Опьяняющая пучина

До конца моей последней рабочей смены остается тридцать минут. Ровно с этого момента я не свожу глаз с циферблата, судорожно отвлекаясь на посетителей бара, что по какой-то неведомой причине еще не покинули его. Так странно смотреть на них не из-под лоба, а будто бы свысока, с каждым мгновением ощущая, как трескаются оковы подхалимства и рабства, в которые заключили меня долги. Я буду скучать по вам, страх быть избитой коллекторами и кровная ненависть. Сегодня я расстанусь с вами, отколов частицу своей души вместе с тем. До конца моей последней рабочей смены остается двадцать минут. Какой-то пьяный урод потянулся своей жирной от кляра рукой под юбку к Софи - другой официантке, которая также написала заявление об увольнении несколько дней назад и обязалась доработать до конца недели. На этот раз я даже бровью не повела, явно усвоив с прошлого раза, что всё, что бы я не делала по отношению к подобным животным, тщетно. Да и коллега не выглядит раздраженной - наоборот, это нелепое приставание позабавило ее, ведь оно последнее и больше никто не посмеет к ней так отнестись за пределами этой унылой забегаловки. К тому же, мужлан позволил себе этот жест неспроста - он всего-то хотел вложить ей в нижнее белье пару пенни, думая, что это наивысшая степень благодарности, на которую официантки здесь могут рассчитывать. До конца моей последней рабочей смены остается пятнадцать минут. Я не спеша протираю опустевшие столики. Наверное, то, чего полгода назад при приеме на работу я брезговала больше всего, уборка за обездоленными, оказалось здесь самым приятным. Несмотря на то, что приходится иметь дело не только с многочисленными крошками, но и со всякими, мягко сказать, выделениями, эта часть дня кажется медитационной. Концентрируясь на чистке мест от грязи, я невольно представляю, как освобождаю свою порочную душу от воздействия окружающей нищеты, что собралась вокруг. Я убеждаю себя, что впереди меня ждет новый этап жизни, в котором не будет места обесцениванию моего труда и несчастью. Ведь так же должно быть после расчета со своими “хвостами”? До конца моей последней рабочей смены остается десять минут. Внезапно в помещение заходит мужчина лет тридцати, если верить его голосу и силуэту, что скрыт за курткой с капюшоном. Он садится на первый попавшийся стул у окна и молчаливо смотрит куда-то вдаль, даже не намекая на то, что в последний момент сделает кассу нашему скромному штату. Не долго сверля вошедшего взглядом, я переключаюсь на очередную задачу в виде подсчета собранных денег “на чай”. Как ни странно, сумма меня не радует, так как посетители сегодня не оказались особо щедрыми и предпочли вложить капитал в большее количество закусок, нежели в поощрение персонала, который вовремя себя останавливает от плевка им в бокалы пива. Что же, повезло, что нет необходимости оплачивать свой проезд домой, так как моя обитель находится буквально за углом. Не представляю, что бы было, если бы я жила в другом конце города. До конца моей рабочей смены остается пять минут. - Девушка, можно сделать заказ? - Тот самый загадочный тип, на которого я даже не надеялась, решив, что он заглянул сюда просто со скуки, окликает меня. Его лицо крайне трудно разглядеть на том расстоянии, что между нами, но я точно знаю, что фраза адресована мне, так как Софи пропала из виду. - Добрый вечер, конечно, - быстрым шагом я сократила дистанцию, между тем не позабыв натянуть фальшивую улыбку, что требовалась по регламенту. - К сожалению, наш повар уже убрал кухню, но вы все еще можете воспользоваться услугами баристы. - Замечательно, - незнакомец точно знал, каков будет мой ответ и это было видно по его недрогнувшим чертам лица. - Чашку эспрессо, будьте добры. Я покорно киваю и направляюсь к барной стойке. Уважительность новоиспеченного клиента не может не удивлять меня. Зачастую здесь, в никому не угодных окраинах Бирмингема, проживают самые что ни на есть преступники или их родственники, которые, очевидно, не отличаются остротой ума и почтительностью. В отличие от них некий неизвестный проявил себя с совершенно другой стороны, что одновременно восхищало и настораживало. Поскольку бармен имел вольность уйти с поста пораньше, его обязанностями сейчас должна заняться я. При приеме на работу мне причудилось показать свой диплом об окончании курсов, связанных с навыком смешивания напитков, за что и была наказана правом заменять местного мастера над бокалами, когда придется. Так и сейчас я стою напротив кофемашины, буквально выжимая из нее последние бодрящие соки, и руками нащупываю подходящую чашку. Когда мне наконец удается укротить технику и получить требуемый вид кофе, я возвращаюсь к единственному сидящему в небольшом зале и протягиваю его ему. Мой взгляд невольно упирается в часы незнакомца - они твердят, что до конца моей последней смены осталась одна минута. - Благодарю, мм.. - мужчина оглядел мою форму и бейдж на ней, - .. Стейси. Я очень рад иметь возможность выпить кофе, приготовленный Вами. Не успела я и слова вымолвить в ответ, как он тут же потребовал счет. Стрелки настенных часов подсказывали, что пора завершать едва-ли начавшуюся беседу, потому весь сумбур моих мыслей пришлось утихомирить. Спустя минуту я вернулась к посетителю уже с чеком в два с половиной фунта стерлингов. Молодой человек с улыбкой глянул на него и достал из внутреннего кармана своей куртки самодельный тонкий конверт, который своим видом намекал, что внутри что-то есть, но не давал понять что из-за непрозрачности. - Это Вам. Откроете дома. - Он дождался момента, когда я протяну свою руку, чтобы ознакомиться с конвертом и в этот же миг перевернул его: с обратной стороны всё это время большим пальцем его ладони придерживались те самые два с половиной фунта, что требовались. Такая выходка вызвала у меня множество вопросов к происходящему. - Сэр, Вы бесспорно смогли меня удивить, но позвольте поинтересоваться: с какой стати я должна принимать такой сомнительный подарок? - Услышав это, светловолосый мягко улыбнулся. - Иначе как Вы удовлетворите свое любопытство?