Папион

Грозовые облака тянутся по морю, В поисках яркого огня. И развернутся небеса, грязнеет гром. — Встречайте! —Мужчина взглянул на мигающий фонарь поджав губы. Стянув металлическую маску с красными сердцами на прорезях, он загадочно ухмыльнулся. Оно близко. — Велиар выбрался из самого ада. Все жители Вавилона знают о дьяволах что обитают в морских глубинах. С малых лет детям рассказывают страшные истории и легенды о дьяволах, что безжалостно убивают своих жертв под покровом ночи. Взрослые особенно часто рассказывали о том, как они погубили множество прекрасных городов, сжигая порты и забирая сокровища. Чонгук по правде никогда в это не верил, и верить наверняка не будет. Взглянув на картину с отцом в центре, он вспоминает их общий разговор. — Знаешь, что самое главное в жизни, Чонгук? — Мужчина поднял мальчика и посадил его на свои колени. Ребёнок отрицательно помотал головой и, проследил за рукой отца, который показывал ему море. Солнце уже почти садилось и мальчик завис от всей красоты, которую он может наблюдать каждый день и вечер. — Семья это не одна из главных вещей. Акира приподнял чужой подбородок выше, и мельком посмотрел на сына. — Самое главное – это твои чувства. Семья всегда сможет тебя предать, но твои чувства никогда. — Но ты всегда говорил что близкие люди не могут предать? — Могут малыш-гукки, — Акира провёл своею ладонью по мягкой щеке, поцеловав ребёнка в напряжённый лоб. — Все люди могут предать, а близкие люди ранят тебя сильнее ведь ты их любишь. Поэтому никогда не люби, не совершай мои ошибки. Выглянув на балкон он увидел множество ребят которые перекидывают друг другу мяч. Вавилон радует хорошей погодой, из-за чего практически все жители вышли на улицу. — Чонгук! — Пожилая женщина взглянула на юношу что стоял в одной лишь хлопковой рубашке. Взгляд у неё был несколько хмурый, но после она смягчилась и улыбнулась. — Надень что-нибудь на ноги, а то молодых альф не останется. — О, Господи как вам пришло в голову сказать мне такое? — Омега весь покраснел и стал пуще помидора. Он с тихим взвизгом зашёл обратно в квартиру и накинул на себя шорты. Обижаться на Миссис До он не может совершенно. Та заменила ему многих родных людей, и он с самого детства был привязан к ней. Она часто звала его к себе на чай, рассказывала ему всякие легенды и научила стрелять из лука. Прекрасная женщина. Планов на сегодня у него не было, поэтому он решил что сходить к Диего, будет отличной идеей занять себя на пару часов. Кафе Диего стало очень популярным ещё два года назад, но Чонгук почему-то начал туда ходить только недавно. Но даже за такое небольшое количество времени, он стал любимым посетителем. Омега сам по себе имеет какой-то особенный шарм, благодаря чему приковывает к себе чужое внимание. И он соврёт если скажет что ему это не нравиться. Взяв с собой любимый чёрный рюкзак, нацепив на себя белую рубашку прозрачного типа и серые шорты, он с громким хлопком закрыл дверь. Юноша с детства увлекался спортом, из-за которого сейчас имеет красивое и подтянутое тело. Вафли с пломбиром и клубничной поливкой. Его любимые вафли за семь долларов. Услышав звон колокольчиков на двери, и почувствовав запах бананового молока, мужчина улыбнулся и поприветствовал парня. Кафе было обустроено в тёплых оттенках, именно так как любил омега. Людей сегодня на удивление было меньше чем обычно, но это его совсем не волновало. Быстро пробормотав что хочет заказать клубничный коктейль, он присел за столик рядом с окном. — Гукки, поможешь мне с цветами? — Диего лично принёс юноше его коктейль, и присел напротив него. Он считает что парень из него хороший выйдет, да и как друг он не плох. — Да, почему бы и нет… — Ты похож на них. — На орхидеи? Незнакомый ему парень оглянул Чонгука с головы до пят, что заставило его сжаться в форму клубка. Он всегда уверен в выборе одежды, но сейчас почему-то он задумался что выглядет как-то не так. Вообще он предпочитал минимализм в одежде, но всегда разбавлял образ яркой бижутерией. Вот он сидит в светлой одежде, с милыми заколками которые удерживают его отросшие волосы и тупит взгляд на незнакомца. Тот же наоборот выглядит ярким и блестящим, в красном костюме и белой шляпе. А глаза у него с родни с фиалками. Такие чистые. — Ах, я же не представился! — Он весь встрепенулся и присел рядом с фыркающим Диего. — Меня зовут Ким Сокджин! Рад знакомству. — Взаимно, Чон Чонгук. — Он пожал чужую руку и вновь посмотрел на Джина. Тот спорил с владельцем, называя его не самыми приятными словами. Чонгуку этот Джин понравился. Хотя шутки у него и слишком старые, а выглядит он достаточно молодо. И только сейчас он смог учуять лёгкий запах белых роз. — Я кстати флорист и близкий друг Минсу. Чонгук склонил голову чуть в бок, и приподнял левую бровь. Минсу? Это настоящее имя Диего? — Вот же мерзавец! — Диего дал тому подзатыльник, и он был готов выпускать пар из ушей от возмущения. — Я же говорил не звать меня так! Джин начал громко смеяться, привлекая к себе всеобщее внимание. Чонгук слабо улыбнулся кончиками губ и отпил из стакана. Было в этой парочке что-то родное, ведь обычные знакомые себя так не ведут. — Да ладно тебе, не сердись signor Diego. — Специально оттягивая новое имя друга, Джин как-то слишком резко перевёл на юношу взгляд, заставляя его поперхнуться коктейлем. —Хочешь отвечу почему сравнил тебя с орхидеями? Парень перевёл взгляд на пару коробок с цветами и кивнул. Как там говориться, любопытство кошку сгубило? — Есть несколько сортов орхидеи и на языке цветов каждая имеет своё значение. Ты мне напомнил Аганазию — она олицетворяет красоту, восхищение духовностью. Омега заторможенно поморгал своими большими глазами-звёздами, и вновь посмотрел на цветы. — Так, не пугай моего любимого посетителя. — Диего кивнул в сторону парня, а Джин лишь пожав плечами направился к коробкам. Чонгук обязательно разузнаёт у Минсу про этого мужчину в красном. Просто чуть позже. — Гукки, сможешь лучше сходить в яблоневый сад? С меня пирог. Чонгук кивнул, и забрав с собой рюкзак выбежал из кафе. Идти на небольшой холм где был большой сад, стало чём-то обыденным и приятным. Особенно приятно было поедать вкусный пирог под интересную книгу. Омега мог засиживаться здесь часами, черпая вдохновение и перечерчивая их в скетчбук. После чего дома он переделывал их в небольшие картины, отдавая их в кафе. Вот и сейчас Чонгук грезил о вкусной выпечке, собирая спелые яблоки в корзину. Он взглянул на большие судна с белыми парусами, на красиво вырезанные доски и на людей что управляли этими самыми кораблями. Какого это, чувствовать воздух в волосах? Чувствовать маленькие капельки морской воды, и улыбаться на встречу морским созданиям? Чонгук не знает, но всегда мечтал ощутить это. — Прошу прощения, могу я присесть к вам? — Чужие ладони коснулись Чонгуковых плеч, и тот с громким взвизгом поднялся с зелёной травы. Кисть была откинута куда-то на землю, а синяя краска успела попасть на рубашку. И если все обычные люди машинально отходят от пугающего шума вперёд, то Чонгук наоборот отходит назад. И только столкнувшись спиной в чужую грудь он притих. — Вы напугали меня до дрожи в коленях… — Чонгук говорил чуть ли не шепотом, и повернулся к парню лицом. Золотистые волосы были слегка спутаны, создавая впечатление что тот куда-то торопился. Сразу же омега заметил глаза. Они имели зелёный оттенок, и на лучах солнца имели более сочный цвет. — Я это заметил, — Услышав эти слова Чонгук залился пунцовой краской и от стыда даже глаза прикрыл. Были бы у него кроличьи уши, они бы наверняка поджались, сдавая своего хозяина с потрохами. — Меня зовут Тэхён, но можно просто Тэ. Прости что напугал тебя. Парни сидели вместе и слово за слово рассказывали друг другу что-то из своей жизни. Так Чонгук узнал что Тэхёну восемнадцать лет, он увлекается книгами и любит музыку. Приехал сюда как турист, и чтобы увидеть свою младшую сестру. — Любишь корабли? — Вопрос заданный Тэхёном заставил парня улыбнуться. Если собирать целые коллекции, изучать построение кораблей и тактику боя значит:«Любить», то Чон сошёл с ума от этой любви. — Отец часто рассказывал мне разные легенды, — Омега сорвал рядом растущуюю ромашку и покрутил ею между пальцами. Он как-то раз прочитал из записей отца про ромашки, правда отхватил потом с лихвой. Страницы были пожелтевшие, что говорили о том что писались давно. В тех записях было написано что ромашки – символизируют юность и невинность. Интересно, а Тэхён знает язык цветов? — Поэтому я заинтересовался морем и кораблями. Чонгук медленно изучил собеседника в белом костюме, и задумчиво приложил цветок ему за ухо. Зелёные глаза красиво сочетались с вишневыми губами и невольно засмотревшись на красавца, он смог увидеть чужую улыбку на половину лица. — Расскажешь мне одну легенду? — Какую именно ты хочешь услышать? — Про белую бабочку. —Тэхён без толи стеснения положил свою голову на чужие колени, и будто специально не сводил взгляда от Чонгука. — Если такая вообще существует… Чонгук же был не робкого десятка, поэтому с вызовом в глазах принимал чужие взгляды. Он аккуратно прислонился к яблоне спиной, а Тэ выглядел таким расслабленным на его коленях, что омега чувствовал себя спокойным. Легенда про белую бабочку и вправду существует, но для самого Чона она всегда была грустной. — Был один старик по имени Такахама и жил в маленьком домике за кладбищем при храме Содзандзи. Он был очень доброжелательным человеком, и его любили все соседи, хотя многие из них считали старика слегка не в своем уме. А причиной тому, как оказалось, было только то, что он никогда не был женат. — Чонгук посмотрел за горизонт и неосознанно впустил свои пальцы в волосы парня. Те на ощупь оказались невероятно мягкими, и при лучах солнца они приобретали более светлый оттенок. Тэхён на чужое удивление ничего против не сказал, даже наоборот как-то придвинулся ближе. Однажды летом мужчина тяжело заболел, так тяжело, что послал за своей невесткой и ее сыном. Они старались облегчить ему последние часы жизни. Пока они сидели у кровати старика, тот заснул, и, как только Такахама закрыл глаза, в комнату влетела большая белая бабочка и села на подушку умирающего. Его племянник попытался прогнать бабочку, но она трижды возвращалась на прежнее место, будто не желая покидать страдальца. Наконец племянник Такахамы выгнал бабочку в сад. Она выпорхнула через ворота и полетела на кладбище, где опустилась на могилу женщины и таинственно исчезла. Осмотрев могилу, молодой человек обнаружил имя «Акико» и надпись, рассказывающую о том, что Акико умерла в возрасте восемнадцати лет. Когда молодой человек вернулся в дом, он узнал, что Такахама скончался, и рассказал матери обо всем, что видел на кладбище. – Акико? – переспросила его мать. – Когда твой дядя был молодым, он обручился с Акико. Но она перед самой свадьбой. Когда Акико покинула этот мир, твой дядя решил, что никогда больше не женится и поселится рядом с могилой умершей невесты. Все эти годы он оставался верен клятве, и каждый день ходил на кладбище, независимо от того, был ли воздух наполнен ароматами лета или мела пурга. Он приходил на могилу и молился за упокой ее души, чистил надгробье и сажал цветы. Когда он более не смог к ней приходить, Акико сама пришла к нему. Та белая бабочка была любящей душой его невесты. Тэхён почувствовав на своём лице капельки от слёз, присел напротив Чонгука. Тот же устало прикрыл их, не желая чтобы кто-то видел его слёзы. — Ты знаешь, что даже плачешь красиво? — Альфа прикоснулся к его горячей щеке своими пальцами, стирая свежие дорожки солёных слёз. В прикрытых глазах у Чонгука море. Тэхён уверен что там запечатлено самое чистое море, где обитают самые прекрасные морские существа. Волны нещадно бушуют, ударяясь об острые скалы. Он уверен что что эта морская вода до невозможности солёная. Чонгука хочется успокоить, заставить нуждаться в этом успокоении. — Гукки… ты хоть знаешь насколько ты красив? — Чонгук похлопал влажными ресницами, и почувствовал как Тэхён сжал его ладонь в своей. — Tu es vraiment un ange, tu le sais? — Tu es le premier à me le dire. — Хриплый голос Чонгуку подходит как никогда, а французский с его уст, звучит как благословение. Они смотрели друг на друга ещё достаточно долгое время,, если брать в расчёт что уже темнеет. — У меня для тебя кое-что есть, — Альфа поднял свою сумку с травы, и достал от туда две вещицы которые сумели привлечь внимание самого омеги. — Это подарок, поэтому не отказывайся. Чонгук по правде с начала даже не понимал что альфа пытается ему подарить. Но увидя серебряный браслет с подвеской в форме бушующей волны, забавно приоткрыл рот. Тэхён взял на себя всю ответственность и с особым старанием надевал украшение на тонкое запястье. Он не отказал себе на пару секунд задержать длинные пальцы на такой нежной коже. Опустив чужую руку альфа из-за спины вытащил букет фиолетовой сирени. Чонгук издал тихое ох, а когда почувствовал мягкие губы на своей левой щеке так вообще и слова подобрать не смог. Он чувствовал как запотели его ладошки, а лицо приобрело багровый оттенок. — Не снимай этот браслет, хорошо ангел? —Ты… —Мне нужно уходить, — парень заметив мигающий фонарь уже должен прощаться. Вот только хотелось забрать Чонгука с собой в море, ловить его удивленные взгляды и радовать. Хотелось подарить ему ту искомую свободу в которой он так нуждается, а не свой фамильный браслет. Но сейчас слишком рано. — Но когда я вернусь сюда, я узнаю тебя благодаря браслету. После этих слов легкий шлейф морского бриза исчез, оставляя Чонгука одного. Посмотрев на небольшой букет сирени, омега улыбнулся кончиками губ, пальцы подрагивали а сам Чонгук был готов кричать на судьбу что привела его сегодня сюда. Фиолетовая сирень на языке цветов означает — мое сердце принадлежит тебе. — Где ты был, а? — Мальро поглядывал сквозь прикрытые ресницы на не находившего себе место Тэхёна. Мужчина зажег новую сигару и откинулся на спинку деревянного стула. Чертовски неудобно, но привлекать внимание это пожалуй последнее что им нужно сделать. — Неужели влюбился Велиар? — Мы не тронем Вавилон. — Что, прости? Мальро был зол, это было можно заметить невооружённым взглядом. Нога дергалась, а пальцы рассерженно сжимали между собой дорогую сигарету. Они долго готовились к нападению на город, готовили оружие и главное, подготовили нужно количество людей. Всё было готово и сегодня должна была быть последняя спокойная ночь в Вавилоне. Гасион был на последнеей подготовке, Агарес выбирал нужно себе катану. Тэхёну нужно было лишь расположить по территории города взрывчатку. — Вавилон будет цел, — чужие глаза вдруг резко приобрели янтарный оттенок, заставляя мужчину замолчать. — Будет носить звание одного из лучших морских портов. Нам нужно ещё немного подождать. — Чего именно подождать, Велиар? — Ангела. — Юноша снял свой пиджак, убирая оттуда Mauser C96 и посмотрел в глаза напротив. — Я встретил ангела, Хо.