Великолепный век: Другая история

      На дворе март 1620 года. От тяжёлой болезни умирает Султан Осман II, а на престол восходит его старший сын Мустафа I, которому на тот момент только исполнилось двадцать пять лет.       Мустафа стоял по среди покоев, а рядом был его верный приятель и хранитель покоев — Исмаил. Парни познакомились ещё давно, когда теперешний Падишах приехал в Занджак, и его матушка выбрала Исмаила, как слугу для сына.       — Вот теперь я — Султан семи континентов, Повелитель Османского Государства и Наместник Аллаха на земле — Как-то тоскливо говорил Мустафа — Но опасность все же есть. Мои братья. Вдруг они надумают устроить бунт, Исмаил?       — Для этого ваши предки и придумали закон Фатиха, мой Господин. За Шегзаде Эмиром и Шегзаде Мехметом, а также их сыновьями уже едут.       — Прекрати, Исмаил — Остановил Мустафа друга — Мне всегда было страшно думать о том, что придётся лишить жизни родных, родную кровь и плоть. Но я понимаю, что по другому не будет жизни мне и моему Шегзаде. Это сложно, выбирать между братьями и сыном, осозная, что двоих не выберешь, но таковы реалии этого жестоко мира. Либо ты убьёшь, либо тебя.       Исмаил не знав, что ответить, только вздохнул на эти слова.       Мустафа последовал его примеру, а после добавил:       — Мне нужно понимать, что я совершаю это на благо народа и моя душа чиста. ***       — Госпожа, я пересмотрела ваши вещи. Всё на месте, мы готовы выходить — Сказала юная девушка, вклонив голову.       — Хорошо, Тан. Спасибо — Султанша слегка улыбнулась, а потом посмотрела на мальчика, который сидел на тахте — Пойдём, Ибрагим, мой славный Шегзаде.       Мальчишка шести лет довольно поднялся и взял мать за руку. Втроём они вышли из покоев, проходя по коридору:       — Ох, Тан, мне не верится, что отныне я наложница не Шегзаде Мустафы, а Султана Мустафы. Какое счастье! — Девушка прямо светилась от радости.       — Да, будет правление нашего Падишаха долгим, а после него на престол взайдет наш прекрасный Шегзаде — Ответила служанка       — Иншалла, Хатун. Я надеюсь, мне упадёт удача стать Валидэ при правлении своего львенка.       Выход из Дворца Манисы был уже не пустым.       — Дилара Султан, Шегзаде Ибрагим — Поклонилась девушка, поправляя на голове платочек.       — И тебе, Ханде… — Дилара почтенно кивнула. Она всегда относилась с уважением к фаворитке Мустафы. Возможно, потому, что Ханде появилась в жизнь нового Повелителя раньше, или потому, что была им давно забыта, или ещё по какой причине, но факт остаётся фактом — Дилара и Ханде ни разу не ссорились.       — Ханде, а где твои дочери? Ты чего тут одна стоишь?       — Госпожа, Госпожи Севжи Султан и Тезай Султан чуть дольше собираються — Ответила служанка Ханде, Дуйгу, вместо наложницы.       Дилара снова кивнула, давая знать, что это принято.       Вскоре к девушка, идя за руки, шли восьмилетние Севжи и Тезай. Они поклонились Диларе Султан, а затем разговорились о чём-то с младшим братом.       Ханде решила начать диалог:       — Наконец на нашей стороне засияло солнце, Госпожа. Наконец в саду наших душ расцвели розы, и мы без страха за будущее наслаждаемся их ароматом.       — Твоя правда, Ханде, настал наш день. Дай Аллах мы больше никогда не будем бояться смерти — Ответила Дилара, глядя в небеса.       — Дорогу — Послышался в далеке голос главного Евнуха Альтамиша — Гюленай Валидэ Султан Гасрэд Лэри!       Все почтенно поклонились. Женщина, словно, порхая остановилась рядом с остальными.       Первой тишину нарушила Дилара:       — Поздравляю вас, Госпожа, с новым статусом. Вы, как никто другой его достойны.       — Конечно, достойна. Сколько бед мне пришлось пережить ради своего Мустафы, но Аллах всегда был на стороне добра, и мы выграли в этой битве. Я представляю, как горюют Айше и Гюльпери, от того, что их Шегзаде ждёт только всем известный закон.       — Главное, что горююем не мы, Госпожа — Ответила Дилара — А те, чьи амбиции и надежды поблёкли и померкли меня больше не интересуют.       — Нам пора в дорогу — Гюленай перешла на другую тему, не обращая внимания на слова невестки.       Султанская семья поспешила садиться по каретам. ***

Прошло три дня

      Султан Мустафа стоял на улице, слушая щебет птиц, доносившийся из сада.       Вскоре рядом остановились две кареты. Из первой вышла Валидэ, и искреннее улыбнувшись сыну, подошла к нему. Он поцеловал её руку:       — Матушка, Хвала Аллаху, вы добрались живы и здоровы. Новые покои ждут вас, моя Валидэ Султан.       — Ох, мой лев, как я долго ждала этого дня. Пусть будут долги дни твоего правления — Ответила Гюленай и обняла сына.       Шегзаде Ибрагим шустро подбежал к отцу, видно, очень радуясь долгожданной встрече с ним:       — Папа! — Мой лев, мой Ибрагим! — Поднял на руки его отец, и покружил. Ибрагим счастливо засмеялся — Как ты вырос, сынок! Даже поднять тебя сложнее стало.       Мустафа поставил мальчика на ноги и крепко обнял дочерей, что стояли рядом с Гюленай Султан.       — Тезай, Севжи, мои красавицы, я очень рад вас видеть!       — И мы вас, папа — Проговорила Тезай, сильнее прижимаясь к Падишаху.       Затем Султан подошёл к своим наложницам, и те поклонились ему. Мустафа поцеловал, что Дилару, что Ханде в лоб, и пригласил свою семью во Дворец. ***       Гюленай Султан до нельзя гордо сидела на тахте, а близь неё стоял Альтамиш Ага, и говорил:       — Госпожа, я предлагаю, если Повелитель сегодня не захочет видеть Дилару Султан, отправить к нему новую наложницу.       — Чудесная идея, Альтамиш. Давно у моего сына не рождались новые Наследники — Ответила женщина, и тут же поникла — Шегзаде Серкан, да упокоет Аллах его детскую душу…       — Иншалла, Госпожа… — Евнух тоже поник, вспомнив о смерти маленького мальчика. Шегзаде Серкан погиб на девятом месяце жизни от гарячки, а ведь недавно малышу мог исполниться год — Может быть отправить к Повелителю Япрак? Её боль от потери сына велика, может дать ей шанс познать радость материнства? — Аккуратно предложил Альтамиш.       — Япрак… — Протянула Гюленай Султан, получив новый приступ боли — Я буду рада если мой сын примет её. Нужно быстрее готовить девушку, Альтамиш. Мы должны предоставить Повелителю её прежде, чем он прикажет готовиться Диларе. Ты лично скажешь, что эта рабыня от меня, и тогда войдёт Япрак, уяснил?       — Конечно, Госпожа… — Поклонился Евнух — Мы с Канан Калфой займёмся Япрак Хатун прямо сейчас. ***       Фырат Ага, как обычно, стоял перед полным казаном, готовя обед. Рядом сидела женщина, уплетала лукум из мисочки.       — Вижу, Канан, тебя понравилось. Стоит и дальше по этому рецепту готовить? — Спросил он с улыбкой.       — Не знаю — Ответила Канан — Не для Султанской семьи этот лукум, никто приторное не любит. Особенно Дилара Султан. Ох, как она разгневаеться, если ей такое подадут.       Фырат покачал головой, мол, «правда», и тяжко вздохнул:       — Только Япрак Султан любила приторные вкусности… Жаль, что теперь она хатун. Бедная девушка, такое пережить.       — Да, Фырат. Я хоть и держу нейтралитет среди всех Госпожей, но Япрак была добрее что-ли…— Задумчиво сказала Канан.       На кухню чуть ли не влетел Альтамиш Ага. Он хотел что-то сказать, но никак не мог отдышаться. Фырат выпучил глаза на Евнуха:       — Аллах, не пугай нас так, Ага! — Заохал он — И так дурно… Что случилось, говори.       — Валидэ Султан… Приказала отправить сегодня к Повелителю Япрак Хатун!       Канан от шока аж поперхнулась лукумом, а Фырат изумленно поднял брови, так и застыв с рукой, занесенной над кастрюлей. Альтамиш пожал плечами и повторил:       — Приказала немедленно отправить! Канан поднялась с места и побежала на выход, приговаривая:       — Ох, ещё будет счастье у нашей доброй Япрак. Нужно скорее рассказать ей. ***       Япрак сидела на тахте в Ташлыке, отдыхая от работы вместе со своей подругой Айгуль, и шепчясь о чём-то своём. Когда Япрак получила статус Госпожи, Айгуль сама попросила стать ей служанкой, и после смерти Серкана Айгуль поддерживала подругу, как только могла. Япрак доверяла ей все цело.       К девушкам подошла Канан и опустившись к уху Япрак, заговорила:       — Идём сейчас же со мной. Аллах смиловался над тобой.       Япрак удивлённо вскинула на нее глаза. Канан взяла наложницу за руку и повела в сторону выхода.       — Что случилось, Канан Калфа? — Спросила Айгуль — Зачем тебе Япрак?       — Цыц, ты! Потом узнаешь. ***       Канан поставила перед Япрак шкатулку с украшениями, но девушка не спешила рассматривать их, а лишь смотрела в одну точку, до сих пор не веря, что собираеться на Хальвет.       — Ох, не волнуйся ты так! Посмотри — Канан взяла в руки серьги с мелкими блестками, выложенными внутри черными жемчужинами — Мне кажется, это будет тебе к лицу.       Япрак слегка улыбнулась и взяла серьги к себе. ***       — Вай, наш Повелителю будет в восторге от тебя! — Говорил Евнух, ведя наложницу по золотому пути.       Девушка волнительно прошептала:       — Я боюсь, Альтамиш Ага. Я не видела Султана с тех пор, как… — Япрак остановилась, вспомнив о неприятном.       Взгляд Альтамиша стал сожалеющим:       — Шегзаде Серкана не вернуть Япрак, но у тебя есть возможность снова оказаться в раю Султана и стать матерью.       — Конечно, я понимаю… — Девушка опустила глаза и продолжила идти.       У дверей в Султанские покои стоял Исмаил Ага, который с интересом смотрел на Евнуха и рабыню.       — Валидэ Султан лично наказала отправить к Султану Япрак Хатун.       Исмаил кивнул и прошёл в покои:       — Повелитель — Поклонился он Мустафе, что сидел за рабочим столом читая какую-то книгу. Падишах поднял серьёзный взгляд на слугу, и кивнул, молча позволяя говорить. Когда Исмаил передал Султану слова Евнуха, тот вскинул брови и отвёл голову в сторону, кажется, задумавшись.       — Пусть проходит. ***       Дилара уже собиралась ложиться спать, как из детской выбежал Шегзаде Ибрагим и закричал:       — Мама, пойдём к папе! Мама, пойдём к папе!       Мальчик прыгнул на кровать, изображая нетерпеливого шалуна. В комнату прошла служанка, виновато опустив взгляд:       — Извините, Госпожа, но Шегзаде ни в какую не хотел меня слушаться…       — Ничего, Тан — Дилара махнула рукой и села рядом с сыном, погладив его по голове — Если мой львёнок хочет к отцу, мы пойдём. Повелитель всегда рад повидаться со своим единственным наследником. ***       Ибрагим бежал по коридору, визжал и веселился. Дилара смотрела на него и покачивала головой. Мальчик приблизился к дверям и радостно сказал:       — Исмаил, пропусти нас. Мы пришли к папе.       — Шегзаде… — Замялся мужчина, словно не зная, как выразить словами, что происходит.       К ним подошла Дилара Султан:       — Что такое? Почему ты не слушаешься моего сына? — Поинтересовалась она строго.       — Госпожа, прошу простить, но Повелитель сейчас со своим гаремом.       Девушка побледнела, но взяла себя в руки и спросила кто именно у Султана.       — Госпожа… — Снова замешкался Исмаил.       — Говори, Ага! — Потребовала Дилара, её голос сорвался на крик.       — Япрак Хатун       Султанша фыркнула, взяла сына за руку и пошла назад по коридору.       — Но, мама, я хочу к папе! — Закричал Ибрагим — Прошу тебя!       Дилара опустилась на корточки, чтобы сравняться с Шегзаде в росте, и мальчишка с опаской уставился на неё.       — А папа не хочет. Он с какой-то жалкой рабыней развлекаеться, пока мы ждём его внимания, сыночек. Видишь?