Игра без сохранения

Чёрная машина ехала на трассе наравне с другими, ничем не отличаясь. Джесс иногда заглядывала в окна, если была такая возможность, и завидовала. Часто видела, как мужчины сидят за рулём, а их любимые женщины весело смеются, что-то рассказывая им. Наверняка сзади сидят их дети и тоже, как она, смотрят в окна чужих машин. Девушка заставляла себя сидеть с натянутой улыбкой, ведь Пятый, который раз, за это её ругает. Соня спит на коленях, как раньше делала это с Лорой. «Лора…» — про себя проговорила имя своей умершей подруги Джесс и на глазах снова показались слезы. — «Она такая сильная… Смогла, сумела, а я… Если бы я была как она, то я бы наверное тоже была счастлива», — первая слеза скатилась с щеки Джесс. — «Нет, всё, хватит. Не надо думать об этом, ведь это уже прошлое, так?» — отвернулась от окна, ведь девушку стало немного подташнивать. — Купим Соне резиночки? — вдруг спросила Джесс, смотря на Пятого с какой-то надеждой на то, что он снова добрый. — Зачем это? — в недоумении спросил Пятый, мельком взглянув на Джесс через плечо и нахмурив брови. — Нуу… Хвостики ей буду делать? — через зеркало смотрел на Джесс, как на больную. На вопрос не стал отвечать, снова переключая всё внимание на дорогу. А ведь это бы помогло девушке понять, где они будут жить: в лесу или в городе. Хотя и в лесу можно купить резиночки, они же продаются на заправке? Ехали молча, лишь двигатель и музыка не давали наступить тишине. Но и это никак не помогало Джесс путаться у себя в мыслях. Девушка не могла представить жизнь с Пятым в будущем. Ну а что в нём будет? Джесс станет домохозяйкой, Пятый абьюзером, который постоянно будет её насиловать. Девушке никуда будет нельзя выходить и она всю свою жизнь будет сидеть дома. Может на задний дворик ей будет можно, если он конечно же будет. Но Джесс уверена, что будет. Пятый же всë-таки богатый, как он сам это говорил? Да и тем более он знатный человек, раз его слушались те амбалы. Блэк не заметила, как голова улеглась на окно, как веки постепенно стали закрываться, как стала погружаться в крепкий сон…

***

— Котёнок, просыпайся, — кто-то трясёт её за плечо, на что та мычит. — Ну вставай же, котёнок, мы приехали! — радостно воскликнул Пятый и Джесс распахнула свои глаза. Взяла Соню в руки, что уже давно проснулась и принюхивалась к новой местности. Выскочила из машины и стала нервно оглядываться. — Где это мы?.. — запоздало спросила Джесс в недоумении. Машина стояла в гараже, что был открыт и дневной свет попадал внутрь. — Можно?..— кивком указала на выход из гаража, на что Пятый кивнул. Джесс боязливо вышла из гаража, а брюнет за ней. Как только пара вышла, Пятый нажал на кнопку на пульте и гараж стал автоматически закрываться. Повсюду были дома. Разные дома. Какие-то выглядели очень богато, какие-то скромно, но не было бедных. На дороге не было машин, что было достаточно странно, зная что в Америке все куда-то спешат на своих машинах. Также было очень странно, что было очень тихо. Ни людей, что разговаривают между собой, ни детей, что играют в классики на асфальте, ни уличных животных. Ни-ко-го. Будто они снова… в заброшенной деревне. Джесс сразу догадалась, что это спальный район, но всё равно он был достаточно странным. Где хотя бы лавки около домов с фруктами, овощами или лимонадом?! — Что это за место?.. — тихо, чтобы не прерывать тишину, спросила Джесс, через плечо смотря на Пятого. — Это, котёнок, место, где я жил в детстве. Недалеко будет дом моего отца, ну а вот этот, и этот и вон тот, и ещё этот, и этот – моих друзей. Да, тут каждый дом, что стоит по соседству, принадлежит моим друзьям! — весело воскликнул Пятый, потирая ладони друг о друга. Джесс испуганно сглотнула. — Друзья? То есть они занимаются тем же, чем и ты?.. — дрожащим голосом спросила Джесс, повернувшись к Пятому всем корпусом тела. — Ну почти, — пожал плечами Пятый и стал перечислять «профессии», загибая пальцы. — Тут есть киллеры, такие же как я, но их мало. Все почему-то бояться убивать, хотя это очень даже весело! — возмущённо воскликнул парень, загибая один палец. — Тут есть ещё наркоторговцы и их тут тьма! Но тебе я запрещаю наркоту пробовать, поняла?! Ещё наркоманкой у меня тут будешь, как мать, а это просто ужасно, — с брезгливостью и отвращением стал рассказывать Пятый, загибая второй палец. — Есть рабовладельщики. Это кто похищает людей и продаёт их. Либо в рабство, то есть в бары, клубы ну и тому подобное, либо одному человеку. Ну а есть мафиози, как например мой отец, — пожал плечами Пятый, продолжая свой рассказ, от которого по телу девушки волосы вставали дыбом. — Тут живут бандиты, что крадут что-то ценное и продают подороже или оставляют себе. Ну и как же без мошенников и хакеров? — В общем тут все уроды? — неожиданно для самой же себя спросила Джесс, тут же ойкнув и прижав одну ладошку ко рту. — Если по внешности, то да, не считая меня, — пожал плечами Пятый и приобнял Джесс за плечи. — Пошли, котёнок, нам же ещё сегодня нужно успеть к моему отцу! — весело сообщил Пятый и потянул Джесс в дом, что был за её спиной. — Зачем?! — Надо же познакомить свою будущую жену с отцом! — всё также весело отвечал Пятый, идя в дом. «Будущую жену…» — печально про себя повторила Джесс слова парня и пожала губами. — «Похоже у него действительно на меня большие планы…» Дом, в который тащил Пятый Джесс, был обычным. Простым, небогатым. Американский домик в бирюзовом оттенке и с белым крыльцом. Двухэтажный, если чердак можно назвать вторым этажом. Крыша была серой. Он выглядел так мило. Гараж был светло-серым. Зайдя в дом, Джесс почувствовала очень приятный запах. Запах новой мебели. Когда Пятый отпустил девушку, та выпустила Соню и вместе с ней направилась разглядывать её новый дом. В прихожей не было ничего необычного. Вешалки для верхней одежды и полка под ней у самого пола для ботинок. В углу стоял огромный цветок, Джесс не знала, как он называется. Сняв кроссовки и поставив их на эту полку, Джесс побрела дальше. Коридора, как в том домике, не было, поэтому на глаза сразу попались совмещённые кухня и гостиная. Кухня была слева от Джесс, а справа гостиная. Кухня была выполнена в кремовых оттенках. Гостиная в белых. Огромный диван, перед которым стояла стенка. На стенке было много всяких декоров, больше всего каких-то саблей и пистолетов, что никак не вписывались в эту милую обстановку. В стенке также стоял огромный телевизор. О чëрт, сколько она его не смотрела?! Какие там новости и какое сейчас вообще число? За стенкой гостиной была спальная комната. Огромная кровать стояла по серëдке, а рядом с ней, с каждой стороны, прикроватные тумбочки, на которых стояли милые светильники. Рядом с дверью, в углу был белый шкаф с зеркалом в полный рост. Шкаф был угловой. Открыв его, Джесс увидела много всякой одежды, что висела на вешалках и лежала на полках. В ящиках, что были внизу находилось нижнее белье. В другой половине шкафа была уже одежда Пятого. В другом углу рядом с дверью находился туалетный столик, на котором было много всякой косметики от известных брендов. В ящиках лежали фен, плойка, много масок, патчей и всяких других кремов. А вот за стенкой спальни находился кабинет Пятого, который Джесс не стала особо разглядывать. Приметила дубовый стол, на котором уже были раскинуты разные документы, кожаное кресло на колёсиках и куча полок с книгами. Между полок стоял один диван. Тоже кожаный и коричневый. Всё в тёмных тонах, как и любит Пятый. Была дверь отдельно от всех, куда и поспешила зайти Джесс. Попала она в ванную комнату. Всё было в черно-белом стиле. Туалет белый, но с чёрной крышкой. Раковина, что стояла поблизости, была белой, кран серебряный. Над ним висело зеркало, внутри которого были полочки для гигиенических штучек, по типу: зубных щёток, зубной пасты, нитки, бритвы и так далее. В углу стояла стиральная машина, чёрная. Рядом с ней стояла тумба, в которой находились порошки и туалетная бумага с прокладками. Из-за последнего Джесс покраснела. На тумбе стояли ароматизатор, полотенца. Чёрная корзина для грязного белья стояла между тумбой и душевой кабиной. Кабина была в тёмных оттенках. Серые двери и чёрная посудина. Внутри кабинки была одна маленькая полочка, на которой уместились только два шампуня. С клубникой и лесной хвоей. Также рядом с кабиной был белый маленький коврик. Выйдя из туалета, Джесс направилась на кухню, ведь видела там арку, а за ней и другую комнату. Другой комнатой оказалась столовая. Прямоугольный прозрачный стол, на котором посередине стояла ваза с незабудками. Стулья были из дерева, чёрные. В углу стояла огромная колонка с красным бантом, а рядом с ней ещё несколько коробочек с красным бантиком. Похоже это подарки для Джесс, но она не спешила их открывать, ведь время есть. Во всю стену были окна и даже стеклянные двери. Вид был на задний дворик, на котором была хорошо покошена трава. Рядом с забором стояла беседка, в которой был мангал. Рядом с беседкой качели-сетка. Джесс не стала выходить на улицу, уж очень ей нравилось тут. Но эта радость продлилась недолго, пока воспоминания снова не накрыли её.

Он вошёл в неё по самые яйца и не давая ей привыкнуть, безжалостно трахал её, пока та рыдала, кусая себя за кулак.

С лица сползла глупая улыбка и на глаза снова навернулись слезы. Это повторится. Не сейчас, так вечером, перед сном… Первая слеза скатилась с подбородка на грязную толстовку, которую она хочет сжечь.

Она грязная…

— Джесс, приведи себя в порядок! Мы скоро уже должны быть у моего отца! — крикнул Пятый из какой-то другой комнаты. Девушка хмыкнула, соглашаясь с ним. В порядок привести себя надо, но не для кого-то, а для себя. Побежав в спальню и взяв от туда свои новые вещи, Джесс направилась в ванную комнату. Стопку вещей положила на тумбу. Грязную одежду снимала себя очень быстро, ведь хотела оказаться под струями воды, что смыли бы её слой грязи, что увеличился за всё время. На полу разбросаны вещи Джесс, но её это устраивает. Зайдя в кабину, девушка закрывает двери. Включает воду. Полила сразу ледяная, но Джесс никак не обратила на это внимание. Просто стояла под водой, склонив голову. Мурашки пробегали по телу девушки, но она этого не замечала.

— Х.хватит, прошу… — умоляла Джесс, смотря на труп Розочки. На это Пятый ещё сильнее продолжал вдалбливать её в диван, заставляя ту рыдать ещё больше.

На глазах показались слезы. Ком застрял в горле, не давая нормально дышать. Слëзы стекали по лицу медленно, вместе с водой.

Чувствовала, как горит всё её тело, и лишь холодный пот Пятого, что капал на спину Джесс, хоть как-то мог охладить её.

Скривившись, стала дёргаться как ненормальная. Казалось, что ледяная вода это пот Пятого, что охлаждал её вчера. Тихо вскрикнув, переключила воду на горячую. Резкая смена воды, отразилась на Джесс вздрагиваниями.

Ты грязная…

Шептал знакомый голос в голове у Джесс.

Сейчас придут и его друзья.

Какие друзья, Джесс, ты сошла с ума?

Всё тело стало чесаться. Сдирая ногтями кожу, Джесс казалось, что она избавляется от грязи, которой её наделил Пятый. Скривилась в лице из-за адской боли и стала хныкать, но её никто не услышит, верно? Плакала, смотря через пелену слëз на свои руки. Красные, в полосах, как и всё тело.

Ты всё равно грязная…

Джесс облокотилась об стенку и по ней же скатилась вниз. Дотянулась там до полки и взяла оттуда шампунь. Открыла его и выдавила себе на руку. В кабине сразу запахло клубникой. Мыла свою голову, хотя не хотела. Она же и так грязная, чего стараться? Руки сами опустились вниз. Джесс смотрела перед собой, когда с её волос медленно стекал шампунь, попадая той в глаза. Всхлипнула, а потом ещё и ещё. Плакала, прижав колени к себе. Обнимала их, представляя, что это её мама. — Прости, прости, прости, мамочка, — шептала Джесс между всхлипами. — Я не думала, что всё так выйдет… Я же не знала, что мы будем жить с каким-то маньяком, и он убьёт моих друзей… — плакала Джесс, лбом тëрлась об свои коленки, представляя, что это шея мамы. — Мамочка, как ты там?.. Я очень хочу увидеться с тобой, правда!.. Но Пятый мне не разрешает и вряд ли разрешит… — воспоминания с полна окутали Джесс. И если минуту назад эти воспоминания вызывали дрожь в коленках и отвращение к самой себе у Джесс, то сейчас… Они были добрыми, весёлыми. Вспомнила прогулки по парку с мамой, как они ели мороженое смеясь из-за чего-то. Вспомнила, как мама учила её вязать спицами, но ей больше всего понравилось крючком. Вспомнила, как те готовили шоколадный торт, ну а точнее мама, ведь Джесс просто подавала ингредиенты. То время она никогда не ценила. Просто знала, что оно есть, а значит это уже хорошо. Никогда не могла подумать, что эти «простые» моменты когда-нибудь закончатся и начнутся ужасные. Но почему она вспомнила о них сейчас? Почему ни тогда, когда была возможность сбежать из того домика? Почему?! Плакала со всхлипами, виня себя за смерти Луи, Лоры и Розочки… Если бы она только могла перенестись назад в прошлое, она бы точно сбежала с двойняшками и Розочкой. Наплевала бы на чувства к Пятому, на привязанность к нему, просто бы сбежала. Хотела кричать, ведь кожа зачесалась сильнее, и казалось, будто грязь впивается под кожу, чтобы больше никогда не смыться. Немой крик застрял в горле у Джесс, ведь ком не давал издать лишнего звука, кроме всхлипов. «Я грязная. Я грязная. Я грязная…» — про себя повторяла Джесс, чувствуя, как новая грязь появляется на её теле… От которой уже будет очень трудно избавиться, зная, что это повторится…

***

Джесс надела кремовое платье, что выбрала из новых вещей, ведь Пятый отобрал у неё джинсы с кофтой, говоря, что они идут на встречу, а значит она должна выглядеть сногсшибательно. Взяла свои белые кроссовки, потому что Пятый вообще забыл про обувь и ничего из неё на сменку не купил. Вышли из дома, оставляя Соню одну. Обнимая за талию Джесс, Пятый вёл её к дому своего отца, что находился близко, со слов брюнета. — И какой он? Твой отец? — решила спросить парня Джесс, после долгого молчания. — Вот сейчас это и узнаешь, — с каким-то тяжёлым вздохом сказал Пятый, смотря на кирпичный дом, что скорее всего был похож на замок. Это был трёхэтажный дом, где по бокам были огромные башни, вроде это были балконы. Из трубы шёл дым, хотя на улице было не так уж и холодно. Если приглядеться, то можно было увидеть в окнах, как в доме бегают люди с подносами. Ноги Джесс приросли к земле. Она не хочет туда, ей страшно. Глаза метались по огромному «замку», никак не замечая дверь, что была в высоту три метра. Тяжёлыми шагами шла к входу, ведь Пятый тащил её туда. Нажав на звонок, парень стал ждать когда ему откроют. Этот звон был ни как у неё дома – мелодия синички, а скорее всего походил на колокол из церкви, что резал уши и заставлял бежать по спине мурашек. Через секунд десять, дверь открыл какой-то мужчина. Это был слуга, как поняла Джесс по его одежде. И её слова подтвердились, когда мужчина заговорил: — Здравствуйте, мистер Харгривз, мисс… — слуга поджал губы, в недоумении смотря на Джесс, что в смятении смотрела на него в ответ. — Тоже Харгривз, — с улыбкой до ушей ответил Пятый и взяв Джесс за руку, обошёл мужчину, что нахмурил брови в ещё большем недоумении. — Мисс Харгривз? — переспросила Джесс Пятого шёпотом, потому что по всему дому, то и дело ходили такие же люди, как тот мужчина. — Ну да, а что, разве нет? — Я Блэк, Пятый, — прошипела Джесс, как будто её кто-то щипнул. Когда увидела злой взгляд Пятого на себе, решила объясниться. — Ты не предлагал мне выйти за тебя за муж, — на это Пятый прыснул в кулак. Остановился на дороге и стал смеяться, когда Джесс краснела и извинялась перед людьми, которым они мешали пройти. — Прости, котёнок, я совсем забыл это сделать, — стал оправдываться Пятый, когда Джесс оттаскивала его от людей. — Джессика Блэк, ты выйдешь за меня? — девушка выпучила глаза. Не знала, что и ответить, ведь если откажет – получит, а соглашаться никак не хотела. Открывала рот словно немая рыба, не зная как выкрутиться. — Эй, Пятый! — позвал какой-то мужчина, что стоял сзади Джесс, брюнета. Девушка мысленно поблагодарила незнакомца и обернулась вместе с Пятым, чтобы посмотреть на её спасителя. Седой мужчина лет шестидесяти стоял в строгом костюме. Свободной рукой махал паре, пока другой держал стакан с виски. Улыбался во все тридцать два зуба, из которых два клыка были золотыми. Был высокий и в достаточно хорошей форме для своих лет. — Паап, — протянул Пятый и вытянув руки, направился к мужчине. — Привет! — радостно поздоровался тот, обнимая своего родителя. — Ага, ну? И где твоя девушка? — уже не обращая внимание на сына, мужчина стал искать Джесс, что тут же подошла к мужчинам. — Здравствуйте, — мило поприветствовала отца Пятого девушка. — Я Джессика. — Оу, Джесси, как я рад увидеть тебя в живую! — всё также радостно и дружелюбно разговаривал мужчина, целуя тыльную сторону руки Джесс. — Я Кристофер. — Ну, отец, давай мы поужинаем и пойдём, — как-то раздражённо сказал Пятый, беря Джесс за плечи и притягивая её ближе к себе, подальше от отца. Он что, ревнует? — Всё-таки мы только переехали, хотелось бы обжить свой дом. — Ну конечно, как я мог забыть, сын у меня занятой, нет ни минуты на отца! — воскликнул Кристофер и направился в какую-то комнату, куда и пошла пара за ним. Этой комнатой оказался зал в белых тонах. Посередине стоял огромный длинный позолоченный стол, на котором было куча блюд. Было много растений и в углу стояла арфа. Картины были развешены по стенам, скрывая узоры. Пятый сел напротив отца, когда Джесс посередине. Дотянуться до Пятого, если что, она не могла и это её радовало. Хотя бы не будет трогать её в присутствии отца. — Ну, что, Джесси, как ты влюбилась в Пятого? Что ты чувствовала, когда увидела его? — посыпались вопросы от Кристофера, которые Джесс ожидала услышать, но никак не могла придумать ответ. — Нуу… Яяя. — замялась девушка, но её тут же перебили. — К чему такой допрос? — нервно спросил Пятый, накалывая на вилку мясо. — А что? Это же не какая-то там шлюха на одну ночь! — воскликнул Кристофер, из-за чего Джесс сжалась и покраснела. Как же ей сейчас стыдно… — Это женщина, с которой ты будешь делить кровать всю жизнь! И поверь мне, если она будет такой же, как и твоя мать, я её вышвырну сразу! — воскликнул Кристофер и швырнул в тарелку свой ножик, которым разрезал стейк. — Она не наркоманка! — Так же ты говорил и про свою мать! Ссора из ниоткуда появилась так быстро, что Джесс даже не поняла из-за чего она вообще произошла. Девушка сидела сжавшись в комочек, не зная, как вести себя в таких ситуациях. Надо их успокоить? Как-то помирить? Отвлечь их? Что надо сделать?! Джесс было неуютно от чувства, будто она подслушивает чужие ссоры. Хотя почему будто? Так и есть! Сейчас они разговаривают про мать Пятого, про которую она ничего не знает. А если и знает, то только то, что та была наркоманкой и шлюхой. Но, а может быть, это не правда?.. На глаза навернулись слезы от чувства вины. Может это она виновата в их ссоре?.. Может если бы она быстрее ответила, то ничего бы этого не случилось?

Джесс, это не твоя вина, окей?

А чья? Если бы я…

Нет, без «если бы». Это они сами виноваты, что никак не могут найти общий язык.

Точно?..

Ага, я же лучше знаю!

— Котёнок, идём, — строго приказал Пятый и Джесс тут же встала. Поправила подол платья и подошла к Пятому, что уже стоял, сжимая край стола. — Котёнок? — насмешливо повторил за Пятым Кристофер и стал смеяться. — А ты знаешь, что все кошки шлюхи? Потрахаются с одним. Родят, а потом будут трахаться и с другим. Круговорот такой… — задумчиво рассуждал мужчина, когда скулы Пятого заиграли. Когда ноздри расширились, а брови были нахмурены. Джесс опустила голову. Первая слеза упала на пол. Этот Кристофер сначала казался Джесс очень вежливым, дружелюбный, но точно не таким… Сейчас он в открытую унижает её, называя шлюхой, за что?.. Она же не спит с кем попало! Точнее она вообще не спит! — Закрой свою пасть, а не то… — дрожащим от злобы голосом шипел Пятый, но свою угрозу ему не дали договорить. Его перебил Кристофер. — А не то что? Убьёшь меня? — весело предположил отец Пятого, смеясь. На лице брюнета появился оскал. Точно такой же, когда тот бил Луи, унижал его. Точно такой же, когда увидел Лору мёртвой. И когда убил Розу… Неужели он действительно сейчас убьёт своего же отца?.. — А не то выбью тебе и остальные зубы, — прошипел Пятый и Кристофер сразу прекратил смеяться. С опаской посмотрел на своего сына, а затем и на Джесс, что тихо хныкала. — Она же не хочет быть с тобой… — прошептал отец Пятого. — И с чего ты это взял? — теперь уже Пятый насмехался. — Ты же сам сказал, что держал её в заложниках месяц с лишним. Ты избавился от её друзей, как от назойливых мошек, и теперь думаешь, что она тебя любит? — в недоумении спросил Кристофер разумные вещи. — Она любит меня! — крикнул Пятый, кулаком ударив стол. — Ты же любишь меня? — зло прорычал Пятый, смотря через плечо на Джесс, что вся сжалась от страха. Девушка быстро закивала головой, боясь произнести что-то. — Видишь? Она меня любит, отец! И если у тебя не сложилось в отношениях, то почему у меня не может? — кричал Пятый, всё стуча по столу. Но его отец молчал, смотря на Джесс, что испуганно отшагнула назад, когда Пятый швырнул стул, что стоял рядом с ним. — Пошли, Джессика, нам тут делать нечего, — чуть спокойнее сказал Пятый и взяв Джесс за руку, направился к выходу из зала, к выходу из этого проклятого «замка». — Мне очень жаль, Джесси, — прокричал Кристофер, когда пара уже вышла из зала. По дороге домой Джесс боялась произнести любой звук. Шла «домой» с поникшей головой. Пятый же шёл злой, раздраженный. Уже темнело. Закат был чудесным. Куча цветов смешалось в нём. И красные, и розовые, и оранжевые, жёлтые оттенки присутствовали там.

***

Причмокивания стыдно заполнили спальню. На кровати лежала девушка, что прикрыв глаза, гладила голую спину парня, что нависал над ней. Пятый стоял на коленях, упираясь одной рукой, когда другая гладила голые бедра Джесс. Пока ещё тот был в боксëрах, что насквозь промокли. Девушке оставалось отвечать на поцелуй взаимностью, ведь сегодня Пятый был зол как никогда и злить ещё сильнее она его не хотела. От нехватки воздуха, брюнет медленно нехотя отстранился от Джесс. Между ними была нить слюны, что через секунду оборвалась. — Котёнок, я больше не могу ждать… — скуля прошептал Пятый, снова впиваясь в губы Джесс. — Пятый, — устало шептала девушка в губы парня, на что тот прикусил нижнюю губу партнёрши. — А давай ты сходишь в душ, а потом продолжим? — с какой-то надеждой и жалостью в голосе прошептала та, скривившись, ведь укус был болезненным. — Неужели я воняю? — в недоумении спросил Пятый, отстранившись от девушки совсем. — Что? — хихикнув, переспросила Джесс. — Неет, просто… — девушка поджала губы, не зная, что ещё бы придумать. Но Пятый понял её слова как ответ: да. — Ладно, я помоюсь, только никуда не уходи, — недовольно сказал Пятый, вставая с Джесс и идя в душ. — Я быстро! — крикнул брюнет, закрывая за собой дверь в туалет. Хмыкнув, девушка села на край кровати. Хоть и на немного, но смогла оттянуть момент её нового изнасилования. Посмотрев на прикроватную тумбочку, девушка увидела маленькую ручку. Там что-то есть? Открыв её, Джесс ничего необычного не увидела, кроме книг, что она уже читала. Встав на пол, девушка подошла к тумбе Пятого. Открыла её и приподняла брови домиком. Вот тут-то есть чему удивляться. Снова пистолет, таблетки, какие-то документы ии… газета? Взяв её, Джесс села на край кровати. Развернула газету и ахнула от удивления и какого-то даже испуга. На первой странице была фотография… Её и двойняшек. Та самая из кафе, где они любили есть пончики. «Найдены все три пропавших подростка» Кричала первая полоса газеты. Оглянувшись и прислушавшись, Джесс точно убедилась, что Пятый находится в душе, поэтому быстро стала читать газету, а точнее самое главное, про них. «Пропавшие подростки месяц и одну неделю назад были найдены. Три трупа были обнаружены в канаве недалеко от города. По словам очевидцев, в последний раз ребят видели в компании каких-то мужчин, что вели их подальше от города. Возможно те неизвестные и убили подростков. Похороны уже прошли, а поиск возможных убийц ещё не окончен. Будьте внимательны и осторожны!» На глаза навернулись слëзы. Слëзы беспомощности. Это конец. Теперь её никто не будет искать. Какие похороны, если её тела не было?! Какие похороны если труп Лоры сожгли? Как?! Что это за чертовщина?! Выкинув газету куда подальше в угол, Джесс стала захлебываться в слезах. Это несправедливо. В газете ложь! И в эту ложь все верят, а особенно в неё верит мать Джесс! Что сейчас делает её мать? Сидит на кухне и рыдает? Думает, что её единственная дочь мертва? «Но это не так! Мама, я тут! Я жива, мама!» — про себя кричала Джесс, зная, что её мать ничего не услышит. Рыдала от несправедливости этого мира. — «Вот, что значит: я всё уладил…» — боль и уныние. Потеря надежды на спасение. Разочарование и смерть души. Всё это смешалось внутри Джесс, из-за чего та ревела в голос. Сейчас ей было наплевать на то, что слышит Пятый её или нет. Сейчас в её голове крутилась только одна фраза. — «Я осталась одна…» — если бы тогда в подвале она смогла бы покончить с жизнью, всё было бы иначе. В газете была бы половина лжи, да и счастлива она была бы. А сейчас… Сейчас уже ничего не изменить. Она слаба. Она трусишка. Она не сможет покончить с собой, ведь она боится этого. Боится смерти, а это её единственный шанс спастись от Пятого Харгривза. — «Я одна…» — всё повторяла про себя Джесс, рыдая…