Платиновые запонки

      Состояние, в котором мы проснулись, можно описать одним словом — коматозное. День обещал быть тяжелым — мне предстояло увидеться с мамой. — Больше никогда не буду пить, — шептала я, чувствуя горечь во рту от количества выпитого алкоголя. Перспектива сесть за руль ликвидировалась сама собой.       Я пересекла зал, пытаясь пробраться в ванную как можно тише. Всё-таки стоило умыться перед сном, спутанные волосы и круги под глазами — такое себе зрелище. «Видел бы меня сейчас Малфой», — улыбалась я своим мыслям, — «проблема неловких разговоров была бы закрыта».       Заглушив ванную, я приступила к возвращению Гермионы Грейнджер.       Волосы собраны в низкий пучок, лёгкий макияж и джинсовый сарафан чуть выше колена. Долго выбирая между сандалиями и белыми кедами, я застала картину маслом:       Гарри безуспешно пытался призвать очки, которые запутались в горе вещей на полу. — Я ушла! — крикнула у самой двери.       Несомненно, внизу меня уже ждал Нортон. Мягко улыбаясь, он рассказал мне, что водитель мамы прибудет с минуты на минуту. Всё-таки, поселиться в магловской части Лондона было отличной идеей.

***

      Интерьер маленького ресторана, расположившегося на углу улицы недалеко от родительского дома, ничуть не изменился. Те же деревянные ограждения разрослись лианами дикого винограда. На каждом столе украшены полевыми цветами маленькие вазы. За одним из таких столов, ровно по центру зала, находилась мама. Я заведомо знала, что она закажет чашечку соленого миндаля и американо.       Выглядела она потрясающе, жаль её чувство стиля не передалось мне в подростковом возрасте. Платье футляр — молочно-белого цвета, бежевые лодочки и аккуратный золотой ремешок на талии. — Гермиона! Милая! — её лицо озарила улыбка.       Затем последовал ряд дежурных вопросов о работе, Гарри, и отсутствию семьи. Тем не менее, встреча прошла на редкость спокойно. Мы как раз обнимались на прощание и тут, как гром среди ясного неба, прозвучал вопрос. — Ты знала, что мальчик, который задирал тебя в школе, занимается благотворительностью? — Что? — я забыла куда собиралась. — Мам, ты путаешь. Он не может, — или может?       Сколько вообще отраслей бизнеса, в которые он вкладывает деньги? Клубы, детские клиники… Слишком много «не волшебных» инвестиций. — Да, когда я увидела фамилию в списках, долго не могла понять, откуда же я её знаю, и вот, вспомнила! — воодушевлённо говорила мама. — Наверное будет странно, если вы там увидитесь, правда? Но ты обязательно должна прийти, наша клиника участвует. В следующую пятницу, милая. Не забудь! — Да, конечно, буду, — у меня вновь возникло желание найти Браун и попросить прощение за то, что выбор Рона пал на меня. Может она согласилась бы снять проклятие? Потому что ничем другим я не могла объяснить то, что Малфой меня преследует даже в магловском мире.

***

      Магазины, маленькие ресторанчики и высотки мелькали перед глазами. Пытаясь унять мысли в голове, я как заворожённая смотрела в окно на обратном пути. Мы проезжали «Мармарис». Днём он выглядел таким же мрачным, как и сам Малфой на последних курсах.       От мыслей меня отвлёк сигнал вызова. — Тебя ищет Малфой, — удивлённо констатировал Гарри. — Вижу его сейчас из окна, разговаривает с Нортоном. Не молчи. Я не шучу. Консьерж уже пытался уточнить у меня, не ждём ли мы гостей. — Он что, маньяк? — еле слышно спросила я. — Вошёл в холл. Если не хочешь его видеть, лучше не приезжай домой, — было слышно, Гарри посмеивается надо мной.       Машина останавливалась напротив дома. Я не собиралась прятаться. Напрягало только отсутствие палочки.       Поприветствовав ещё раз Нортона, я увидела устроившегося на диванчике у лифта Малфоя. — Вас ожидают, мисс, — консьерж указывал в сторону лифта. — Да, спасибо.       Малфой поднял на меня взгляд. Серые джинсы и растрепанные волосы. Глаза выглядели уставшими. — Какими судьбами? Так увлёкся слежкой, что перестал спать?       Рот его скривился в лёгкой усмешке. — Выглядишь… — его глаза блуждали по моим ногам. — Интересно.       Переминаясь с ноги на ногу, я скрестила руки на груди. — Ближе к делу, Драко, — зачем я назвала его по имени? Вопрос самой себе, очень умно.       Было ощущение, что его серые глаза заискрились. На моей памяти, он вообще никогда не называл меня по имени. Интересно, насколько бы изменилось мое лицо, услышав я своё имя из его уст. — Я собираюсь посетить благотворительный вечер. Знаю, ты тоже будешь там, — он сложил руки в замок. — Хочу, чтобы мы пошли вместе.       Рука непроизвольно поднялась к горлу, я разрывалась между удивлением и беспокойством. Откуда ему известно, где я живу? — Выстраиваешь прочные связи? — вспоминая вчерашний разговор, я невольно напряглась. — Не вижу проблемы, прийти вместе на мероприятие, которое и ты и я планировали посетить. — Мама начнёт строить ненужные догадки, увидев нас вместе, — замялась я. — Если это единственное, что тебя беспокоит… — он растягивал слова, не разрывая при этом зрительный контакт. — Зайду в семь. — Я ещё не сказала «Да». — Мои действия слегка безумны, но я добьюсь твоего согласия, — он потянулся ко мне, но так и не поднялся с дивана. Тем не менее начал мягко оглаживать колено рукой.       Его касания вызывали мурашки. Предательская мысль о том, что это именно то, чего я хочу, растекалась по венам. Если бы мне подлили сыворотку правды пару часов назад, я бы без зазрения совести попросила его не останавливаться. — Твоё тело отвечает на мои касания, — медленно отпустил руку.       Поднялся с дивана, и мы оказались слишком близко к друг другу. Оставив мягкий поцелуй на моем оголенном плече, Драко снова посмотрел мне в глаза. — Я буду в семь. — Соглашусь только если поедем на машине! — получилось громче, чем я планировала.       Он не смог скрыть удивление, но, поправив волосы, согласился. — Конечно, Грейнджер. Увидимся.       Я смотрела ему вслед, не отрываясь, пока его силуэт не исчез за зеркальными дверьми.       Остаток дня провела в одиночку, Гарри ушёл, оставив записку на холодильнике. «Не знаю, что бы ты без меня делала! Вино и фисташковое мороженное на верхней полке. Я на долго». На той же бумажке был рисунок мальчика в очках с высунутым языком. — Храни тебя Мерлин, Гарри Поттер, — улыбалась я, пока искала штопор.

***

      Полпервого. Вот-вот наступит ланч. Рабочий день проходит монотонно. Единственное яркое пятно дня — Мелисса. Зайдя утром в офис, я как будто глотнула свежего воздуха. Она как раз поправляла длинные пшеничные волосы, мягкими волнами спадающие на одно плечо.       Мы обменялись любезностями. — Блейз сегодня не в духе. Может утащим его на ланч? — кокетливо играя бровями, спросила она.       До сих пор мне было неизвестно, нравлюсь ли я ей на самом деле.

***

      Я провожала стрелки часов глазами, дожидаясь 13:00.       Рекламный проект «Регал» закончен. Со следующим никак не могла определиться Скиттер, каждый раз ей не хватало «перчинки». Она отметала одну идею за другой, без конца повторяя: «Забини, душа моя, это понизит планку».       Дождавшись нужного времени, я отправила Гарри сообщение: «Ланч в ресторане напротив? Угощаю».       Ответ не заставил себя долго ждать. «Только потому, что ты платишь».       Я вышла из лифта поправляя пиджак.       Гарри ждал меня, перебирая драже в вазе, чем вызывал у охранника нервный тик. Невольно улыбаясь, я взяла его под локоть и потащила к выходу.       Через мгновение я жалела о каждом принятом решении за последние десять минут.       Через дорогу, прямо у входа в ресторан, держась за руки, стояли Блейз и Джинни. Ни на кого не обращая внимания, она мягко стряхивала что-то с лацкана пиджака Забини. На его лице сияла ослепительная улыбка.       Меня охватил ужас и стыд.       Я должна была сказать ему раньше. Он не был готов застать их так.       Мышцы Гарри каменели под моей рукой, мелкая дрожь пробирала всё его тело. Я ожидала взрыва, но вместо этого он резко выдохнул и ласково сжал мою руку. — Выберем другой ресторан, хорошо? — говорил он абсолютно спокойно. — Но тебе следует с ними поздороваться. Иди, я подожду.       Но я не могла сдвинуться с места. Было ощущение, что асфальт забетонировали вместе с моими лаковыми туфлями.       Первым нас заметил Забини. А через мгновение радостное лицо Джинни сменилось ледяной маской. Мне показалось, она искала поддержки в моих глазах. Блейз коротко кивнул, и открыл нам дверь.       Единственное на что меня хватило — хлопок аппарации. И вот мы стоим в центре нашей гостиной. — Гарри, поговори со мной, — умоляла я дрожащим голосом. — Нет ничего страшного, если ты не в порядке. Впервые я увидела ее пару недель назад… — дрожащим голосом подбираю каждое слово.       Поттер, не обращая на меня никакого внимания, направляется к холодильнику. — Лучше бы выбрала другой ресторан, дома нет ничего съедобного, — лениво бросил он. — Да поговори со мной, Гарри! Я не настолько глупа, чтобы поверить, что всё замечательно! — прокричала я. — А чего ты ожидала?! Что я буду страдать вечность? Сколько писем без ответа должно было быть, Гермиона?! Долбанных сообщений, патронусов? Чтобы ты радостными глазами смотрела на меня, когда я, мать вашу, ПРОСТО СПОКОЕН! Даже Трелони не выдержала полугода моих попыток найти её и послала меня к черту! — вздохнул он. А затем, словно вспомнив что-то, вскипел: — Поттер! Ты готов пожертвовать всем, ради мира. Любовь — пустой звук для тебя. Джинни Уизли — недооценённая подружка Гарри Поттера! Настанет день, когда ты поймёшь, что никто из них не даст тебе ничего, кроме дежурных улыбок и благодарности! У меня тоже есть желания и амбиции, ясно тебе?! По твоему, я не заслуживаю той любви, о которой мечтаю?! — передразнивал Гарри. — Разве это не её слова, Гермиона? — орал на меня он, стоя у барной стойки.       В какой-то момент мне показалось, что сейчас бокал в его руке разлетится на тысячи осколков. — Чёртов спасатель. И что я получил взамен? Нихрена я не получил, Гермиона! Сочувствующие взгляды Молли? Бесконечные письма от Министерства с вопросом, какого дракла я не хочу у них работать? Она выиграла, я признаю. Всё так и случилось, — бокал со звоном опустился на столешницу. — Забини смог дать ей то, чего она хотела. Отлично, я счастлив. Ей нет места в моей жизни, хочешь ты верить или нет. Я исчерпал эмоции. Истерик и срывов не будет.       В первый раз за четыре года я не смогла подобрать слов. Лицо Гарри расслабилось, как будто не он только что орал.       Тишину нарушала только мелодия мороженщика, который остановился напротив наших окон.       Гарри плюхнулся на диван, закинув руки за голову. Он стал медленно подпевать словам рекламного слогана. Вдруг резко развернул голову и взглянул на меня полными ярости глазами. — Гермиона, если Драко действительно тебе нравится, позволь себе делать то, что хочется. Никто не оценит твой вклад в «репутацию», особенно я, — выдал Гарри на одном дыхании, обращая свой взор обратно к потолку.

***

Четыре года назад. Нора.       Жара стояла уже неделю, спасали только охлаждающие чары и лимонад, который Молли и Флёр готовили вместе каждое утро.       Как и в предыдущие дни, я сидела в комнате Джинни и слушала одну и ту же пластинку.       Рон все ещё надеялся, что я уступлю. В его мечтах он возглавлял аврорат, а я работала в отделе магических тайн. Мы как и прежде неразлучны, сталкиваемся в лифте Министерства и в скором времени женимся. — Ты просто представь, — не унимался Рон. — О нас будут писать книги, Герм! Как мы счастливы, как прошли все преграды… У нас будет всё! Высокие должности, дети! Мама будет счастлива, всё как мы мечтали.       Начну с того, что он никогда особо не осведомлялся, о чём я мечтаю, но это меньшее, что меня сейчас волновало.       Скандал в соседней комнате разгорался не на шутку. Джинни пыталась шептать, но её шёпот больше напоминал рычание льва. — Успокойся, Джин, — слышался спокойный тон Гарри.       Рон же удивительно спокойно относился к происходящему. — Герм, все ругаются время от времени. Тем более, это же Джинни. Её характер — тайфун. Даже Фред и Джордж не осмеливались трогать её, когда она злилась, а ты знаешь, у них напрочь отсутствует инстинкт самосохранения.       Его слова заставили улыбнуться, но я чувствовала, что на этот раз это не обычная ссора. — Так в твоих мечтах я снова таскаюсь за тобой по полю боя? — шипела Джинни. — Снова молюсь, чтобы ты не умер?! — с каждым новым словом тон её голоса поднимался на несколько тонов. — Или ещё лучше, в очередной раз спасаю тебя от чувства вины перед всем миром?! Нет, с меня хватит, всему есть предел. Я любила тебя не из долга. Но с меня хватит! Война только закончилась, а ты уже ищешь новую. Твоя жертвенность невыносима! — Тише, Джин… Пожалуйста. Мы всех перепугаем… — Гарри пытался её успокоить, но своими словами делал только хуже.       Она достаточно долго была послом доброй воли и могла позволить себе побыть эгоисткой хотя бы сейчас. — Снова ты за своё «всех». Вот что тебя волнует. Ты неисправимый. Знаешь, что я скажу тебе? — голос Джинни был пропитан неподдельной ненавистью. — Вспомни, как мы спасали Малфоев в суде. Так вот, Нарцисса была единственной, кто того стоил! Эта женщина обманула Пожирателей и чёртового Волдеморта, чтобы спасти сына и мужа, и ей было плевать, что о ней «все» подумают. Она спасала тех, кого любит, а не весь Магический Мир, будь он неладен! Ты видел её глаза, когда не удалось оправдать Люциуса?! Прошло уже несколько месяцев, а она день за днём подкупает Министерство, потому что ей нужен он, а не мир во всём мире!       Гарри молчал, Джинни, залетевшая в комнату, олицетворяла собой стихийное бедствие. Рон всё понял без слов. — Ну, я пойду к Гарри, — выдавил он из себя.       Джинни не проронила ни слезы, но из комнаты так и не вышла. Флёр приносила ей еду. В каждом её жесте было понимание. — Я скажу Молли, что тебе нужно время, — говорила она, мягко закрывая за собой дверь.       Нам с Джинни было комфортно молчать, обстановку разряжали только зачарованные птички, которые наколдовала Флёр, когда зашла в первый раз.

***

Сейчас       Меня пробирала дрожь от воспоминаний, которые я прятала как можно дальше.       Ровно через десять дней после той ссоры она ушла.       Я вспоминала, как трясущимися руками искала хоть одну подсказку: письмо, знак, что угодно. Перерыла все книги, вывернула наизнанку каждый ящик.       Ничего.       Пустота.       Моя вторая паническая атака за жизнь. Проревела я тогда пару дней. Но это было только начало. Ад ждал меня впереди и не заканчивался ещё два года.