотря на родных пристальным и испуганным взглядом. Нет, Бруно прав, нельзя в лоб говорить обо всем Агустину и Джульетте. Они могут и не поверить, несмотря на всю свою любовь к пророку. Значит… значит нужно, чтобы они сами это увидели. Ей стоит быть начеку, чтобы не проворонить момент, когда эти двое подростков начнут действовать.

***

Мирабель почти сразу находит Камило в городе. Он довольно часто сбегает на крыши, чтобы увильнуть от обязанностей и немного передохнуть. Девочка и знала, что тот очень любит гулять по крышам домов. Парень приподнимается, смотря на кузину в некотором замешательстве. Что она тут делает? Она же вроде бы ушла с Бруно и Долорес осматривать место для отдыха. — У нас проблемы, Камило. – серьезно говорит девушка, поправляя зеленые очки. Щека все ещё неприятно горит, после удара кузины. — Что? — Долорес обо всем знает. Теперь уже точно. – говорит Мирабель, поджимая губы. Она была не сдержана, не смогла пересилить свою ревность и выдала их. — Твою мать… – шипит Камило, вставая на ноги. Долорес всем раструбит об этом. — И у tio действительно кто-то был. – заканчивает Мирабель и поправляет свою сумочку. Это заставляет парня нервно замереть и посмотреть на подругу. Ревность растекается по венам раскаленным металлом. Парень перевоплощается в свою мать, сетуя на то, что не может сейчас вызвать самый настоящий шторм. Что же им двоим теперь делать? Делить дядю с кем-то третьим они не хотят. Да и как вычислить этого третьего? Камило возвращается к своему облику, потирая переносицу. Что им делать? Ждать уж точно не выход, а то они точно упустят своего дядю. Ещё и Долорес нужно как-то уболтать, никому ни о чем не говорить. А ещё теперь они не будут общаться устно, нет, а то сестрица снова подслушает их. С этого момента они будут говорить лишь на бумаге. Камило дьявольски улыбается, смотря на Миру, потирающую больную щеку. — Мирабель, ты случаем не знаешь, где можно достать наручники?