Игра без сохранения

— А мы то тебя как, разбойничек! — звонко засмеялся амбал и все остальные засмеялись вместе. Луи разжал ладонь, но вот другой уже сжимал руку парня намного крепче. — Отпустите! — крикнул Луи и стал вырывать свою руку из хватки. На это мужик только хмыкнул, а потом резко притянул Луи к себе, прислонив того спиной к своей груди. — Чш-ш… Успокойся, малыш, тебе не зачем так переживать, — сделав недолгую паузу, мужик погладил Луи по голове, провел кончиком своего мокрого шершавого языка по мочке уха. — Пока, — и снова звонкий смех. — Прошу, отпустите… — заикаясь, прошептал Луи. — Я сделаю всё, что вы захотите… — мужик, что обнимал блондина взял того за плечи, перевернув к себе лицом. Внимательно смотрел тому в глаза, то в правый, то в левый. — Отсосешь?! — крикнул кто-то из мужчин, что сидел у костра. И снова все засмеялись, кроме Луи. Он, как осиновый лист, дрожал от страха, боялся дышать, как-то двигаться. Боялся делать всё, что сможет разозлить мужиков. Амбал, что держал всё время Луи в своей крепкой схватке, грубо потащил того на середину поляны, ближе к другим, таким же как он – амбалам. Парень как мог пытался вырваться из рук урода. Брыкался, кричал, пинался, бил и даже пытался укусить того, но ничего из перечисленного не помогало, только ухудшало ситуацию. Мужик грубо швырнул Луи на землю. Парень с грохотом упал на четвереньки, на влажную почву. Об маленькие камни разодрал себе кожу на ладонях. Колени после приземления сразу стали немного мокрыми, грязными. На эти мелочи Луи никак не обратил внимание. Всё внимание было направлено к мужчинам, что смотрели на него жадно, будто хотели съесть. «Канибалы», – пронеслось в голове у парня и тело стало дрожать с новой силой. Перед глазами мигом промелькнула картина, как его режут на кусочки ещё живого и его же мясо жарят на костре, рядом с которым сейчас сидят бородатые мужики. Нависая над Луи, мужик скалился, глядя на него, улыбался зверски. Зрачки то и дело метались туда-сюда, мужик разглядывал парнишку жадно. — Ну так, что? Отсосëшь? — хрипло спросил амбал, что нависал над Луи. И парень замер, не зная, что сказать, что делать. Со страхом в глазах смотрел на мужика, молча прося о пощаде, но в то же время зная, что это никогда не случится. В жизни у него больше нет чуда и никогда больше и не будет, ведь его самого больше не станет. — О.отпустите… — заикаясь прошептал Луи, пятясь назад, но его лопатки соприкоснулись с чем-то позади. Парень осторожно, медленно обернулся. Сзади него стоял другой мужик, что был у костра, тот который крикнул ему «что-то». — Хей! Почему ты молчишь?! С тобой, блять, разговаривают, сучья морда! — проговорил бородач, что стоял сзади. Луи громко сглотнул. Страшно, очень. — П.пожалуйста… Не н.надо… Отпус.отпустите… — глотая слезы, еле-еле проговорил блондин, мотая головой в разные стороны, с мольбой в глазах, смотря на мужиков, что стояли рядом с ним. Мужик, что был спереди Луи, сплюнул возле своих ног, чуть не попав на подростка. Зверски улыбнулся. Его набитые татуировками руки потянулись к своим штанам. Пальцы нервно теребили язычок ширинки, пытаясь спустить её вниз. — Прошу… Нет… Не надо… — всё шептал Луи, смотря на эту картину. Он понимал, что они никуда его не отпустят, но всё же надежда умирает последней. Луи хотелось отползти от мужчины, что расстегивал свои штаны, но не мог, так как за ним стоял и другой мужчина. Блондин надеялся, что тот лишь просто стоял и смотрел на это, но не делал и не желал сделать тех же действий, которые сейчас совершит его дружок. Расстегнув ширинку джинс, бородатый мужчина сделал два шага вперёд, ближе к Луи. Лицо подростка было почти что ж в притык к достоинству амбала. — Ну давай, чего же ты ждёшь?! — прорычал мужик и положил свою жирную руку на макушку Луи. Притянул его ближе к расстегнутой ширинке. Заставил парня прикоснуться, обтереться щекой о мокрые боксеры. — Ну что? Нравится? — издевательски спрашивал мужик, сильнее надавливая на макушку. Луи было противно, ему хотелось блевануть на этого мерзавца, лишь бы он прекратил унижать его. Вцепившись короткими пальцами за золотистые волосы, мужик резко потянул парня назад. Запрокинул голову вверх, заставляя Луи взглянуть на него. — Я вижу ты очень хорошая шлюшка, можешь взять его, — игриво проговорил мужик и отпустил Луи. Смотрел и ждал, пока парень покорно сделает то, о чëм его просят. Всхлипнув, Луи дрожащими руками потянулся к штанам. Немного приспустил их, затем так же поступил и с боксерами. Под ними прятался маленький, скукоженный член. — Давай, смелее, шлюшка моя… — также игриво проговорил мужик, но когда его терпение лопнуло и он понял, что Луи сам этого никогда не сделает, снова положил свою руку ему на макушку. Надавил на неё и заставил принять себя. Медленно двигал головой, но постепенно наращивал темп. Зажмурив глаза, Луи пытался вырваться. Брыкался, мычал, чем ещё больше делал удовольствие ублюдку. Вскоре мужик ухватился за Луи двумя руками. Надавил на макушку всей силой, влез в Луи по самые яйца. Блаженно выдохнул и отпустил беднягу, когда сперма вылилась тому в рот. Слюнявый, вонючий, маленький, скукоженный член, больше не стоял, болтался словно надломленная ветка. Как только мужик отпустил Луи, тот мигом отпрянул от него. Выплюнул сперму на землю, поспешно вытирая рот от всей этой мерзости. Подростку казалось, что он грязный. Им действительно воспользовались и ушли к костру. От этого душа ещё больше ныла. Слезы ручьём полились из глаз. Хотелось кричать, рыдать в голос, но от страха Луи мог только тихо всхлипывать. На четвереньках он стоял на земле. Жмурился и качался в разные стороны. Вперёд-назад, вперёд-назад, вперёд-назад… Сейчас хотелось побыть одному, никого не видеть. Сидеть в углу и рыдать. — И че это ты, блять, тут сидишь? Вообще-то тут не только Джеймс, — раздался чей-то голос сзади подростка. Тот нехотя, с опаской посмотрел через плечо. Сзади него снова был тот мужик, что стоял позади него всё это время, когда с ним вытворяли грязные дела. И теперь они снова повторятся. Повторятся у разных ублюдков, что находились на этой поляне. — Прошу-у… Хватит… — надрывисто кричал Луи. Всплеск эмоций, что были внутри него всё это время. Вырвались наружу и теперь вылетают через голос. — Умоляю! Хватит меня мучать! — не переставая, кричал Луи, мотая головой. Тихие всхлипы превратились в мучительный стон, крик. Слëзы скатывались с покрасневших щёк на и так влажную землю. — А ну заткни его! — раздался грубый голос мужчины, что стоял у мангала. Бородач, что стоял поблизости Луи, подошёл к нему и взял за волосы. Грубо потянул голову парнишки наверх. Луи вскрикнул, за что сразу получил по рту. — Прошу… — всё никак не унимался блондин. Брыкался, за что получил пощёчину. Но они его не останавливали. Инстинкт самосохранения действовал и не собирался сдаваться просто так. — А ну прекрати, урод! — закричал мужчина, что держал Луи, попутно растëгивая ширинку джинс. И снова во рту оказался член. Но уже не скукоженный и не маленький. Наоборот, длинный и жирный. Этот мужик долбился в Луи по самые яйца, чем причинял боль парню в горле. Блондин мычал, пытался как-то вырваться, но и это не помогало, наоборот, ухудшало положение. И это повторялось снова и снова, только с разными ублюдками. Кто-то говорил глотать их сперму, кому-то было на это срать. Но главное, что все мучали Луи, издевались над ним. Морально и физически. — Скажи спасибо, что не выебали тебя в жопу, — зло проговорил мужик, что только что кончил мальчишке на лицо. — А ведь могли бы, но нет, решили пожалеть! — прикрикнул мужик, что сидел у костра. Вскоре и последний мужик удалился к костру. Луи оставили одного. Его поимел каждый из них, поэтому у него была надежда, что его больше не тронут. Луи лежал на правом боку на сырой земле. Вся одежда, что на нём была, стала грязной, вся в земле, мокрой, в поту. Взяв край кофты, Луи вытер своё лицо. Свернулся в клубочек и горько, тихо заплакал. «Я грязный…» — про себя проговорил одно и тоже он. — «Меня использовали, как шлюху…» — и это было действительно так. Каждый, кто воспользовался им, больше не подходил к нему. Оставили валяться в стороне, как использованную вещь. Как одноразовую вещь… — «Меня изнасиловали…» Горькие слëзы полились с новой силой. Душа рвалась на части от боли, что причинили только что эти твари. Снова хотелось побыть одному, в тишине и спокойствии. Но этого не будет. Сейчас он слышит голоса этих пидоров. Как они сидят у потрескивающего костра и о чём-то разговаривают. О чём-то интересном. Смеются от души. А вот Луи плачет. Плачет от всей этой несправедливости. Хочет домой. К маме, к папе, к своей сестре. Лора… Она же там наверное волнуется. Или радуется. Думает, что сейчас Луи сбежит из этого ада, позовёт на помощь и освободит их! Вот только из всего перечисленного Луи смог сделать, лишь одно. Сбежать из ада. Сбежать из ада и попасть в другой ад. В ад намного похуже. Луи лежал на земле, свернувшись в калачик, дрожал от холода и страха. Плакал от безысходности и боли в груди. Его никто не трогал и это было хорошо. Ему это нравилось. Ветер выл, как и его душа. — Вставай, мой разбойник… — слишком мило проговорил слишком знакомый голос. Всхлипнув, Луи приподнялся на локтях и посмотрел на хозяина голоса, вмиг отпрыгнув. Тот усмехнулся. — Луи, ты что же это? Боишься меня? — уже более привычным для блондина голосом спросил Пятый. — П.прошу, отстань от меня… — хрипло прошептал Луи, на что брюнет усмехнулся. — О-о… Это только начало, дружище, только начало… — Нет… — отрицательно стал качать головой Луи, на что Пятый оскалился. — Ты мне тут перечить вздумал?! — Нет! Прошу, не надо… Прости меня за всё, умоляю… — унижался Луи перед Пятым, лишь бы его снова не мучили. Пятый присел на корточки перед Луи и внимательно стал смотреть парню в глаза, будто хотел что-то развидеть в них, может даже своё отражение. — Надо было просить раньше, — прошипел сквозь зубы Пятый. Как только брюнет присел перед Луи, блондин почувствовал запах кофе, через чур резкий, из-за чего закашлялся. И произошло то, чего он так сильно боялся. Луи вырвало тем, что заставляли глотать его пидоры. И попал на ботинки Пятого. Тот резко встал. Осмотрел свои уже испачканные в конче ботинки. Его густые брови переместились ближе к переносице, губы превратились в тонкую ниточку, а скулы стали острее, чем были. — Вот же ты сука… — прошипел Пятый и ударил Луи в скулу кулаком. Затем ещё, ещё и ещё, уже не разбираясь куда. Луи пытался закрыться руками, свернулся в комочек, но ничего из этого не помогало ему спастись от ударов. Затем к Пятому присоединились и мужики, что истерзали мальчишку. Смеялись, будто это было весело, а вот Луи плакал, кричал от боли. И для блондина это длилось очень и очень долго, будто весь день. Голос уже охрип и тот лишь стонал. Но вскоре всё это закончилось. Луи оставили одного, а ублюдки ушли к мангалу, есть шашлыки, что так вкусно пахли. Луи лежал на земле, ему было больно пошевелиться. Кровь стекла по лицу со лба. Кровь попадала в рот из-за разбитой губы. Синяки сильно пульсировали, чем причиняли боль по всему телу. Теперь не только душа болела, но ещё и тело. Как и кровь, слëзы стекали на землю. Луи задыхался от всхлипов, но ничего не мог поделать с собой, он не мог остановиться. Душа кричала, ныла от боли, как и всё тело. Его убьют, а если и не убьют, оставят умирать здесь. И снова они о чём-то весело болтали, будто и никого не избивали, и это ещё больше угнетало душу. Так Луи бы и лежал на земле, если бы не увидел брошенный пистолет рядом с собой. Он лежал на земле, никому не нужный. Он так манил Луи, что рука сама потянулась за ним. Ныла, но тянулась. Кончиком пальца Луи прикоснулся к дулу пистолета. Ледяной…

Первая капля дождя упала на нос Луи.

Блондин придвинулся ближе к пистолету, из-за чего тело заныло с новой силой, но Луи старался не обращать на это внимание. Взял пистолет и поднял его над собой. Он был тяжёлый. Такого же веса, как и тот, из которого стрелял в Пятого.

Вторая капля дождя упала на нос Луи.

Луи, шипя, приподнялся на локтях. Посмотрел на компанию ублюдков, что стояла к нему спиной и ела шашлык, о чëм-то разговаривая. Увидел среди мужиков Пятого, самого маленького и не очень мускулистого среди них. Пистолет уже был снят с предохранителя, поэтому Луи сразу навёл пистолет на Пятого, на его голову. — Ты сказала, что там есть пистолет… — начал Луи. — Можно отвлечь маньяка, а потом со спины выстрелить в него, — шёпотом, чтобы точно никто посторонний не услышал, сказал Луи. — Нет! — выкрикнула Джесс, не совладав со своими эмоциями. — Луи, разве ты убийца? Хочешь всю жизнь ходить с кровавыми руками? Хочешь, чтобы тебе снилось это в каждом сне? Хочешь, чтобы ты видел в дальнейшем везде силуэт Пятого? — с каждым предложением голос Джесс начинал дрожать, а на глаза наворачивались слëзы. В голову врезалось воспоминание с посиделкой. Тогда Джесс рассказывала, что узнала о Пятом, ведь она была и есть ближе всех к нему. Да, тогда Луи хотел убить его, как и сейчас хочет. Но есть одна загвоздка… Он не убийца, как когда-то говорила Джесс. И пусть она сказала это только из-за того, что не хотела, чтобы пострадал Пятый, она всё равно была права. Луи не хочет, да и не смог бы ходить с руками в крови, не мог бы каждый день видеть как за ним следит мёртвый Пятый. Да и тем более, если он его сейчас убьёт, то убьют и его, но мучительно. Хотя его и так убьют и тоже мучительно.

Третья капля дождя упала на нос Луи.

Дуло пистолета прислонилось ко лбу блондина. Холодно и страшно. Тело дрожало, не решаясь сделать этот шаг, но он был самым благоразумным. Этот шаг был сложным, на который и не каждый сможет решиться. Но Луи решился. «Я сильный», — про себя проговаривал парень. — «Я храбрый». — Прощай, Лора… — прошептал Луи, закрывая глаза. Выстрел.

И как из ведра хлынул дождь, умывая труп Луи…

На выстрел обернулась все. Ублюдки все замерли, смотря на тело, под которым уже стекала кровь. И лишь один Пятый подошёл к Луи, взял свой пистолет из его обмякших рук и тихо прошептал: — Молодец… А из-за кустов, из чащи леса послышался женский крик, жалобный и мучительный: — Нет!!! Луи, нет!