Опасная дистанция

«Скажи мне, кто твой друг, и я скажу - кто ты!». Так же, вроде, говорят? Друзья Антона, по правде говоря, отличаются от него самого, да и судить по ним слишком сложно. Вот взять в пример Диму. Он из себя всегда выдаёт определённую энергию. Его шутки и эмоции всегда заряжают других, он не любит держать что-то в себе, и если есть какая-то проблема, Позов скажет о ней. Димка может сомневаться в чём-то и попросит совет у близких. Если посмотреть на братьев, то они как те самые заводилы компании со слегка стервозным характером, но это разве что не быть в их близком кругу. Филя и Игорь — стандартная «история» двух братьев, которые знают друг друга слишком хорошо и которым повезло иметь друг с другом хорошие отношения, пусть они и натянутые в некоторых аспектах. Как тогда по твоим друзьям можно понять кто ты, если ты от них очень отличаешься? Всё это, на самом деле, можно расценить как бред, но Шастун почему-то доверился им и стал брать с них какой-то пример. Может в этом и заключается суть? Люди меняют других людей. И не имеет никакого значения то, кем они друг другу приходятся. На часах ровно 00:00, когда ты не зациклен на проблеме и берёшь от этой жизни всё, что только можешь, потому что время идёт заметно быстрее. В календаре экрана телефона, вместе с двенадцатью часами ночи, меняется и дата — десятый день смены из четырнадцати. В это совсем не хочется верить. Все сегодня снова ушли вниз к девочкам на ночь. Это, за короткое время, стало уже какой-то традицией, но Антон отказался. Ему ярких эмоций на сегодня и так, пожалуй, хватило. Спать совсем не хочется, поэтому Шастун засиживается в ленте инстаграма до 01:40. Парней всё ещё нет, и он думает над тем, что те, скорее всего, так и заснули в чужой комнате. Что-то давит Шастуну на голову. Что-то, что нужно обдумать, но об этом и вспоминать не сильно хочется. В помещении довольно душно, потому Антон решает выйти на балкон. Все спят, он никому не помешает, да и само пространство комнаты не будет так сильно давить на него. В наушниках играет какой-то подобранный «плейлист дня» и парень, выходя на балкон, опирается локтями о перила, смотря вверх на звёзды. Они такие красивые и яркие, они блестят в небе всю ночь и потухают только утром, уступая условное место солнцу. Может Антон, как и одна из этих звёзд, должен на какое-то время потухнуть, и в один день начать сиять ярче всех в округе.. Только когда? На свежем воздухе однозначно легче думается, чем в четырёх стенах. Хоть и выводы все уже были сделаны ранее, сейчас не так важно были они правильными или нет. Скоро всему этому придет конец и все про всё забудут. Вспоминать будут изредка, пересматривая фотографии со смены в один из грустных вечеров. Шастун хочет игнорировать всё, что происходит, и забить на то, что терзает душу. Но знает, даже если время лечит, разве это происходит за один день? С худших воспоминаний его жизни, связанных с его бывшим парнем, уже прошло больше двух лет. Казалось, что все старые раны уже зажили, но, видимо, и на шрамы можно насыпать соли, раз уж болезненное чувство не отпускает. Стоя здесь — на балконе и вдыхая прохладный воздух, Антон вспоминает ещё несколько событий того времени, думая лишь о том, что осознал уже давно: тогда, по-видимому, любил лишь один из них. — Я скучаю по тебе. Сможем встретиться сегодня? — щебечет в трубку подросток, попутно пытаясь запаковать подарок на три месяца отношений своему парню. — Прости, сегодня занят. Так что, как-нибудь потом, — холодно отвечает второй, пока, по звукам в трубке, направляется куда-то по шумной дороге. — Какие-то планы на весь сегодняшний день? — с досадой спрашивает Антон, сам не зная, от чего обидно больше. От того, что его парень отнекивается от встреч уже больше двух недель и видятся они только в школе, или от того, что он определённо забыл про их маленький праздник. — Да так, нужно встретиться кое с кем, — всё тем же тоном отвечают в трубке. — Ладно, я побежал, времени совсем не осталось. Шастун всё так же продолжал запаковывать маленький свёрток с подарком, когда вызов сбросили. Он слишком сильно хотел сделать приятно этому человеку, так до сих пор и не зная, с кем его парень тогда провёл весь тот вечер. У них, из-за разных «слоев общества», не было общих знакомых, поэтому никто не мог рассказать Антону, что видел его молодого человека в компании миловидной девушки. К даме вопросов бы не возникло, ведь она и сама наверняка не знала, кем являлся человек, с которым та согласилась на свидание. Возможно, она узнала об этом чуть позже, когда, как и для Шастуна, стало слишком поздно. В наушниках тихо играет музыка и сквозь неё можно спокойно услышать каждый шорох улицы. Только в это время вокруг полная тишина, даже ребята внизу, как и предполагалось, заснули у соседок. Прикрывая глаза и опуская взгляд в пол, Антон ощущает себя актёром дешевой драмы. Она, по его мнению, не плоха, так как в ней много эмоций, но выглядит она, в сравнении с историей «Ромео и Джульетты», блекло. Сквозь тихую музыку в наушниках отчетливо и довольно громко слышен звук нового уведомления. Арсений [Аудио файл] Что можно потерять за четыре дня? Много чего, на самом-то деле. Только вот сейчас юноше терять нечего. То, что можно было — уже разрушено, а то, что уцелело — через несколько дней разобьётся о конец смены . Антон, открывая диалог, видит название песни, которую отправил ему вожатый: «We & Лэривэйн — Зеркало». С чего вдруг он вообще скидывает ему песни? Шастун, ненадолго задумываясь над этим вопросом, включает аудио и делает звук в наушниках чуть громче. Антон стоит и, снова запрокидывая голову к небу и наблюдая за мерцающими звёздами, вслушивается в мелодию, а затем в тембр голоса. Музыка разливается по ушам и слова, с заложенным в них смыслом, заседают в голове.

Ты такой красивый, когда погас.

Шастун не знает, что ответить, да и стоит ли отвечать вообще. Но если уж просмотрел, то возьмёт пример с Димы: «зачем молчать, если есть очевидная для него проблема?». Антон нажимает на кнопку вызова и, вслушиваясь в каждый гудок, ожидает ответа. Возможно надеясь, что трубку не возьмут, так как до уровня соседа ему пока далековато, а смелость сейчас совсем неизвестно откуда. — Что это? — спрашивает Шаст, как только поднимают трубку. Максимально тихо, всё ещё помня о том, который сейчас час. — Песня про тебя, — если бы юноша стоял рядом, то увидел б лёгкую улыбку вожатого, но он всё ещё смотрит на блестящее небо. — О чём вы? Будто вы знаете, как я выгляжу, когда «погас», — Шастун уверен, что голос его звучит убедительно, и что никаких сомнений о его «отличном» настроении быть не может. И пусть он чуть дрожит, а глаза, наполняясь влагой, мечутся от одной «яркой точки» на небе к другой. — Ах да, — с наигранным удивлением вздыхает вожатый, — я совсем забыл, что каждый человек, в начале трёх часов ночи, стоит на балконе и замыленным взглядом смотрит в небо, — после этих слов следует еще один шумный вздох. Правда этот без наигранного удивления, а с возможным осознанием ситуации или банальной усталостью. — Откуда вы… — начинает юноша и, недоговаривая свой вопрос до конца, быстро оглядывается по сторонам. Наконец-то переводит взгляд с неба вниз, к первому уличному этажу, где уже замечает знакомый силуэт вожатого. Арсений машет ему рукой, на всякий случай «объясняя», что это он, так как в темноте можно было и не разглядеть. Он на самом деле выглядит уставшим и довольно сонным: с растрёпанными волосами, явно не в уличной одежде... — Я поднимусь, если ты не против, — не столько, если честно, вопрос, сколько пояснение своего дальнейшего действия. На это парень просто бормочет еле слышное «угу» и сбрасывает звонок. Вожатый уходит по направлению ко входу, где расположена лестница. Вот буквально через пару минут Арсений снова будет тут и они вновь будут один на один. Игнорировать просто так не получилось, как изначально хотелось, слишком уж сложно даются все эти эмоции. Да и вожатый, на удивление, не хочет отступать. Пройти на эту часть балкона можно только через комнату, поэтому мужчине нужно максимально тихо, на носочках, прокрасться сюда. Потому что по его расчётам в комнате находятся ещё трое спящих подростков, но нужно было видеть лицо вожатого, когда, стоя посреди комнаты, он обнаруживает её полностью пустой, а через прозрачную и стеклянную дверь виднеется образ Шастуна. — Где они? — шепчет Арсений, выходя наконец-то на сам балкон, где мальчишка, опустив голову, чтобы избежать встречи взглядов, сидит на полу. — Они спят в другом месте, — также тихо сообщает ему парень, перебирая кольца на пальцах, лишь бы чем-то себя занять. — Это, по-моему, противоречит правилам, но с этим я буду разбираться утром. Главное, что ты тут, — мужчина присаживается напротив него, чтобы находиться на одном уровне, а не смотреть свысока. — Вы о чём-то хотели поговорить или просто так пришли? — парень ещё сильнее наклоняет голову вниз и сразу же ощущает, как за подбородок его голову приподнимают, направляя лицо в свою сторону. — Делать мне нечего, просто так гулять в такое время, Шастун, — мужчина всё ещё придерживает парня за подбородок. До тех пор, пока не ощущает, что тот уже перестает вырываться. — У тебя было весьма странное поведение днём, — взгляд Арсения холодеет. Его голубое море в глазах начинает покрываться льдом. С его стороны это упрёк, но ему ли не знать, что Антону всегда найдётся, что ответить. — А что насчёт вашего поведения вечером на дискотеке? Самое подобающее? — парень, затаив дыхание и не показывая своих чувств, когда он вновь вспоминает всё происходящее, отстаивает свою позицию. — Теперь я хотя бы понимаю, что с тобой такое, — мужчина выдыхает и садится рядом с Шастуном плечом к плечу. — Соглашусь, не лучшая была ситуация. Но, поверь мне, это было лишь из уважения к юной леди, — мужчина, наконец расслабляя тело, опирается спиной о балконные перила. — О чём вы? — от недоумения парень резко разворачивает голову и ударяется своей о голову рядом сидящего. — Осторожнее, — вожатый отодвигается чуть дальше, чтобы между ними было расстояние предотвращающее подобные ситуации. — Я о том, что это был белый танец. Я не хотел задеть чувства той девушки, которая меня приглашала, — объясняет ситуацию старший и слегка пожимает плечами, мол: «я не виноват, я просто интеллигент» Антон вздыхает, а в голове у него лишь одна мысль: — «Он действительно не мог знать, что это заденет и мои чувства» — Я не интересуюсь людьми младше меня, Антон. Я, как никак, ваш вожатый, — совсем не то, что стоило говорить. Сердце парня замирает в этот момент, теперь он видит всю картину, но до сих пор не понимает внесённого в неё художником смысла. «Я не интересуюсь людьми младше меня, Антон» — тогда почему юноше он отдает столько своего внимания? Даже сейчас, когда, скорее всего, хочет лечь спать и, по неизвестным Шастуну причинам, сидит с ним на этом балконе? — Простите за то, что было днём. Я слегка переборщил, — парень снова опускает голову, но в этот раз от стыда и от попыток спрятать ещё более сломанный от услышанного взгляд. — Да ладно, ничего страшного. Не знаю, чего тебя это так задело, но не мне судить, — мужчина слегка улыбается и делает глубокий вдох, когда ответа не следует. Конечно, он не скажет ему, что влюблён. Вряд ли расскажет о всех жутких историях своих прошлых отношений. Не признает, что это была ревность, которая повлекла за собой всё дальнейшее поведение: от слёз до попыток казаться тем, кому резко стало безразлично. На улице становилось прохладнее. По телу Антона, как в страшном сне, уже пробежали мурашки, и сейчас уже отчего-то хочется спать. Диалог не был особо долгим, но и он порядком вымотал, как и весь прошедший день. Юноша отодвигается чуть дальше от перил, принимая не самое удобное в данной ситуации, но полулежащее, положение. Они просто сидят и молчат. Иногда молча можно сказать больше, чем тогда, когда пытаешься выражаться вслух. Шастун уже почти погрузился в сон, а вожатый наблюдает то за мерцающим небом, то за постоянно уходящим в дрёму парнем, просыпающимся лишь от того, что голова падает на бок и шея начинает затекать. Арсений, в очередной из таких разов, пододвигается ближе к юноше, давая его голове приземлится на более удобное место — своё плечо. Антон, в полусонном состоянии, не замечает происходящего и теперь у него получается нормально заснуть. Попов смотрит в пустоту и, осознавая всю ситуацию, просто улыбается. Он и видит, и знает, и прекрасно понимает всё, что происходит с парнем, но просто не может себе этого позволить. — Конечно, я не интересуюсь теми, кто младше, Антон. Однако, ты слишком удивительный, —шепчет вслух вожатый, неуверенный в том, что парень этого не услышит. Шастун от усталости уже действительно где-то в своих снах и не может слышать того, что доносит до него мужчина. Уже не может спросить, почему тот так поздно ходил по территории лагеря, заметив его на балконе. И не узнает, что Арсений вышел из-за громких криков в одном из корпусов, которые начались, когда Шастун ещё даже не вышел из комнаты, а затем лишь обходил территорию, заметив не спящего парня на балконе. Мужчина напоследок проверяет отключён ли звук на телефоне и делает фото, на котором его лицо видно лишь наполовину, а основная часть снимка занята лицом спящего Шастуна.

***

На утро Антон просыпается на своей кровати и укутанным в одеяло. Он не помнит чтобы доходил сюда сам и это его смущает, но юноша всё ещё не до конца пробудился, поэтому пока не вспоминает событий прошедшей ночи. В комнату, за пять минут до зарядки, вбегают трое ребят, боясь того, что парень уже ушёл и Дима не успеет его перехватить для парочки новых историй. Но, к их облегчению, они уже все вместе спускаются вниз, и Шастун вовлечённо слушает рассказы о ночных событиях, которые тот пропустил по собственному желанию. — Так вот, а Саша вчера всю ночь целовалась со своей девушкой, — Дима восхищённо тараторит все слухи и события, — потом они зачем-то вместе ушли в туалет и вернулись только через час. Мы думали, что им там плохо стало. — Позов вроде не глупый, но всю суть не всегда понимает, хотя это не так уж и важно. — А я вот вчера с Арсением ночью был, — в ответ сообщает своим друзьям Антон. — Что, прости? Не ты ли мне тогда говорил, — тянет Дима, недоговаривая свою мысль, так как от его друга слышно громкое «тшш…». Он припоминает, что никто, кроме него, не говорил об этом с Антоном. Парень не то чтоб хотел это скрывать, просто знать об этом всем не обязательно вовсе. — Потом расскажу, а сейчас быстрее на зарядку, — диалог на этом заканчивается, потому что все спешат на танцпол, так как вот-вот начнут вещать о начале нового «прекрасного дня в нашем лагере».

***

Шестнадцатое августа. Ещё немного и они уедут. Ещё чуть-чуть и начнётся новый учебный год, в котором Антону придётся постараться, чтобы получить заветный аттестат. День идёт чрезвычайно насыщенно. Столы за завтраком и обедом снова сдвинуты, потому что вся компания, которая стала больше на ещё одного человека — девушку Саши, ест вместе. Утреннее мероприятие, дневные спортивные конкурсы — всё завораживает и заставляет забыться, а дружеская атмосфера окутывает Антона, и он этому рад. Парень не хочет, чтобы всё это прекращалось. Ребята, в ожидании нового сообщения о том, что сегодня дальше по плану, сидят в комнатах. Арсений Ребятки, погода немного нас подводит и из-за этого время до дискотеки у вас свободное. Только, пожалуйста, не шумите! Я сообщу, если что-то изменится. Парни вроде и не планировали шуметь, так как всё самое интересное всегда происходит ночью, а сейчас, из-за грядущей дождливой погоды, они в любом случае будут сидеть в четырёх стенах. Арсений И ещё один момент! Дима, Филя и Игорь, быстро спуститесь в беседку, пока не начался дождь. Сейчас! — Чего он заладил? Что ему от нас нужно? — фырчит Дима, надевая ветровку, так как на улице прохладно. Антон, кажется, знает что, но он не хочет пугать друзей заранее, и надеется, что всё обойдётся. Все, зачем-то своей четверкой, хоть Шастуна и не звали, выдвигаются в беседку, где в ожидании «нарушителей» уже сидит их вожатый. — Шастун, а ты чего пришёл? Тебя я не просил тут присутствовать, — оглядывая парня и привставая со стула, спрашивает вожатый, — и выходить в футболке, когда на улице середина августа, мягко говоря прохладно для такой одежды, — Арсений выгибает бровь, ожидая объяснений. — Я кофту где-то потерял, — выпаливает, слегка топчась на месте, парень. — Иди в комнату, быстрее! — вожатый кидает парню свою красную куртку и указывает в сторону корпуса, но Шастун от неё отказывается и уходит. Дожидаясь дистанции, на которой Антон перестанет их слышать, Арсений начинает толкать свою речь. — Так-с, снова ваша компашка рушит все порядки, — вещает старший, оглядывая трёх парней, которые пока не понимают к чему он ведёт. — Я, конечно, понимаю, что у вас подростковый возраст, любовь, все дела, — он прерывается, ожидая хоть какой-то реакции, — но это не повод ночевать в комнате девушек и, я полагаю, это уже не впервые, — тут логическая мысль закончена и объяснения после неё обязательны. — А чего только мы? Антон тоже был там, просто вчера не пошел, — пытаясь оправдаться, говорит один из братьев, после чего получает толчок плечом от Димы. Стукачество парень не одобряет, но и на Шастуна не злится. Понимает, что оправдать трех отсутствующих посреди ночи парней — это действительно сложно. — Раз так, то с ним я разберусь отдельно, — настороженно отвечает Арсений. — А вы предупреждайте меня хотя бы, когда собираетесь ночевать не у себя в комнатах, иначе в следующий раз вам может не повезти, — заключает вожатый и, не желая слушать мальчиков дальше, отпускает их. Сам он знает, что никому он об этом говорить не будет, ведь его отряд — его ответственность, и если узнает старший вожатый или, не дай Бог, директриса, то влетит самому Арсению. Антон слегка переживает, ведь фактически он спалил своих друзей, но сам точно не говорил, где именно они ночевали. Как только он слышит звук открывающейся двери, подрывается с места, ожидая рассказа о том, как всё прошло. — Всё нормально, по факту он сказал просто предупреждать его, — довольно спокойно объясняет Дима. — Простите, это я сказал, что вы ночуете в другом месте, но я не говорил, где именно, — спешит оповестить Антон. — Проехали, это не так важно, — сосед похлопывает Шастуна по плечу и поднимается на свою кровать. — Кто-то с первого этажа настучал, скорее всего, нужно быть осторожнее. Дальше кто в чём: Филя читает, что совсем на него не похоже; Дима спит, походу и Игорь тоже; А Антон снова лазит в телефоне и смотрит какие-то видео-подкасты на ютубе. Дождь слегка нарушает все лагерные планы, но каждый находит то, чем скоротать время до вечера. Пока за окном, по балконам, и крышам барабанят тяжелые капли дождя, время на часах идёт слишком медленно, всё оттягивая наступающий вечер. И вот, уже почти 19:00, и в такое время все начинают готовиться к дискотеке, но сегодня вместо неё решают показать фильм. Ребята одеваются потеплее, так как к вечеру стало ещё холоднее, и забирают из комнаты пледы, потому что фильм показывают всё на том же танцполе, проектируя на экран картинку.

***

Все сидят кучками, парами или целыми отрядами. У Антона всё как всегда, он и его компания. Фильм не особо интересный, выбрали что-то меж-возрастное, что можно было показать и маленьким детям и тем, кто постарше. Юноша снова пролистывает ленту, так как события там явно поинтереснее. Просматривая чью-то историю, он отвлёкся на новое сообщение. Арсений Настолько не интересный фильм? Парень приподнимает голову и замечает вожатого, сидящего на скамейке в паре метров от них и наблюдающего за его компанией.

Антон Вообще ни о чем, как по мне

Арсений Ну раз тебе скучно, можешь присесть рядом со мной, поговорим. Шастун вроде выговорил определённую часть своих мыслей вожатому, пусть и сказал далеко не всё, что хотелось. Он ожидал, что дальнейший диалог может выйти малость сухим, ведь осталось то, что даже после их ночного разговора ныло. Но сейчас он всё равно встаёт с места и уходит на скамейку. Друзья не против, там тоже далеко не всем интересен фильм, но у них свои развлечения, в виде очередной игры на желания, в которой Шастун участвовать отказался, ему и прошлого раза хватило, который ему вышел боком.