Спасти tio Бруно

За ужином у Камило даже руки начинают немного подрагивать от волнения и предвкушения. Они подготовились к сегодняшней ночи, как не готовились ни к одной из предыдущих. Его взгляд упал на Долорес, что спокойно ела ахиако, периодически переговариваясь с Изабеллой. Они все это время общались исключительно на бумаге, так что у Долорес не было шанса подслушать их разговоры о дяде, даже ночью. Все должно пройти гладко. Изначально, они с Мирабель хотели вернуть Бруно ту боль, что испытали, узнав о том, что у него ещё кто-то есть. Однако, впоследствии, передумали. Это только оттолкнет мужчину от них ещё сильнее, так что лучше дать ему столько удовольствия, чтобы он даже помыслить об уходе от них не мог. Нужно заставить его жаждать их, так же как они жаждут его. Через боль они этого достичь не смогут, так они добьются только страха. Взгляд Мирабель пробежался по людям за столом и зацепился за любимого дядю. Он выглядел усталым, с потемневшими кругами под глазами. Агустин мягко напоминал ему, что вообще-то нужно поесть нормально, однако пророку кусок в горло не лез. — Брунито, может тебе лучше пойти к себе и отдохнуть? Поспать подольше… – взволнованно сказала Альма. — Да, бро, ты на призрака похож! – поддержал её Феликс. – Тебе определенно нужно больше спать. — Давай я сейчас принесу тебе чая с ромашкой, а потом ты пойдешь отдыхать. – предложила Джульетта, погладив брата по плечу. — Это было бы не плохо… – тихо отвечает Бруно, потирая уставшие глаза. Ему определенно нужен отдых. Может после чая он наконец-то сможет немного расслабиться и спокойно поспать? Его организм сейчас в критическом состоянии. Он почти не спал вот уже как 5 дней. Ещё немного и у него начнут появляться галлюцинации. Джульетта мягко улыбается и встает из-за стола, направляясь на кухню. Мирабель провожает её взглядом. Дядя и правда выглядит не очень хорошо, но поворачивать назад уже нельзя. Желание наконец-то вновь ощутить себя единым целым с Бруно слишком велико. Мирабель смотрит в свою тарелку. Аппетита совершенно нет, но она ест, чтобы у родных не возникло вопросов. А вот Камило наоборот докладывает себе ещё, добавки. Джульетта возвращается с кухни и подает Бруно кружку с горячим ромашковым чаем и ещё какими-то успокаивающими травами. Пророк благодарно улыбнулся сестре, медленно выпивая содержимое стакана. Агустин мягко похлопал шурина по плечу, ласково ему улыбнувшись. — Завтра мы можем сходить в лес, за травами. – говорит Агустин, заставляя Бруно засмеяться, прекрасно зная, что травы опять будет собирать одна Джульетта, пока они милуются. Как только Джульетта его до сих пор не прибила, учитывая, что её муж постоянно к нему бегает. Что раньше, что сейчас. Хотя сейчас это даже острее, чем до его ухода. — Конечно, я только за. – хмыкает Бруно, пожимая плечами. Джульетта его обнимает и несколько раз целует в макушку. — И откуда же у меня такой золотой братец? – смешливо спрашивает женщина. – В этом зеленом пончо и непослушными волосами! – она цепляется за его подбородок и поднимает голову брата вверх, заставляя смотреть на себя. – И этими большими-пребольшими щенячьими глазками! — Джул, прошу, прекрати! – смеётся Бруно и по столу тоже прокатывается волна смешков. Напряжение медленно исчезает, позволяя всем снова наслаждаться трапезой. После чая, и правда, стало намного легче. Даже усталость немного спала, позволяя Бруно провести время в компании Луизы и Изабеллы. Пророк играл на гитаре, сидя на спине отжимающейся Луизы и наблюдая, как Изабелла танцует. Позже к ней подключились Пепа и Феликс, напоминая Бруно о временах, когда они так проводили почти каждый вечер. Правда с ними была ещё и Долорес, но она сегодня сбежала к Мариано на свидание. Хорошо, что у них все так хорошо складывается. Однако всему есть конец и, вскоре, все расходятся спать по своим комнатам.

***

— Я сегодня, где-то в час, схожу, проведаю Бруно. – мягко говорит Агустин, чувствуя, как женские руки обвивают его за шею. — Хочешь помочь ему крепко-крепко уснуть? – мурлыкнула Джульетта, играясь с прядью волос мужа. — Только после того, как помогу это сделать тебе, mi amor. – улыбается Агустин и целует жену. Джульетта смеётся, чувствуя, как супруг поднимает её на руки и несет к кровати. — Побереги пыл для моего брата, ловелас. – смеётся Джульетта и поправляет юбку ночнушки. — Иногда мне кажется, что ты меня совсем-совсем не любишь. – надувает губы Агустин, укладываясь рядом. Он проводит ладонью по боку женщины, чувствуя шелк ткани, ведет чуть дальше, оглаживая бедро и чуть его сжимает. – Неужели я тебе надоел, родная? — Совершенно точно нет! – заверяет его женщина, чувствуя, как руки мужа, приподнимают ткань ночной рубашки. – Просто я осознаю, что на данный момент ты больше заинтересован в Бруно, нежели во мне. Агустин хмурится, пусть в голосе Джульетты нет и намека на ревность или обиду. Она говорит это скорее, как интересный факт. — Хм, ты правда так думаешь? – кивок не заставляет себя долго ждать. Агуст улыбается и опускается ниже, на уровень живота супруги. Мужчина поднимает, наконец, надоевшую ткань, рассматривает живот, проводя пальцами по шрамам от растяжек. Джульетта не хотела от них избавляться, и Агустин был этому рад, ведь они напоминали о том, что эта невероятная женщина родила ему трех великолепных дочерей. — Позволь мне разуверить тебя в этом. — Агуст, тебе следует сохранить силы для… – со вздохом начинает Джульетта. — Я просто хочу доставить тебе удовольствие. А ты уже наверняка хочешь заткнуть мой говорливый рот. – улыбается Агустин, приподнимая брови. – Так почему нам не совместить приятное с полезным? Джульетта не может не начать смеяться от такого заявления. Она улыбается, с любовью смотря на мужа, и треплет его по волосам. — Ладно, твоя взяла. – уже интимно шепчет женщина и раздвигает ноги сама. – Используй свой язычок с толком. Агустин довольно улыбается, покрывает низ живота мягкими поцелуями и стягивает с жены белье. Утыкается носом в волосы на лобке, вдыхая запах родного тела. Мужчина протягивает жене руку, и она без лишних вопросов подает ему масло. Скользкие пальцы поглаживают внешние половые губы, пока сам Агустин покрывает живот Джульетты быстрыми поцелуями. Женщина прикусывает губу, когда палец мужа начинает поглаживать чувствительные внутренние губы. Внизу становится по-приятному горячо. — Долго мне ещё ждать? – женщина сжимает волосы Агустина в пальцах. — А тебе так не терпится? – улыбается Агустин. Джульетта облизывает пересохшие губы, кивая. Мужчина открывает рот, разводя внешние половые губы, и проводит языком, всасывает нежную кожу над клитором, а затем касается его шершавым языком, заставляя жену рвано выдохнуть. Агустин чувствует, как начинает выделяться смазка и поглаживает скользкими пальцами, пространство вокруг входа во влагалище. Так приятно видеть Джульетту в экстазе. Действия мужчины становятся настырнее, он приподнимает женщину за таз, и, проходя языком по нежному входу, ощущая вкус природной смазки, проникает кончиком языка внутрь, заставляя жену выгнуться с глухим стоном. Он не забывает в это время поглаживать её клитор. Заставляет Джульетту захлебываться стонами, пока его язык то и дело играется с её дырочкой, а пальцы массируют чувствительные точки. — Dios mío, Agustin, ya voy... – Джульетта громко стонет, с силой вцепляясь в волосы мужа. Все её тело напрягается и Агустин всасывает головку клитора, чувствуя, что жена на пике. Когда оргазм немного отступает, Джульетта отпускает волосы мужа, позволяя ему встать и вытереть лицо платком. Женщина расслабленно улыбается и лениво приоткрывает глаза, садясь, чтобы сменить нижнее белье. — Буду спать, как младенец. – довольная, словно кошка, мурлычет Джульетта и вновь забирается в постель. Агустин целует её в щеку, достает очки. Как раз пришло время идти к Бруно. Мужчина украдкой выходит из комнаты Джульетты и босыми ногами направляется к Бруно. Холодная плитка приятно обжигает горячие стопы и скоро сменяется камнем пещеры. Агустин проходит через завесу песка и привычно катиться вниз по склону. На мгновение замирает, отряхивая волосы и зарываясь пальцами ног в прохладные песчинки. Его не может не радовать то, что в комнате Бруно, после отстройки дома, больше нет этой ужасной лестницы. Всего-то с десяток ступеней. Агуст быстро перемахивает их и взявшись за ручку двери. Комната пророка вообще преобразилась, появился коридорчик, расходящийся в разные стороны. Одна в спальню Бруно, а другая в пещеру ведений. Первое, что замечает Агустин, это выемки, которых там раньше не было. Словно туда должны были установить замок, но забыли. Это заставило несколько встревоженно открыть дверь. На знакомой кровати лежал пророк. Агуст подошел к нему поближе и поднес ладонь ко рту. Дыхание ровное. Бруно крепко спит. Мужчина облегченно выдохнул. Наверное чай, что ему приготовила Джульетта помог ненадолго отогнать кошмары и дать Бруно уснуть. Агустин убирает непослушные волосы и целует пророка в щеку. — Спи спокойно. – шепнул ему Агустин и пошел к выходу, прикрывая за собой дверь с другой стороны. Однако… зачем Бруно понадобился замок? Из мыслей его вырвал шорох со стороны комнаты с песком. Кажется, кто-то идет сюда. Агустин не успел все осознать, как уже скользнул в проход, ведущий в пещеру видений, прячась там. Кого вообще там принесло?

***

— Все так идеально сложилось! – возбужденно шептал Камило Мирабель на ухо. Девочка кивнула, ощущая, как уже внутри все начинает крутить от предвкушения. — Это точно. Долорес убежала к Мариано и не сможет нам помешать. – улыбалась Мирабель, открывая дверь в комнату дяди. Они прошли комнату с песком и направились прямиком в спальню пророка. Камило аккуратно заглянул внутрь. Бруно все так же спокойно спал, распластавшись на кровати. До чего же приятная глазу картина. Подростки зашли внутрь, не озаботившись тем, чтобы закрыть за собой дверь. Парень достал наручники, лязгнувшие в воздухе. Зная, что у него есть поддержка, дядя может начать вырываться, а так точно не убежит. Металлические наручники, стащенные у их офицера, были заботливо отделаны Мирабель мягкой тканью, чтобы не повредить нежные запястья Бруно. Девочка приподняла руки мужчины, а Камило приковал их к изголовью кровати. Вид стал ещё более захватывающий. Мирабель наклонилась, целуя пухлые губы Бруно. Как же приятно снова ощутить их вкус, снова вдохнуть его запах. Она ждала этого почти 2 месяца! Камило в это время раздвинул дядины ноги и положил руку ему на промежность, начиная поглаживать и сжимать. Он так соскучился по ощущению наполненности, но сегодня парень хочет быть сверху. Бруно еле слышно стонет и начинает хмуриться, просыпаясь. Кто-то упорно пытался вытащить его из столь желанного сна. Мужчина приоткрывает глаза, а затем в ужасе их распахивает, видя, нависшую над ним, Мирабель. Он чувствует её тяжесть у себя на груди. Испуганный писк срывается с губ и сразу же затыкается новым поцелуем. Бруно дергается, пытаясь отползти, но с ужасом понимает, что его крепко держат за бедра. Это точно Камило. Как же так? Долорес же обещала его предупредить! Неужели не услышала? Или они договорились об этом уже после её ухода? Бруно дергает руками, в надежде отодвинуть Мирабель, но те прикованы к изголовью. Глаза наполняются слезами, когда взгляд поднимается и он видит наручники. Мирабель не теряется и припадает губами к шее Бруно, оставляя на загорелой коже мягкие поцелуи. Камило массирует член под пижамными штанами мужчины и от стимуляции племянника, тот начинает подниматься. — Нет… Нет, пожалуйста… Мира, Камило, остановитесь! – хнычет пророк, пытаясь хоть как-то вырваться, но быстро останавливается, слыша болезненное шипение мальчика. — Tio, на этот раз мы тщательно подготовились. – горячо шепчет ему Мирабель прямо в губы, вытирая большими пальцами слезы. – Просто расслабься и получай удовольствие. Когда с него стягивают штаны, Бруно может лишь всхлипывать. Это ведь никогда не закончится, да? Они никогда не отстанут от него. А ведь пророк только-только начал надеяться на счастье рядом с Агустином. Только-только начал верить, что все кончится хорошо. «Я одно сплошное несчастье…» - думает Бруно и слезы обиды текут из его зеленых глаз. - «Не смотри на меня, Мирабель! У тебя его глаза…» В этот момент мужчина словно выпадает из мира. Его тело все ещё реагирует на действия детей, но разум словно покинул голову. Вплоть до момента, пока Камило не начал в него входить. Слишком неопытно, слишком резко и быстро. Бруно заскулил, выгнувшись на кровати от боли и ощущая членом мокрую вагину племянницы. — Пожалуйста! Пожалуйста, остановитесь! – неожиданно громко вскрикивает Бруно, чувствуя, как Мирабель направляет его естество в себя. – НЕТ! — Все будет хорошо, tio. Тебе… – начинает Камило, но не договаривает. — Он велел вам остановиться. – четвертый мужской голос заставил вздрогнуть всю троицу. Взгляд Бруно падает на дверной проем и видит там Агустина. Его обычно теплые глаза, сейчас жалят неприкрытым холодом и яростью. Мирабель испуганно вскрикивает, встречаясь взглядом с отцом, и сразу же слезает с Бруно. Камило тоже моментально отстраняется, покидая тело дяди, и пытается натянуть на себя одежду. Пророк чувствует, как новая порция рыданий подкатывает к горлу. Это конец. Чертов конец, для всего. — По своим комнатам, вы двое. ЖИВО! – сначала пугающе спокойно начинает Агустин, а потом срывается. Он смотрит на дочь. – Я очень разочарован в тебе, Мирабель. – затем поворачивается к, судорожно одевающемуся, Камило. – Ключ. — Что? – растерянно выдает парень. — Ключ от наручников. – Агустин протягивает вперед руку, старательно пытаясь скрыть, как она дрожит. Камило достает его и отдает мужчине, совершенно не скрывая свой страх. – А теперь пошли отсюда вон! Оба! И чтобы завтра даже носа из своих комнат не показывали! Подростки пулей вылетают из спальни и бегут к выходу из комнаты. Что же теперь будет? Когда дети покидают спальню, Агустин кидается к любимому, но тот шарахается от него, как от огня. Это разбивает мужчине сердце ничуть не меньше того, что он сейчас увидел. — Я… я только расстегну наручники… – растерянно шепчет Агустин и тянется к рукам Бруно. Он тщетно пытается унять дрожь в руках и сдержать подкатывающие слезы. Когда руки мужчины оказались свободны, он попытался обнять пророка, но тот лишь оттолкнул его руки, с неожиданной силой. — Уходи… – всхлипывает Бруно.